Проклятие Ди

      Прошло уже два года, как он попал в этот мир. И почти всё время идёт война. Сначала было неудобно, тяжко, одиноко. Его принимали за умалишенного, пока перед ним не появился он. Шикигами долго объяснял ему о невозможности вернуться назад. Для всех он мёртв. Эйс ещё долго кричал, хрипел, не хотел верить в этот бред, пока не сделал то. что ненавидел. Он расплакался. Слёзы никак не останавливались. Он вспоминал лица товарищей, которых оставил в том мире, которые погибли по его вине. это резало его изнутри.       Он не оставлял попыток что-то сделать, хоть что-то. Единственное. что к чему он пришёл - это сбежать. Сбежать в море. Вдруг это какая-то неудачная шутка, он сейчас сиди на каком-то острове и паникует. Это же возможно? В одну из неудачных попыток сбежать его хотели отнести к шпионам, предателям. Всё как-то замялось. А что ещё можно ждать от местного дурака. В этом мире не знали о существовании Гранд Лайна, не боялись Йонко, Морских королей. Надежда, что это отдалённый остров где-то на Гранд Лайне, таяла. Он оставался один. Руки опускались, а существо смеялось над ним.       Ему потребовалось полгода. Полгода он пытался выйти в море, полгода пытался поверить, что больше никогда не увидит ни Луффи, ни отца-Белоуса, ни товарищей по команде. Даже Кулака любви больше не испытает. Всё как-то катилось вниз.       Его отправили в академию. Учится на шиноби, чтобы он грудью стоял за страну, которая посчитала его дурачком. Интересный ход, раз головой тронулся, так родину лучше защитит? Всё равно что он может и против пойти. А если серьёзно, то его семья не могла позволить себе так опозориться, чтобы сын прославился умалишенным. Так он и попал в академию через год, как попал в это место.       К семи годам он успокоился, но не смирился. Он пытался хотя бы дозваться до Шикигами. Пытался устраивать пляски вокруг костра, шаманить и что-то ещё. Он уже и не помнил. Но вскоре и это надоело, результатов это не приносило. Сказал бы кто-нибудь, что с Луффи, он успокоился бы. Никто не говорил.       В этом мире он попал в тело внешне схожее с Портгасом Ди Эйсом. Веснушки стали бледнее и реже. Волосы так и остались непослушными и волнистыми. Он всё ещё брюнет с чёрными глазами, как и, впрочем, все в его клане. Теперь он - Учиха Эйс. Сначала его звали другим именем, но он яростно отстаивал свою. Не хватало чужим именем называться. Родители этого тела отступили в последний раз. В остальном они пытались вернуть своего сына - Хотару, который погиб от удара в голову. Теперь его место занимал Эйс. По их взгляду он понимал, они переживали. В первое время возились с ним, контролировали. Старший брат этого тела шарахался от него. Он снова стал тем, кем был до встречи с Луффи - загнанным зверем.       Луффи. Сердце кровью обливалось. Он оставил его одного. Наверняка, плачет как девчонка, как и обычно, как и после смерти Сабо. Эйс пытался вернуть ту силу, что имел. Большие физические нагрузки, драка с некоторыми из шиноби, за что ему прилетало, но он не отступал. Он должен знать, что с Луффи. Хоть кто-нибудь скажите, как его смерть перенёс младший брат. У Луффи осталась его команда, друзья, старик, в конце концов, он не один. А Эйсу надо успокоиться. Надо! Но не выходило.       Ему не нравилась эта участь — быть шиноби. Этот кодекс он не признавал. Это ничем не отличалось от учебника по созданию из себя оружие. И ведь здешние люди следовали этой писанине, были не против. Его это раздражало, бесило, кровь бурлила. Он срывался на этих самых шиноби. Ему не впервые драться с людьми почти вдвое старше его. Возраст не показатель.       Возможно, единственным плюсом этого рассадника шиноби, было обучение сражению. Чего только чакра стоила. А стоила она много. Также Эйс успел проверить свою способность плавать. Случайно во время побега упал в воду. Плавать смог, как в детстве. Теперь он пытается улучшить этот навык. Он сам отказался от него в пользу силы фрукта, он и подумать не мог, что так соскучится. Хотя скучал он всё же больше по воде.       Вернёмся к старшему брату — близнецу. Да, Эйс младший из близнецов. Они не были сильно похожи. Старший считался гением, лучшим учеником в чёртовой академии. В то время как младший только и умеет кулаками размахивать. Один спокойный, второй вспыльчивый. Словно небо и земля. И в данном случае Эйс был землёй. Не способный взлететь к свободе, по которой так ныло сердце. Он скучал по океану, по морскому ветру, оставляющий привкус соли на языке, по изменчивости Гранд Лайна, по опасности Нового мира, по команде, по семье. Этого всего он лишился навсегда. Стоит уже смирится с этим.       Как бы не была отрицательна оценка своих талантов, кое-что не мог отрицать никто в деревне. То, почему родители настояли в его обучении в академии — это ранее пробуждение Шарингана. Стоило ему первый раз открыть свои глаза в этом ненавистном мире, как в его черепной головке что-то взорвалось. Его чёрные глаза сменили цвет на красные с чёрной запятой. Дурачок с опасным Улучшенным геномом. Вот веселье. Теперь перед вами не Портгас Ди Эйс, а просто Учиха Эйс. Но он всё же представляется, как Учиха Ди Эйс. Отказаться от фамилии он не мог, и эти алые глаза сдавали его с потрохами. А вот значение Ди никто понять не мог. Для всех это было шалостью умалишенного. Ничего большего.       Никакой трепетной любви к новым родственникам он не испытывал. Он уважал их, не каждый сможет смириться с таким дитём. Шисуи? Он немного походил на Сабо, но лишь немного. Он старался ладить с ним. Он вообще старался ладить со всеми из клана, но выходило не очень. Они казались ему надменными, неинтересными, зазнавшимися. А может дело в нём?       — Брат, прекращай шататься по округе, пошли домой, — мысли прервал знакомый голос. Эйс открыл глаза. Перед ним плыли облака, напоминая о таком родном Моби Дике. Вот бы снова ступить на его борт, заглянуть в свою каюту, подразнить Изо и Марко. Но всё это осталось далеко позади.       — Брат, если я стану нукенином, ты меня возненавидишь? — он сам не знал зачем спросил. Может хотел убедится, что Шисуи не похож на Сабо. В первое время он надеялся, что Шисуи может быть Сабо. Тоже переродился в новом мире, в новом теле, но чем больше времени проходило, тем больше он разочаровывался. Надо смириться, в этом мире он один. Шисуи от его вопроса напрягся.       — Как ты можешь такое говорить? Иногда я думаю, что ты всё-таки сумасшедший. Я не позволю стать тебе отступником. Мы — шиноби деревни Скрытого Листа… - договорить ему не дали.       — Достал. Знаешь один человек, которого я уважаю как-то сказал, — Эйс так и не встал с места, продолжая лежать на осенней траве.       — Ты кого-то уважаешь? Неужели кого-то из твоих воображаемых друзей?       — Арррр, — пират подскочил, — не смей! Я доверился тебе, рассказав правду, а ты мне этим платишь? — Эйс быстро сократил расстояние, схватив старшего за одежду на груди.       — Хотару, хватит уже.       — Я говорил, так меня не называть! — второй командир дивизии Белоуса оттолкнул от себя собеседника. Как же это его раздражало. Он отвернулся от мальчика, начав идти в сторону деревни. Сожженная земля печально прощалась с ним. Весь полигон покрывал слой пепла.       — Брат, — Шисуи пытался его догнать, — физически и по техникам, ты превосходишь меня. Я же лучше владею шаринганом, только потому что ты от него отказываешься. Может хватить! Сейчас не время для детских обид.       — Шисуи, я всё же скажу то, что сказал мне ОН, и только посмей перебить, — Эйс зло сверкнул своими красными глазами, — Идти на смерть и быть героем — не одно тоже. К чему стремишься ты? Ты готов пожертвовать собой, но ради чего?       — Ради благополучия деревни, — серьёзно произнёс мальчик.       — Это твоё дело, я же поступлю как пират.       — Как отброс? Пираты  только и могут воровать и вредить. Брат, ты не такой. Может хватит уже! Стань шиноби в конце концов.       — Думай, как хочешь. Но я пират и буду сам выбирать, что хочу я! А хочу я свободы.       — Хотару! — Эйс ушёл.

***

      Несмотря на то, что Эйс считал себя менее одарённым, чунинами они стали вместе. Год назад они приняли прямое участие в этой войне. Почему Эйс стал так рано чунином? Он надеялся, что хотя бы так вырвется на свободу, а затем и в море. Однако судьба была жестока. Прежние сильные крылья заковали. Эйс не понаслышке знал ужасы войны. Как пират он бывал во многих местах. Видел страны побежденные и победившие, страны сгоревшие во внутренней войне, и просто уничтоженные по воле Мирового Правительства или Йонко. Сейчас же он должен сражаться на стороне своей страны — страны Огня.       Пират скоро стерёт свои зубы в порошок. Протектор деревни обжигал лоб. Как бы ему не нравилась деревня, он сражался, выполнял миссии. Его часто ставили с Шисуи. С горем пополам, работали они слаженно. Шисуи не Сабо с Луффи, дружеские отношения не складывались. Но Эйс всё равно считал его братом, пытался защищать, хоть как-то сгладить острые углы, Шисуи не отставал. Но несмотря на старания с двух сторон, ничего не выходило. Они так и не могли как-то найти общий язык.       Казалось, что Шисуи убеждён — Эйс придумал прошлую жизнь, хоть в глубине души и понимал, что это не так. Он просто отрицал это. Словно самый близкий человек отдалился, оставил его одного, уйдя далеко вперёд. Он старался стать сильнее, умнее, догнать. В итоге он стал гением, но до Эйса он так и не дотянулся. В отличие от него, младший брат жил вторую жизнь. Он пытался понять, осознать тот мир, к которому так привязан брат, но ничего не получалось. Как можно бросить всех дорогих людей, свою родину и рвануть в море? Чем так приглянулся титул Короля пиратов для всех? Только из-за его сокровища? Пусть Эйс и объяснял, что это сравнимо с титулов главы над всеми Каге, Шисуи не понимал. Старший брат знал, Эйс не мог быть плохим человеком, но ведь даже он назвал пиратов отбросами моря. Почему же так гордо говорит об этом? Неужели эта его свобода так прекрасна, что он не может от неё отказаться? Учиха никак понять не мог.       Эйс же не мог понять его. Как можно отказаться от свободы и стать живым оружием. От Пацифисты веяло опасностью, но осознанности не было. Тут же есть и опасность и осознанность. Они всё ещё люди. Но люди не свободные. Этот мир словно пропитался кровью и ненавистью. Пираты не были святыми людьми, они убивали. Эйс убивал, но он имели выбор оставить в живых или убить. В мире шиноби этого выбора не имеют. Они выполняют приказ вопреки своим желаниям, а если есть выбор - предпочитают избавиться от возможной угрозы. Дети — цветы жизни, на могилах родителей, выросшие в кровавой почве. Их листки впитывали эту смоль, эту кровь. Прекрасные, яркие цветы, становились багровыми и чёрными. Каждый ненавидит другого, от этого никуда не деться. Эйс задыхался.       На миссиях с братом с главной задачей - убить, он старался всё выполнить сам. Он стал львом в клетке. Шисуи это видел. Он не хотел становиться бременем, он не хотел отставать. В итоге многие их совместные миссии становились соревнованием. Руководство видело, что их нельзя назвать хорошей командой, но результаты миссий говорили о другом. Многие проблемы на их заданиях являлись следствиями вспыльчивости пирата. Он не всегда мирился со всеми аспектами. Однако конечный результат соответствовал задаче. Так и работали, прикрывая друг друга. мало кто мог соревноваться с Шисуи в ниндзюцу, а с Эйсом в тайдзюцу.

***

      — Чёрт, — к полигону быстро направлялся мальчик в оранжевых очках. Он снова проиграл своему товарищу по команде - Какаши.       Он старался изо всех сил, пытался сократить разницу. Но как-бы он не был зол, он понимал — Какаши его друг. Он считает его другом. Вдруг над полигоном, на которое он впервые направлялся — вспыхнуло. Большое количество огня поднялось в небо. Землю в округе покрывала копоть. Этот полигон был самым отстраненным, мало кто доходил до него. Неужели какой-то джонин уже занял это место? Обито осторожно приблизился к низине, в котором должно находиться озеро. Перед его глазами предстал мальчик. Веснушчатое лицо, волнистые волосы, чёрные глаза, младше него. Распахнутая рубашка, бриджи с сумками для оружия. Парень лежал на спине, на его стороне берега, раскинув руки в стороны. Как и Обито он внимательно следил за ним. Перед ним точно лежал генин? По возрасту он ещё академию не закончил.       — Тебе нужен полигон? Занято, — парень лежал головой в его сторону, поэтому стоило ему сесть, как Обито увидел его спину, точнее герб клана на рубашке. Учиха, как и он, — мне ещё раз повторить? Занято, — мальчик со злостью смотрел на нарушителя спокойствия.       — Сколько тебе лет? — Обито осекся. Не это он хотел сказать.       — Чего? Ты кто вообще такой? — мальчик поднял бровь. Он подскочил на ноги, поднимаясь по склону наверх, к нему поближе. Он встал напротив него, задрав голову.       Обито видел, мальчик зол. Это поразило генина. Слишком наглый, а он ведь младше его. Только Обито хотел грубо ответить ему, его взгляд зацепился за протектор, повязанный под волнистыми волосами.        -Ты уже генин? Ты же младше меня! — воскликнул Обито. Эйс дёрнулся, открыв рот для ответа, как их разговор прервали.        — Хотару! Ты опять здесь. Пошли домой, — веснушчатый фыркнул в сторону. Он запихал руки в карманы и вразвалочку отправился к говорившему, — что-то сегодня ты задержался.        Обито повернулся к ним. Два мальчика, меньше и младше него. Оба Учихи. У одного лицо было украшено, росписью веснушек, у второго ни пятнышка. Один — эмоционален, второй — спокоен. С первого взгляда, словно две капли воды, со второго как огонь и вода.        — Долго ты ещё на нас пялиться будешь? — рыкнул на него Хотару.       А ведь он слышал это имя. Мальчик, которого прозвали сумасшедшим, постоянно нарывался на неприятности. Гений шарингана и огненных техник. Несмотря на юный возраст уже чунин. Говорят, что на одном задании он сжёг своих врагов, не оставив от них ничего кроме пепла. Сам себя он называл Эйсом, а не именем, данной родителями. Одной из его знаменитых техник — Огненный кулак, он придумал сам. Но несмотря на эти успехи, для всех он оставался умалишенным. В детстве во время практики тайдзюцу он сильно ударился головой, с тех пор его как подменили. Правда это или нет, Обито не знал.        — Брат вам что-то сделал? — в разговор присоединился и второй. Раз он зовёт Хотару братом, значит он — Шисуи. Тоже гений. В отличии от младшего, он мастерски владеет шаринганом и ниндзюцу. Многие из деревни жалели его. Ему, как старшему, приходилось заботится о младшем. многие считали, что он мог бы уже и джоунином стать, но обуза в лице сумасшедшего брата не позволяла. Ему приходилось заботится о нём во время миссий. Вся его слава перекрывала славу младшего, как шиноби, делая его в глазах всех жителей деревни не больше чем дураком. Обито видел другое. Младший кроме агрессии не показал абсолютно ничего, ни сумасшествия, ни неадекватности.        — Нет. Всё в порядке. Он никак мне не помешал.        — Пф, — фыркнул младший. Обито, это не понравилось. Ему и Какаши хватает.        — Эй! Что смешного? — выкрикнул генин.        — Ты ещё спрашиваешь? Я пришёл первее тебя. Тот кто мешает — это ты.        — Подраться хочешь? — Обито закипал. Какая наглая малявка. Мальчик же снисходительно окинув его взглядом, отвернулся.        — На такую мелочь не размениваюсь. Пошли Шисуи, — старший брат ударил второго по лбу, извинился за него.        — Простите, мы пойдём, — он также развернулся спиной к генину, поравнявшись с братом, — нельзя было повежливее, снова на драку нарываешься? — обратился уже к Эйсу.        — Какая разница. Кстати, Шисуи, снова назовёшь меня Хотару, мало не покажется. Понял?        — Ой, боюсь, боюсь, — старший из братьев поднял руки в примирительном жесте. Что-то было не то. Казалось, что они не были так дружны, как хотели показать. Словно какая-то невидимая стена разделяла их.        — Эй! Хотару вроде, — Шисуи тяжко вздохнул, началось, — сразись со мной. Я заставлю забрать свои слова. Я не мелочь! — Обито спрыгнул вниз, выкрикивая. Он остановился ровно посередине чёрного круга из пепла. Эйс незаинтересованно, смотрел сверху вниз. Однако затем, он чему-то усмехнулся, быстро присоединившись к собеседнику. Руки из карманов он так и не достал, насмехаясь над генином.        — Не в моих правилах судить противника только по внешнему виду. Покажи на что способен, — Шисуи устало поплёлся за братом, становясь судьёй.        Мальчики выполнили все традиции товарищеского боя, благодаря помощи Шисуи. Обито выполнил всё в лучших традициях, всё же он часто бросал вызов Какаши, Эйс же в этом не видел смысла. С Луффи и Сабо они и без этого обходились. Но раз надо так надо. Как только Шисуи объявил начало боя, Эйс быстро сократил дистанцию. Обито успел отстраниться от удара ногой. В свою очередь он попытался дотянуться до оппонента рукой, целясь в голову. Младший уклонился от такой прямой атаки, делая подсечку. В этот раз он смог достать. Обито успел упереться руками, перемещая на них вес тела, он ударил ногой, перемахнув через себя. Эйс успел схватить его, потянул его на себя. Генин потерял равновесие, встретив спиной землю. Пират потянулся рукой к его горлу. Обито уклонился в сторону, снова замахнувшись ногой. Однако и в этот раз не всё прошло гладко. Эйс снова смог перехватить его. Он не выпустил ногу оппонента, сильнее сжимая её. Старший мальчик попытался уменьшить хватку, которая приносила немалую боль, замахнувшись рукой, но в последний момент остановился. Мальчик со скучающим выражением лица, уже держал руку на перехват. Эйс, заметив замешательство оппонента, быстро нанёс удар. Обито не успел его заблокировать. В то же мгновение, пират перекинул его через себя, бросив на землю. Он закрутил его руки, сев на спину, ограничивая движения. Обито поиграл.        — Чёрт! Я поддавался тебе, — генин был расстроен. Какой раз за день он проиграл? А ведь ещё так пафосно начал.        — Ага, ври больше, — пират с лёгкостью подскочил, напоследок надавив на руку сильнее. Обито закричал, но рука была в порядке. Эйс не сломал её и не вывернул, что радовало, — а если ты говоришь правду, то ты идиот вдвое. Нельзя недооценивать противника, самому же хуже будет. Шисуи пошли.        — Стой! — Обито быстро встал. Он подбежал к мальчику, встав перед ним и протянув вперёд кулак, — Я Обито Учихи, запомни моё имя, ведь я стану Хокаге.        Второй командир дивизии сначала внимательно посмотрел на кулак, а затем и на лицо мальчика. Глаза его выражали уверенность и непоколебимость. Эйс усмехнулся, он с улыбкой соприкоснулся кулаками с Обито.        — Надеюсь увидеть это. Не разочаруй, — генин был удивлён. Хотару так дружески улыбался ему, не засмеявшись на его слова. Пока Обито думал над этим, братья обошли его, направляясь по своим делам. Мальчик развернулся к ним.        — Ты шутишь? Ты ведь не поверил мне? — на его слова Эйс остановился.        — Брат? — Шисуи, немного обогнавший его, повернулся назад. Он видел и опущенную голову Обито, и лицо своего младшего, не выражавшее ничего.        — Ты ведь тоже считаешь, что такой как я не способен достичь титула Хокаге? — день под откос. Обито часто желали удачи, считая, что только она способна помочь ему. Издевки одноклассников, смешки за спиной. Он достигнет этого титула, докажет, что они были неправы, — генин поднял взгляд. Эйс смотрел на него через плечо, но не смеялся. Его глаза были спокойны.        — Я этого не говорил. Если считаешь, что не сможешь, тогда зачем пытаешься? Или слова остальных для тебя так важны? Хочешь стать Хокаге, становись. Мне нет до этого дела. Меня этот титул не интересует. Какая вообще разница, что считают другие? Докажи им, что они ошибаются. Вот и всё. А если сам в это не веришь, то кто поверит?        Братья ушли. Обито простоял, смотря им вслед, ещё некоторое время. Вскоре он словно очнувшись бросил в воздух, — Будто я это и без тебя не знал. Посмотрим, что ты скажешь, — генин развернулся, начав складывать печати. Глаза его горели огнём. Почему-то ему так сильно захотелось, доказать свою решимость Хотару. Ведёт себя как взрослый, словно копируя Какаши. Или это Какаши его копирует? Ааа! Нет у него на это времени. Он должен стать сильнее и заткнуть этих двоих.

***

      — Зачем ты с ним вообще заговорил о титуле Хокаге? — Шисуи шёл с Эйсом наравне, смотря в лицо младшего, словно пытаясь что-то разглядеть.        — Да так. Напомнил он мне кое-кого. Только цель у того человека была более нереальной, да и сомнений в своей силе у него не было, — отрешенно ответил Эйс. Его губы растянулись в счастливой улыбке, словно он вспомнил что-то хорошее.        — Опять ты со своими фантазиями.        — Шисуи, беги. Я от тебя пепла не оставлю! — старший решил последовать совету. Он увернулся от подзатыльника, свернув на короткую дорожку домой. Пират бежал за ним.