Не убивай...

Антон свернул за своей новой знакомой на второй этаж к кабинету, из которого он сбежал минут 20 назад. Девушка достала из кармана приталенного пиджака связку ключей и один из них вставила в замочную скважину. Первого в кабинет она пригласила Шастуна, а потом зашла сама, закрывая дверь на замок. Парень долго осматривался, а потом присел на кожаное кресло. В помещении было всего три-четыре кожаных кресла, белый стол, несколько шкафов и огромное окно, благодаря которому кабинет был озарен светом. — Так.… Давай сначала познакомимся, — начала девушка, снимая пиджак и вешая его на спинку стула, — меня зовут Екатерина Владимировна, но больше предпочитаю, когда меня называют просто Катриной, — девушка протянула руку парню, сидящему напротив. — Антон Шастун, — парень пожал ее руку. — Ты в каком классе учишься? — В одиннадцатом… — Хм, интересно.… Знаешь, когда мой старший брат поступил в институт на учителя, я ему сказала, что, окончив школу, я пойду учиться на психолога, чтобы он потом пристроил меня работать в школу по блату. — она сидела на своем кресле, хитро улыбаясь и смотря куда-то в стену. Вдруг ее взгляд резко переключился на парня, который увлеченно слушал рассказ девушки, — а еще, я сказала ему, что пойду сюда только чтобы спать со старшеклассниками. Улыбка Катрины стала еще шире и более пошлой. Антону от этих слов стало немножко не по себе. — И… — единственное, что он смог выговорить. — И, как видишь, я работаю в школе… — Катрина медленно встала и направилась в сторону мальчика. Он зажался и еще сильнее зарылся в толстовку, — не бойся меня. Катрина подошла сзади к парню и положила свои ладони на плечи парня, заставляя того сильнее вжаться в стул. Девушка почувствовала это и отпрянула назад. — Блин, прости, не хотела тебя так пугать… — Катрина стала выглядеть уже взволнованной, — я просто так тебе это рассказала, я не собираюсь тебя насиловать, — девушка села на свое место и улыбнулась русому. — То есть, вы просто поиздевались надо мной? — парень бросил эту фразу уже более смело и немного обиженно. — Ну, извини, я все-таки психолог. Нужно было проверить твою реакцию. История, кстати, реальная. В дверь постучали три раза, и девушка направилась открывать ее. — Привет, пупсик. — Кать, я просил меня так не называть, — в класс вошел никто иной, как Арсений Сергеевич. Ну, конечно, кто же еще?! — Екатерина Владимировна, я, пожалуй, пойду, — Антон встал со своего места и уже переступил через порог, как его остановила рука. Девушка привела его обратно в кабинет и усадила в кресло. — Шастун, ты не переживай, Арсюшка, конечно, педофил, но тебя не тронет, пока я нахожусь здесь… — девушка мягко улыбнулась ему, — вы, кстати, знакомы? — Да, я его классный руководитель, — сказал учитель и сел напротив парня, — и кто бы говорил, что я педофил… — Ой, да ладно… — Она поставила чайник, присутствие которого только что было замечено Антоном, — короче, сейчас я напою этого придурка чаем, — сказала девушка, указывая на Арсения, — и мы с тобой душевненько поболтаем. — А при мне нельзя? — то ли обиженно, то ли разочарованно спросил мужчина. — В принципе, можно, — ответила Катрина, расставляя чашки на столе, — Начнем-с, Антон, почему ты плакал сегодня? Парень поперхнулся чаем. На него уставились две пары глаз. Одни смотрели заинтересованно, а другие с ноткой волнения и непонимания. Антон явно не ожидал такого вопроса. — Я не плакал… — парень сказал это очень тихо. — Плакал, я бы даже сказала, рыдал… — Нет… — Не хочешь говорить, не надо, — Катя понимала, что сейчас расспрашивать об этом парня бесполезно, — ты не хочешь со мной разговаривать? — Я не знаю, я не привык кому-то выговариваться… Арсений на все это смотрел своими удивленными глазами. Он ничего не понимал. Что тут вообще происходит? Антон практически залпом выпил чай. Кипяток обжигал горло. Но это было скорее приятно, чем больно. Он резко вскочил с места и выбежал из кабинета. — Что тут, мать вашу, происходит? — Арс, что ты сделал этому парню? — Катрина повернула голову к брату и уставилась в его глаза, изучая, что происходит у него внутри. — Ну… Я ему вчера помог, — Арсений рассказал все, что произошло за вчерашний и сегодняшний день. Катрина не отрывала свой взгляд от брата. — Арсений, я, конечно, точно сказать не могу, но ты его зацепил… Ты нужен этому мальчику… — Учитель смотрел на стол и вслушивался в слова сестры. Он встал со стула и направился к выходу из кабинета, бросив сестре быстрое «пока». Катрина осталась одна в своем кабинете. Она долго сидела, уставившись в одну точку на стене. *** — Серый, алло, приходи бухать… — сказал Шастун, задыхаясь от слез. — Шаст, что такое? Ты где? — Серега был ужасно испуган. Действительно, как тут не испугаться, если тебе звонят в три часа ночи и хотят с тобой побухать. — Я на нашем месте, Матвиенко. И если ты не появишься тут через 20 минут, я спрыгну, клянусь. — Ты чего, совсем ебанулся? — Есть такое, но, в любом случае, у тебя 20 минут… В трубке послышались гудки. Матвиенко быстро вскочил с кровати и выбежал из дома, не переодевшись. Шастун стоял на краю крыши многоэтажки и молча плакал. Вдруг сзади кто-то подлетел и откинул парня на холодный бетон. — Шпала, ты совсем больной?! — буквально орал друг-армянин, — у меня из-за тебя сегодня телефон чуть не разорвался. Мне Сергеич звонил раз сто, и мать твоя раз 50. А ты тут стоишь на крыше, прыгать собираешься! Заебись! — Я не собирался… Просто, ты бы иначе не пришел, — Шастун поднялся на ноги и подскочил к Сереже. Он очень сильно обнял его, сжимая все внутренние органы. — Что случилось? — спросил хвостатый на ухо Шастуна. — Ты взял выпивку? — Только какую-то водяру паленую из отцовской заначки прихватил. — Доставай… Через пару часов: — Вот, понимаешь, я нихуя не понимаю, — Антон еле выговорил эту фразу с заплетавшимся от выпитого алкоголя языком. — Я понял только одно. Ты втюрился в нашего классного, — Сережа был намного трезвее, ведь выпил он, буквально, пару глотков. — Я не втюр-ик-лся, просто он такой красивый и так печется обо мне… Давай позвоним ему! У тебя же есть номер, — Русоволосый настолько жалостливо смотрел, что армянин не выдержал и протянул другу телефон с набранным номером. Антон включил на громкую связь вызов и стал внимательно вслушиваться в гудки. Сергей молча смотрел на него. — Аллё, Сергей. Что случилось? — спрашивает учитель сонным, но при этом встревоженным голосом. — Арсений Сергеич, это Антошка. Я хотел сказать Вам, что Вы — козел, дебил и моральный урод, но при этом очень красивый и привлекательный. — Антон… — Не перебивайте меня! Мы знакомы с Вами всего два дня, а я не могу прожить и секунды без воспоминаний о родинках, которыми усыпано Ваше тело, о Вашем потрясающем низком тембре, об обворожительных голубых глазах, в которых можно просто утонуть, — Шастун растягивал предложение и с большим трудом выговаривал длинные слова, — Вы сделали для меня больше, чем все «близкие» люди за это время, но именно за это я Вас и ненавижу… — Тош… — Я Вас люблю… — Шастун… — учитель понимал, что парень слишком пьян, но, несмотря на это, его слова будоражили и делали очень больно. — Идите нахуй, Арсений Сергеевич. И всё. Звонок оборвался. Учитель больше не уснул. Как можно спать, когда тебе сначала признались в любви, а потом послали. На следующее утро парни проснулись на той же крыше. — У меня башка раскалывается. И блевать хочется, сейчас сдохну, — сказал Шастун, держась руками за макушку и потирая большими пальцами глаза. — Пить надо было меньше, — говорит Серый, поднимаясь на ноги. У него тоже слегка кружится голова, но похмелья, как такового, нет, — сейчас таблетку поищу. Спустя несколько минут копаний в рюкзаке, он протянул русоволосому блистер. — Храни тебя Аид. — Пей уже, придурок, — с усмешкой сказал парень с хвостиком. *** Вся последующая неделя прошла неплохо. Правда, было какое-то чувство опустошенности, но это ничего страшного. Парень старался избегать учителя, а разговаривать только на темы по поводу учёбы. На классные часы он вообще забивал. В один день Арсений попросил абсолютно всех прийти после уроков в кабинет. Антон не ослушался. Все же этот человек сделал слишком много, чтобы его игнорировать. После последнего урока, он отправился вместе с Сережей в класс и по дороге встретил Катерину Владимировну. — О, странный мальчик Антошка, привет! — Здравствуйте… — пробубнил Шаст себе под нос. — Зайди ко мне сегодня, когда освободишься. Один, — добавила девушка, взглянув на армянина и тепло улыбнувшись ему. Сережа улыбнулся в ответ. — Зачем? — Поболтаем, — сказала Катрина и, легонько хлопнув парня по плечу, отправилась к себе в кабинет. Матвиенко посмотрел вслед девушке, — Кто эта девушка? — Сестра Арсения, школьный психолог, — безразлично проговорил Антон. — Он тебя уже с семьей знакомит? — усмехнулся хвостатый. — Завали… — Красивая… — сказал Сережа, взглянув на дверь, за которой скрылась девушка. Антон лишь тихо угукнул и махнул головой в сторону кабинета русского. Парни зашли в класс, закрывая за собой дверь, и сели за свою «любимую» парту у окна. Все одноклассники уже были тут, а через несколько минут зашел Арсений Сергеевич со своей потрясающей новостью.