Змеиные истории

      Кабуто вглядывался в сверкавшие в открытом небе звезды. Ветер поднял вверх листья, и медик поежился от холода. Он прислонился спиной к стволу дерева и медленно опустился на колени прямо на покрытую тонким слоем снега траву.       В отдалении звучали радостные голоса. Тьма озарилась чередой ярких фейерверков, приветствующих Новый год. Ниндзя Конохи следовали на почтительном от него расстоянии. Только сегодня Кабуто имел право ощутить иллюзию свободы и выйти за пределы приюта.       Якуши усмехнулся.       Как знаменательно - умереть именно сейчас.       Он принял кратковременность своей жизни еще годы назад. Каждый день выкладывался на полную, потому что чувствовал: завтрашний день может не наступить. Сам решил быть жертвой чужому бессмертию и могуществу, наивно полагая, будто его порывы кому-то нужны.       Кабуто помогал Орочимару с экспериментами на протяжении многих лет, да и сам не чурался их проводить. Как итог: различные ядовитые, опасные для жизни вещества и испарения, понемногу, но оседали в его теле.       Они с саннином часто выходили за пределы изученного. Их работа несла в себе неразгаданный другими риск, от которого не могли спасти ни предосторожности, ни талант быть медиком. Особый вид лечебной чакры никак не противостоял ядам, Кабуто жил только за счет повышенного к ним иммунитета.       Но Кабуто не убегал от смерти. Цели свои он исполнил: отдал долг детям-сиротам, которых столько погубил раньше, погибшей матери, себе.       Даже Орочимару. Орочимару...       Громыхнуло. Наверху? Кабуто сглотнул подступившую к горлу кровь. Нельзя показывать, что что-то не так, иначе шиноби Конохи заметят неладное, ринутся ему помочь.       Волей или неволей Кабуто вернется в Звук: только Орочимару способен расшифровать плавающий внутри него состав, отменить его действие. Возможно, смена тела - оптимальный вариант, которым ему позволят воспользоваться для сохранения собственной жизни.       Яд, соединившийся вместе с кровью, - это гарантия возвращения Кабуто в Звук. Вот только сам Якуши туда идти не хотел.       Лучше уж умереть, чем снова видеть равнодушие любимого человека, не замутненное розовыми очками юности. Вспоминать унижение, обесценивание собственных трудов - нет.       Нет.       Нет.       Пусть он умрет на земле, как бездомный пес, но не как ненужный биоматериал, не как ненужный рабочий, не как слуга, не как пациент. Лучше уж умереть, чем получить помощь от саннина.       Кровь перешла на подбородок. Даже в темноте зрение у ниндзя острое, поэтому Кабуто наклонил голову вниз, уткнувшись носом в собственные коленки.       По щеке Якуши скатилась слезинка.       Как бы я хотел, чтобы ты страдал так же сильно. Но я бы простил тебя за все, только бы стать человеком, которого ты искренне любишь - неважно, в каком обличии.       Мир потерял свои очертания, звуки пропали. Веки опустились в последний раз, бездушное тело медика безвольно упало на холодную землю. ***       Мицуки открыл глаза. ***       В конечном итоге Орочимару добился своего. Шестое подряд стирание памяти вынудило подсознание Мицуки выбрать нужный вариант: отринуть идею следовать за Орочимару или Логом и идти собственным путем.       Подкинутая вовремя фотография сына Наруто Узумаки определила место жительства сына и его будущего друга.       Орочимару и не догадывался, что Мицуки, следуя за Боруто, всегда, абсолютно всегда, оглядывался на него.