Перо, пронзившее кирасу и магия, унёсшая записи профессора Серафеддина

      Де Сарде оступился. С этого всё и началось, вновь — шагнув, эмиссар споткнулся, задев край ковра каблуком, упал — упал бы, если бы не руки, подоспевшего профессора.       — Договор — шахта, — выдохнул Даниель прежде, чем уткнуться носом в высокий ворот и в бессилии ухватиться за наставнически подставленное плечо.       Виновато обернуться, показывая, что ещё сохраняет здравый рассудок, даже после нескольких дней пути в компании неподходящих к друг другу людей: местная принцесса, дочь mál и один из приближённых к наместнице, священник.       — Тише, — подняв взгляд, Де Курсийон похлопал Де Сарде по плечу, — Приветствую, Отец, — неловко, припоминая — они сталкивались раньше, но именно сейчас в Новом Свете — в Новой Серине эта встреча показалась первой и поражающей разницей в положениях, взгляд с другой стороны, и без соединяющего тени рукопожатия.       — Добро пожаловать, — скованное приветствие.       — Тише, — кивнув в ответ, профессор помог эмиссару опуститься на ближайший стул, — Это займёт время, а вам нужно перевести дух, — крепкое наставление, — Иногда стоит подумать о себе, — припоминание старого.       — Мои люди — браться и сёстры — они, — вступает Сиора, осторожно, с подозрением не только к окружающим, но и к самому дворцу, она замолкает на полуслове, позволяя ответить другим.       — Ваше высочество, это немного подождёт, — движение головы, иначе указать будет непозволительно, — Вам нужно твёрдо стоять на ногах — в слабости вы окажетесь на земле, — Де Курсийон старается говорить приближённо — он сталкивается с пониманием и едва заметным, кипящим раздражением.       — Дитя, боюсь, он прав, — шаг, скованная боевой блестящей перчаткой ладонь, скользнула к поясу, но даже не коснувшись пробки зелья уходит.       В руках Даниеля колба зелья уже осела на пальцах.       — Вы заботитесь о нём, — замечание, — Это и привело вас сюда? — смотрит глубже, понимает изначально, но присмотревшись не упускает возможности произнести. Ему любопытно — это упорство.       — Долг наставника, — переводит в шутку, убедившись в том, что колба опустела отошёл, остановившись у шкафов, оборачивается, — Мне понадобится время, поэтому, вам следует, — вздохнув, готовится продолжить.       — Перевести дух, — заканчивает за него Петрус; несколько мгновений они меряются взглядами — до тех пор, пока священник не сокрушает улыбкой.       — Оставлю господина эмиссара и его компаньона в ваших руках, — запутавшись, использует оба обращения прежде, чем исчезнуть в лабиринте шкафов и книг.       Излишне торопливо.