Я разбиваю руки в кровь

            Молния не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, что ему сказала Салли. Он запутался в своих чувствах и боится, что не распутается вовсе. Любит ли он ее? Может быть да... а может быть и нет. Она помогла ему, когда ему нужна была теплота, забота, когда он попал в аварию и выбраться самому не представлялось возможным. Когда она бросила свою работу ради того, чтобы находиться с ним сутки напролет. Он все еще помнит то греющее душу и тело тепло, которое источает Каррера каждый раз, когда они видятся, каждый раз, когда они касаются друг друга. Но теперь она с Франческо. Разве так возможно? Разве этого он заслужил? Заслужил. Ее встретил другой более достойный мужчина, неужели он готов ее просто так отпустить?       Гонка исходила на нет. О каких гонках может быть речь, когда в голове лишь один человек, которого ты так не хочешь отпускать. Сначала Джексон, теперь Бернулли. Он должен защищать ее, а ни давить еще больше. Иначе для чего она вышла за него замуж? Она подарила ему столько прекрасных воспоминаний, без которых он не может жить и не мог. Она стала для него чем-то большим, так почему же? Почему он должен ее так просто отпустить? На удивление во время гонки между Молнией и Франческо не было такой агрессивной борьбы, они стали просто соперниками, не более. Враги — это слишком громко и грубо сказано. Они больше не враги. Больше нет.       Оказавшись наконец в своем номере, Каррера незаметно выдохнула, положив ключ на полку. Слова МакКуина ее сильно растрогали тогда на трибунах, но сейчас почему-то она не могла позволить себе заплакать. Наверное, потому что знала, что и как закончится. Что он ответит, расстанутся они или нет. Но внутри что-то обжигало. Странное чувство, которое так и давило, сдавливало легкие внутри, было тяжело дышать. Ей вдруг показалось, что Франческо для нее за это время стал каким-то запасным вариантом, подушкой, в которую можно поплакать, которая от тебя не уйдет и не предаст. Он обеспечивал ее, тратил деньги, силы, эмоции, тратил на нее себя. Всего себя. Что если Молния все-таки не захочешь расстаться, ей придется его отвергнуть снова? Что же будет, если гонщик скажет, что с ней достаточно семейной жизни, которая даже толком не началась? Ей придется вернуться к Бернулли? Стать для него доступной. Что скажет пресса? Как отнесется к их союзу? На эти вопросы девушка найти ответы не смогла.       Франческо знал, что все так закончится, но для него лично еще ничего не кончено. Он ещё не услышал ответа, он еще не знает, поговорили они или нет. Он сделал все правильно, оставив пару наедине, чтобы они решили без него. Он здесь лишний, он не должен мешать им разобраться. Он не имеет права принимать какую-либо сторону. Поэтому ему остается только ждать, а он это умеет. Соперничество с Молнией для него ушло на второй план. Ему на самом деле было все равно на эту гонку, он на секунду подумал, что он даже устал от нее. Уступить дорогу новичку? Да пускай! Пусть так оно и будет! Пускай забирает победу, она ему ни к чему, если рядом не будет той, от которой он без ума.       После завершения гонки Молния собирался отправиться к себе в номер, будучи проигравшим. Ему было все равно на какое то место, которое ему ничего не даст. Оно не заменит ему самого дорого человека в его жизни. Он решился всё-таки узнать, в каком отеле живет Каррера, чтобы наведаться к ней. Вот так. Неожиданно. Бернулли сообщил ему, где он поселил Салли, но прежде попросил сказать, чего же всё-таки Молния надумал, однако МакКуин сказал, что девушка сама ему сообщит, если пожелает. Франческо просто кивнул, оставив Молнию одного.       Поднимаясь на пятый этаж большого здания, которое было выполнено в классическом итальянском стиле, Молния все думал о том, что же будет говорить своей жене. Как она отреагирует на это, передумала она или нет. Ему просто хочется, чтобы все это закончилось, прошло много времени, за это время чувства остыли... Он постучал в дверь в надежде, что застанет девушку в своем номере. Буквально через пару секунд она открыла, уставившись на Молнию каким-то непонятным взглядом, будто бы она и не ждала его уже. Но МакКуин был настойчив, поэтому начал разговор сразу, без каких-то нежностей. — Могу я поговорить с тобой? — Очень холодно спросил гонщик, на что девушка кивнула и отошла в сторону. Молния медленно, довольно стеснительно вошел и присел на диван, стоящий спинкой ко входу. Каррера села рядом на кресло. Номер выглядел очень богато, мебель была обшита кожей приятного бежевого оттенка, — Как ты? — Нормально. К чему эти вопросы? — Каррера невольно начинала злиться, она была вовсе не рада видеть Молнию. — Я понял, — Гонщик кивнул, не отрывая взгляда от Салли, — У меня не получилось не думать о тебе и благополучно забыть. Я был не прав, что поступил так в аэропорту, но я не хочу сейчас вспоминать эту ситуацию, пусть это останется в том дне. — Молния, ближе к делу, пожалуйста. — Теперь уже от девушки веяло холодностью. МакКуин даже побоялся, ошибочно подумав, что лучше, возможно, не стоит говорить и продолжать, ведь все, кажется, и так понятно. Лучше просто встать и уйти, и больше не появляться. — Хорошо. Я пришел сказать, что я не могу допустить, чтобы ты ушла от меня. Это трезвое решение. Я хорошо подумал, я не буду говорить, что я что-то понял, я всегда это понимал, я знаю, что ошибся и был не прав. Я взрослый, я осознаю свои поступки. Но в этот раз я ошибся. И моя ошибка могла стать последней. Я не жду взаимного ответа, так как понимаю, что этого может не быть и я не осуждаю, — Молния пожал плечами в знак завершения своей мысли, — Как-то так. — Молния... — Начала девушка со слезами на глазах, но парень ее перебил. — Ах, да, и еще! Если ты вдруг решишь расстаться, мы можем остаться просто... хорошими знакомыми. — Я не хочу расстаться, — Сказала Салли, чем удивила гонщика, — Я понимаю тебя. Я не хочу ничего объяснять, я хочу это забыть. Все нормально, правда. А на счет Франческо... Он просто хороший человек, не более. И у нас с ним ничего не было. Он сам тебе это может подтвердить, я не думаю, что он соврет. — Я понял, я против Франческо ничего не имею, я знал, что у вас ничего не было, — Молния слукавил, но лучше так, чем снова разводить скандалы и ругаться, тогда они точно расстанутся, — Не хочешь, в таком случае, переехать ко мне? — Хорошо. — Улыбнулась девушка, начиная понемногу собирать вещи.       Молния вышел, сообщив Маку, чтобы тот приехал за Каррерой как только она будет готова. Однако, девушке пришлось немного задержаться. Когда она уже выходила из своего номера, закрывая его на ключ, к ней подошел Франческо, который как раз хотел узнать, чем же все закончилось, но, увидев девушку с чемоданом, сразу понял, что к чему. — Уезжаете? — Как-то грустно, но все равно с легкой улыбкой на лице спросил гонщик. — Да... Франческо, я... — О, не стоит ничего объяснять! Я не хочу знать, что произошло и чем все закончилось. То, что я вижу сейчас, поверь, мне этого достаточно, чтобы все понять. — Гонщик был очень расстроен, но вмешиваться права не имел, поэтому ему пришлось всё-таки отпустить Салли. Так будет лучше. — Франческо, я очень благодарна тебе за все, правда. Ты меня очень поддержал, ты очень хороший. Прости, что так вышло, но я замужем, мне все равно придется остаться с Молнией, он мой муж. — Я понимаю, все хорошо. Но... Пожалуйста, только не говори, что все это время я был для тебя запасным вариантом... — Что ты! — Удивилась девушка, но прекрасно понимала Бернулли, поэтому поспешила его успокоить, — Конечно нет! О чем ты? Даже не думай так! Мне была приятна твоя компания, общение с тобой, я узнала тебя получше и сделала определённые выводы, все замечательно. — Скажи, o amore mio, мы ведь встретимся снова? — Его жгучие карие глаза смотрели на девушку с любовью, он правда очень ей дорожил и отпускать никак не хотел, но нужно. — Конечно! Я буду очень рада. — Она в последний раз искренне ему улыбнулась и была такой счастливой, какой он ее видел совсем недавно. — Тогда прощай. Надеюсь, скоро мы увидимся вновь. — Я не буду говорить тебе прощай. Я лишь скажу до свидания. Обязательно увидимся. — Она подошла ближе и аккуратно поцеловала гонщика в щеку, поблагодарив за все, что он для нее сделал. Для него этот поцелуй остался в сердце навечно. Он никогда его не забудет и ее тоже. Девушка испарилась в длинном коридоре, но Франческо этого даже не заметил, погруженный в свои мысли. — До свидания... Amore mio...