Глава 6
11 октября 2021 г., 19:40
— Если бы только у меня была возможность прожить жизнь заново, я бы прожил ее так же… Но одну вещь, я бы сделал обязательно. Убил… Кисаки.
***
Не так много времени прошло после гибели Хинаты. И на этот раз, Такемичи был свидетелем этого проишествия. Его любимая девушка, его лучший друг умерли буквально у него на глазах. Он не мог позволить этому случиться. Ханагаки сделает все, чтобы спасти своих друзей. — Но я ведь спас Доракена! Как у Кисаки вообще был шанс оказаться в верхах? – возмущался брюнет, следуя за детективом, — пока Кен жив, свастоны не могут быть плохими, ведь он вместе с Майки. — Сейчас Рюгуджи имеет ценность для расследования, – задумался Наото, — встретимся через пару дней. Наберу тебя. 2017 год, 20 октября. Детектив Тачибана назначил встречу с заключенным №248, который приговорен к смертной казни за убийство. Фактически, мужчина не существует в рядах «Токийской свастики», нет записей о его смерти, и найти его - задача непростая. Но Наото, как могло показаться был способен найти кого угодно, разве что кроме их главного врага. — Наконец-то ты вышел на связь. Я переживал, – взволнованно потрепал парня по плечу Такемичи, — я переживал. Что мы делаем в тюрьме? — Рюгуджи Кен… Он здесь, и кажется, все пошло крахом, – проворчал юноша, — ты где-то налажал. Сейчас у нас запланирована встреча с ним. В мыслях путешественника сквозь время была полная путаница. Неужели спасение Доракена никак не изменило ситуацию? Возможно, судьбу не изменить как и ее исходы? Ханагаки закрыл лицо руками, стараясь придти в себя, и перед встречей все же решил сходить в уборную. Ледяная вода заставила парня придти немного в чувства, успокоиться, хоть и ненадолго. — За что вообще Доракен мог оказаться в тюрьме? Что за херня происходит? – опираясь на мраморную раковину и глядя зеркало на собственное отражение думал про себя Такемичи, — в какой момент все изменилось вот в такую сторону? От мыслей и вопросов его отвлекло сообщение, которое пришло на телефон, от Наото и гласило о том, что пора бы поторопиться идти обратно. Схватив пару бумажных полотенец и приводя себя в порядок, голубоглазый направился обратно. — Через пару минут он должен был уже здесь, – нервно отстукивая ритмы ногой проговорил Тачибана, — вот и он. Не переживай, Ханагаки. — Да я уж постараюсь, хех, – нервно посмеиваясь и стараясь сдержать слезы прошептал парень. Как только послышались посторонние шаги, товарищи напряглись, и напротив них, но отделенный толстым стеклом уже предстал старый знакомый. — Такемучи, мы ведь так давно не виделись. Рад, что ты жив. – ровным голосом проговорил Рюгуджи, глядя прямо в голубые глаза Ханагаки, — зачем ты сюда пришел? — Наото помог организовать нашу встречу. Блять, Доракен, что случилось? Почему ты приговорен к смертной казни? – возмутился брюнет, — почему ты стал убийцей? Что произошло с Токийской Свастикой? — Ох, Такемучи, – выдохнул мужчина, отведя глаза в сторону, — все что произошло с бандой, это и на моей совести тоже. Я бы ничего не стал менять в своей жизни, ничего из того, что было в прошлом. Драки, битвы… Это было для меня всем, – припоминал Доракен, — но есть одна вещь. Если бы только у меня была возможность прожить жизнь заново, я бы прожил ее так же… Но одну вещь, я бы сделал обязательно. Убил… Кисаки. — Кисаки?! – вскрикнул Ханагаки, резко поднимаясь со стула так, что тот с грохотом падает, — как он снова оказался в банде? — Время вышло, – объявил охранник, открывая дверь, что была позади заключенного. — Прости, Ханагаки. Но не на все вопросы я могу дать тебе ответ. Лучше уезжай из Токио, как можно скорее. Ты должен был умереть, не так ли? Раз уж ты тут, – кинул Доракен, — Кисаки хочет украсть у Майки все, что ему важно. Даже несмотря на то, что восхищался им. Прощай, – и на том покинул комнату для встреч. Товарищи провели несколько минут в полной тишине, раздумывая над всем произошедшим и сказанным. Уже в офисе, Такемичи казалось, его мозг просто взорвется, пока он будет пытаться рассуждать о том, что вообще могло привести к такому положению вещей. — Наото. Как ты думаешь, я вообще… Способен хоть что-нибудь исправить? – слезы текли из голубых глаз парня, падая прямо на толстовку, — я вообще хоть на что-нибудь годен? — Ханагаки, – окликнул его Тачибана, — ты вернулся во времени. Предупредил меня и спас, и благодаря тебе я старался всю свою жизнь, чтобы стать детективом и спасти сестру. Ты невероятный, но в последнее время, я теряю свою уверенность в том, что мы сможем изменить судьбу. Что бы ты не делал, все приходит к одному и тому же финалу – Хината оказывается убитой, – делая глоток крепкого черного кофе, полушепотом проговаривал Наото. — Тогда другого выхода нет. Сперва я стану командиром отряда, а позже, став главным – уничтожу свастонов изнутри! – воскликнул брюнет, встав с дивана, — таков мой план! — Дебильный план. Но если ты сможешь, то я уже во что угодно поверю, наверное, – с болью в голосе рассмеялся детектив, и подошел поближе к нему, — готов? — Готов! Теперь я сделаю все так, как надо! – полный энтузиазма, Ханагаки пожал Наото руку, и как обычно, оказался в прошлом…***
Однако, в тот же день, скучающе обходил кабинет в бесчисленно множественный раз мужчина. Изредка он останавливался, чтобы взглянуть из окна на вечерний Токио. — Что-то ты сегодня выглядишь расстроенным, Кисаки, – заметила девушка, стряхивая незаметный слой пыли с рамки пушистой щеткой, — кстати, красивая картина. Ты ее недавно купил? — Да, пару дней назад. Нравится? – полюбопытствовал парень, оборачиваясь в сторону брюнетки, — называется «Двое в компании, третья в одиночестве». Картина викторианской эпохи, между прочим, если ты знаешь что это, Каэде. — Я хоть и не поступала в университет, но культурно не обделена, – обидчиво отвернулась она, — вечно пытаешься меня задеть. — Без обид, я не хотел, – ласково улыбнулся ей шатен, — я хотел вот что с тобой обсудить. Вы, девушки, такие… необычные. Вас порой так тяжело понять, – взяв левую руку подруги в свою, он окинул ее взглядом, — недавно на ней ведь было кольцо? — Ты, вероятно, что-то путаешь, – пряча ее за спину засмущалась Фуджимото, — что бы там ни было, уже… Уже все. — Как странно. Что могло произойти? – заинтересованно заглянул в ее карие глаза Тетта, — хочешь поделиться? — Он думал, что мой отец общается со мной и что в моих руках есть часть бизнеса отца, – садясь на мягкий диван ответила Каэде, — он забрал кольцо как только я сказала что не видела его вот уже двенадцать лет. — Вот придурок, – усмехнулся мужчина, стоя рядом, — значит, подумал что в твоих руках много денег? — Может и так. Я не знаю, честно говоря. Но… Мне это так отвратительно, словно все это было только ради этого, – слезы угрожали своим появлением, но она держалась изо всех сил. — Есть много богатых женщин, но он подумал, что ты такая наивная, что это может сработать? И это сработало, будь ты богатой, это олух выиграл бы джекпот, – пригнувшись процедил Тетта, вновь глядя на подругу, — у тебя ведь много достоинств. — Не неси ерунды. Какая разница, если человек, которого я люблю… Никогда не полюбит меня в ответ? – Каэде прикрыла лицо рукой в попытках спрятать свои слезы, но ее запястье в тот же момент схватил парень. — А кто, позволишь узнать? По всей видимости, ты настолько неуверенна в себе, что была даже готова забыть о своей любви с каким-то женихом, – не прекращая держать ее бледную руку в своей, поглаживая, вопрошал Кисаки. — Нет. Я не хочу тебе говорить, прости, – поежилась Фуджимото, все еще не прекращая плакать, — тебе это все равно ничего не даст. — Зря ты так считаешь, Каэде. Что же, я буду угадывать. Это кто-то из наших общих знакомых? Может, Шюджи? – принялся задумываться Тетта, не прерывая зрительного контакта, то и дело свободной рукой смахивая слезы с ее лица. — Нет, конечно нет. Прости, но у всех должны быть секреты, – отвернулась брюнетка, закрывая глаза. Ответом Кисаки на ее слова был лишь вздох, полный разочарования. Он положил ладонь девушки на ее колени, и похлопав по ней, отвернулся. На несколько минут в помещении наступила напряженная, гробовая тишина, пока телефон Каэде не решил ее прервать. — Добрый вечер. Что? – испуганно начала задаваться вопросами Фуджимото, подскочив с дивана, — но я ведь совсем недавно вносила деньги! И двух недель не прошло, – быстро открывая сумку, она достала конверт, быстро пересчитывая купюры. Тетта сидел за письменным столом, с интересом наблюдая за ситуацией, дожидаясь, когда звонок закончится. — Надоело, – потирая глаза заявила брюнетка, — мне нужно идти домой. — Идти? Не ехать? В такой-то поздний час и одной, – переспросил шатен, — что там за проблемы с деньгами? — Мать. Одна сплошная проблема. Да закройся ты, черт побери, – изо всех сил дрожащими руками стараясь совладать с замком на сумке, выругалась она, — я всегда хожу домой пешком. — Но сегодня мы задержались. Может, спустимся вниз, а позже я доеду до дома с тобой? – предложил Кисаки, с первого раза закрывая злосчастный замок, — Расстроюсь, если откажешься. — Кто я такая, чтобы отказывать тебе, – хихикнула Каэде, глядя на его руки. Щелчок двери уведомил о том, что кабинет закрыт – можно было спускаться. Пройдя несколько этажей вниз, они оказались в интересном месте. Отовсюду доносился запах алкоголя, но атмосфера, несмотря на это, была приятной. — Красиво тут, да? – спросил мужчина, подходя к столику в углу помещения, который казался самым неприметным, — мое излюбленное место. Проголодалась? — Прости. Мне не хочется есть, – отвернулась Фуджимото, словно избегая его взгляда. В ответ Тетта хмыкнул, отодвигая от себя меню и наливая стакан воды из графина, что стоял на столе. Он рассматривал красивый хрустальный стакан, словно тот был предметом искусства, когда отражал в себе свет люстры и некоторых свечей, одновременно с этим, погружался в свои мысли и раздумья. — Вот так вот, да? Я столько шел к этому дню. Так старался. Стал главным преступником в Японии со своей бандой, чтобы что? – думал Кисаки, пока лицо Хинаты никак не могло убраться из его головы, — и эта дурацкая подвеска. Кто мог подарить такой прекрасной женщине как ты такую безвкусицу? С его мысленными возмущениями, хрусталь выпал из рук, и падая на мраморный пол – разбился на множество осколков. — Ты в порядке? – взволнованно посмотрела на него Каэде, — Кисаки, я с тобой уже минуты три разговаривать пытаюсь, думала, что ты меня слушаешь, но ты этого не делаешь, – возмутилась брюнетка. — Прости, задумался. Бывает такое, – постарался оправдаться он. — О чем задумался? – с вспыхнувшим в глазах любопытством, Фуджимото подобралась поближе. — Ни о чем, что было бы полезно тебе знать, Каэде. Абсолютно ни о чем, – бросил в ответ Кисаки, на лице которого застыло такая привычная ничего не выражающая эмоция. — Кстати о чем я тебе хотела рассказать! Пару недель назад я общалась с Хинатой. Она мне рассказывала, что Такемичи объявился. Ты хоть помнишь о них? – полюбопытствовала Каэде, — они всегда были такой отличной парой. — Я думаю, пора отвезти тебя домой. Мне и самому пора, – почти проигнорировав рассказ подруги, он взглянул на дорогие часы со слегка недовольным выражением лица, — помню. — Как только я начинаю говорить о Тачибане, ты сразу в лице меняешься. Я замечала это и раньше, Тетта, – надевая пальто обратно, Фуджимото оглянулась назад, в его сторону, — даже не удивлюсь, если ты в нее был влюблен, – хихикнула девушка. Ничего не отвечая на ее «выводы», Кисаки направился к выходу вместе с ней. Как и обычно, внизу, в это время его ждал личный водитель на дорогом и роскошном автомобиле. Открывая двери, он пропустил сначала Каэде, а затем и сам сел на заднее сиденье. Путь к дому подруги совсем не изменился, все так же жили в одном квартале, но теперь – еще дальше друг от друга, ведь Тетта давно смог себе позволить собственный дом в частном районе, а девушка все еще ютилась вместе с матерью в крошечной квартире. Наконец, проведя ее до дома, он ожидал и завершения своего вечера. Отворив тяжелые двери, Кисаки ждала великолепная обстановка, которая, увы, совсем его не радовала, как и все остальное, однако, он направился в свою спальню. Могло показаться, что уже ничего не имеет смысла. Все надоело и стало противным, как только пришло осознание, что никакие его достижения не помогли завоевать ее. Мысли об этом заставляли его сердце болезненно ныть в груди, а обида от потраченного на Хинату времени – затмевала глаза. Конечно, перед ним все еще находился прекрасный вариант, которым была Фуджимото, но он сомневался в том, что у нее есть хоть какие-то чувства к нему. Обычно Каэде говорила с ним обо всем на свете, но сегодня – побоялась рассказывать о том, к кому питает чувства. Неспроста это все, вероятно? Ему вспомнились прикосновения к ее нежной бледной коже, прекрасные глаза, хоть и полные слез. Но Тетта никогда не рассчитывал на нее, как на запасной вариант. Он в принципе считал ее просто средством, очередной «пешкой» в его шахматной игре, победа в которой была любовь. Но возможно, она была кем-то, кто гораздо больше чем это? В голове всплыли воспоминания о прогулках, о всех словах, что Фуджимото говорила в его сторону. Странно было осознавать, что возможно, ее мнение действительно отличалось от большинства. Кисаки не привыкать быть изгоем – хотя после того как начал обретать «вес» в кругах гопников, многие зауважали его, но продолжали сторониться. Но Каэде… Она буквально была рядом с ним всегда. Неужели осознание этого приходит к нему только сейчас? Но он не знал. Трудно, очень трудно было понять все это. От усталости, сам того не замечая, он засыпает, даже под звуки сообщений, что приходили на телефон. Вероятно, от Фуджимото – ежедневные пожелания, «сладких снов».
