Рискованные начинания

Чайльд бесконтрольно заерзал на стуле, его контрольная работа была давно забыта и, слегка смятая, валялась на столе. Он закончил около пятнадцати минут назад, и теперь наблюдающий игрался с ним. Вибратор, прикрепленный к его члену, и огромный фаллоимитатор гудели с разной скоростью, которые менялись, как только он начинал сдерживать физические проявления своего возбуждения. Ах, а ведь это забавно, сенсей. – Хорошо, класс, передайте свои работы вперед, – Чжун Ли встал, чтобы собрать ответы на тест. – А теперь время вашего последнего предмета на сегодня – математики. По классу пронесся дружный вздох. Какой гений решил, что математика должна идти последней? Хотя это не должно составлять проблемы для Чайльда в любой обычный день, но сейчас его способность мыслить жестче всего подвергается испытанию против его похоти. Он не уверен, должен ли он поблагодарить учителя за то, что тот надел на него кольцо для члена, потому что все его естество сейчас было сосредоточено на напряжении в штанах. Тебе лучше взять на себя ответственность за это и как следует оттрахать меня дома. Все затихло, когда бумаги дошли до его рук. Что же теперь планировал его учитель? Половина экзамена по математике прошла спокойно. Чайльд начинал нервничать. Чжун Ли-сенсей сидел как раз напротив него, читая книгу и постукивая пальцами по столу. Он просто позволяет ему закончить тест, зная, что это довольно трудно? Это ненужная забота. Чайльд не мог поверить, что начал злиться из-за того, что на него не обращали внимания. Как по команде, включились вибромассажеры для сосков, прикрепленные к его груди. – Ах! – Чайльд ударил ладонями по столу, вскрикивая от неожиданности. – Какие-то проблемы, Аякс? – Н-никаких… Я только что вспомнил нужную мне формулу. Вы такой засранец, сенсей. – Поделись-ка со мной! – сказал один из его одноклассников, и все они рассмеялись, все еще не подозревая о том, что румянец на щеках Чайльда был вызван вовсе не его внезапным восклицанием. После этой небольшой заминки класс спокойно вернулся к своим тестам. Цифры плыли в голове Чайльда, пока он пытался найти диапазон х и у под шквалом фаллоимитатора, который с максимально возможной скоростью вбивался в его стенки. Если в этом классе станет хоть немного тише, люди смогут услышать это жужжание, раздававшееся в нем. Прозвенел звонок, оповещающий об окончании страданий учеников, в том числе и Чайльда. – Передайте ваши работы вперед, а затем вы все можете идти по домам. Увидимся в понедельник. – Да, сенсей. Его одноклассники покидали кабинет, расспрашивая друг друга, насколько хорошо они справились и какие вопросы пришлось пропустить. В это время Чайльд рухнул за свой стол и тяжело вздохнул. Все игрушки были выключены, но последствия перенапряжения и отсутствия шансов на освобождение в течение нескольких часов были весьма утомительны. – Чайльд, ты в порядке? – спросила его соседка по парте, все еще собирающая свои вещи в сумку. – Я… в полном. Его лицо все покрылось испариной и раскраснелось, он отчаянно пытался отдышаться. Его одноклассница коснулась его лба и позвала Чжун Ли, который разбирал бумаги перед ними. – Сенсей! Я думаю, у Чайльда жар. Учитель приблизился к их парте и опустился на колени. – Ты так усердно работал, что теперь весь горишь, – Чжун Ли убрал челку с его лица. Чайльд поморщился, глядя на него. Как ты думаешь, кто в этом виноват? Чжун ли повернулся к студентке и поблагодарил ее: – Я позабочусь о нем, ты можешь идти домой. Она кивнула и ушла. – Ты так хорошо справился, – Чжун Ли поднял руку Чайльда и поцеловал каждый из его пальцев. – Я выполню свою часть контракта и буду иметь тебя долго и очень хорошо. – Я боюсь, что не смогу дойти до дома, сенсей. Мои ноги словно желе. – Я предполагал, что так и будет. Не волнуйся, я подготовился. Когда он говорил «подготовился», он имел в виду, что собирается бросить его на одну из грязных кроватей школьного лазарета. Чжун Ли задернул занавески и раздел парня без каких-либо дальнейших объяснений. Он приподнял его ноги, рассматривая хитроумное приспособление, которое Чайльд носил в себе с сегодняшнего утра. Чжун Ли вытащил фаллоимитатор и убрал вибратор. – Ты был хорошо подготовлен к тестам. Что мне сделать с тобой в первую очередь? Мне стоит сначала снять кольцо с твоего члена и позволить тебе кончить? – Д-да… Сенсей, пожалуйста… Пожалуйста~ – Обычно ты не умоляешь меня так много… Неужели, ты настолько отчаялся, Аякс? – Ты не прикасался ко мне в течение двух недель, позволяя готовиться к экзаменам, хоть я и не нуждался в этом. Теперь мне нужно, чтобы ты трахал меня все выходные. – В первую очередь, ты мой ученик, а уже во вторую – возлюбленный, в такие моменты учеба начинает даваться тебе тяжелее. Однако я понимаю твое разочарование. Мне следует сделать все, что в моих силах, и заниматься с тобой любовью столько, сколько ты пожелаешь, – Чжун Ли обхватил чужое лицо руками и принялся осыпать поцелуями. – Сейчас я продолжу нашу игру. Чжун Ли достал свой член во всей его огромной красе. Один только вид раскрасневшегося лица Чайльда разжигал ранее дремлющее в нем возбуждение. Чжун Ли медленно вставил свой член, снимая кольцо с члена младшего. Стоило ему сделать это, как Чайльд немедленно кончил безудержным потоком. – Так лучше? – Дай мне больше. – Какой же ты нетерпеливый~ Но это хорошо. Мы только начинаем.

***

*** – Люмин! Похоже, семпай не сможет присоединиться к нам на сегодняшнем собрании. Чжун Ли-сенсей отвел его в лазарет, так как у него началась лихорадка из-за стресса. – Он болен? – Похоже, что так. – Я пойду проверю, как он. Пожалуйста, сделай записи и для меня тоже! – А? Люмин!! Светловолосая первокурсница вбежала в здание, стремясь быстрее добраться до школьного лазарета. Это была прекрасная возможность провести с ним немного времени наедине, позаботиться о нем и немного сблизиться, а потом… может быть, у них был шанс… начать встречаться? У нее начинала кружиться голова от одной мысли об этом. Она добралась до лазарета и постаралась войти как можно тише, боясь потревожить возможный сон Чайльда. Однако, как только она сделала шаг в сторону кроватей, то услышала стоны и судорожные вздохи. Люмин бросилась к нему, подумав, что у Чайльда могут быть судороги или- – Сенсей… Вы такой большой~ – голос Чайльда разносился по пустому лазарету. Как будто судьба решила, что ей тоже нужно это видеть, тени на занавесках демонстрировали две фигуры в их самых простых формах. Было и еще одно заключение, к которому она пришла, когда Чайльд подпрыгнул на другом человеке: каждый раз, когда он делал это, бугорок проходил вверх и вниз по его животу. Люмин покраснела. Несмотря на то, что она видела только тени всего происходящего, она прекрасно видела, что член Чайльда тоже возбужден. – Я чувствую его здесь, – Чайльд провел пальцем от своего пупка до пространства над ним. – Он распирает меня изнутри, сенсей~ Как же хорошо! До Люмин доходили слухи о том, что Чайльд спит с учителями, но она опровергала их все как обычную клевету. Но это… Это должно доказывать, что все они были правдой, но почему же она не чувствует отвращения к этому? Она чувствует, что задыхается, и в ее промежности внезапно разливается жар. Люмин прикрыла рот, но не могла отвести глаз от теней, которые продолжали непристойно двигаться друг на друге. Вторая фигура поменяла позу, нависая над тенью Чайльда, и начала толкаться в него, как сумасшедшая. Этот человек не произнес ни слова, но если попытаться различить его дыхание, можно понять, что он привык к напряженной деятельности, и это не представляет для него какой-либо проблемы. За каждым всхлипом Чайльда и приглушенным стоном следовала обращенная к учителю мольба, просящая о большем, побуждающая его перестать сдерживать себя. Как будто огромного члена, распирающего его изнутри, было недостаточно, Чайльд протяжно застонал, когда учитель резко дернул его за волосы. Люмин почувствовала, как ее трусики стали влажными. Она потерла бедрами друг о друга, пытаясь унять нарастающий жар внизу живота, но этого оказалось недостаточно. – Сенсей~ Я кончаю! – воскликнул Чайльд, выплескивая вязкую жидкость на больничную кровать. Учитель наклонился, продолжая толкаться в него, и начал надрачивать третьекурснику, как будто заставить его кончить всего один раз было недостаточно. Каждый стон, который издавал Чайльд, напряжением спускался прямо к паху Люмин, угрожая вырваться наружу. Она молча попятилась и незаметно выбежала из лазарета. – Ох, Аякс… Даже малейшее прикосновение заводит тебя. Это то, что происходит, когда ты слишком возбужден? – Я ничего не могу поделать, когда ты трахаешь меня так, как сейчас, сенсей. Мои внутренности превратились в кашу… Пожалуйста, наполни меня своей густой спермой. – Я уже почти на пределе. Я просто не могу насытиться твоим лицом, когда ты вот так беспомощно умоляешь меня. Чжун Ли выровнял свой темп, испытывая оргазм внутри Чайльда и в третий раз наполняя его отверстие своей спермой. Он вытер пот с лица Чайльда костяшками пальцев, к которым тут же наклонился третьекурсник, глаза которого все еще были затуманенными от усталости и пережитого секса. – У тебя что-нибудь болит? Эта игра оказалась немного жестче, чем то, что мы обычно делали. С тобой все в порядке? – Чжун Ли уткнулся носом в подбородок собеседника, пытаясь успокоить его. – Я чувствую себя просто потрясающе, – ответил Чайльд. – Да… Да, ты и сам такой, – с любовью промолвил Чжун Ли. – Я немного приведу тебя в порядок. Позволь мне просто… – Его губы снова нашли шею Чайльда и принялись томно облизывать следы укусов, которые он оставил ранее. – Похоже, я был не единственным, кто скучал по сексу, хм? – Чайльд рассмеялся, зарывшись руками в распущенные волосы Чжун Ли. – Я скучал по тебе больше, чем по сексу. Ах. Теперь я не могу дразнить его, потому что он такой искренний. Проклятье.