Нефритовые стержни и не только

— Чего ты хочешь? — спросил Стайлз, почувствовав, как чужак вторгся в его комнату. — Того же, что и всегда, — сладко ответил Питер. Стайлз хмыкнул себе под нос, не отрывая взгляда от экрана компьютера. Он слышал, как Хейл прошелся по комнате, трогая его вещи и помечая своим запахом, прежде чем устроиться на расправленной кровати подростка. Курсор мигал на чистом листе ворда, таком же пустом, как и полчаса назад. Стайлзу действительно нужно было заняться его эссе по английскому, а не обращать внимание на старшего волка. Только когда он правильно расставлял приоритеты? Питер удобно устроился на кровати, положив под спину подушку и листал томик Хемингуэя, оставленный Стайлзом на тумбочке. Его не смущало отсутствие подходящего для чтения освещения. Стайлз заметил алый отблеск его глаз, когда Питер бросил на него беглый взгляд. — Почему бы тебе не вернуться к своему эссе, лапушка? — промурлыкал оборотень, приподняв один уголок губ в кривой усмешке. — Приличные беты прилежно учатся, разве Дерек не говорил тебе об этом? — Дереку плевать на нашу учебу, — рыкнул на него Стайлз, чувствуя как ползет шерсть на лице. — Еще раз доказывает, что он никудышный альфа, — усмехнулся ему Питер. Стайлз понятия не имел, когда его реальность стала подобной. Вероятно, в тот момент, когда пришлый альфа не стал терпеть наглость бегающего с волками подростка и укусил его. Или в тот момент, когда Питер пришел ему на помощь, вырвав этому ублюдку гортань и получив силу альфы. Стайлзу повезло, именно так он и думал в то время, что его инстинкты не зацепились за Питера, признав его альфой. Он тогда быстро рванул к Дереку, у которого уже были подростки беты и тот знал как с ними справляться. (Спойлер, нет.) Дерек оказался дерьмовым альфой для Стайлза. Он не давал никаких объяснений, рычал, если ему что-то не нравилось, ломал кости на каждую провинность и в общем был недоволен Стайлзом. Дерек Хейл не выносил его человеком, а оборотнем и подавно. Стайлз все это прекрасно чувствовал, и его раздирало от пренебрежения и недовольства альфы. Питер появился в его комнате через две недели после укуса, когда Стайлз отходил от своего первого полнолуния измученный и полумертвый. Быть привязанным крепкими цепями с рычащим на него альфой рядом, ему не понравилось. Он тогда свернулся в клубочек на кровати и тихо плакал. Питер вошел через окно, окутал его своим сильным глубоким запахом и успокоил. А потом предложил вступить в его стаю. Когда Стайлз отказался, он ушел и вернулся на следующую ночь. И снова. — Зачем я тебе? — спросил Стайлз возможно впервые с тех пор, как встретил Питера и получил предложение укуса. — Я же бесполезный, наглый, приставучий. Совершенно не подхожу для того, чтобы быть оборотнем. — Узнаю слова Дерека, — отозвался Питер. — Он никогда не умел видеть скрытые сокровища. Что же касается тебя, Стайлз, то ты восхитительное приобретение в стаю. Умный, целеустремленный, не боишься запачкать руки, заботливый., немного шумный, взбалмошный и просто очень аппетитный юноша. Стайлз замер, слушая биение сердца Хейла. Оно ни разу не сбилось со своего ритма. Стайлз не обольщался, Питер был превосходным лжецом и интриганом, но Стайлзу так же хотелось верить хоть кому-то. Он пытался поверить Дереку, но не получил ничего кроме боли. Будет ли Питер таким же? Не сползет ли с него маска заинтересованности, как только Стайлз окажется в его власти? — Подожди, — пролепетал Стайлз, во все глаза пялясь на мужчину, — в каком смысле аппетитный? Он же не имел в виду это, правда? — Соблазнительный, сексуальный, прекрасный, — промурлыкал Питер, пряча взгляд за длинными ресницами. — Сладкий, красивый, зовущий, чувственный, эротичный… Мне продолжать? — Ты, — Стайлз запнулся и сухо сглотнул, — ты не можешь говорить это серьезно! Это… — Почему нет? — усмехнулся Питер, вставая с кровати и нависая над стулом Стайлза. — Все эти прилагательные о тебе, лапушка. Правда в том, что я хотел тебя с той самой встречи на парковке, когда ты солгал мне, глядя прямо в глаза. Ты тоже хотел меня, Стайлз, я чувствовал это. Хотел так же сильно, как получить могущество оборотня. Горячее дыхание Питера ласкало его лицо. Мужчина наклонился так низко, что последние свои слова он шептал прямо в раскрытые губы Стайлза, смотря ему прямо в глаза тяжелым от желания взглядом альфы. — Я хочу, чтобы ты был моим, — прошептал Питер. — Хочу с тех самых пор. Скажи «Да», Стайлз. Согласись стать моим, и Дерек больше никогда не причинит тебе боли. Никто этого не сделает. Мужчина облизал губы, и Стайлз залип на этом движении, слишком возбужденный и потрясенный, чтобы как-то ответить. Ему бы стоило оттолкнуть Питера, обрычать его, назвать старым педофилом, вышвырнуть в окно и забыть обо всех этих словах, которые заставляют его сердце биться чаще. — Будь моим, Стайлз, — продолжил искушать его Питер, почти касаясь его губ своими. — Моим единственным. Моей парой. Соглашайся, Стайлз. Я дам тебе все, что ты пожелаешь. Стайлз должен был сказать «нет». Он должен был! Но он не хотел. — Да, — прошептал он еле слышно. Властный поцелуй обрушился на его губы. Руки Питера схватили его, крепко сжимая и поднимая со стула. Стайлз застонал, заводясь с полуоборота, хватая Питера за волосы и притягивая его еще ближе. Так горячо, страстно, необходимо. Как будто Стайлз единственный источник во Вселенной, а Питер странник вечность умиравший от жажды. Именно так и должно было быть.