Нефритовые стержни и не только

Последний час Айзек наблюдал за Стайлзом, который нервно перелистывал страницы бестиария, шепча, непонятную Лейхи, тарабарщину себе под нос. Стилински не единственный, кто был занят этим делом, в большой комнате лофта обосновались еще и Лидия с дядюшкой Питером. Те выглядели спокойнее и не шептали себе под нос, но все равно нервничали. Они все нервничали последние сутки, с тех пор, как какая-то мистическая херня сперла их альфу (опять). Просто выросла из-под земли, схватила альфу в свои тентакли и исчезла, как появилась, на глазах половины стаи. Айзек и сам пытался помочь, сначала бегая по городу с Бойдом и Эрикой вынюхивая тварь, а потом таская книги, еду, напитки. К «волшебным» текстам его не подпускали, сказали отдыхать и набираться сил. Кажется, их «мозги» не верил, что они смогут получить альфу обратно без очередной кровавой свары. Лейхи действительно пытался заснуть некоторое время назад, но все без толку. Ворочался с боку на бок по своей узкой постели, отвлекался на мысли, прислушивался к шуму с первого этажа, улавливая единственно нужное рядом сердцебиение. Промучившись около часа, с рыком откинул плед и спустился вниз. Из мыслей Айзека вырвал звук упавшей книги. Он поднял взгляд на Стайлза, замечая, как тот заторможенно реагирует на собственную неуклюжесть, темные мешки под глазами, слишком сухие губы. С мысленным ворчанием, он встал с лестницы, на которой сидел, и спустился на первый этаж. Никто из умников на него не отреагировал, хотя Айзек знал, что единственный, кто не заметил его, был Стайлз. Он подошел к столу и поднял упавшую книгу, положив ее на стол. — А-Айзек, чувак, вы уже вернулись? — спросил Стайлз моргая слипающимися глазами, как будто не он отправлял их отдыхать четыре часа назад. — Тебе нужно поспать, — проигнорировал его вопрос Айзек, крепко сжимая локоть Стилински. — Я не могу, — помотал головой Стайлз и рукой указал в сторону заваленного книгами стола. — Занят. Айзек закатывает глаза, грубо тянет Стайлза за собой к лестнице. Человек недовольно бурчит себе под нос, Айзек его слышит, конечно, но не обращает внимания. В таком состоянии Стилински ничего путного все равно не скажет, а те ругательства, которые он выдает сейчас, никогда не сравнятся с теми, какие Стайлз выдает обычно. Ни Лидия, ни Питер не реагируют на похищение Стилински, и Айзек внутренне спокойно выдыхает. Ни с кем из них ему не хотелось собачиться даже ради Стайлза. Лейхи открывает дверь в свою комнату и затаскивает Стайлза за собой. Тянет к узкой кровати, толкает на нее. Стилински падает, громко вскрикнув и замахав руками как мельница. Он ругается в голос, но Айзек игнорирует его слова. Он присаживается перед Стилински, стягивая с него кеды и отбрасывая их к двери, закидывает длинные ноги Стайлза на кровать. Сам снимает кроссовки, наступая на задники, и ложится рядом, прижав Стилински к стене, обвивая его руками и ногами как осьминог. — Спи, — бормочет Айзек куда-то в затылок Стайлза. Стилински в его объятиях извивается, будто угорь, пока не поворачивается лицом к Айзеку. Смотрит сквозь слипающиеся глаза, фыркает что-то сонно, съезжает ниже, утыкаясь в шею Лейхи холодным носом. — Не честно, кудряшка, запрещенный прием, — тихо бормочет он. Айзек слышит, как выравнивается сердцебиение Стайлза, как из его запаха уходит нервное напряжение, сменяясь молочным сонным ароматом. Он ухмыляется, обнимая человека еще крепче и расслабляясь вокруг него.