Неправильная реальность

Парни даже и не планировали подниматься с кровати, что уж там говорить о том, чтобы покидать комнату. Нет, конечно же они переживали о ментальном состоянии Эндрю, да только вот блондин перерезал бы им глотки, если бы узнал, что они сомневаются в его непоколебимости, поэтому лучшим решением сейчас было просто не вмешиваться. Аарон и так знатно рисковал, ведь его близнец, к сожалению, далеко не идиот и легко свяжет между собой внезапное проявление внимания от недоДжостена и свой нервный уход из номера. Говорить на отвлечённые темы тоже казалось как-то неуместно, поэтому они с Кевом негласно решили посидеть в уютной тишине. На 7 минуте молчания у Аарона закончились возможности его скупого воображения, и он принялся лениво изучать взглядом излишне изысканный интерьер. Что ж, хватило его ненадолго, ведь какой тут блин может быть интерьер, когда буквально в паре сантиметров от тебя лежит сам Кевин — как вообще можно выглядеть так охуенно абсолютно ничего не делая — Дэй. Брюнет задумчиво покусывал нижнюю губу, а сам пребывал глубоко в своих мыслях. И ох, как же Аарона бесила эта безобидная привычка, ведь каждый грёбанный раз, когда он так делает, Миньярд просто не может отвести глаз от его подвижного рта. Блондин мог бы просто пихнуть парня в бок, даже не объясняя причины, и проблема с этой несчастной губой решилась бы сама собой, но вместо этого Аарон прикидывает, что занять его рот чем-нибудь другим будет несомненно приятнее. Ага, Аарон — ненавижу ваше гомосексуальное дерьмо — Миньярд, спустя долгие месяцы самокопания и постоянного стресса наконец-то может признаться самому себе, что хотеть поцеловать парня — это ещё далеко не конец света. Он прошёл буквально через все стадии: • У меня всё просто замечательно, моё главное достижение в жизни это Кейтлин, и я абсолютно не замечаю наши постоянные ссоры и истерики • Да, я провожу всё своё свободное время с чокнутым Кевином Дэем, ведь он предположительно может разделить со мной все прелести недавнего расставания (ибо Тея не клюшка для экси, поэтому Кевину с ней больше не по пути) • Блять, я больше никогда не буду смотреть на Кевина Дэя в душе… Мне срочно нужна девушка! • Нет, мне абсолютно не льстит, что он ушёл со сраной предигровой тренировки, только чтобы доставить меня в травмпункт! • В клубе темно, а я в стельку пьян… Ай, живём один раз! • О господи, НЕТ, ни за что! Никогда! Просто отъебись от меня! • Блять… • Чёрт, Кевин, я больше так не могу! Приебись обратно! • А с чего вы вообще взяли что я гей? Я просто Кевин-Дэй-Сексуал, понятно вам? Так что сейчас Аарон без зазрения совести цепляет нападающего за ворот футболки и притягивает к себе. Кевин потрясённо выдыхает в первый поцелуй, но уже куда более уверенно отвечает на второй. Они не переходят черту. Не сегодня, не сейчас. Это просто небольшая перезарядка перед грядущими душевными переживаниями. 21:15 Дверь в комнату с глухим грохотом отворилась и на пороге возник явно заебавшийся от жизни Миньярд. К счастью Кевин и Аарон уже закончили заниматься тем, что теперь навсегда останется за цензурой, поэтому Эндрю не пришлось переживать ещё одну головную боль. — На выход — в тоне голкипера не было ничего настораживающего, поэтому парни беспрекословно повиновались. Они не стали задавать какие-либо раздражающие вопросы, так как по внешнему виду Миньярда было вполне понятно, что Веснински-терапия дала свои плоды. Эндрю не любил ездить в транспорте, которым управлял не он (или не член его круга доверия), а из этого следовало, что им придётся идти пешком. Естественно Аарон поворчал из личного принципа, что после недавнего матча у него буквально отваливаются все конечности, но от подъёбочного предложения Кевина понести его на руках, агрессивно отказался. 21:50 Они стояли прямо напротив гладкой чёрной двери с одним маленьким отверстием для ключа. По пути к стадиону им не встретилось ни одной живой души, и судя по беглому осмотру всех минувших локаций на камерах троица тоже не засветилась. Кевин бережно достал из кармана своего командного рыжего бомбера (он не снимал его, в отличии от облачённых во всё чёрное близнецов) звенящую связку ключей с монохромным круглым брелоком, и со второй попытки стадион нехотя отворил свои ворота для нежданных гостей. Абсолютно пустое поле в каноничных чёрно-красных тонах, ни одной царапинки или соринки на ограждениях — идеальная дисциплина во всём, и крайне неприятно давящая на уши тишина. Внезапно откуда-то с верхних трибун раздался звонкий хлопок, и внимание парней сразу же переключилось на одинокий тёмный силуэт. Жан Моро развалился сразу на двух сиденьях и скучающе наблюдал, как Лисы поднимались по высоким ступеням между рядами к его нынешнему местоположению. — Привет, Жан — неловко поздоровался Кевин, так как за Миньярдами проявлений вежливости обычно не наблюдалось. — Вonsoir — мгновенно отозвался француз, указывая взглядом на сиденья подле себя. Они расселись в один ряд: Аарон, Кевин, Эндрю, Жан — идеальное чередование блондинов и брюнетов, но не хватало одного рыжего пиздеца, который разрушил бы установленный цветовой порядок. — Где он? — задал сразу в лоб, беспокоящий его вопрос, Эндрю. — Дьявол? — угрюмо уточнил защитник и после утвердительного кивка тяжело вздохнул — дайте ему 10 минут. Он решил, что залить болеутоляющее водкой будет хорошей идеей и теперь пытается свыкнуться с новыми ощущениями. Аарон издал череду приглушённых матов: — У него что мозги отказали? — Как может отказать то, чего никогда не было? — Жан почему-то не выглядел взволнованным. — И какого хрена ты оставил его одного? — второй Миньярд явно не разделял легкомысленности этой одинокой пташки. В ответ Моро коротко усмехнулся, предполагая насколько буйная реакция последует на его дальнейшую реплику: — После снятия с амфетамина его организм легко переносит подобные манипуляции. Он сам отправил меня развлекать публику, пока приводит себя в порядок. Эндрю должен был подготовить себя к такому повороту событий, ведь Натаниэль дал ему все необходимые подсказки, чтобы сейчас это не выбивало весь воздух из лёгких. Но если и должен был, то в итоге всё равно нихрена не сделал. Аарона эта информация подкосила не меньше чем первого близнеца, ибо неизбежно вскрыла его старые незатянутые раны. Хотя со стороны оба Миньярда казались ни капли не впечатлёнными — одинаковые кислые мины, но напряжение нарастало в воздухе с каждой секундой. И только Кевин выдал совсем нетипичную для себя реакцию. Он внимательным взглядом изучил лицо француза на предмет лжи, отметил что-то для себя в голове и чертовски хладнокровно произнёс: — Я ничего не помню, Жан. Слышал мельком, что самые помешанные на спорте психи повышают так свои физические возможности, но с конкретными индивидами никогда не сталкивался. Расскажи мне всё, что ты об этом знаешь. За минувший вечер Моро уже успел прикинуть чего ему следует ожидать от этого разговора, поэтому сейчас был готов восстановить всю доступную для Кевина ранее информацию. — Эх, Кев, ты такую истерику тогда ему устроил… прелесть — защитник ностальгически закатил глаза — к счастью, дьявол практиковал это говно всего полгода, умудряясь профессионально не палиться. Он просто перестал спать даже его привычные жалкие крохи и с особым рвением забивал на приёмы пищи. «Извиняйте, я просто ебанат» — вот что он сказал, когда его накрыла ломка, и только после снятия в Истхейвене он наконец сподобился объяснить настоящие причины. Ему тогда было 16, он хотел довести свои движения на корте до слепого автоматизма, но его время разрывалось между охраной Рико и сомнительными пропажами по «работе», поэтому личные тренировки идиот решил поставить вместо базовых потребностей. Наркотик повышал возможности его тела, но выкачивал жизнь. Мы с тобой, Кевин, слишком долго велись на эти сраные «я в порядке». Рико нашёл его в ванной на полу во время панической атаки (симптом передозировки), я жил с ним, я видел его состояние каждый день, но помочь ему смог именно он — в голосе француза сквозила нескрываемая горечь — Рико никогда не общался с Ичиро, но за минуту нашёл способ с ним связаться ради Ната. Маленький лорд буквально был вне себя от ярости, и в воспитательных целях заставил дьявола слезать с наркотика в обычной лечебнице, а не в частной клинике. Нат конечно мало чего нам рассказывал, но о том, что заставит некого Пруста гореть в аду, выразился весьма красочно… Ну, думаю, на этом всё. Ещё одна деталька пазла появилась у Эндрю в арсенале, но он всё ещё не спешил складывать события в единую картинку, продолжая накапливать факты. «Экси наркоман, был реальным наркоманом из-за своего тупого фанатизма…» — паршиво, однако. Но зато теперь понятно почему ему было так необходимо вытащить из этого дерьма Эндрю, хотя блондин явно не просил его о помощи. Наркотики, убийство Дрейка, куча сделок и обещаний… — боже, кто-нибудь, вырежете Эндрю язык, если ещё хоть раз назовёт Нила проблемным, ведь нынешняя версия этого рыжего идиота явно превосходит Джостена по количеству неприятностей. Может быть Кевина и потряс тяжёлый рассказ Жана, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Неужели чувство ответственности впервые превзошло внутреннюю королеву драмы? Нет, он словит пару панических атак и получит за это крепких пиздюлей от Аарона, но не сейчас! В данный момент Кевин выслушает все предложенные ему истории и надёжно отпечатает их в своём подсознании. Тут нет камер, и он далеко не Нил Джостен, но поделать вид, что с ним всё в порядке всего пару часов, не должно стать для него серьёзной проблемой. — Спасибо, Жан — его голос даже не дрогнул (успех) — просто знай, что Нил/Нат всегда принимает необдуманные решения, и тебе не стоит винить себя за неминуемые последствия его импульсивности — француз благодарно кивнул, а нападающий продолжил — у меня есть вопрос, на который объективно ответить сможешь только ты… Как так вышло, что я остался без своей рабочей руки? Четвёртый номер слегка дрогнул и судорожно провёл пальцами по кудрявым волосам. — М-м-м, дьявол не очень любит эту историю… — Так может быть блять именно по этой причине мы задали тебе этот вопрос в его отсутствие? — неожиданно завёлся молчавший до этого Аарон. Кевин выразительно покосился на блондина, но тот явно не собирался идти на попятную. — Эй, Миньярд, не стоит так старательно напоминать мне, что ты умеешь лаять — Моро никогда не отличался особой терпимостью. — Так не вынуждай его напоминать тебе, что он умеет ещё и кусаться — Эндрю казался абсолютно незаинтересованным в разговоре, но что-то в его голосе заставляло напрячься. Кевин рывком поднялся на ноги и глазами указал голкиперу на своё место, но тот даже не шелохнулся. — Кевин, ты обо мне слишком плохого мнения… Нападающий раздражённо потёр виски, возвращаясь на своё место. — Жан, просто забей на этих двух агрессоров и расскажи мне всё по порядку. Лицо француза мгновенно смягчилось и поломавшись ещё пару секунд парень всё-таки начал рассказ. ~~~ У Рико определённо начался плохой период. Такие отрезки обычно заканчивались кровопролитием, если Натаниэль не находил способ смягчить ситуацию, но в ту ночь его не было рядом. Накануне вечером прошло показательное соревнование между первым и вторым номером Воронов, и Кевин Дэй будучи истинным наследником экси с хрустом вырвал эту победу. Нат запрещал Рико поднимать руку на свиту, Нат бы смог придумать решение, но тогда в этом котле варился только Жан, а он в этом вопросе никогда не отличался сноровкой Веснински. Кевин должен был просто покинуть ту грёбанную комнату, можно было пересидеть в комнате Моро или блин… да просто где угодно, но не оставаться с Рико на одном квадратном метре. Сначала послышались крики и треск ломающийся мебели, но, когда Жан влетел в приоткрытую дверь на полу под грудой деревянных обломков в луже собственной крови лежал переломанный нападающий. Возможно Рико был не в себе, может быть он не осознавал, что в этот раз ломает жизнь не нерадивому новичку, а своему названному брату, но Моро никогда уже не сможет оправдать его в своих глазах. — Ты совсем ебанулся?! Кевин! — француз бессильно опустился рядом с неподвижным телом своего друга — Кев, очнись… Зелёные глаза нерешительно распахнулись. Единственной реальной угрозой было кровавое месиво вместо левой руки, а в остальном просто мелкие царапины. Видимо Рико наконец осознал, что именно он только что сделал, так как начал торопливо шептать что-то на японском, отступая к дальней стене. — Жан — голос второго номера был болезненно хриплым — не дай Натаниэлю убить Рико. — Что? — француз сначала решил, что ослышался — убить? Подробнее уточнить парень уже не успел. На пороге появился уставший Веснински, но стоило ему мельком окинуть взглядом картину как в его теле напрягся каждый мускул. — Жан, кто это сделал? — в ровном голосе не отразилось ни единой эмоции — Жан, ну чего ты молчишь? «Не дай Натаниэлю убить Рико» — но как Жан это сделает, если рыжий сейчас его самого прирежет за молчание? — Он — незаметный кивок в сторону бледного как смерть Мориямы. Мгновение и защитник срывается с места. Рико знал, что на этот раз лучше просто не сопротивляться, и вот он уже прижат к усеянному щепками полу, а пальцы Натаниэля мёртвой хваткой сомкнулись на его горле. — Хей, Рико, не расскажешь почему наш брат сейчас истекает кровью? — рыжий как будто бы вёл светскую беседу — я надеюсь на максимально подробный рассказ, можешь начинать. Первый номер не издавал ни звука, хотя было видно, что ему чертовски хотелось отчаянно кричать и задыхаться. — Даже не будет последнего слова… Как жаль — а вот и «рабочая» улыбка Мясника. На Рико уже можно заказывать гроб. — Нат, остановись, пожалуйста хватит — Кевин не кричал, но его тихий шёпот прозвучал как гром среди ясного неба. Веснински медленно разжал пальцы и повернул голову в сторону нападающего и так и застывшего перед ним на коленях Моро. — Нат — Кевин понял, что его услышали и заговорил уже чуть более уверенно — мне нужна твоя помощь, подойди сюда. Веснински словно под гипнозом соскочил с тела Мориямы и подошёл к своему раненому брату. — Покажешься мне на глаза — убью — эти многообещающие слова были произнесены в сторону Рико — возьми его за ноги, пока я придержу за плечи — а эти уже в сторону француза. Парни в давящей тишине понесли Кевина в свою комнату, пока первый номер всё ещё не решался подниматься с пола. Ну а дальше всё как в ускоренной киноплёнке: горячая кровь, исчезающая в сливе их тёмной душевой, бутылка водки и сдавленные вскрики Кевина, пока Натаниэль вправлял торчащую кость в его открытую рану, Жан, который вставлял хирургическую нить в иголку, так как дьявол в жизни не признается, что у него от напряжения слишком сильно трясутся руки, тихие рассуждения второго номера о том, что его жизнь теперь не имеет никакого смысла, ведь он больше не сможет играть в экси, и наконец Натаниэль, который со всей силы ударил кулаком об стену и холодно приказал Жану вывести Кевина на уличную парковку, пока он собирает его вещи. Жан не знает подробности работы своего лучшего друга, так как это строго запретная тема, которую рыжий не собирается никому разглашать даже под предлогом смертной казни (и Эндрю такой: ну, ладно…). Конечно же ему известно, что дьявол убил как минимум несколько человек, но это не сделало его монстром или психом, поэтому француз просто не может заставить себя его опасаться. Ничему не удивляться! — вот, что каждый раз твердил себе Жан, узревая всё новые и новые сомнительные таланты Натаниэля. Поэтому и в этот раз, когда Веснински играючи завёл чужой лексус с помощью кабеля, смартфона и функции эмуляции, Моро просто помахал ему рукой на прощание. ~~~ — А потом он вернулся спустя семь часов, попросил меня выйти из нашей комнаты и разнёс её до основания. К сожалению, из нашего славного интерьера ничего не выжило… — Пиздишь, багет. Я помню, что не трогал подстаканник — раздался насмешливый голос откуда-то сверху. Моро потрясённо прервал свой рассказ и четыре пары глаз устремились в сторону запасной двери. Натаниэль выглядел скажем так… абсолютно не палевно. Нет, серьёзно, если бы парни ранее не узнали о его весёлом времяпрепровождении, то и не догадались бы о том, что именно рыжий скрывает за своей невозмутимой ухмылкой. Растянутая чёрная футболка с рукавом до локтя, объёмные серые спортивки и ещё слегка влажные после мытья рыжие кудри, явно не удостоенные внимания расчёски. Он выглядел до смешного по-домашнему, но при этом даже и не пытался скрывать свою истинную ауру — подойдёшь слишком близко — убью! — Ты про тот подстаканник, который разбил час назад? — ну конечно же первым к рыжему обратился Жан. — Тогда, я просто отсрочил его казнь. О помиловании речи не заходило — Веснински профессионально игнорируя боль, обошёл ряд поверху и облегчённо плюхнулся на сидение рядом с Моро.