Изменить всё

      

***

                    С момента их грандиозного проигрыша прошло уже несколько дней. Затишье перед бурей радовало и пугало одновременно. Вроде, всё хорошо, никто не трогает, живи и наслаждайся мирными деньками. Но что-то гложет изнутри, чувство беспокойства не оставляет ни на секунду. Это ощущали все.              И наконец, эта бомба замедленного действия взорвалась.                     

***

                    Это утро не отличалось ничем от предыдущих. Солнышко светило также, птички пели. Не было никаких раскатов грома, стай воронов, кружащих над домом. Такемичи, как уже привык, собирался в школу. Потратив на укладку полчаса, он спустился вниз к завтраку. Теперь Ханагаки старался проводить с мамой больше времени, пытаясь наверстать упущенное. Проводить завтраки вместе начало становится традицией. Поболтать утром за столом, обсудить планы на день, посплетничать о знакомых. Всё это грело душу Такемичи. Но судьба уже начала свой отсчёт.              Уходить из кухни, наполненной уютом и теплом, не хотелось, но идти в школу было необходимо. Вздохнув, Такемичи взял сумку и вышел на улицу. На середине пути он встретил друзей и оставшуюся часть дороги они шли вместе. Парни шутили и толкались, распугивая прохожих. Их смех разносился по всей улице.              Школа встретила их толпами учеников, спешащих на занятия. Друзья же не торопились. Опаздывать на занятия, тем самым подтверждая свой статус хулиганов, они считали необходимостью. Ведь вовремя приходят только заучки, да ботаны всякие, коими они не являются.              И вот, школьная жизнь затянула их в свои сети. Уроки тянулись медленно и скучно. Всё чаще возникали мысли свалить куда подальше. Но,увы, их посещаемость и так хромала, причём на обе ноги, еле доползая до нужной отметки. Так что им только и оставалось сидеть на занятиях и пытаться развлечь себя тем, что под руку попадётся.              Казуши со скоростью света что-то строчил в тетрадке. Это явно не относилось к теме урока, ибо была у них японская литература, на которой в принципе ничего писать и не нужно. Он был настолько увлечен своим занятием, что даже не заметил, как его несколько раз окликнул сенсей.              Аккун делал наброски на листочке. Он никогда не показывал и не рассказывал, что именно он рисует, так что друзьям оставалось только изнывать от любопытства. Такемичи примерно догадывался, что это может быть, но ни разу не озвучивал свои предложения вслух.              Макото разлегшись на парте, тихо похрапывал, пуская слюни, иногда глупо хихикая. Нетрудно догадаться, что именно ему снилось в этот момент. Это или Каяо-тян, или Мэзуми-тян, а может и обе. Они были его любимейшим актрисами из так обожаемых им эротических фильмов.              И лишь один Такуя казалось, слушает учителя. Возможно, так оно и было, но даже Такемичи порой было сложно понять друга детства. Ямамото мог сидеть с серьезной рожей, изображая крайнюю степень заинтересованности, при этом думать о чём-то совершенно ином. Полёт его мысли всегда оставался загадкой для парней.              Такемичи, откровенно говоря, скучал. Он бы и рад вздремнуть как Макото, но вот сон не шёл. Художником он был от слова "худо", поэтому даже не предпринял попыток нарисовать хоть что-то. Слушать учителя совершенно не хотелось, поэтому он просто смотрел в окно. У какого-то класса сейчас шел урок физкультуры, где парни, разбившись на команды, гоняли мяч, а девушки занимались растяжкой.              Это зрелище было довольно увлекательным. Такемичи даже подвис на время, наблюдая, как девушки разминают руки и ноги. Кто-то делал наклоны, кто-то тянул спину. Нечасто можно наблюдать такие интересные картины. Многие из девушек обладали хорошими фигурками и радующими глаз размерами. Такемичи и сам бы не отказался побывать там и посмотреть поближе. Но приходилось довольствоваться видом из окна. Да Макото бы душу продал, лишь бы сидеть сейчас на месте Ханагаки.                     

***

                    Уроки,наконец, подошли к концу. Друзья выдохнул с облегчением. Столько времени потратили зря сидя в этом скучном месте под названием школа. А ведь можно было бы побродить по району, запугивая каких-нибудь школьников или просто зависнуть в игровом центре.              Они уже почти вышли за ворота как их окликнул грубый голос.              — А куда это наши маленькие слабаки собрались?              У ребят замерло сердце. Этот голос они никогда ни с чем не спутают. Да и как можно забыть голос, который иногда снится в кошмарах? Да, после того дня им частенько приходилось просыпаться в холодном поту, слыша этот насмешливый голос во сне.              Испуганно обернувшись, они во все глаза уставились на свой персональный ад.              — Так-так-так, — протянул он с усмешкой, — вижу, что вы не забыли меня. Что ж детишки, я щедро дал вам несколько дней для того чтоб вы очухались. С трупами играть не так интересно, — мерзко рассмеялся Киёмаса. Толпа прихлебателей поддержала его смешками.              Друзья нервно сглотнули и непроизвольно сделали шаг назад. Внезапно заболели все синяки оставленные этими отморозками. Хоть они почти все сошли, воспоминания никуда не делись.              — Итак, раз теперь вы стали нашими собачонками, будете делать все, что мы скажем. Для начала сгоняйте и купите нам выпить. Парни, кто что хочет? Сегодня нас угощают наши дорогие подчинённые, — обратился Киёмаса к своему окружению.              Со всех сторон послышались самые разнообразные пожелания. Кто-то хотел Асахи, кто-то Саппоро, а кто-то просто кофе. Парни терялись от хлынувших на них заказов. Так и стояли с широко открытыми глазами.              — И только попробуйте что-то забыть, — угрожающе протянул Киёмаса. — Принесёте всё в заброшенную часть парка на спортплощадку. У вас двадцать минут. Не уложитесь вовремя, и мы вас хорошенько побьём. Иии, время пошло! — заржал он вслед убегающим парням.              Пацаны же бежали так, что только пятки сверкали. Они ни на секунду не сомневались в том, что их действительно изобьют, если они не уложатся в срок. Страх подстегивал, придавая сил. Запомнить всё, что от них требовали третьегодки, было невозможно, но они старались купить хотя бы то, что отпечаталось в памяти. Быть может тогда, если их изобьют, то не так сильно.              Время должно было вот-вот закончиться, а они только выходили из магазина. Если бежать по дороге, то это займет минут десять, хотя если срезать через дворы, то минут пять от силы. Выбор был очевиден.              Они бежали, задыхаясь, пытаясь уложиться в срок. Никто из них не мог похвастаться хорошей физической формой. Такемичи в очередной раз задумался о том, что пора заняться приведением своего тела в порядок. Да занятия спортом ему не помешают.              Они делают последний рывок и наконец, добираются до нужного места. Там уже собралась целая толпа. Помимо Киёмасы и его прихвостней была целая толпа незнакомых гопников. Похоже, что-то намечалось.              — О, а вот и сосунки прибыли, — усмехнувшись, произнес Киёмаса. — Пацаны налетайте. Надеюсь, вы купили всё, что мы заказывали?              Парни нервно закивали головами. Конечно же, они купили не всё, хотя бы, потому что они не запомнили, и у них не хватило денег. Но друзья не оставляли надежды, что половина народа даже не вспомнит о том что они заказывали.              Их надежды не оправдались.              — Мои ребятки говорят, что кто-то тут пиздит. Я же говорил вам, что если не справитесь, то мы вас побьём? — парни только испуганно махнули головами. — Можете радоваться, избитым будет сегодня только один, — ехидно произнес Киёмаса. — Мне поебать как вы выберите одного счастливчика, но ответ мне нужен через минуту.              Ребята ошарашено смотрели друг на друга. Такемичи видел страх в их глазах. Сам он боялся не меньше. Ну а кто захочет быть избитым. Таких смельчаков среди них не было. Играть в камень-ножницы-бумага в такой ситуации казалось чересчур глупым.              — Ваше время вышло, — заржал Киёмаса. — Кого же из вас сегодня отпиздят?