Ты мой наркотик

      Утром Осаму съездил на машине Чуи в город и приобрёл всё необходимое для того, чтобы установить систему видеонаблюдения, а так же купил продукты. Вернулся он совсем на другом автомобиле, старой, неприметной модели.       — И где моя Мазда? — вопросительно взглянув на Дазая, поинтересовался Чуя, открывая входную дверь и выходя во двор минки, которую они с Осаму сняли.       — На платной стоянке, — ответил Дазай, занося покупки в дом и возвращаясь ещё за пакетами. — Твоя тачка слишком приметная, да и её наверняка объявили в розыск.       — А эту развалюху ты где взял? — приподняв левую бровь, поинтересовался Чуя.       — Купил, но оформил на чужое имя, — проговорил Осаму, взглянув в глаза цвета горного василька.       — Ничего поприличней не мог подобрать? — Накахара подошёл к старой Тойоте, наверное, 90-х годов выпуска, и критически осмотрел её со всех сторон.       — Издеваешься? — усмехнувшись, спросил Осаму. — В нашем положении лучшей тачки не найти. Кстати, отыскать такое старье было совсем непросто, если хочешь знать.       Чуя, хмыкнув, направился в дом, а Осаму, проходя мимо него с пакетами, остановился и, чмокнув эспера в щёку, сгрузил их ему.       — Скумбрия! — возмущённо воскликнул Накахара.       — Что? — Дазай с лёгкой улыбкой невинно взглянул на любовника и проскочил в дом мимо него. — Занеси внутрь, и там в багажнике ещё есть пакеты.       — Достал... — буркнул Чуя и закинул пакеты в дом гравитацией.       — Эй, полегче, там дорогостоящее оборудование.       — Заткнись! А то сам будешь сейчас их таскать.       — Вредная вешалка для шляп!       — Пф... — фыркнул Чуя и запустил в Дазая пуфик, который стоял рядом с диваном, конечно же, гравитацией. Преодолев путь от дивана до Осаму, несчастный пуфик был отбит рукой последнего, сверкнула белая вспышка, и он вылетел через открытое окно.       — Эй, Чуя! Больно же! — послышался возмущённый возглас Дазая, который теперь стоял и потирал ушибленную руку.       — Следующим полетит в тебя шкаф. — Накахара одарил Осаму злым взглядом и, развернувшись, отправился к машине за остальными покупками.       — Злобный карлик, — тихо проговорил ему вслед Дазай, в надежде на то, что Чуя его не услышит, но Накахара услышал.       — Кто злобный карлик? — прошипел тот, возвращаясь с пакетами и отправляя их на кухню гравитацией, а в Осаму — пластиковую тарелку со стола, которая прилетела прямо в лицо любовнику, так как Чуя ускорил её полёт способностью.       — Ай, больно.       — А мне плевать! — Накахара криво улыбнулся и пошёл на кухню разбирать пакеты.       — Злюка, — буркнул Дазай, поднимая упавшую на пол тарелку и проходя на кухню вслед за Чуей.       — Ага.       Чуя заглянул в один из пакетов, критически разглядывая его содержимое и выкладывая его на стол.       — А что, кроме фастфуда больше ничего не было? — поинтересовался эспер, полностью разобрав один пакет и приступив к выкладке содержимого второго.       — Мне некогда было заезжать в ресторан, да и светиться в центре лишний раз не хотелось, — ответил Осаму, опираясь одной рукой о стол и искоса поглядывая на Накахару. — Я купил продукты, можешь приготовить себе роллы или что-нибудь ещё.       — Не хочу, это долго.       — Тогда ешь фастфуды и не капризничай.       — Я не капризничаю. А где вино?       — Оно было в том пакете, который ты запулил в гостиную, — проговорил Дазай, с трудом сдерживая улыбку.       — Скумбрия! — возмущённо воскликнул Чуя и уставился в карие омуты своими голубыми озёрами. — О таких вещах предупреждать надо заранее!       — Я предупреждал, — ответил Осаму, присаживаясь на стул и сосредоточенно разглядывая свои ногти. — Я же сказал, что там дорогостоящее оборудование.       — Поздно сказал, — Накахара фыркнул и, махнув рукой на Дазая, отправился в гостиную, проверить как там вино. Как ни странно, вино выжило, и Чуя отнёс две бутылки дорогого пойла на кухню и поставил их в шкаф к ещё одной бутылке, которую он вчера так и не открыл.       Присев на стул рядом с Дазаем, Накахара взял в руки пиццу, но положил её снова на стол, взял другую и так же, взглянув на неё, отложил в сторону. Недовольно поморщившись, Чуя спросил:       — Что, только с крабовым мясом?       — Ага, — кивнул Дазай и, взяв одну пиццу, закинул её в микроволновку.       — Скажешь, что кроме крабового мяса не было другой начинки? — Накахара раздражённо отодвинул от себя подальше это «чудо кулинарного производства».       — Не было, веришь, Чуя?       — Пф.. — фыркнул тот. — Нет!       — Милый, может тебе бургер или чизбургер разогреть?       Накахара замотал головой.       — Зная тебя, уверен, что и там без крабов не обошлось.       — Нет, ну что ты, какие крабы? — Осаму вытащил дымящуюся пиццу из микроволновки и положил её на стол. — Может, такояки или дораяки? Хотя выбирай сам, тут много всего, пересмотри.       Дазай сел за стол, и разрезав пиццу на несколько частей, взял один кусок, а Чуя всё так же критически глядя на гору фастфуда перед собой, произнёс:       — Пожалуй, остановлю свой выбор на дораяки. Надеюсь, что там нет краба?       — Ну что ты, Чуя, конечно нет. — Дазай отвернулся к стенке, делая вид, что сосредоточенно жуёт пиццу, а сам тихонько посмеивался в кулак.       Накахара отыскал дораяки среди кучи фастфуда и откусил кусок, после чего скривился и выплюнул содержимое рта в свою руку, запустив дораяки в Осаму.       — Какого хуя, Скумбрия? — возмущённо вскричал Накахара, подрываясь со стула и выбрасывая, то что выплюнул в мусорное ведро, Дазай повернулся к Чуе, уже не сдерживая смеха. — Ты издеваешься? Это же дораяки, какого хрена там делает краб?!       — Тебе не понравилось? По мне, так это очень вкусно.       — Вот и жри сам, ненавижу тебя, чертов придурок! — Чуя засветился красным, и обвалил на Осаму висящий над ним шкафчик, но Дазай уклонился, хотя тот слегка его зацепил.       — Ай! Блядь! — заматерился Дазай. — Чуя! Какого черта ты творишь?       — Что я творю!? А ты что творишь? Придурок грёбаный! Я вообще-то жрать хочу! Ты точно своей смертью не умрешь! Я пошел устанавливать камеры, а к тому времени, когда я вернусь, жратва чтобы была готова, и никаких крабов! Иначе я тебе их в задницу затолкаю, долго потом выковыривать будешь!       — Как скажешь, милый. Хотя я и против крабов в заднице, лучше найти ей другое применение и им тоже. — Дазай широко улыбнулся, глядя на покрасневшего от ярости Накахару, а тот возмущённо фыркнул.       — Ты договоришься, что я прямо сейчас найду ей другое применение. — Чуя надвинулся на Осаму и прошипел ему в лицо: — Или всё-таки крабы? Решай, у тебя есть примерно часа полтора-два.       Сказав это, Чуя вышел из кухни и взяв камеры, пошёл устанавливать их по всему периметру во дворе минки. Дазай тяжело вздохнул и, убрав фастфуды со стола, принялся готовить роллы.       Когда Осаму закончил с готовкой, то решил повесить шкаф обратно на стенку, Чуя к этому времени установил камеры и вернулся в дом, успев заметить, как Дазай вместе со стулом и шкафом, взвизгнув, падает на пол. Накахара не выдержал и просто заржал, не в силах остановиться.       — Ха-ха-ха, прекрасная картина! Я бы сказал — это шедевр на миллион долларов!       — Коротышка, хватит ржать! Это между прочим больно!       — Что ты сказал!? — Чуя подлетел к Осаму, сжав кулаки.       Дазай отклонился назад, и выставил руки вперёд, пытаясь отгородиться от любовника, дабы тот его не прибил.       — Я приготовил роллы! Без крабов, как ты и просил, милый!       — Чего? Правда?       — Шучу, конечно!       — А?! Ах, ты!.. Я тебя точно сегодня грохну!       — Я пошутил! Они правда без крабов.       Чуя прошел мимо Дазая, а подойдя к столу и взяв один ролл, откусил кусочек, роллы действительно оказались без крабового мяса. За пару минут слопав их все, Накахара посмотрел на Дазая, который все так же сидел на полу.       — Свали, неудачник! Даже самого простого сделать не можешь! — Осаму поднялся на ноги и отошёл в сторону, а Чуя быстренько повесил шкаф на место, применив гравитацию.       — Ну конечно, тебе легко! А спорим, что если бы ты его вешал без способности, то даже... не дотянулся, — произнёс Дазай на свой страх и риск.       — Убью! Клянусь, однажды я тебя убью! Ты допиздишься!       — Да ладно тебе, вешалка для шляп, иди сюда. — Осаму притянул Чую к себе и, обняв его, нежно поцеловал. Накахара попытался высвободиться из объятий настырной Скумбрии, но тот, всё так же целуя его в губы, прижал спиной к стенке, не давая возможности для манёвра, удерживая руки Чуи и так же прижимая их к стене на уровне головы последнего.       Сопротивлялся Чуя не долго, да и не сильно, а вскоре ответил на поцелуй. Осаму отпустил его руки, продолжая прижимать любовника к стене и принялся расстёгивать его рубашку, а через несколько секунд сбросил её на пол. Дальше его пальцы скользнули к ширинке на брюках Чуи, а справившись с молнией, Осаму стянул их с него вместе с боксёрами, сжимая ладонью возбуждённый орган парня и двигая ею вверх и вниз. Накахара застонал, срывая с Осаму его рубашку и расстёгивая брюки, и так же стащил их с него вместе с трусами.       — Пошли в спальню, — предложил Накахара, обхватывая рукой член любовника и начиная его ласкать.       — Не-а, — Дазай качнул головой и снова накрыл губы Чуи своими.       — Что ты придумал? — поинтересовался Накахара, с трудом переведя участившееся дыхание, после того как поцелуй закончился.       — Хочу попробовать кое-что новое. Если ты не против, конечно. — Осаму взял Чую под ягодицы и приподнял его вверх, всё так же прижимая спиной к стене и вынуждая обхватить ногами свои бёдра.       — Против, — возразил Накахара, ощущая, как что-то твёрдое упирается в дырку. — Тебя стоит жестоко выебать за твои сегодняшние приколы, Дазай.       — Чуя, ну прости, — прошептал в губы Накахары Осаму, слегка поцеловав его, глядя в голубые озёра. — Ты же помнишь, что моей заднице нужно ещё несколько дней? А потом я весь твой, можешь меня выебать и даже жестоко, если захочешь.       Накахара фыркнул, но ничего не ответил, а Осаму, смазав анус партнёра лубрикантом, который откуда-то появился у него в руках, приставил ко входу головку возбуждённого члена, и Чуя, обхватив любовника за шею руками, сам медленно опустился на него, позволяя войти на всю длину. Подождав, когда дискомфорт исчезнет, Накахара слегка приподнял бёдра и снова опустился на орган Дазая, со стоном насаживаясь на него до конца. Немного отойдя от стены и удерживая парня под ягодицы, Осаму помогал ему двигаться, подбрасывая вверх и опуская вниз, буквально, натягивая его на свой член, при этом он сам старался двигать бёдрами. Дыхание и сердцебиение обоих любовников участилось, а вскоре их раскрасневшиеся и разгорячённые тела покрылись капельками пота. Глядя в глаза друг другу, они двигались в унисон, Чуя ускорил движения, всё быстрее и выше подпрыгивая на члене Осаму и всё более резко опускаясь на него вниз, при этом не сдерживая стонов и криков, чувствуя, что внутри уже всё горит. Его взгляд был затуманен, а когда Дазай впился в его губы своими, он и вовсе прикрыл глаза от удовольствия, двигаясь на члене партнёра, вцепившись пальцами в его плечи и неосознанно раздирая их до крови ногтями, ощущая дикое, безудержное пламя, бушующее внутри, готовое сжечь его, казалось, до тла. Продолжая скакать на органе Дазая, Чуя прогнулся назад, сам разрывая поцелуй, чувствуя, как его начинает бить дрожь, а пламя внизу живота разливается по всему телу, прошивая волной острейшего оргазма. Не в силах сдержать крика, Накахара излился на свой живот и живот любовника, который кончил одновременно с ним.       Тяжело дыша и с бешено бьющимся сердцем, Осаму опустил Чую на пол, сам сползая вниз и прижимая его к себе, тот обессиленно рухнул в объятья возлюбленного. Через пару минут, придя в себя, парни, не говоря ни слова, молча отправились в душ, чтобы смыть с себя все следы любовных утех, а может, и не только для этого. Но то, чем они занимались в ванной за закрытыми дверями, навсегда останется для нас тайной, хотя из-за неё доносились странные звуки, а порой стоны, и вышли мафиози из душа ещё не скоро.

***

      Позже, подключив камеры к ноутбуку и выведя изображение с них на огромный сенсорный экран, который он приобрёл специально для этой цели, Осаму проверил, как работает система видеонаблюдения. Работала она прекрасно. Изображение с каждой камеры выводилось на отдельной части монитора и все они вместе были похожи на шахматную доску, а при нажатии пальцем на одно из изображений, его можно было развернуть во весь экран.       — Отлично, — проговорил Осаму, а затем, обратившись к Чуе, добавил. — Чуя, нужно немного поправить эту и эту камеры, — Дазай указал рукой на изображения с двух камер. — Ты установил их высоковато или опусти ниже, или наклони объектив немного вниз.       — Хорошо, — кивнул Чуя и вышел во двор, а через минуту ракурс одной из камер немного поменялся. — Так? — донёсся крик со двора.       — Да, нормально, — крикнул в ответ Дазай, а вскоре ещё одна камера сменила ракурс обзора и снова Чуя поинтересовался нормально ли, а Осаму ответил, что да.       Позже Дазай получил сообщение от Анго о том, что ищейки уже в Йокогаме, а потом Сакагучи сказал, что хочет встретиться с Чуей.       «Зачем?» — спросил Осаму бывшего друга.       «А ты как думаешь?» — написал в ответ Анго.       «Хочешь использовать на нём свою способность?»       «Именно».       «Не знаю, есть ли в этом смысл? Твой шеф поверит тебе?»       «Поверит. Или ты мне не доверяешь? Помнишь, это ведь я тебе обо всём рассказал и помог Чуе исчезнуть с наших радаров».       «Хорошо. Завтра я тебе позвоню и скажу куда подъехать. Ты выяснил что-нибудь об Андрееве?»       «Работаю над этим. Давай, до связи».       «До связи», — написал Осаму и закрыл переписку с Сакагучи.       — Ищейки уже в городе, — сказал Дазай, подходя к Чуе сзади и обнимая его за плечи.       — Понятно, — ответил тот, облокачиваясь на Осаму спиной.       — Завтра нужно будет прокатиться в город вместе.       — Зачем?       — На встречу с Анго.       — А? — Чуя, повернув голову, удивлённо посмотрел на Дазая.       — Всё в порядке. Он просто хочет сам убедиться в том, что ты этого не делал, а если шеф Танеда ему поверит, ищеек отзовут, и тем, кто всё это затеял, придётся менять план.       — Ты ему доверяешь? Вдруг это ловушка?       — Да, я ему доверяю. Это ведь он передал мне список металлов, которые входят в сплав, что у тебя сейчас висит на шее, и именно благодаря ему, ты стал невидим для радаров правительства. Не думаю, что это ловушка, но на всякий случай мы подстрахуемся, осторожность лишней не бывает.       — Как знаешь, тебе виднее. Осаму, а ты в курсе, что ужин готовить будешь ты?       — Почему это снова готовить должен я? Я уже готовил для тебя одного, как выяснилось. И вообще у меня есть куча фастфуда, — Дазай усмехнулся, а Чуя ткнул его локтём в бок, от чего тот охнул.       — Если бы ты купил нормальной еды, а не гору фастфуда с крабами, тебе бы не пришлось готовить.       — Чуя, у меня есть идея получше, — радостно сообщил Дазай.       — Какая?       — Давай вместе готовить.       — Не, я не хочу готовить сегодня. Нет настроения.       — Ну, Чу-уя, не будь таким вредным, — Осаму чмокнул возлюбленного в щёку.       — Да-зай... — протянул Накахара, отстраняясь от эспера и разворачиваясь к нему лицом.       — Что?       — Ничего. Хотя... У меня тоже появилась идея.       — Какая?       — Давай якитори пожарим во дворе. Я разожгу угли в мангале, а ты сделаешь всё остальное, — Чуя хитро подмигнул Осаму. — Согласен?       — Чуечка, ну давай лучше наоборот.       — Нет, наоборот я не согласен.       — Вредина... — Дазай тяжело вздохнул и прошёл на кухню. — Ладно, согласен, я кстати, купил замаринованное мясо.       — Я видел, потому и предложил.       — Иди, разжигай угли тогда.       — Ладно, — Накахара кивнул и пошёл за мангалом и углями, а Осаму, взяв в холодильнике замаринованное мясо, вышел во двор, не забыв прихватить с собой два бокала и бутылку вина.       Минут через пятнадцать Осаму приступил к готовке, а Чуя решил налить вина.       — Скумбрия, ты как обычно штопор не взял? — с деланным возмущением спросил Накахара.       — Чу-уя, ну зачем тебе штопор? Ты и без него бутылку вина можешь открыть, — возразил Дазай, взглянув в голубые озёра.       Чуя фыркнул и выдернул пробку из бутылки способностью, после чего разлил вино по бокалам. Подойдя к Осаму, который уже нанизал якитори на бамбуковые шпажки и выложил на мангал, передал ему один из бокалов и сделал глоток из своего, Дазай последовал его примеру.       — Какой план на завтра? — спросил Чуя, делая ещё один глоток вина. — Где мы завтра встречаемся с Анго и во сколько?       — Не важно где. Я назначу встречу ему завтра, но перехватим его по дороге, вот и весь план пока что.       — Гениально, — усмехнулся Чуя, снова отпивая из своего бокала несколько глотков вина.       — Поверь, это лучше, чем ждать его где-то в условленном месте.       — Может быть. Но если мы будем тащиться на этой развалюхе, — Накахара указал взглядом на старенькую Тойоту, стоявшую у них во дворе. — То вряд ли успеем кого-то перехватить.       — Успеем, Чуя, успеем. — Дазай подошёл к эсперу и, обняв его одной рукой, сделал несколько глотков из бокала. — Ты у меня кого угодно перехватить успеешь, а я подтянусь на развалюхе.       — Как знаешь. А что насчёт того эспера, который устроил теракт?       — Пока не найден. — Осаму подошёл к мангалу и перевернул якитори на другую сторону, после чего вернулся к любовнику и отпил несколько глотков вина из своего бокала, Чуя последовал его примеру.       — Скажи, Чуя, — проговорил Осаму, присаживаясь на скамейку рядом с ним и накрывая его ладонь своей, неотрывно глядя в лазурные глаза и делая ещё глоток вина. — Ты скучал по мне, пока мы были, так сказать, в ссоре?       — Скумбрия, ну нахрена сейчас эти вопросы? — Накахара раздражённо отдёрнул руку и, отведя взгляд в сторону, отхлебнул из своего бокала.       — Хочу знать, — сказал Дазай, продолжая смотреть на Чую, хотя тот на него и не глядел. — Посмотри на меня.       Но Чуя сосредоточенно изучал содержимое своего бокала, на Дазая сейчас смотреть ему совсем не хотелось.       — Чу-уя, — протянул Осаму, снова накрывая руку того своей. — Посмотри на меня и ответь. Неужели это так сложно?       — Да, сложно! — вспылил Накахара, но повернулся к Дазаю и всё же посмотрел в карие омуты своими голубыми озёрами, в которых пылал гнев. — Что ты хочешь услышать, что несмотря на всё, что ты сделал, я не мог тебя забыть?       — Я хочу услышать только правду и больше ничего.       — Ты смотри, какой правдолюбец нашёлся! А обо мне ты подумал? Хоть раз задумайся о ком-то другом, кроме себя. Мне неприятна эта тема и вспоминать об этом я не хочу!       — Ладно, — неожиданно сдался Дазай и, встав со скамейки, добавил: — Якитори подгорят.       Сказав это, Осаму направился к мангалу, а Чуя снова наполнил бокалы, однако любовник не спешил возвращаться, и Накахара, взяв свой и его бокал, подошёл к нему.       Дазай нанизывал новую партию мяса на шампура, а когда закончил с этим, Чуя передал ему бокал. Сделав несколько глотков из своего, Чуя вдруг сказал:       — Мне было тяжело, я ненавидел тебя и не мог простить, но не проходило и дня, чтобы я не вспоминал о тебе, и это очень сильно меня бесило. Возможно, если бы я не потерял память и не прожил с тобой те полгода, то всё осталось бы по-прежнему. Нет, я уверен, что не смог бы тебя простить, если бы не тот случай в Агентстве с тигром, я просто не допустил бы нашего дальнейшего общения никогда, несмотря на всю твою настырность.       — Значит, я должен благодарить судьбу за то, что с тобой тогда произошло?       — А точно ли судьбу? — приподняв левую бровь, спросил Накахара, испытующе глядя в глаза цвета виски. — Ты так вовремя там появился, будто всё произошедшее входило в твой план.       — Чуя, я знал, что ты придёшь на собеседование в Агентство в тот день, — проговорил Осаму, отпивая из своего бокала немного вина. — Это правда, что я хотел помешать тебе пройти это собеседование. Поэтому устроил всё так, чтобы директор и Рампо ушли по срочному делу, но у меня не было чёткого плана и мыслей о том, что делать после этого. Я знал, что ты не захочешь говорить со мной, но должен был попытаться. Моя интуиция подсказала мне, что я должен быть там, но ничего такого я не планировал, к тому-же не рассчитывал увидеть рядом с тобой в тот день Акутагаву. Я не просил оборотня устраивать драку, которую, вообще-то, начал Рюноске, да и в том, чтобы скатиться с лестницы втроём и вылететь на улицу с высоты в три с половиной этажа приятного мало, и кто мог предположить, как именно всё обернётся? Я просто быстро сориентировался и действовал по ситуации в своих интересах. Как я мог упустить такой шанс? Вот и всё.       — Ладно, считай, что я тебе поверил, — произнёс Чуя и сделал несколько глотков вина. — Но всё же ты был и остаёшься тем ещё ублюдком.       — Это ещё почему? — невинно спросил Дазай, отпивая из своего бокала.       — Ещё спрашиваешь? Скумбрия, ты совсем не изменился, вот что ты сегодня устроил с этими крабами? Как в дораяки могло очутиться крабовое мясо? Это ведь сладкий бисквит с анко. Дораяки не бывает с крабовым мясом.       — Не бывает, ты прав, — Осаму широко улыбнулся, снова отпивая из своего бокала. — Но мне сделали на заказ.       — А? Они не посмотрели на тебя, как на дебила?       — Посмотрели, — кивнул Дазай.       — Зачем? Я не могу понять смысла твоих действий, для чего тебе всё это понадобилось?       — Чуечка, — Осаму подошёл к возлюбленному вплотную и обнял его. — Это был пранк, разве не весело?       — Что? Какой ещё пранк?       — Ты не знаешь, что такое пранк?       — Я знаю, что такое пранк! — Чуя фыркнул. — Но не пойму, зачем? И ты что, всё это снимал на видео? Я не понимаю, Скумбрия, у тебя что, других дел нет?       — Есть, но как я уже говорил, это было весело! — Дазай мечтательно закатил глаза, расплывшись в улыбке. — Видел бы ты своё лицо, когда откусил дораяки, но ничего, я тебе потом видео покажу.        — Интересно, а на видео есть твоя рожа, когда на тебя шкаф падал? — Чуя ехидно улыбнулся и закурил сигарету.       Осаму пожал плечами и сказал:       — Если честно, я ещё сам не смотрел.       — Вообще-то, я реально жрать хотел, а ты издевался надо мной со своими крабами, которых я терпеть не могу.       — Я заметил, а ещё я никогда не видел, чтобы кто-то так быстро уплетал роллы, да ещё и в таком количестве, сколько там их было, штук четырнадцать-шестнадцать?       Осаму хихикнул, а Чуя, ничего не ответив, отстранился от него и сжал кулак.       — Вот ещё, Скумбрия, — произнёс он, но беззлобно и ткнул Осаму этим кулаком в грудь, правда совсем не больно, а скорее игриво.       Дазай снова улыбнулся и, подойдя к мангалу, перевернул якитори на другую сторону.       — Якитори пробовать будем? — задал вопрос Чуя и отхлебнул немного вина из своего бокала.       — Давай попробуем, если хочешь.       Осаму откусил кусочек шашлыка, а Чуя, сделав то же самое, проронил, что это неплохо.       — Неплохо? И это всё, что ты можешь сказать о моём кулинарном мастерстве? В следующий раз будешь готовить сам.       — Ладно тебе, Скумбрия. Это вкусно, — проговорил Чуя, прожевав ещё один кусочек якитори, а заметив на себе скептический взгляд любовника, добавил: — Правда, вкусно.       Дожарив якитори, мафиози прошли в гостиную и решили продолжить вечер там, всё-таки желательно было следить за камерами наблюдения.       — Чуя, нам придётся спать по очереди, — сказал Осаму, присаживаясь на диван и кидая в рот кусочек мяса, запивая его вином. — Нужно за камерами смотреть.       — Без проблем. Я пока спать не хочу, так что можешь лечь первым, разбужу, когда устану.       — Хорошо. Но я ещё посижу с тобой немного.       — Ладно. Тогда можно ещё выпить, — произнёс Накахара и, наполнив опустевшие бокалы, присел на диван рядом с Дазаем.       Осаму закурил и, сделав несколько глотков вина, откинулся на спинку, Чуя тоже закурил, поставив пепельницу себе на колени, и также откинулся назад, удобно устроившись возле Дазая. Выкурив по сигарете и допив вино, мафиози выпили ещё по бокалу и съели по кусочку якитори, после чего Дазай снова облокотился о спинку дивана, а Чуя положил голову на его плечо. Осаму обнял возлюбленного, притянув его к себе ближе и вскоре задремал, а Накахара так и лежал головой на его плече, поглядывая на видео с камер, которое транслировалось на сенсорный экран монитора.       Минут через двадцать, Чуя встал с дивана и переложил Осаму в лежачее положение, накрыв его пледом. Убрав остатки якитори в холодильник и налив себе бокал вина, он следил за камерами наблюдения, время от времени искоса поглядывая на Осаму. Выпив от скуки ещё несколько бокалов, Чуя посмотрел на время. Дазай спал уже часов пять, и Накахару самого начал одолевать сон, поэтому он его разбудил.       — Устал? — спросил Дазай, вставая и потирая глаза.       — Да. Что-то вырубаюсь уже, — ответил Чуя и лёг на место Осаму, хотя изначально хотел пойти в спальню на кровать.       — Последи ещё минут пять. Я умоюсь и сварю себе кофе.       — Хорошо.       Осаму прошёл в ванную, а затем на кухню и вскоре вернулся с дымящейся чашкой кофе.       — Спокойной ночи, — пожелал Чуе Дазай и чмокнул его в губы.       — Ага, спасибо, — буркнул Накахара, отворачиваясь к стене и моментально засыпая, а Дазай сел рядом с ним, наблюдая за камерами и сделав несколько глотков кофе из своей кружки. На часах было два часа ночи, и ему предстояло дежурить часов до семи утра, а потом можно будет ехать на встречу с Анго, и лучше перехватить его по пути на работу, без предупреждения, решил Осаму. Времени им с Чуей для этого должно хватить, хотя можно разбудить Накахару на полчаса раньше, если он, конечно, будет в форме, всё-таки выпил немало, пока Дазай спал.       На часах было 6.30, когда Дазай всё же разбудил Чую, спросив:       — Ты как? В состоянии заниматься делами или ещё поспишь? — Осаму положил руку Чуе на голову и провёл пальцами по волосом.       — Скумбрия! Накахара раздражённо сбросил ладонь Дазая со своей головы, а потом добавил: — Всё нормально, я в порядке.       Поднявшись с дивана, Чуя отправился в ванную комнату, чтобы принять душ, а когда он вернулся в гостиную, Дазай прошёл на кухню, чтобы сварить кофе.       Сделав две чашки, Осаму поставил одну перед Чуей, а вторую рядом с собой. Когда мафиози выпили кофе, Осаму сказал:       — Иди одевайся, Чуя. Перехватим Анго по пути на работу.

***

      В тот же день ближе к вечеру Анго связался с Осаму и сообщил ему о том, что ищейки будут отозваны.       «С Чуи пока обвинения не сняты, — написал Сакагучи в сообщении. — Но Андреева тоже разыскивают, как подозреваемого в этом теракте наравне с Накахарой. Кстати, я нашёл его фото, это тот самый человек, о котором ты говорил. Я уже не сомневаюсь в том, что теракт — его рук дело, но для того, чтобы с Чуи сняли все обвинения, этого эспера необходимо найти и взять. А взять его никто, кроме тебя не сможет. Даже если мы попробуем как-то вколоть ему препарат, блокирующий Силу эсперов, это будет слишком опасно, не факт, что у кого-то получится это сделать, он слишком силён и никто с точностью не сможет сказать каким количеством способностей он обладает. Ты должен лишить его их всех, можешь допросить, если хочешь, но потом передашь его нам, живым. Он должен ответить за свои преступления, кроме того, твоего Накахару не оправдают, если этот эспер умрёт. Обратись в Агентство и попроси у детективов помощи в поисках Андреева. Чем быстрее мы его найдём, тем будет лучше для всех».       «Хорошо», — коротко ответил Дазай и закрыл переписку с Анго.       Разбудив Чую, Осаму сказал:       — Чуя, мне нужно в город съездить.       — Зачем? — спросил Накахара, сев на кровати и потирая глаза.       — Хочу с Рампо пообщаться. Я разговаривал с Анго, ему удалось убедить шефа в твоей невиновности, и ищейки будут отозваны, но пока не найден настоящий террорист, обвинения с тебя не будут сняты. Возможно, Эдогава поможет отыскать Андреева, поэтому мне необходимо с ним встретиться. Следи за камерами на всякий случай. Расслабляться пока рано.       — Хорошо, — кивнул Чуя и пошёл умываться.       Утром, действуя по плану Дазая, они с Чуей перехватили Сакагучи по пути на работу, и он, использовав свою способность, прочёл воспоминания Накахары, убедившись в том, что Чуя невиновен в том, в чём его обвиняют.       — Вы возвращались в прошлое при помощи Книги? — вдруг произнёс Анго, взглянув на Дазая.       — А вот в это тебе лезть совершенно незачем, — ответил Осаму и прикоснулся к Сакагучи рукой, обнуляя его способность, и не позволяя и дальше копаться в голове Чуи, опасаясь, что тот прочтёт ещё что-то, что его не касается. — Узнал, что хотел?       Очкарик кивнул и убрал руку от Чуи, но было видно, что он сгорает от любопытства.       — Эти воспоминания слишком личные, и они тебя не касается, извини, — холодно взглянув на эспера, произнёс Дазай, протягивая Накахаре его шляпу. — Пойдём, Чуя.       По пути на минку, которую снимали, Осаму с Чуей заехали в ресторан, по настоянию последнего и заказали еду на вынос, а приехав домой, позавтракали и Накахара улёгся спать. Проспал он довольно долго, пока Дазай его не разбудил.       Осаму уехал, а Чуя сварил себе кофе и расположился в гостиной, наблюдая за камерами. Через пару часов босс Портовой Мафии вернулся домой, и Чуя его спросил:       — Как всё прошло? Узнал что-нибудь?       Осаму покачал головой, проходя в гостиную и устало падая на диван.       — Этот чёртов эспер наверняка обладает какой-то способностью, которая помогает ему скрываться. Даже Рампо не смог определить, где он находится, но детективы обещали бросить все силы на поиски террориста.       Чуя ничего не ответил, лишь кивнул.       — Ужинать будешь? — задал он вопрос любовнику через минуту.       — Пожалуй, — ответил Дазай, а Накахара прошёл на кухню и принялся разогревать ужин.

***

      В полумраке тёмного помещения светились несколько мониторов, за одним из них сидел брюнет в белой шапке ушанке и что-то быстро набирал на клавиатуре. Оторвавшись от своего занятия, но не оборачиваясь, он произнёс:       — Как вы отыскали моё убежище, шеф?       — Это было несложно, Дос-кун, по крайней мере для меня.       — Я же просил вас, шеф, не применять к моему имени суффиксов, вроде «кун», «сан» и так далее, — проговорил брюнет, наконец, оборачиваясь и глядя на гостя, которым оказался высокий мужчина средних лет со светлыми волосами, в тёмной военной форме и с мечом у пояса. Лицо мужчины украшали три шрама и усы, вздёрнутые вверх. — У нас в России это не принято.       — Ладно, Фёдор, как скажешь, — произнёс светловолосый, подходя к брюнету. — Нам срочно нужно менять план действий. Я вынужден отозвать свою команду: приказ свыше, и я не могу сейчас его ослушаться. Настало время вступить в дело тебе. Ты понимаешь о чём я говорю?       — Конечно, господин Фукучи. Ничего, если я буду звать вас так? — спросил Достоевский, неотрывно глядя в глаза мужчины со шрамами и дождавшись от него кивка, продолжил: — Мне такое обращение привычнее. Вы хотите, чтобы я использовал Сигму?       — Именно, настало время привести его в нашу организацию. Мне нужна эта страница.