Нефритовые стержни и не только

— Ты действительно думаешь, что это хорошая идея? — спрашивает Нацу, с опаской поглядывая на мутировавшую мухоловку в веселом красном, украшенном желтым горохом, горшке. — Я думаю, Люси имела в виду какие-то другие цветы. — Мало ли, что она имела в виду, — рычит Лексус, уворачиваясь от активной зубастой пасти. — Это тоже цветок между прочим. Очень редкий. — Не думаю, что смысл был в этом, — пожал плечами Нацу, делая шаг назад. Цветочная морда размером с кулак взрослого человека, метнулась в его сторону с чем-то похожим на рычание. Зубастая пасть приоткрылась, демонстрируя нежно-розовое нутро и игольчатые острые зубы, выпуская розоватый дымок, пахнущий смесью крови, земли и цветущей лилии. Лексус только фыркнул в его сторону. Он ткнул пальцем, искрящимся от магии молнии чуть ниже бутона-морды, обездвиживая цветок, и поудобнее перехватил горшок. — Знаешь, — задумчиво протянул Нацу, не приближаясь, — после этого нас вряд ли позовут на день рождение еще раз. Может, стоит купить другие цветы? Розы там, фиалки в горшочках. — Хочешь сказать, что я зря эту дуру выкапывал и тащил в Магнолию? — фыркнул Лексус, хмурясь. — Нет, конечно, нет, — покачал головой Нацу. — Мы можем посадить ее у крыльца. Возможно даже удастся натаскать ее никого не пускать. Или кусать Грея за задницу. Но Люси вряд ли оценит что-то такое. — Что ты имеешь в виду? — еще больше нахмурился Лексус, ставя горшок с мухоловкой на пол. — Люси — человек, — пожал плечами Нацу и почесал затылок. — Ей нравятся другие вещи. — Как Эве? — спросил Лексус с искрой понимания во взгляде. — Что-то милое и безопасное? И совершенно скучное? — Да, что-то такое, — кивнул Нацу с улыбкой. Лексус покачал головой, и с тихим бурчанием, к которому Нацу решил не прислушиваться, устроил горшок с цветком в солнечном пятне их гостиной. Оставив его в гостиной, Дреяр вышел из комнаты. Нацу услышал, как он выдвигает ящики комода в их спальне, явно что-то разыскивая. Сам он подошел ближе к цветочному мутанту, все еще парализованному магией Лексуса. Аккуратно он погладил большие мясистые, похожие на алоэ, листья, по краям усыпанные подозрительными фиолетовыми иголками. Цветок издал мурчаще-урчащий звук, и Нацу заворковал над ним. — Что ты делаешь? — подозрительно прищурился Лексус, войдя в комнату с небольшим свертком в руках. — Она такая красивая, — усмехнулся ему Нацу, продолжая поглаживать листья. — Еще и мурлычет! — Я думал, мы опаздываем на день рождение твоей подруги, — Лексус облокотился на косяк и оскалился. Нацу бросил взгляд на большие настенные часы в форме гильдейского герба и встрепенулся. — Да-да, пойдем, — подскочил он на месте. — А то все без нас съедят! Он подскочил к Дреяру и, схватив его за руку, потянул на выход. — Мы идем за цветами? — спросил Нацу, как только они вышли за калитку, продолжая тащить блондина за собой. — Ага, — буркнул Лексус, — будут твоей Люси скучные розы-фиалки. Что они в них находят? Ни дом охранять, ни гостей пугать. Обычные цветы, которые растут на каждом углу и через неделю завянут. Что в них такого? Нацу пожал плечами, пряча улыбку в шарф. Он тоже не понимал, что девушки находят в обычных цветах. Леви как-то раз пыталась объяснить ему, что-то насчет знаков внимания, но для драгонслеера это имело мало значения. У них с Лексусом были другие предпочтения в «знаках внимания», и цветочные веники в них не входили. Люди действительно были странными, как и говорил Игнил.