Нефритовые стержни и не только

Его загнали в угол в одном из пустых кабинетов башни. Гай остался на стреме, и Намиаши понятия не имел, почему Зеленый Зверь Конохи присоединился к Ширануи и Ямаширо. Райдо посмотрел на своих привычных напарников с недоверием во взгляде, скривил лицо, отчего шрам неприятно стянуло и раздраженно выдал: — Это совершенно не ваше дело, — фыркнул, глядя в наглые глаза Ширануи и демонстративно не замечая Аобу. — Следите за собственной постелью, а в мою не лезьте! — Было бы куда лезть, — лениво протянул Генма потягиваясь, и Райдо на мгновение завис, завороженный игрой натянутых мышц под форменной водолазкой. — Ты ж в последнее время хуже монаха, те хоть в бордель захаживают время от времени. А ты? Райдо нахмурился, шрам снова стянул кожу, испортив настроение еще больше. Ему действительно следовало уйти, как только Ширануи заикнулся о свидании с кем-то, «Кто не такой мудак, как твой бывший Юки!» Бывшего Райдо звали Ючи. И был он штабным чунином, обитавшим в основном в архиве. На пять лет младше Райдо, милый и нежный мальчик. Не блещущий особой силой или мозгами и посредственный на лицо, как говаривал тот же Ширануи, убеждающий Намиаши, что джонин достоин чего-то большего. Легко было говорить подобное Ширануи Генме, с его жилистой фигурой, красивым лицом, легким нравом и скрытым за ласковыми словами сарказмом. А вот у Намиаши Райдо, после катона в лицо, выбор остался небольшой. Хоть он и шиноби и живет среди таких же шиноби, но мало кто согласен каждый день смотреть на его паленую морду. Они с Ючи и сошлись то из-за того, что парень в сексе предпочитал уткнуться лицом в подушку и лежать бревном, а все остальное время утыкался в свои книжки-свитки и на мир почти не смотрел. Да только штабной чунин Ючи, как оказалось, верностью не страдал и подставлялся под любого, кто предложит. А Райдо хотел другого. Совместный дом и хозяйство, чтоб ждали после миссий, молчаливых вечеров вместе, вторую чашку кофе на столе с утра. Намиаши хотел, если уж не любви, то хотя бы элементарного уважения и верности. Простой, незатейливый секс давно перестал его интересовать. Вот и маялся Райдо от тоски, потому что кто ж с ним будет совместный дом строить? Он же не только лицом попорчен. Он же полевой джонин, а это как минимум легкая ебанутость на оба полушария. И если к инстинкту джонинов еще можно привыкнуть, взять хоть Ируку, тот вполне легко сжился с ебанутостью Копии, то вот характер Райдо тоже не подарок. Флегматичный, слегка медлительный без притока адреналина, грубый… В общем, Райдо сам себе не нравился, что же говорить о других? — Ширануи, — с предупреждением прошипел Намиаши, — тебе-то что с этого? Заняться что ли больше нечем, что ты решил в сваху поиграть? — Так я же не только для тебя стараюсь! — фыркнул Ширануи, перекатывая сенбон. — Эбису тоже… — Эбису? В смысле Эбису-сенсей? — почти заорал Райдо, но наткнувшись на стальной взгляд Генмы, притих. — Эбису немного своеобразный человек, но большая часть того, что видят люди не совсем правда. Он джонин, и сможет свернуть тебя в калачик, если ты крышей поедешь. Он верный, умный и почти всегда в деревне, — Ширануи вздохнул, но честно продолжил. — Да, его гордость чрезвычайна. Да и внешность на любителя. Но он действительно хороший человек. — Это всего лишь одно свидание, — подхватывает Аоба, явно чувствующий себя не в своей тарелке. — Не понравится, пошлешь его в пешее эротичес… Ямаширо затыкается, наткнувшись на деланно-равнодушный взгляд Генмы, который острым кунаем проходит и по коже Райдо. Оба застывают, чувствуя зарождающееся КИ Ширануи. — Эээ… Просто, честно скажешь, что вы не подходите друг другу, и разойдетесь друзьями, — проблеял сенсор, пытаясь слиться с горизонтом. — Никого никуда посылать не надо. Вежливость — это хорошо! Генма вздохнул, раздраженно сморщил нос, и взял свою чакру под контроль, успокаиваясь. — Одно свидание Райдо, — сказал он предельно серьезно. — Я предлагаю тебе это только потому, что Эбису действительно казался заинтересованным. Он после Макато… Не важно. Просто одно свидание. Сходите поесть, поговорите. Я же не прошу вас сразу в храм идти и женихаться. Ширануи перекатил сенбон в другой уголок рта, чуть поджал губы и посмотрел прямо Райдо в глаза, упрямо и просительно. Генма редко кого-то о чем-либо просил. Всегда все сам, никого не напрягая. А сегодня вот просит. А главное не для себя, а для генинского сокомандника, старого друга. И просит-то так, что Райдо хочет отказаться, да не может. — Ладно, — говорит он убито. — Одно свидание. Но если все пройдет плохо, ты с Эбису-сенсеем сам будешь объясняться. Я умою руки. — Отлично, — на глазах Ширануи становится легче и приятнее. — В пятницу в гриль-баре «Небесный» в семь. Опоздаешь, нарвешься на лекцию «о ценности времени для шиноби и пользе пунктуальности». Райдо иронично поднимает обе брови, и Генма легко фыркает. — Он эту лекцию специально для Какаши писал, — пояснил Ширануи, поворачиваясь к выходу. — Смысл в голове Хатаке, конечно, не осел, а вот избегать Эбису тот стал, как чумы. Свидание на удивление проходит отлично. Эбису действительно интересный собеседник, и он дает Райдо время обдумать свои слова, не настаивая на немедленном ответе. Они едят, ведя неспешную беседу о кендзюцу. Время пролетает незаметно, и вот уже молодой гражданский неуверенно останавливается рядом с их столиком, говоря, что ресторан закрывается. Они платят пополам, и Райдо настаивает проводить сенсея до дома, продолжая беседу. Второе свидание проходит в другом ресторане, и оно настолько успешное, что утром Намиаши просыпается в чужой постели, совершенно довольный жизнью и собой. Прошедшей ночью он заставил гордого сенсея умолять, и он надеется, что ему представится случай повторить. Самого Эбису в доме нет, только записка на кухонном столе и нехитрый завтрак. Впрочем, Райдо не прихотливый, бутерброды вполне пригодны. Третье, четвертое и пятое свидание происходят на одной неделе, когда Намиаши в непродолжительном отпуске. Они идут в новомодный недавно открытый рыбный ресторан, который обоим не понравился, в парк, в кино. И каждое из этих свиданий заканчивается в одной из их постелей, где они засыпают умиротворенные недавней разрядкой. На шестом свидании, которое происходит ровно через месяц после первого, Райдо предлагает Эбису съехаться. Он, как и любой полевой шиноби, спешит жить здесь и сейчас, и тратить время на приличные гражданские ухаживания он не может. Как иначе, если он не уверен, что сможет вернуться из следующей миссии? Эбису все прекрасно понимает, он и сам часто уходит в поле, несмотря на гордое звание Элитного сенсея, так что он соглашается. Где жить, они не выбирают. У Эбису свой дом, доставшийся от матери, а у Райдо маленькая квартирка, выданная Конохой, вместе со званием джонина. Намиаши упаковывает свою жизнь в три больших коробки, две из которых заняты его снаряжением шиноби, и въезжает в дом Эбису той же ночью, как поднял вопрос о сожительстве. Правда, распаковывается он только около полудня, потому что Эбису был так рад, что не давал ему спать до утра. Жить с Эбису на удивление приятно. Он аккуратный, домовитый, уютный. Эбису варит восхитительный кофе со специями, отдающий на языке пряной смесью и нежностью ванили. Он не устраивает истерик из-за запачканного кровью пола, ворчит немного, принося в ванную аптечку, помогает зашить аккуратными стежками и перебинтовать, отводит в постель, и позволяет прижиматься близко-близко и дышать им, успокаиваясь в запахе дома. А когда Райдо поднимает, наконец, голову для приветственного поцелуя, зеленые глаза смотрят прямо и уверенно. Он, конечно, видит шрам Намиаши, но для Эбису этот шрам означает лишь то, что Райдо вернулся с той миссии живым и больше ничего. И Райдо никогда не скажет Ширануи, что рад тому дню, когда он и Аоба загнали его в угол пустого кабинета в башне хокаге. Впрочем, Генма и так это видит.