Поворот длинною в жизнь.

Он жаловался: “Больно… так больно…”- а Дрим держал парня за руку. У него были аккуратные, ухоженные руки. Как-то получилось, что Дрим был к нему ближе всех, а остальные – как в зрительном зале. Он немножко сжимал пальцы Дрима, а Дрим немножко гладил его руку – вначале старался, чтобы не видели, а потом решил, что пофиг. Ему было, наверное, лет двадцать - пять. Или тридцать (Дрим не разбирался в этом). А Дриму было двадцать-два. Полиция прибыла раньше врачей. Врачи тоже прибыли, но потом, минут через десять или тридцать. Он плакал и говорил: "чему они не едут, я же умру”, - и Дрим тоже испугался, что парень умрет, а он будет спокойно держать его за руку. Он так испугался, что все время говорил какую-то ерунду, даже стыдно было, но он не мог остановиться, будто хотел заговорить его, как древний шаман. И парень всё-таки не умирал, и скорая забрала их вместе. Дрим поехал, потому что врачь спросил: “Родные есть?” И пострадавший посмотрел на него, и Дрим все понял и в машине тоже держал его за руку. -Тебя как зовут?- спросил он, ели вдыхая воздух в лёгкие, после каждого слова. -Дрим, - сказал парень своим до сих пор испуганным голосом. -Я же не умру,да? -Не умрете, - подтвердил голос. – Главное, что вовремя. И профессионалы… А вас как зовут? -Джо... парень закашлялся от нехватки воздуха в лёгких. -Больно,- пожаловался он, и Дрим больше не спрашивал, а просто гладил ухоженную руку. Ему хотелось погладить еще что-нибудь, но парень смотрел на него, и он не мог. *** Утром он пришел с цветами и фруктами. Вначале думал – конфеты, но потом вспомнил про витамины и притащил яблок с бананами, хоть сам их и не любил, и получилось немножко нечестно. -Фамилия?.. Фамилию надо знать! – ворчала медсестра с большим лицом и выспрашивала что-то у кого-то. – Скончался. Ночью сегодня. Скончался, говорю! Дрим стоял и смотрел, как другие подходят к ней, и медсестра ворчала, но никому не говорила “скончался”. Потом пошел домой. Он не понимал, почему шел медленно. Было непонятно, что именно непонятно, и надо было всё обдумать как следует, но думать не получалось. “Кому я всё это купил тогда? – спрашивал голос в его голове. –Придется есть самому”, - и сразу тошнило, хоть Дрим еще ничего не ел. Цветы он хотел ткнуть в урну, но не ткнул и решил поставить дома. Почему-то он понял, что так будет правильно. Потом посмотрел на небо. Там были облака, и провода, и ещё какой-то самолет. Дрим увидел его и понял, что смотрит на небо. Интересно, зачем, - думал он и продолжал смотреть на небо. Это было единственное место в городе, куда хотелось смотреть. От остального немножко тошнило – от домов, машин и людей, которые были ни в чем не виноваты. Я же все сделал, думал Дрим. И я обещал ему. Глупо, конечно, вышло, но все равно ведь как бы обещал. Наверное, когда он умирал, он подумал: все-таки обманул. Я поверил, а он обманул. Если в это время думаю. Интересно, что в это время ощу… Справа раздался рев мотора. Улицу тряхнуло и перекувыркнуло вверх тротуаром. Вокруг все мелькало фарами, лицами, голосами, и еще была голова водителя – торчала из окна машины и материлась… Ладони болели – Дрим ободрал их об асфальт. По цветам и бананам неслись машины. -Все в телефоны свои! Глаза разуй! Где болит? – слушал он, смотрел на лица – такие же, как вчера, - и молчал. Здесь тоже был поворот. Дрим еще никогда не переходил улицу глядя на небо. Нигде не болело, кроме ладоней, поэтому он встал и пошел. На небо он больше не смотрел, хотя, хотелось. -Ну как же, мисс Ники? – чуть не плакала молоденькая врачиха. –Это другой скончался! А тот все время спрашивает его, буквально вот каждые полчаса: “Парень не приходил, Дрим не приходил..?” -Фамилии надо знать! Учить меня будет, - Ворчала Ники и протирала очки. –Иди догоняй его, только что ушел! И она побежала к повороту и кричала: “Дри-и-м!” -Вглядываясь в людей, и не глядя на машины, которые неслись вокруг нее, чтобы успеть на зеленый. И она догнала его.