Ты мой наркотик

      Проснувшись утром, Чуя хотел тихо уйти, чтобы не вступать с Дазаем в дискуссии. Говорить с Осаму о чём бы то ни было, не имело смысла: снова начнёт приставать, опять затащит в постель, невзирая на протесты Накахары, а точнее, последний опасался, что сам может сделать нечто такое, что он уже сделал с напарником в своём кабинете.       — Чу-у-уя, ты куда собрался? — послышался раздражающий голос с кровати.       — Отъебись, не твоё дело! — прорычал Чуя, одеваясь.       — Чуя, не уходи. — Осаму встал с постели и, подойдя к Накахаре, обнял его, притягивая к себе. — Я вчера заметил на твоём предплечье тату: роза проткнутая кинжалом, зачем ты его сделал?       — Заебал, Скумбрия! — возмущённо вскричал Чуя, отталкивая Дазая к стене и прижимая лезвие ножа к его горлу.       — Ты меня не убьёшь, — с ухмылкой сказал Дазай, неотрывно глядя в лазурные глаза.       — Ты так в этом уверен, потому что, утверждаешь, что я тебя люблю, — проговорил Накахара, прижимая нож к горлу Осаму сильнее, от чего по его лезвию потекла струйка крови. — Я не стану тебя переубеждать в обратном, ведь это бессмысленно. Ты хочешь знать, что означает моё тату и зачем я его сделал? — Осаму кивнул, а Чуя продолжил: — Это тату символизирует, что человек пролил кровь возлюбленного за предательство. И хотя ты всё ещё жив, не будь так уверен в том, что это продлится долго.       С этими словами Чуя убрал нож от горла Осаму и нанёс удар, но нож встрял в стену, рядом с шеей Дазая, поранив кожу, после чего Накахара, развёрнувшись на сто восемьдесят градусов, зашагал прочь, оставив свой клинок торчать в стене.              Осаму отправился на работу, на которую Чуя снова забил, а приехав домой, решил выпить немного виски. Он не пытался найти Накахару или звонить ему, так как знал, что тот снова его пошлёт. Дазай решил дать ему время для того, чтобы парень всё-таки осознал сам, что любит его. И он знал, что Чуя это осознает и придёт к нему рано или поздно, но не ожидал, что это произойдёт так скоро.       В дверь позвонили, Дазай пошёл открывать, на пороге стоял Чуя, правда он был совсем пьян, еле на ногах держался, и его заметно штормило.       — О! Чуя! — произнёс Осаму, улыбнувшись и удивлённо вскидывая левую бровь. — Я ждал тебя примерно через неделю, а не сегодня.       — Заткнись! — бросил в ответ Чуя, проходя в квартиру и отталкивая Дазая со своего пути.       — Зачем пришёл? Хотя я догадываюсь, но всё же хочу услышать это от тебя.       — Я просил тебя заткнуться! — с этими словами Чуя прижал Дазая к стене и впился в его губы страстным поцелуем.       — Чу-уя... — Осаму посмотрел на любовника удивлённым взглядом, когда поцелуй закончился. — У меня зад ещё не зажил после прошлого раза...       — Думаешь, мне не похуй? — Накахара принялся срывать одежду с Осаму.       — Может, минет?       — Нет!       — Ты же завтра будешь жалеть об этом.       — Похуй! Я хочу тебя трахнуть, тупая бинтованная мумия! Сам разденешься или тебе помочь?       — Помоги и пошли в спальню, не в коридоре же этим заниматься?       Пройдя в спальню вслед за Осаму, Чуя толкнул его на кровать и сорвал с него остатки одежды, осыпая лицо и тело поцелуями. Дазай проник руками под рубашку любовника, оглаживая его спину и целуя шею, расстёгивая ширинку на брюках и стягивая их с него вместе с бельём, сбрасывая с Накахары остальную одежду. Похоже, что Чуя и в этот раз не собирался баловать лаской Осаму: он грубо впивался в его губы поцелуями, прокусывая их зубами до крови, оставляя следы на шее, плечах, да и на прочих участках тела, но Дазай был рад и этому, ведь Накахара сам к нему пришёл. Однако Осаму не очень-то хотелось терпеть боль, поэтому он перевернул любовника на спину, обхватывая рукой его член и двигая ладонью вверх и вниз. Накахара застонал, и откинул голову назад, подставляя шею поцелуям, но когда пальцы любовника коснулись его колечка мышц, Чуя снова перевернул Осаму на спину, прошептав ему на ухо:       — Хочу быть сегодня в тебе.       — Ну, Чу-уя, — простонал Дазай. — Это будет больно, ты же не садист какой-то?       — Садист, — кивнул Накахара, криво усмехнувшись и неотрывно глядя в карие глаза.       — Правда?       — С кем поведёшься, как говорится... Не волнуйся, как в прошлый раз не будет. — Чуя вновь прильнул к устам Осаму, оглаживая его щёку, и теперь он не стал кусать губы партнёра. Спускаясь поцелуями ниже к шее, груди Дазая, вбирая в рот его соски и посасывая их, чувствуя как они затвердевают, эспер целовал плоский живот мафиози, оставляя на нём влажные дорожки от языка. Чуя перемещался губами всё ниже, осыпая поцелуями бёдра любовника. Коснувшись языком возбуждённой плоти, обвёл им вокруг головки, посасывая её, затягивая член в рот глубже и массируя пальцами яички, провёл кончиком вниз вдоль ствола. Накахара выпустил член любовника изо рта, перемещаясь к колечку мышц, обводя вокруг него языком и проникая внутрь. Воспользовавшись лубрикантом, Чуя протолкнул в анус партнёра один палец, заметив, как Дазай напрягся и поморщился, наверное, от боли. Медленно двигая пальцем внутри Осаму, Чуя вскоре добавил второй и, нащупав простату, задвигал пальцами более уверенно, чувствуя, как она твердеет от его движений, а партнёр постанывает и выгибается. Добавив к двум пальцам третий, Накахара задвигал ими интенсивнее, а Осаму подался бёдрами вперёд, насаживаясь на пальцы, и снова застонал.       Вытащив из любовника пальцы, Чуя смазал анус партнёра и свой член лубрикантом, приставив головку ко входу, он толкнулся внутрь, проникая наполовину. Через время Накахара снова толкнулся в Осаму, входя в него уже до конца и опять на какое-то время замер, давая боли утихнуть, а заднице Дазая привыкнуть к его органу. Закинув правую ногу Осаму себе на плечо, а левую на талию, Чуя, слегка подавшись назад, снова толкнулся в любовника, отчего с губ того сорвался стон.       Сначала Дазаю было не так уж и приятно ощущать в себе пальцы Чуи, из-за того, что его зад всё ещё болел после прошлого раза, но когда тот начал массировать простату, Осаму совсем позабыл о дискомфорте. После того как Накахара проник в него членом, Дазай сначала почувствовал боль, но когда она утихла, и Чуя начал в нём двигаться, проезжаясь членом по простате, Осаму и думать забыл о неприятных ощущениях. Да, они всё ещё немного давали о себе знать, но когда орган любовника попадал по чувствительной точке, низ живота Дазая прошивали приятные разряды, от которых хотелось двигаться, что он и делал, устремляясь навстречу каждому толчку Чуи, насаживаясь на его член сильнее. Каждое движение Накахары распаляло в Осаму дикое, безудержное пламя, которое становилось всё более нестерпимым. Внутри него уже всё горело, и он, не сдерживаясь, стонал и вскрикивал от каждого толчка любовника, который крепко сжимал его бёдра и насаживал того на свой член всё быстрее. Вскоре Чуя с криком излился в Осаму, продолжая вбиваться в него, не сбавляя темпа и обхватив правой ладонью его член, начал надрачивать. В какой-то момент пламя внутри Дазая переросло в полыхающий пожар, а потом внизу живота будто что-то взорвалось, растекаясь по всему телу потоками раскалённой лавы, заставляя Осаму кричать и выгибаться, изливаясь в руку партнёра, и раздирать его спину ногтями до крови.       Чуя свалился на постель рядом с Дазаем, тяжело дыша, пытаясь восстановить дыхание и сердцебиение, Осаму обнял его, притягивая к себе и целуя в губы. Чуя, как ни странно, не сопротивлялся.       «Хотя, что тут странного? — думал Дазай. — Он ведь сам ко мне пришёл».       Однако вспыльчивый любовник мог психануть завтра, когда протрезвеет, но, скорее, уже на себя, а не на Осаму.

***

      Проснувшись утром в объятьях Дазая, Чуя вспомнил о прошлой ночи, о том, что он сам заявился к Осаму и трахнул его. От этих воспоминаний, Накахара поморщился и разозлился: это ж надо было так нажраться, чтобы самому прийти к нему?       Осторожно высвободившись из объятий настырной Скумбрии, Чуя прошёл в ванную, чтобы умыться, после чего оделся и тихо ушёл, захлопнув за собой дверь. Осаму не спал, но не стал трогать любовника или пытаться его остановить. Теперь он точно знал, что Чуя вернётся, если не сегодня, то через несколько дней.       Собравшись, Дазай отправился на работу, Чуи снова в офисе не было, но Осаму не стал ему звонить и требовать, чтобы он вышел на работу. Никаких важных дел в мафии на ближайшее время не намечалось, поэтому делать Чуе в порту особо было нечего. Погрузившись в работу и не замечая времени, Дазай просидел в офисе до темноты, после чего отправился домой.       В этот вечер Чуя не пришёл к Осаму и на следующий день тоже, да Дазай его пока и не ждал. А как-то ему позвонил Анго и назначил встречу в Люпине.       — Что-то случилось? — спросил бывшего друга Осаму, отпивая виски из стакана, который на барную стойку поставил перед ним работник питейного заведения.       — Случилось, — ответил Сакагучи, так же отпивая виски из своего стакана. — Твой Накахара совсем с катушек слетел. Устроил бойню в центре города, погибли гражданские. Его объявили в розыск и обвиняют в терроризме.       — Когда это произошло и где?       — Вчера в торговом центре.       — Не может быть! Я слышал о теракте в торговом центре, там погибло около двух сотен людей, это точно был он?       — Совершенно точно. Видео с камер подтвердило. Если его найдут, то он отправится в тюрьму для одарённых. А его ищут наши агенты и лучшие одарённые.       — Почему ты решил предупредить меня, Анго?       — Потому что я знаю, что этот эспер тебе дорог, в память о нашей дружбе и из-за чувства вины за Оду. Может, таким образом я хоть как-то её искуплю, — Анго усмехнулся. — На самом деле, ты ведь помнишь, что правительство может отследить его перемещения, и мы отследили их. Но он очень силён, а нам хотелось бы избежать лишних жертв. Его возьмут завтра, мы лишь ждём приезда группы одарённых, которые легко справятся с этой задачей. Приказ при его задержании будет следующим: уничтожить, если окажет сопротивление.       — Что за одарённые, сколько их?       — Если ты собираешься отправить эсперов из Портовой Мафии, чтобы вступить с ними в бой, то это глупо. Во-первых, я не дам тебе такой информации, во-вторых, вам их не одолеть.       — Кто они, Анго?       — Могу лишь сказать, что это элитный отряд эсперов из военной полиции под названием «Ищейки». Прости, но больше мне тебе нечего сказать.       — Как правительство отслеживает Чую?       — Я не могу тебе этого сказать.       — Тогда зачем ты мне вообще, что-то говоришь? Ты же понимаешь, что я не стану сидеть сложа руки? Так зачем рассказывать мне это, если не для того, чтобы я мог ему помочь?       — Да, ты прав. Я хочу, чтобы ты помог ему. Таких эсперов, как твой Накахара слишком мало, и он может быть ещё полезен для Йокогамы в будущем. Но я не могу тебе сказать, как именно отслеживают объект А5158, это секретная информация, которую никто знать не должен. — Анго протянул Дазаю какой-то листок бумаги. — Этот сплав металлов, способен создать помехи, если он будет при Чуе, его перемещения не смогут отследить.       — Где сейчас Чуя? — приняв листок из рук Анго, спросил Дазай, глядя ему в глаза.       — Здесь. — Сакагучи достал из кармана гаджет в виде планшета и показал Дазаю. Местоположение Накахары определялось красной точкой.       — Анго, спасибо за помощь, — поблагодарил Осаму Сакагучи и, встав со своего места, направился к выходу из Люпина.       — Дазай, — окликнул мафиози Анго.       — Что? — Осаму остановился и, обернувшись, посмотрел на Сакагучи.       — Будешь должен, возможно, мне скоро понадобится твоя помощь.       Дазай кивнул и, выйдя из бара, направился к машине, которая ждала его у выхода. Сев в авто и назвав адрес водителю, Осаму отправился в путь, решив не звонить Чуе по телефону.       Ехали часа полтора, эспер находился на окраине города, похоже, снимал какую-то минку, как предположил Дазай, хотя так оно и оказалось на самом деле. Вскоре Тойота босса Портовой Мафии въехала во двор этой минки и остановилась. Подойдя к двери, Осаму нажал на кнопку звонка, сказав:       — Чуя, это я. Нам нужно поговорить, тебя ищут.       Секунд через тридцать щёлкнул замок, и дверь отворилась.       — Ну чего тебе? — спросил Накахара, впрочем, не пропуская Осаму внутрь.— И как ты нашёл меня, я ведь избавился от телефона?       — Правительство отслеживает твои перемещения, всегда отслеживало. Они знают где ты и завтра за тобой придут ищейки, если ты окажешь сопротивление, тебя просто убьют.       — Серьёзно? — Губы Чуи искривились в насмешливой улыбке. — Что ж, пусть попробуют.       — В любом случае, без порчи их не одолеть, а значит, тебе нужен я. Не стоит здесь оставаться, поехали в порт, там безопаснее. Нужно всё обсудить в спокойной обстановке.       — Хорошо, — Чуя решил не спорить, а взяв с тумбочки ключи от своей машины и от минки, закрыл дверь и направился к Мазде. Осаму, подойдя к Тойоте, сказал водителю:       — Езжайте за нами, — после чего направился к Чуиной тачке и, открыв дверь, сел на переднее сиденье автомобиля рядом с водительским.       — Зачем ты это сделал? — спросил Дазай, когда Накахара завёл двигатель и тронулся с места.       — Сделал, что? — задал вопрос Чуя, взглянув на Дазая.       — Ты понимаешь о чём я. Ведь ты не зря перекрывался здесь, знаешь, что тебя объявили в розыск.       — Я ничего не делал. Там произошло что-то странное. Был один эспер, имеющий такую же способность, как у меня, но я не видел его лица, не знаю кто он. Меня просто подставили.       — Там, где это произошло, ведь были камеры. Анго сказал, что это был ты.       — Зачем мне врать тебе? Если бы это был я, я бы сказал тебе об этом.       — Ладно, я тебе верю. Разберусь с этим позже, после того как получу видео с камер. Почему ты не позвонил мне и не рассказал?       — Я сам могу решить свои проблемы, — ответил Накахара, нажав на клаксон и резко выворачивая руль вправо, уходя в сторону от несущегося навстречу автомобиля. — Вот же идиот! — выругался Чуя.       Осаму, взяв в руки мобильник, позвонил Акутагаве и сказал, что для него есть срочное задание. Назвав составляющие сплава из списка, который ему передал Анго, Дазай сказал:       — Этот сплав мне нужен сегодня, причём, чем быстрее, тем лучше. Через час я буду в порту.       — Хорошо, Дазай, я постараюсь выполнить твоё поручение в кратчайшие сроки, — ответил Акутагава и отключился.       — Что за сплав и зачем он нужен? — поинтересовался Накахара, взглянув на Дазая.       — Этот сплав не позволит людям из правительства отследить твоё местоположение.       Чуя хмыкнул, ничего не ответив, а Осаму, включив интернет на смартфоне, связался с одним своим знакомым из спецслужб по Line и попросил его выяснить, что это за элитный отряд ищеек из военной полиции, кто они такие и какими способностями обладают. Через двадцать минут Дазаю перезвонили и сказали:       — Прости, я не смогу тебе помочь. Информация о них засекречена. У меня нет доступа и достаточных полномочий, уже по башке получил за то что пытался выяснить хоть что-то о них.       Осаму снова воспользовался смартфоном, на этот раз он обратился к знакомому одарённому хакеру по имени Катай Таяма, обладающему способностью Футон, которая позволяла ему контролировать любую электронику в поле зрения и обрабатывать информацию в десятки раз быстрее любого другого хакера или компьютера. Дазай попросил его взломать сервер военной полиции и выяснить, что-нибудь об ищейках. А вскоре он получил сообщение от Катая по Line.       — Ну не хрена себе! — Осаму хмыкнул, быстро пробежав глазами текст.       — Что там? — задал вопрос Чуя, так как его разбирало любопытство, кто же такие эти ищейки.       Осаму начал читать вслух:       — Ищейки — элитный отряд специального назначения военной полиции, специализирующийся на поимке особо опасных эсперов, состоит из пяти человек. Лидер отряда: Оочи Фукучи, обладает способностью Танец Льва, может усиливать любое оружие, которое держит его рука в сто раз. Решительный, смелый, безжалостный солдат, обладает невероятно развитым навыком шпионажа. Заместитель: Теруко Оокура, способность — Душевный Трепет. При активации дара, превращается во взрослую девушку, обладающую сверхчеловеческой силой и прочностью, способна пережить взрыв, при прикосновении к человеку, может управлять его возрастом. Сайгику Дзёно, обладает даром Золотые Слёзы, способен распылять себя на микрочастицы и управлять ими. После потери зрения, смог усилить другие органы чувств, способен улавливать запахи и звуки мышц, с которыми движется человек, благодаря чему, является отличным сенсором и может отыскать практически любого человека. Тэтте Суэхиро, дар — Цветущая Слива в Снегу, способен увеличивать форму, размер и длину своего меча. Тачихара Мичизу, — прочитал последнее имя Дазай и запнулся, а Чуя удивлённо взглянул на него.       — Вот значит как? — задал вопрос эспер.       — В Портовой Мафии шпион, — произнёс Осаму и продолжил читать: — Способность называется: «Заметка о Зимнем Солнцестоянии», обладает феррокинезом, то есть может управлять металлом на расстоянии. Все ищейки раз в год делают специальную операцию, которая даёт им повышенную физическую силу и защиту, помимо этого они обладают улучшенной скоростью, Мичизу проводилась облегчённая операция, поэтому он немного слабее своих собратьев по оружию. Отряд ни разу не потерпел поражение.       Дочитав до конца информацию об ищейках, Осаму взглянул на Чую.       — Плохо, очень плохо, и это именно их отправили за тобой, Чуя.       — Да уж, хорошего мало, — согласился Накахара. — Что будем делать?       — От Тачихары необходимо избавиться, но не сейчас. Возможно, удастся заманить ищеек в ловушку, использовав этого эспера, он не должен знать о том, что раскрыт. Тебе нельзя ехать в порт.       — Тогда куда мне ехать?       — Придётся снять минку, но после того, как Акутагава передаст нам сплав.       — Но, что делать сейчас?       — Останови пока где-нибудь, подождём звонка от Рюноске.       — Хорошо, — сказал Чуя, останавливая машину на обочине, а Дазай сам позвонил Акутагаве и спросил, не раздобыл ли он ещё сплав.       — Ещё нет, Дазай, — ответил Рюноске.       — Позвони мне, как только он будет у тебя. Сегодня меня в порту не будет.       — Хорошо, — ответил Акутагава, и Дазай сбросил вызов.

***

      Часа через полтора Осаму позвонил Акутагава и сказал, что сплав у него, Дазай спросил эспера о том, где он находится и, выйдя из Мазды, подошёл к своей Тойоте, отпустил охрану и снова сел на пассажирское сиденье рядом с Чуей, сказав ему, куда следует ехать. Встретившись с Рюноске, Осаму забрал у него небольшую металлическую пластину и передал её Чуе.       — Проделай дырку и повесь на шею, — сказал Дазай, на что Накахара кивнул и проделал в пластине маленькую дырочку, использовав способность, после чего порылся в бардачке, пытаясь отыскать там что-нибудь подходящее, на что можно было бы повесить пластину и вскоре нашёл искомое. А Дазай обратился к Акутагаве: — Рюноске, если встретишь Мичизу, и он будет задавать вопросы, не говори ему ни о моём поручении, ни о том, что видел меня и Чую. Передай Коё, что мне нужно ненадолго исчезнуть, пусть меня не ищет, когда решу наши с Чуей проблемы, сам объявлюсь.       — Хорошо, — кивнул Акутагава. — Дазай, может, нужна моя помощь?       — Нет, спасибо, — ответил Осаму. — Если понадобишься, я тебя найду. Если нужен буду я, связывайтесь по зашифрованному каналу, ты знаешь о чём я.       — Да, — Акутагава снова кивнул и, развернувшись, направился прочь от машины.       — Поехали, Чуя.       — Куда?       — Сейчас не важно. Просто езжай. Ты исчез с радаров МВД, и они могут что-то заподозрить. Нельзя здесь оставаться.       — Хорошо, — Чуя пожал плечами и тронулся с места, а Дазай позвонил Анго и попросил его скинуть на его почту видео записи из торгового центра, сделанные в день терракта. Потом залез в интернет и, просмотрев номера риелторских контор, договорился об аренде минки за городом, после чего выбросил телефон из окна автомобиля, на что Чуя лишь хмыкнул, прекрасно понимая, зачем он это сделал.       Воспользовавшись документами на чужое имя, Осаму снял минку за городом, расплатившись за неё наличными, но прежде они с Чуей и риелтором отправились по адресу, где располагался этот загородный дом. Минка была так себе и не стоила тех денег, которые за неё были уплачены, но Дазая и Чую сейчас устраивал любой вариант.       Когда риелтор уехал, Дазай воспользовался ноутбуком, который купил по дороге в риелторскую контору, и просмотрел вместе с Чуей видео, пересланное ему на почту Анго, несколько раз.       — Всё выглядит так, как будто это совершил действительно ты, — сделал неутешительный вывод босс Портовой Мафии.       — Но я этого не делал, — упрямо настаивал на своём Накахара.       — Подожди. — Осаму поставил видео на паузу и немного перемотал назад. — Я заметил кое-что странное. Смотри.       — Что? Я ничего не вижу.       — Вот здесь ты засветился красным, а потом от тебя пошла гравитационная волна, но всё это выглядит неестественно. Я миллион раз видел, как ты активируешь способность. Красный ореол окружает твоё тело, он словно исходит от тебя, а тут, если присмотреться, он окружает тебя, но будто бы находится на небольшом расстоянии. Это почти незаметно, видишь?       — Кажется, да, — проговорил Накахара, вглядываясь в видео. — Что это значит?       — Смотри дальше. Вот здесь, — Осаму снова поставил видео на паузу и указал пальцем на экран. — Когда гравитационная волна пошла вроде бы от тебя, ты засветился так, как и должен был. Отсюда я делаю вывод, что в этот момент, ты активировал способность сам.       — Наверное, я помню, что активировал её после атаки, чтобы защититься, но люди погибли не из-за меня, я не стал атаковать, к тому-же не видел противника. Но, что всё это значит? Волна словно исходит от меня, но это не так, а рядом со мной никого нет.       — Наверняка есть, но камеры его не зафиксировали. Возможно, это эспер, обладающий даром невидимости и гравитации одновременно.       — Разве такое возможно?       — Кто знает, кого учёные могли создать в лаборатории или это какой-то эспер, который может копировать чужие способности, причём, он не замещает одну другой, а добавляет новую к уже имеющейся. И это, пожалуй, хуже, чем если бы это был эспер всего с двумя способностями. — Осаму отмотал видео к самому началу, к моменту, когда Чуя пришёл в торговый центр и оказался в поле зрения камер. — Скорее всего, вот он. — Осаму поставил видео на паузу и указал на человека, находившегося рядом с Чуей. — Он вроде бы просто мимо проходил и зацепил тебя рукой. Я думаю, что таким образом, он получает от кого-то способность. Но он, скорее всего, лишь исполнитель, за ним кто-то стоит.       — Пиздец! Кому понадобилось меня подставлять?       — Да мало ли кому? Хоть тому же Фёдору. Может ещё кому-то, я пока не знаю.       — И что делать дальше? Как доказать, что я этого не делал?       — Я поговорю с Анго, но вряд ли ищеек отзовут, а это значит, что они будут тебя искать, а Дзёно способен тебя выследить. Если это произойдёт, чтобы справиться с ними, тебе придётся применить порчу. Но не факт, что этого будет достаточно. Теруко Оокура может пережить взрыв, вероятно, гравитонная бомба не причинит ей вреда, если она придёт, я, пожалуй, сам ею займусь, надо лишить её сил.       — Что-то жрать охота, — сказал Чуя. — Пойду пакеты с продуктами принесу из машины.       — Иди, — Осаму кивнул и принялся писать письмо Анго.       Чуя вышел на улицу, а вскоре вернулся с двумя пакетами продуктов и прошёл на кухню.       — Ты что-нибудь будешь? — крикнул он из кухни Осаму.       — Да, — ответил Дазай. — Бутерброды и виски.       Написав Сакагучи письмо, Дазай ждал ответа, и вскоре он пришёл.       «Такой эспер существует, — гласил ответ. — Он единственный в мире обладает подобной способностью, его зовут Леонид Андреев, а способность называется "Дневник Сатаны". Что касается парня на видео... Для того, чтобы выяснить он ли это, мне нужно немного больше времени, так как фото Андреева в деле нет. Я постараюсь выяснить где Андреев находится, но ловить и допрашивать будешь его сам, ведь только тебе его Силы не причинят вреда».       «Хорошо», — написал в ответ Осаму и, закрыв ноутбук, прошёл на кухню к Чуе.       На столе на тарелке лежали бутерброды с колбасой, а в стаканы было налито дорогое виски.       Перекусив несколькими бутербродами, Осаму поднял свой стакан и сделал из него несколько глотков, Чуя последовал его примеру.       — Почему ты не пьёшь вино? — поинтересовался Дазай, глядя в глаза цвета безоблачного неба.       — Привык уже к виски в последнее время, — ответил Чуя, отпивая несколько глотков и закуривая сигарету. — Вино потом можно выпить.       — Чу-уя, а ты слышал, что понижать градус не рекомендуется?       — Правда? По-моему это не важно — понижаешь ты градус или повышаешь, важно количество выпитого. — Чуя сделал ещё несколько глотков виски и затянулся сигаретой.       — Надо же, какие познания, Чу-уя! Почти два месяца запоя не прошли для тебя даром, как я посмотрю, — Осаму усмехнулся и отпил несколько глотков виски, тоже закурив сигарету.       — Пошёл к чёрту! — Чуя снова наполнил стаканы и сделал глоток из своего, в очередной раз затягиваясь сигаретой.       — Грубо, шляпка. — Осаму искривил губы в насмешливой улыбке, а Чуя зло посмотрел на любовника, желая что-то возразить, но потом махнул на него рукой и снова приложился к стакану.       — Ты уже понял, кто стоит за терактом на самом деле, и почему они решили подставить меня?       — Пока нет. Хотя я уже знаю имя эспера, который устроил теракт, но кто стоит за ним, по-прежнему остаётся загадкой. Почему решили подставить тебя? Чтобы вывести из игры и ослабить Портовую Мафию.       — В последнее время я не совсем уверен состою ли я в ней до сих пор. — Чуя задумчиво посмотрел на Осаму и снова сделал несколько глотков виски.       — Конечно, состоишь. Где же ты ещё состоишь? Пусть между нами и есть некоторые недопонимания и проблемы, но со временем всё это решится и, как бы там ни было, ты ведь ходишь на боевые задания, если это необходимо, вспомни базы крыс, одну из которых мы уничтожили вдвоём. Кто-то желает ослабить нас, но тебя не пытались убить, значит, всё же хотят арестовать, и, возможно, их цель немного иная.       — Какая?       — Ты мой зам, и они, предположительно, хотят выставить всё так, что ты выполнял мой приказ, а это значит, что террористом собираются объявить не только тебя, но и Портовую Мафию в целом объявят террористической организацией. Разрешение на деятельность одарённых будет отозвано. Портовая Мафия больше не сможет творить свои тёмные дела, прикрываясь легальной деятельностью, ведь только благодаря этому разрешению, нас считают коммерческой структурой, и всё вроде бы по закону. Если нас обвинят в терроризме, на каждого члена Портовой Мафии будет открыта охота, нам всем придётся скрываться, организация ослабнет, а возможно, и перестанет существовать.       — А вот это похоже на правду. Но почему они этого не сделали до сих пор? Почему ещё вчера не обвинили тебя и всю организацию в терроризме?       — Для того, чтобы доказать это, им нужно взять тебя и не важно, что ты скажешь, они выставят всё так, что ты якобы раскололся, и думаю, что ни у кого сомнений в этом не возникнет.       — Ты говоришь: они хотят, они сделают, они выставят... Кто эти «они»? У Них должна быть огромная власть.       — Да. И мне кажется, что ищейки ко всему этому как-то причастны, не знаю, как именно, но я это чувствую. Они просто не могут не сыграть в этой истории свою роль, и Тачихара в качестве шпиона в нашей организации, им как нельзя более кстати, и Достоевский. Мне кажется, что и он тут как-то замешан.       — Почему ты думаешь, что в деле замешан Достоевский? — спросил Чуя, разглядывая коричневую жидкость в своём стакане.       — Если я прав в своих предположениях о том, что теракт устроил эспер, обладающий даром копировать чужие способности, то это ни кто иной, как Леонид Андреев, его дар называется "Дневник Сатаны", он русский, как и Фёдор, а это значит, что без Достоевского тут не обошлось. Русский террорист в Йокогаме... Таких совпадений не бывает.       — Возможно, — протянул Чуя, а допив виски до дна, поставил стакан на стол и снова его наполнил, Осаму опустошил свой, и Накахара налил ему тоже.       — Анго поможет выяснить где он, тогда-то и допрошу его. — Дазай отхлебнул из своего стакана и закурил сигарету. — Но сегодня вряд ли он что-то узнает. Скорее всего, завтра или на днях. Нужно установить камеры во дворе и по всему участку, но так, чтобы в глаза не бросались.       — Займись закупкой, я установлю. — Чуя сделал глоток из стакана, Дазай последовал его примеру. Вскоре виски закончилось, и Чуя достал бутылку вина, однако Осаму взял его за руку и, посмотрев в глаза, сказал:       — Давай не будем понижать градус. Иди ко мне. — Дазай потянул Накахару за руку, притягивая к себе и обнимая.       — Отвали, Скумбрия! — запротестовал Чуя, упираясь руками в его грудь и пытаясь высвободиться из загребущих лап.       — Чуя, ну хватит упрямиться, — прошептал Дазай куда-то в шею Накахаре, обдавая её горячим дыханием и целуя, проводя языком снизу вверх, заставляя эспера откинуть голову назад. — Всё равно ведь окажемся сегодня в одной постели, и ты это знаешь не хуже меня.       Да, Чуя знал, ведь как бы он не протестовал, такая близость любовника действовала на него, как магнит действует на железо, и против воли притягивала его к Осаму. От прикосновений Дазая по коже пробегали мурашки, а от поцелуев по телу прокатывалась непроизвольная дрожь.       Легко сломив сопротивление любовника, Дазай впился в его губы страстным поцелуем, проникая в рот языком и сплетаясь им с чужим, чувствуя как сбивается дыхание партнёра и учащается сердцебиение. Оглаживая спину Чуи руками, Осаму сместился ладонями выше к затылку и зарылся пальцами в рыжую шевелюру, чувствуя, как руки любимого обвивают его шею, и собственное дыхание и сердцебиение учащаются.       Оторвавшись от желанных губ, Осаму потянул Чую за руку, открыв дверь первой попавшейся на пути спальни. Обнимаясь и целуясь, любовники кое-как ввалились в комнату через дверь, по пути срывая друг с друга одежду, и завалились на кровать. Чуя оказался снизу, но потом перевернул Осаму и теперь уже сам сидел сверху на нём.       — Твой зад зажил? — прошептал Чуя на ухо Осаму, проводя ладонью по его лицу.       — Моему зайду не помешает еще пара-тройка дней, для полного выздоровления.       — Ладно. — Чуя откатился с Дазая и лёг на спину рядом с ним.       Осаму повернулся на бок и подпёр голову правой рукой, проводя пальцами левой по обнажённой груди Накахары и разглядывая красивое, стройное тело парня, лежавщего рядом. Чуя повернул голову влево и, встретившись с карими омутами своими голубыми, спросил:       — Что?       — Любуюсь твоей неземной красотой. — Всё так же глядя на любовника и оглаживая великолепное, точённое тело, ответил Дазай.       — Да ладно? Может уже приступишь к делу?       — Угу, — кивнул Осаму и, нависая над партнёром, накрыл его губы своими, продолжая оглаживать тело возлюбленного, чувствуя, как крепкие руки прижимают его к себе, а тёплые, нежные губы отвечают на поцелуй.       — Ты сводишь меня с ума, рыжая бестия, — прошептал Осаму в губы парня, когда поцелуй закончился. Дазай целовал шею любимого, чувствительную точку за ухом, оглаживая его лицо, снова возвращаясь к шее, приподнял чокер пальцами и оставил жаркий поцелуй под ним, заставляя Чую откинуть голову назад, срывая с его губ протяжные стоны. Дазай чувствовал желание и нетерпение любовника, но продолжал ласкать и целовать его тело, будто желая распалить в нём огонь ещё сильнее и распалял.       — Дазай... — простонал Чуя, впиваясь в спину Осаму пальцами.       — Сейчас, — ответил тот, приподнимаясь с него и нащупывая на кровати баночку лубриканта, которую он предусмотрительно взял с собой и кинул на постель минут десять назад.       Смазав свои пальцы и колечко мышц парня лубрикантом, Осаму проник внутрь него сначала одним и задвигал им, затем добавил к нему второй, а вскоре и третий. Дазай интенсивно толкался пальцами внутрь Чуи, срывая с его губ стоны и вскрики, когда проворачивал их и проталкивал глубже, доставляя любовнику своими действиями невероятные ощущения. Чуя подавался бёдрами навстречу пальцам, насаживаясь на них и постанывая. А Осаму добавил ещё один палец и ускорил движения, Накахара дрожал в его руках, издавая стоны и выгибаясь, глядя в глаза любовника затуманенным от страсти взглядом.       — Войди в меня, — прошептал Чуя, вновь выгибаясь и не в силах сдерживать стонов.       — Как скажешь, милый, — с этими словами, Осаму вытащил пальцы из парня с характерным хлюпом и, смазав свой член и анус партнёра лубрикантом, поставил его в коленно-локтевую позу. Толкнувшись внутрь, Дазай проник в Чую наполовину, а затем до конца.       Выждав около минуты, оглаживая спину возлюбленного, целуя его шею, ключицы и спину, Осаму вновь толкнулся в него, затем снова и снова, крепко обхватив бёдра парня руками, сжимая их и резко двигая любовника на себя, срывая с его губ стоны и крики, когда его член проезжался по простате. Разгорячённый и раскрасневшийся Чуя двигал задницей Осаму навстречу, стараясь подстроиться под ускоренный темп партнёра, который всё быстрее и резче вбивался в него, доставляя ему неземное наслаждение, подобного которому Чуя не испытывал ни с кем кроме Осаму, и даже с Акутагавой ему не было ТАК хорошо. Пламя внутри всё сильнее поглощало Накахару, ему хотелось больше, быстрее и глубже, а Дазай, будто читая его мысли, делал всё именно так, как желал любовник, доводя его своими толчками до безумия. Всё более громкие стоны срывались с губ Накахары, всё резче он двигал бёдрами навстречу Дазаю, ощущая внутри всепоглощающее пламя и внутреннюю дрожь, учащённо дыша, покрываясь прозрачными, блестящими капельками пота. В какой-то момент Чуя дошёл до предела и, выгибаясь, с криками излился на белую простынь, в то время, как Осаму кончил в него, так же не в силах сдерживать криков. Выйдя из любовника, Дазай упал на постель рядом с ним и притянул к себе возлюбленного, уткнувшись носом в его шею.       Позже, всё ещё разгорячённые и раскрасневшиеся любовники лежали в объятьях друг друга, и Чуя не пытался высвободиться и уйти, что очень порадовало Осаму. Похоже, что Чуя, даже если и не простил его ещё, то, по крайней мере, понял, что им друг от друга никуда не деться, и только смерть может их разлучить. От этих мыслей Осаму самому стало тошно. Ведь она их уже разлучала, причём дважды, а сейчас они снова попали в ситуацию, когда их жизням грозила опасность, неужели Костлявая одержит победу и на этот раз?       — Я люблю тебя, — прошептал Дазай, но он совсем не ожидал услышать от Чуи именно такого ответа.       — Я тебя тоже, — очень тихо шепнул Накахара.       — И что заставило тебя сказать мне это именно сейчас? — задал вопрос Дазай, неотрывно глядя в лазурные глаза.       — Вероятно, осознание того, что завтра такой возможности просто может уже не быть, — Чуя тяжело вздохнул и положил голову на плечо Осаму.       — Не смей даже думать об этом. Всё будет хорошо! Слышишь?       — Ты и сам думаешь об этом, чего же мне запрещаешь?       — Откуда тебе знать о чём я думаю? Никто не мог никогда прочесть моих мыслей и эмоций по выражению лица, и тебе это известно.       — Я слишком хорошо тебя знаю, Дазай, и научился распознавать твои эмоции, чувства и мысли по глазам. Я знаю о чём ты сейчас думаешь, об этом думаю и я. Что, если это судьба, и от неё невозможно уйти? А сейчас время уже перевалило за то, что было нам отведено, и она просто возьмёт своё?       — Не будь пессимистом, Чуя, — Осаму чмокнул любовника в губы. — Человек сам творец своей судьбы, тем более, если он о ней знает, а мы с тобой знаем и сделаем всё возможное для того, чтобы не повторить её.       — Да-да, конечно, мне помнится, кто-то когда-то сказал, что они всё равно умерли через год, это была их судьба или как-то так...       — Да, но судьбу обмануть можно. И мы это сделаем, Чуя.       — Пообещай мне кое-что, Осаму, — вдруг произнёс эспер, серьёзно глядя в карие глаза.       — Что именно? — так же глядя в глаза Накахаре, спросил Дазай.       — Я помню, как ты сказал однажды, что вернулся в прошлое, потому что нашёл страницу, значит, ещё одна страница где-то сохранилась. Пообещай, что больше не станешь ничего менять при помощи этой страницы, что бы не произошло.       — Почему?       — Потому что мне всё это надоело. Я устал проживать одни и те же дни снова и снова, но по разному. Я просто хочу жить дальше, пройти эту блядскую черту, которая останавливала и меня, и тебя уже не раз. Но, а если это невозможно, значит, я просто хочу всё это прекратить. Ведь если ты снова вернёшь время назад, та жизнь продлится года два, не больше, и что потом? Опять возвращаться? Это словно заколдованный круг. Я не хочу этого, да и ты тоже.       — Ты прав, — задумчиво проговорил Осаму. — Я тоже этого не хочу, даже если мы оба будем всё помнить. Снова бороться с судьбой нет уже сил, поэтому я не допущу того, чтобы это вновь произошло. Мы сделаем всё как нужно, и с нами обоими всё будет хорошо.       — И всё же пообещай, что не станешь возвращать всё назад.       — Хорошо, обещаю. Но знай, что, если с тобой что-то случится, я не смогу без тебя жить.       — Тц... Почему ты не хочешь задействовать все силы мафии?       — Пока я не обнулю эспера, копирующего чужие способности, это не имеет смысла, он способен уничтожить всю мафию, имея такой дар. Ведь он может обладать сотней способностей или даже больше. Кто-то наверняка выживет, например, ты, Акутагава, Ацуши, Верлен, я, но остальные будут уничтожены. Я не могу так рисковать.       — Понимаю, — проронил Чуя обвивая шею Дазая руками. — Может, в душ, а там продолжим наш разговор?       — Пойдём. Чуя, я очень рад, что ты меня простил.       — А кто сказал, что я тебя простил? — задал вопрос Накахара, изогнув левую бровь.       — Раз ты признал, что любишь меня, значит, простил.       — Не знаю, что сказать на это. Я не смогу забыть всего, что ты сделал никогда, даже при всём желании. Но зла больше не держу, наверное.       — Это первый шаг, Чуя, что уже хорошо. — Осаму снова поцеловал возлюбленного, и они отправились в душ, который, кстати, оказался не очень горячим, так как водонагреватель работал как-то странно и отключался время от времени, не прогревая воду до конца. Она была чуть тёплая, поэтому парни, лишь смыв с себя следы любовных утех, снова занялись сексом прямо в ванной комнате, а потом, всё же хорошо помывшись, отправились спать.