Это Резонанс, Детка!

Как назло, предсказанные теории о снах породили безумные фантазии: весь мир был сделан из красок, Джейк, который был разукрашен как Ливнерог, и даже летал также, выгуливал желтого Финна на поводке, сама принцесса летала верхом на ППК, ну, а верхом безумства стало то, что она увидела далее. Она пролетела на пупырке несколько равнин и гор пока не приземлилась к озеру, полному вязкой синей гуаши. На берегу озера стояла фигура в белом платье. Широкие поля соломенной шляпы, белые длинные перчатки, длинное белое платье с легким шлейфом и черные волосы, развевающиеся на ветру. Бубль-Гум на минутку встала на месте, но только позже вспомнила, что все это было сном и, стало быть, удивляться тут нечему. Даже Марселин в белом платье. - Марселин? - фигура вздрогнула и только намереваясь повернуться, принцесса вновь ее окликнула. - Прости меня. Я не хотела тебя обидеть. Брюнетка вновь устремила взгляд вдаль, а розоволосая так и не поняла, с Марселин ли она разговаривает. Она устремилась прямо к фигуре и, поравнявшись с ней, она поняла, что не ошибалась. Это действительно была Марселин и, судя по нахмуренным бровям и поджатым губам, она была расстроена. А столь противоречивые чувства гулко отзывались внутри Бубль-Гум, словно... она чувствовала то, что в данный момент одолевало Марселин: Одиночество, боль, обиду. Но глубже всех ранило чувство обиды. Обида свойственная маленькому ребенку. Как смешно. Тысячелетний ребенок в теле подростка. Даже ни ребенка, ни взрослого, а подростка. Застряла посредине. - Что такое, Бубля? - послышалось насмешливо от брюнетки, а принцесса сердито заскрежетала зубами, думая, что Марселин вновь поддалась окутавшему ее унынию, вот и срывается на колкости. - Прости, Марселин, я не хотела - терпеливо выдала розоволосая. Марселин обернулась и, вытаращив на нее глаза, внимательно вгляделась в ее наряд, пока не свалилась с ног и не покатилась со смеху: - Этот сон меня доведет! Принцесса Королевства Сластей, в наряде Финна! А-ха-ха-ха!! Принцесса в ужасе вытаращилась в гладь озера, но не увидела ничего, кроме размытых фигур и, чтобы убедиться в правоте Марселин, она натянула свою рубашку и... О, ужас! Рубашка была голубая, а опустив глаза ниже, она увидела коротенькие синие шортики, пощупав голову, она поняла, что на ней и шапка Финна, с такими же ушками, только из-под ткани выглядывали розовые локоны жвачки. Бубль-Гум покраснела. - Полагаю, это будет платой, за нашу ссору, - она подошла к лежащей на земле брюнетке и протянула ей руку. - По рукам, Бонни, - на лице брюнетки не осталось и следа грусти, уступив на секунду место лукавству и внезапному огоньку. - Но при одном условии, - она потянула девушку на себя и та упала прямо к ней в объятия. - Хочу кое-что проверить... - Ч-что, именно? - внезапно зарделась Бубль-Гум и попыталась вырваться, но лишь скинула с себя капюшон. - Ты так покраснела, что я могу запросто выпить цвет твоих щек, - лизнув ее в щеку, заявила Марселин. - Иди-ка ближе... Брюнетка внезапно перешла на шепот, а сидевшая на ее коленях принцесса, в нелепом для нее наряде, внезапно смутилась больше, но поддаваясь осознанию того, что все вокруг сон, она покорно подчинялась прикосновениями девушки. - Закрой глаза, - хихикнула Марселин на ухо Боннибель. Соломенная шляпа щекотала кожу Бубль-Гум, а горячее дыхание проходилось мурашками по всему телу. Словно мелкие заряды тока, они чуть обжигали, но приносили чарующее удовольствие. - Марселин... - Не-не-не! Условие! Я сказала, при одном условии! - насупилась брюнетка. - Х-хорошо... - Неужели, правительница целого королевства, страшится чего-то, что скрыто глубоко в ней? Я хочу лишь показать тебе... Принцесса изумленно выдохнула, стоило рукам Марселин крепко обвиться вокруг ее талии и притянуть ее к себе. Дыхание Марселин обдавало жаром, а длинные пальцы стискивали так, что вырываться не было смысла. В глазах брюнетки полыхал огонь, на губах усмешка, а после эта самая усмешка касается губ розоволосой, на миг, снося отвесные стены разума. Не успев толком очнуться, Бубль-Гум чувствует, как горячие пальцы проникают под ее рубашку и ложатся на спину, заставляя вздрогнуть в сладком истоме от последовавшего поцелуя. Простой, ласковый поцелуй, призывающий к нежности. Принцесса покорно кладет ладони на плечи вампира, позволяя Марселин повалить себя на землю. Лицо щекочет шелк черных волос и чуть жестковатая соломенная шляпа щекочет нос, но тело млеет от прикосновений изучающих пальцев к впалому животу и плечам, намеренно и робко обходя опасные места. Она чувствует, как поцелуй теряет невинность и чуть не задыхается от ломившегося изнутри жара, как язык Марселин проводит по сладким, словно конфета губам. Она отрывается и валится на землю рядом с ней, глубоко и часто дыша. Только румянец и виден на лице обоих. - Что это было? - Это резонанс, детка. Наша связь сильна даже во сне... М-м-м, вкус клубники... - Зачем нужно было целовать?? - внезапно взорвалась Бубль-Гум, но Марселин лишь усмехнулась и, перекатившись на живот, стала болтать беззаботно ногами, а в голосе сквозила глубокая задумчивость: - Хм-м-м... Ага, мне стало интересно! - Об этом никто не должен знать! - Как скажешь, принцесса, - вновь насупилась брюнетка и встала на ноги. - Вот только, я просыпаюсь, а ты оставайся тут, если хочешь. Спасай кого-нибудь, так обычно Финны и поступают, - она красноречиво провела ладонью по ушкам упавшей шапки и надела ее на голову смущенной Бубль-Гум. - Бывай, Бубля... Румянец усилился, а Марселин, подхватив упавшую с головы шляпу, полетела куда-то вверх, пока по всему миру сна не пронесся возмущенный вопль: - Я не Бубля! Я принцесса Бубль-Гум! Проснулась Бубль-Гум незадолго до рассвета, но даже это не заставляло ее так сильно всполошиться, как горящие, словно в лихорадке губы. На них так и пылал нежный поцелуй вампира, а мысли снова улетали в тартарары! С неким испугом она схватилась за голову и со вздохом облегчения поняла, что сон закончился. Вот только произошедшее отказывалось укладываться в голове. Мешал здравый смысл и странная реакция самой Бубль-Гум на все происходящее. Ведь этот странный жар, скапливающийся внизу живота и трепет внутри груди, не могли не повлиять на шаткое и хрупкое мироздание правительницы сластей. Мешало абсолютно все, вплоть до самого восприятия странных позывов внутри груди и вспышках в мозгу, действующих подобно кровавой дымки. Разум Бубль-Гум на минутку помутился, но быстро пришел в себя, стоило ей как всегда по привычке объяснить свое состояние: «выброс феромонов в кровь, разыгравшиеся гормоны, отравленный укус Марселин». Последний вариант особенно заинтересовал принцессу, и он же придал ей веру в том, что все произошедшее, глупая реакция химических элементов в крови и организме. Все так просто! Но почему в коленях странно слабеет, стоит ей вспомнить жар ее касаний и пульсацию в теле, когда клыки вонзались в шею, а все тело принималось наливаться тяжестью и сносящим крышу удовольствием от всего происходящего. Разум мутился от одних только воспоминаний, а сами воспоминания заставили вновь пережить все сокровенное: жар внутри, проносящаяся по всему телу волна удовольствия и это тянущее чувство внизу живота. Одни только картинки и воспоминания заставили пересохшие губы принцессы мучительно прошептать: - Хочу еще, - и принцесса в негодовании рычит, яростно отшвыривает одеяло и, подходя к зеркалу, вдруг понимает, что ведет себя как... Марселин? Вспышки агрессии и шипение сквозь стиснутые зубы - так делает Марселин, когда злится. Для полноты картины, не хватает лишь перевоплощения в огромного зверя, но принцесса уверена, будь у нее такая возможность, она бы ей воспользовалась. Принцесса устало плюхается на кровать и с какой-то задней мыслью понимает, что у нее начинается зависимость, а сама она ждет очередного сеанса в Киновечер. Проходит два дня с неспокойных событий. Все текло мерно и тихо, и так называемый «резонанс» погас, из-за чего на душе принцессы царила атмосфера спокойствия. Пока однажды не заглянув в сад, она так и не встала с широко разинутым ртом: там, развалившись на траве, лежала Марселин. Только взволнованная находкой, принцесса пришла в себя, она вдруг поняла, что на Марселин нет ожогов, а сама она тихо спит со счастливой улыбкой на лице. Немного остолбеневшая от минутного ступора, принцесса мелкими шажочками подошла к лежащей брюнетке. Подойдя так, чтобы на лицо Марселин падала тень, Бубль-Гум, как можно менее взволнованно, спросила: - Ты не обожжёшься? - Благодаря тебе, нет, - спокойно с той же улыбкой ответила брюнетка, даже не открывая глаз. - Но ведь... Погоди. Ты сказала, благодаря мне? В чем именно благодарность? - Вот почему питье крови особенная вещь, - донеслось от лежащей. - Мы, можно сказать, заново оживаем. В наших жилах вновь течет живая кровь, мы можем делать то, чего не могли раньше. Например: не обжигаться на солнце. Поэтому я тебе благодарна, ведь без тебя, я бы не смогла вновь ощутить жар солнца и теплоту дневного ветра, не смогла понюхать цветы, что распускаются лишь днем. Бубль-Гум растерянно похлопала глазами. - А еще, - кулачок Марселин стукнул по дереву, а оттуда, сверху, упало красное лакомство. - Тут есть красные пирожные! - Может, зайдешь на чай? Раз уж ты в пределах моего дворца. Гостям я не привыкла отказывать. - Уговорила, Бонни, так уж и быть... - Марселин встала на ноги и отряхнула свои джинсы, поправив при этом свою клетчатую рубашку. Спокойное чаепитие в странной атмосфере уютного спокойствия - это невольно пугало, ведь речь шла о Марселин, а с ней, как известно, спокойствия не допросишься. Бубль-Гум чувствовала, что брюнетке хотелось рвать на себе волосы и расколошматить все вокруг, да только отсутствие армии Тьмы мешало, а они, жители ночные, днем не хочется беспокоить. Во всяком случае, у Марселин все было написано на лице. Бубль-Гум же, только завидев Марселин, вновь почувствовала себя дурно. Ей опять вспомнились картины с укусом, а раз пересекаясь взглядом с брюнеткой, она готова была поклясться, что на дне ее глаз что-то мелькает. К концу дня, Бубль-Гум ходила сама не своя, а всему виной была Марселин. Само ее присутствие, вызывало у розоволосой странное волнение. Наконец не выдержав, Марселин, сидевшая вместе с ней в лаборатории, подлетела к чуть ли не шатающейся принцессе и схватила ее за плечи. Хорошенько встряхнув Бубль-Гум, Марселин заметила, что на лице принцессы проступил еле заметный румянец. Брюнетка нахмурилась: - Ты чего? Заболела? - Н-нет! - слишком резко заявила розоволосая. - Просто... - Слушай, Бубля, ты меня пугаешь. - Не называй меня "Бубля"! - Ладно, Бонни. - Г-р-р... - У тебя укус почти прошел, а жаль. Думала, что он подольше продержится. - Ты про след? - Завтра ранка затянется, - уже смотря на чуть розоватые следы укусов, почти обиженно протянула Марселин. - И уязвимость к солнцу, тоже вернется. - Если хочешь... - Неуверенно пробурчала принцесса. - Можешь укусить меня снова. - Волосы мешают, - кивнув на розовые локоны, заявила заинтересованная Марселин. - А ты сама не против? Опять общие мысли и сны. - Тебе ведь приятно гулять под солнцем, а мне нравится, когда ты улыбаешься. Без усмешки. Марселин покрылась румянцем. - Эй, да ладно! - Ты будешь кусать или нет? - деловито завязывая хвост, пробурчала принцесса, а на ее лицо так и лезла улыбка. - На этот раз не дергайся, - прошептала Марселин, внезапно нежным голосом, почти заботливым, а ладони притянули принцессу к себе. Одна рука придерживала талию, другая была на плече, а губы неспешно покрывали шею поцелуями. Розоволосая упрямо молчит, думая про себя, что именно этого она хотела все это время - касаний Марселин, жарких поцелуев на ее коже, обжигающего дыхания на шее, язык, неспешно ведущий дорожку от ключицы до сонной артерии. Бубль-Гум блаженно прикрыла дрожащие веки, полностью становясь покорной, в руках искусного мастера-вампира. Шелковые губы сменились горячим влажным языком и Бубль-Гум, чуть волнуясь, задержала дыхание и тут же гортанно выдохнула: Марселин медленно вонзила клыки, постепенно проникая глубже. Этот раз был другим - неторопливым, медленным, но чувственным, как и должно быть - по обоюдному согласию двоих. Только на этот раз, жар накатывал небольшими порциями, а удовольствие нарастало с каждой минутой, превышая прошлую волну и медленно сводя с ума. Марселин упоенно обхватила розоволосую за талию, другой рукой, чуть наклонила ее шею. Бубль-Гум выдохнула - клыки вошли глубже, словно отыскали новый неисследованный участок. Принцесса застонала, чуть ли не падая на пол от ослабевших колен. Марселин чуть вытащила клыки из шеи и вновь вонзила, с верхом блаженства, слыша, как громко вскрикивает Бубль-Гум от удовольствия. Сама Марселин, уже спешно сошла с ума от жажды и голода, она подумать не могла, что будет так терять контроль. «-Тише», - прозвучало в голове Бубль-Гум, но не так четко как в прошлый раз. – «Ты ведь не хочешь, чтобы твоя хваленная стража сбежалась на твои крики...» «- Ты хоть когда-нибудь, не остришь?» «- Бонни, задери шею, прошу...» «- Будет больно?» «- Не бойся, тебе понравится, гарантирую»- словно мурча, прозвучал голос, и розоволосая послушно задрала шею. Марселин навалилась на грудь принцессы и та, ища опоры, облокотилась спиной о столик с разными формулами и склянками, которые ко всему прочему вдребезги разбились. Полусидя, полулежа, на том самом столе, Бубль-Гум ощутила сверху приятную тяжесть, а все вопросы тут же отпали, стоило ей почувствовать, как клыки сменили угол проникновения и горячие шарящие по всему телу касания горячих ладоней стали куда настойчивее. Они проникли под рабочий халат и вновь принялись прохаживаться по впалому животу, согревая даже сквозь слой одежды. Сладкие прикосновения, похожие на массаж и Бубль-Гум вовсе забыла, кто она и где находится. Тело сотрясала сладкая дрожь, а разум вовсе канул в неизвестность. Руки Марселин медленно спустились на поясницу Бубль-Гум и, словно изучая каждый участок и неровность, пальцы нервно комкали ткань наряда. Марселин хотела получить все и сразу, хотела услышать сладкий стон розоволосой, что так сносил ей крышу, словно по голове ударяли тяжелым предметом. Казалось, что сейчас ничего не важно, только касания, только верх блаженства. Марселин глухо зарычала и впилась ногтями в талию розоволосой. Волна за волной, и вот, пульсация все сильней, все чаще.. - Х-а-а... - глухо прозвучало от брюнетки, стоило ей оторваться от шеи, а Бубль-Гум снова вскрикнула, закусив губу. - О мой Глоб... В дверь лаборатории тут же забарабанили, от чего обе девушки вздрогнули. Бубль-Гум приподнялась на дрожащих руках и, чуть пошатываясь, хрипло выдала: - Все в порядке, - как можно более убедительней, протянула принцесса. - Просто обожглась спиртовкой. - Ваше величество, к вам Финн и Джейк, впустить их? - голос Мятного звучал чуть взволнованно. - Нет, - облокотившись о стену, Бубль-Гум часто дышала. - Я сама к ним выйду. Чуть позже. - Да принцесса, - за дверью послышались удаляющиеся шаги. - Остынь, Бонни, - послышался голос брюнетки прямо перед ее лицом, а сквозь помутневшее сознание, она видела лишь тени, а ноги било мелкой дрожью. - Я поговорю с ребятами, тебе нельзя к ним в таком виде. Я слишком увлеклась... Брюнетка провела ладонью по лицу утомившейся розоволосой и распустила ей волосы, тем самым скрыв следы укуса. В душе Марселин царила благодарность: «- Спасибо за несколько дней настоящей жизни...» «- Марселин, ты говоришь так, словно собираешься умереть» «- Ну, жизнь сложная штука, подруга...» «- У меня ноги подкашиваются» На лице Марселин появился румянец и, подойдя к принцессе, она взяла ее на руки и, открыв окно, полетела в сторону спальни Бубль-Гум. «- Ты будешь должна мне!» - насмешливо протянул голос. «- Я же подарила тебе несколько дней настоящей жизни» - на лице почти засыпающей принцессы появилась улыбка. - Принцесса Бубль-Гум! - в комнату ворвались Финн верхом на Джейке и оба встали как вкопанные, завидев в спальне принцессы Марселин, в руках которой и лежала хозяйка комнаты. - М-м-м... Привет? - Марселин, что ты делаешь в комнате принцессы? Зачем держишь ее на руках? - М-м-м... - промычала Марселин. - Иду я, значит такая по лесу, никого не трогаю, и вдруг, вижу, из лаборатории принцессы дым повалил, ну я и полезла спасать. Наверное, опять опыты на зверюшках ставила. «- Что?? Опыты?? Марселин, что происходит?» «- Ты видишь другой выход?» Бубль-Гум промолчала. Выход из ситуации и вправду был странный, но все же, он был. - Э-э-э-м... Ладно. Это странно, - протянул Финн и опустил свой меч. - А зачем ты ворвался к принцессе? - Мы увидели, что в лаборатории ужасный погром, а самой принцессы не оказалось, вот и... - Понятно, - Марселин так и стояла, держа принцессу в руках, одновременно паря над землей. В комнате пролегла гнетущая тишина. Мысли каждого были заняты чем-то своим. Пока брюнетка не положила принцессу на кровать, а сама не села на другую сторону кровати, в позе лотоса. - Может, теперь, уйдете? - О, да! Прости, Марселин, Принцесса, мы уже уходим... - Брат, они ведут себя странно... - протянул Финн, стоило им с Джейком покинуть спальню принцессы. - Брось! Они наконец-то за столько лет снова сошлись. Ты ведь знаешь, вместе всегда веселей! - Ты прав, - мягко улыбнулся парень и внезапно достал свой меч.- Ну, а сейчас - Время приключений! - Да! Ура!