Это Резонанс, Детка!

- Подъем, Принцесска! – громкий голос прямо под ухом заставил розоволосую вздрогнуть и всполошиться до такой степени, что она незамедлительно свалилась с кровати прямо на пол, еще и, ударившись локтем о тумбу, стоящую близ постели. По глазам Марселин было ясно только одно – она уже готова была идти совершать подвиги, а по лицу принцессы было видно, что она готова сейчас же удушить одну особу, стоящую прямо перед ней во весь рост, пока она валяется на полу, протянув ноги и дыша пылью синего ковра. Бубль-Гум что-то фыркнула и, игнорируя тупую боль в локте, она поднялась на ноги, понимая, что сейчас они будут выполнять пункты в списке. Ощущения ее не обманули. Первым пунктом, который Марселин захотела выполнить, это съесть зеленое яблоко и около минуты давясь им, она все-таки осилила фрукт, а Бимо благополучно сфотографировал этот подвиг – альбом снова пополнился. Дальше Марселин захотела поплавать, так как вампиры, оказывается, плавать не могли, но вся затея чуть не вышла боком, так как Марселин стремительно пошла топориком на дно, благо принцесса тут же кинулась ее вытаскивать и пока вампир приходила в себя она бормотала только: «Бимо, сфоткал?», а в ответ на всю округу слышался истеричный возглас ошарашенной Бубль-Гум – «Ты чуть не утонула! Тебя, что беспокоит только гребанная фотография??». Когда Марселин очнулась, она получила не только выговор принцессы, но и четкую цель для следующего выполнения: идя медленно по дорожке, танцевал жучок-танцор. - Вперед за ним! Мы отыщем его деревню! – воодушевленно заявила Марселин и, прячась за разными кустиками и деревьями, словно опытный вор, она следовала за маленьким красочным насекомым. Принцесса лишь устало вздыхала и плелась за неугомонной подругой, чей список медленно, но верно выполнялся в небольшой скачке с пункта на пункт. Конечно, спрашивать о том, почему вампиры не могут обнаружить этой деревни, она не стала, ответ был бы один и тот же. Посему, прячась на пару с брюнеткой в кустах и по деревьям, они вскоре вычислили местонахождение этих причудливых насекомых. - Бимо, - с усмешкой сказала Марселин, и зеленый дружок тут же сфотографировал брюнетку на фоне деревни насекомых. – Отлично! О-о-о! Мы неподалеку от логова Доджера! Готовь свой объектив Бимо, я буду во всей красе в битве с этим чудовищем. Бубль-Гум нахмурилась. Она не одобряла половину списка Марселин, но лишь мысль о том, что это то, чего она не сможет сделать больше никогда, заметно ее успокаивала, потому она лишь нахмурила брови и поплелась вслед за брюнеткой, которая уже вовсю хрустела пальцами, предвкушая добрую драку. Розоволосая ожидала увидеть свод мрачной пещеры, но увидела лишь широкую открытую местность песчаника, где, словно яичница на сковородке, лежало шестилапое существо с фиолетовой шкурой и позолоченными рогами. Глаз чудовища не было видно, а вот выпирающие из нижней пасти клыки, в десять сантиметров длиной, явно внушали опасение, также как и огромные когти на конце каждого пятипалого запястья. Марселин, подойдя к нему, тут же кинула в него камень. Не слушая нелепых наговоров ее сподвижника, Марселин ждала, и пока принцесса что-то отчаянно вопила, про опасность и нежелание причинять вред существу, верхние, из шести лап, поднялись, а пасть с огромными зубами приоткрылась, выпуская из недр глотки яростный рык, прямо в лицо усмехающиеся брюнетки, чьи волосы тут же встали дыбом. Широкие ноздри принюхались к спереди стоящей и зверь тут же побелел, причем в прямом смысле, – вся фиолетовая шкура, тут же сменила цвет на белый, а рычание сменилось скулением. - Я-а-а!! – Марселин яростно запрыгнула на зверя, даже не обращаясь в ответ таким же чудовищем и словно играя с ним, оседала шестилапого, пока тот в слепом и безысходном страхе, пытался сослепу деться в самый темный уголок, где его не могут достать. - Это больше похоже на родео, что скажешь, Бимо? – спустя минуту скучающе изрекла Бони, поняв, что этот зверь совершенно не опасен, а Марселин попросту над ним издевается, пока Бимо, заходясь от восторга, делал успешные снимки. – Марселин! Может, хватит? Ты уже замучила бедолагу. Мне его жаль. - Ну, ладно... – надула губы брюнетка и слезла с задыхающегося от беготни монстра. – Эй, Доджер! Запомни: больше, не смей трогать мои яблоки! - Что?? Так это все из-за яблок? - Он у меня целый мешок утащил! - А-а-а-ах, - измученно донеслось от Бонибель ,и она с прискорбием поняла, что все только начинается. *** Следующий час, они провели за выполнением мелких пунктов. Они решили выполнить все самое легкое, дабы оно не отвлекало от чего-то более глобального и важного, что предстояло им еще впереди. В итоге им удалось выполнить пункты: 5, 8, 11, 14, 16, 17 – Найджелом, оказался старый чурбан, живущий за анти-вампирским чарами, 20, 24, 26 – фильм и вправду оказался ужасным, что Марселин еле выдержала, чтобы его не выключить, 28 – Леди пять раз попыталась ее скинуть с себя, но Марселин оказалась хваткой, 31 – медальон на ней все время странно жужжал, что ее забавляло. 42 – Ария оказалась очень даже красивой, а медальон на ее шее звенел еще громче, что Марселин забавляло еще больше. Большая морока оказалась с пунктом 45, в котором требовалось украсть яйцо птицы Пик-Чик: - Кто же знал, что у нее две головы? – оправдывалась Марселин, из-за которой у Бубль-Гум отсутствовала половина прически, уж больно остро она пришлась по вкусу пернатой мамаше. – Тебе даже каре идет, ну не смотри на меня так, я не вру. - Правда? – прищурилась Бубль-Гум, все еще сердитая выходкой подруги и тем, что ей пришлось в одиночку убегать от зубастой пасти гигантской рассерженной птицы. - Не считая конечно, что по краям немного покусано... – хихикнула брюнетка, оказавшись близко к лицу смущенной розоволосой. – Вот так... немного сюда... И... Вуаля! Модный хаер, от Марселин Абадир, готов. Посмотрев в отражение близ текущей реки, Бубль-Гум немного ехидно улыбнулась, очень смешно, сделать вместо привычной прически, ирокез. Зацепив несколько прядей, она подвязала волосы небольшой резинкой, остальные пряди распустила по плечам, выглядело вполне сносно, но небольшую колкость она все еще держала на брюнетку, из-за чего отомстила ей в пункте 69, после выполнения 68 пункта: - Бони, эти твари не очень дружелюбно относится к тем, кто на них катается! – косясь на дымящихся огне-волков, бормотала Марселин и с извиняющейся улыбкой, просила Бонибель спустить ведерко с водой, чтобы остудить их пыл и успешно дать деру. - Прости, но я тебя не слышала, вычищала застрявшие в моих волосах молочные клыки, той огромной птицы, - едко прищурилась розоволосая, со смехом наблюдавшая как Марселин с удрученным видом взбирается по горе на вершину уступа, а все ее волосы дымятся вместе с одеждой. – 1:1 – с улыбкой заявила Бонибелль. Дальше Марселин съела целиком головку чеснока, тем самым выполнив пункт 83. Самым безумным за весь день оказался пункт 99 – Обняться с волк-обнимашкой... - Вот он... – затаившись в кустах, Марселин тихо поджидала, а Бубль-Гум, уже успевшая пожалеть о своем обещании помочь подруге со списком, вместе с Бимо ловили нужный момент. – Ну-с, если стану оборотнем, то расколдуй меня, моя принцесса! - Извращенка! – залившись румянцем и отталкивая от себя прильнувшую к ней брюнетку, вспыхнула Бубль-Гум и самолично, выпихнула ее из кустов, прямо к коварному зверю, что уже одиноко завывал. - Эй! Хочешь объятий? – послышался тяжелый бас рослого человекообразного волчищи. - А знаешь, - усмехнулась Марселин, скаля клыки. – Хочу! - ОБЪЯТЬЯ!! – гулко завыл оборотень и ринулся к брюнетке, чей настрой был превыше всего, но ожидавшая, удушливых и смертельных захватов, Марселин почувствовала мягкие и такие трогательные объятия, что брюнетка даже прониклась сочувствием к бедному одержимому. – У-У-У!! ОБЪЯТЬЯ!! - Т-ш-ш... – с улыбкой проговорила брюнетка и похлопала рукой по мохнатой спине чуть ли не рыдающего зверя. - Марселин? – вышла из кустов ошалевшая от происходящего Бубль-Гум. - Что? Ему грустно, - зашипела брюнетка, внезапно проникнувшаяся к серошкурому зверю, чьи всхлипы были самыми жалобными на свете. – Ты только послушай, как ему грустно. Бони, у тебя, что, нет сердца? Бубль-Гум пребывала в шоке, от того как брюнетка так трепетно обнимается с огромным свирепым зверем, а тот всхлипывает, словно брошенное всеми дитя. Бимо, не теряя зря времени, вовсю предавался своему любимому делу – фотографированию. Марселин, все это время гладившая, завывающего зверя по спине, наконец-то почувствовала, как объятья волка отпустили ее. Волк-обнимашка отступил на шаг от брюнетки и сел на траву грустно завывая. Марселин села рядом и погладила горюющего зверя по голове: - Ну-ну, - улыбнулась ободряюще Марселин. – Все хорошо... все не так страшно... Бони, я не могу смотреть на то, как он плачет! Бубль-Гум в некотором оцепенении наблюдала за такой Марселин. Для нее было в диковинку такое поведение брюнетки. Мозг Бубль-Гум медленно закипал, не от злости, а скорее из-за переизбытка новой информации. Разум кипел подобно котлу на адском огне, а сидевшая рядом с оборотнем Марселин, только успокаивающе гладила того по спине. - Бони, он пойдет с нами. - Что?? – глаза принцессы чуть не полезли на лоб от такого заявления. – Ты издеваешься? Его ведь попытаются убить, только он появится на людях! - Она права-а-а-а!! – протяжно завыл серый волк и уткнулся носом в свои лапы. – Я не могу остановиться, всегда хочу обнима-а-а-ать!! Протяжный вой был слышен чуть ли не на всю округу, от чего уши принцессы уже были заложены из-за громкости плача, а Марселин лишь сопереживая горю оборотня, хлопала его по спине и плечу, словно поддерживая. Душа брюнетки прониклась сочувствием к бедному монстру, из-за чего так просто она не хотела уходить. За день они сделали небольшие пункты, а впереди была еще куча важных заданий, которые не требовали отлагательств. Марселин долго слушала свое сердце, а завывания волка, лишь усугубляли ее думы, на что она, спустя некоторое время, выдала: - Я знаю! Мы найдем тебе девушку! - Бимо, вызывай доктора, Марселин плохо, - уныло пробормотала Бубль-Гум, услышав брюнетку. – Это плохая идея. Еще, у нас мало времени! - Ты такая зануда! Аж тошно! – внезапно осклабилась Марселин и зашипела, сжав кулаки. – Я заношу еще один пункт в список! Пункт 101 – найти пару волк-обнимашке! - Марселин, ты напоминаешь мне одного блондина, - уже смеясь, заявила розоволосая и решила сесть возле брюнетки и утёршего слезы оборотня, чей взгляд золотых глаз прожигал подобно огню. - Мне нет дела, на кого я похожа. Я хочу помочь ему, - кивнув в сторону затихшего волка, ответила брюнетка, всматриваясь в отражение реки, протекающей близ них. – Как твое имя, здоровяк? - Джузеппе, - ответил зверь и сел обратно, откуда недавно встал, чтобы пройтись. - Ты, правда, сделаешь это? - Слово вампира! Я найду тебе подружку! И вы будете обнимать друг друга до конца своих дней! - Смотри, чтобы крылья как у Амура, сзади не выросли, - хмыкнула принцесса и, вздохнув, они вместе с Марселин, отошли в сторонку. – Как ты предлагаешь его спрятать? Он же трехметровый зверь с манией объятий! - Эй! У парнишки проблемы. Я хочу ему помочь, сама не знаю почему! Просто хочу! - Это называется сострадание, - с улыбкой покачала головой Бубль-Гум. – Ты уверена, что это не ухудшит твое выполнение списка? Марселин на минутку задумалась и возвела глаза к небу, словно ища там ответ, но, увы, она его там не нашла. Джузеппе тем временем, с некоторой удрученностью всматривался в свое отражение и, видя себя в воде, злился и ударял лапой по воде. Он ненавидел свое отражение. Ненавидел звериное лицо, которое досталось ему и не сходило даже с наступлением рассвета. Марселин по какой-то причине его понимала, ведь сама она родилась вампиром и всегда вынуждена избегать того, что ее так порой влечет, и сейчас, когда у нее есть возможность прикоснуться к запретному, она открыто прониклась горем Джузеппе. Сострадание – великий дар, который брюнетка обрела только сейчас. - Нет, - помотала головой Марселин на вопрос Бубль-Гум. – Я ему помогу, а некоторые пункты наоборот облегчаться с его помощью! Эй, Джузеппе! Ты пустишься со мной в грандиозное приключение? - Да! Ура! Джузеппе счастлив, - оскалил тот клыки и радостно возвел огромные лапы к небу и завыл, на что брюнетка улыбнулась, а Бубль-Гум обреченно вздохнула. День медленно клонился к вечеру, а список был еще полон невыполненных пунктов… *** Деревянная лодка еле выдерживала всех трех персон, не считая маленький компьютер. Джузеппе, который был с размер огромного шкафа, боязливо вглядывался в воду, а Марселин нервно повела плечами, вглядываясь в список: - Пункт 19 – переловить несколько русалок, - сказала Марселин, словно выносила кому-то приговор. – Я что-то в воду больше не хочу… - В тебе заговорил разум, - усмехнулась Бубль-Гум и тут же была повалена на дно лодки, рассерженной брюнеткой, чье лицо оказалось почти в миллиметре от ее собственного. - Что такое, принцесса? – усмехнулась Марселин, усевшись на животе розоволосой. – Тебе не нравится, что я сверху? - Слезь с меня! – залившись судорожным румянцем, завопила Бубль-Гум, чувствуя, как по ее телу проходят разряды тока от такой близости вампира, но брюнетка слезла, только когда о себе напомнил смеющейся Джузеппе. – Извращенка! - Ты великолепна, детка! – щелкнув пальцами в сторону розоволосой, цокнула языком Марселин, и Джузеппе громким басом покатился со смеху, чуть не опрокинув лодку. – Джузеппе, ты умеешь плавать? - По-собачьи, - удивленно развел плечами оборотень, сверкнув золотыми глазами. – Не терплю рыбу. - Отлично! Если я буду тонуть, то ты меня вытащишь! - Я тоже умею плавать! - Я тебе не доверяю, Бони, - усмехнулась Марселин, а Бубль-Гум вновь залилась румянцем. – Что скажешь, Джузеппе? - Окей! - Отлично! – Марселин тут же скинула с себя походный джемпер и сапоги. – Эх, второй раз придется за сегодня плавать… Марселин задержала дыхание и шагнула в воду, вмиг чувствуя, как вода обволакивает ее, а остальная одежда тяжелеет. Черные волосы разметались в воде, загораживая весь обзор, а непривыкшая плавать брюнетка, мало того плавать не умела, так еще и чувствовала какая она холодная. Главное, что сохраняла Марселин в такой ситуации, это сохраняла спокойствие, вглядываясь во тьму трясины. Легкие начало жечь от недостатка воздуха и мучительно бултыхаясь, Марселин смогла выплыть на поверхность, яростно откашливаясь от соленой воды. Увидев, что Джузеппе прищурился и собирается прыгать в воду, Марселин тут же замахала руками, призывая, остановиться: - Все, кха! Нормально! Воздух кончился, я сейчас… - брюнетка не успела договорить, как ее внезапно кто-то потащил на дно. - Марселин! – всполошилась Бубль-Гум, завидев кончики рыбьих хвостов на воде. – Это не русалки! Это… - Удильщики… - гулко зарычал Джузеппе и прищурился сильнее, оскалив клыки. – Я за ней. Она подарила Джузеппе дружбу, потому Джузеппе не собирается тут сидеть. - Они утопят тебя, стоит тебе прыгнуть в воду! Они знают, что Марселин вампир, потому просто пугают ее и нас… - скорее успокаивая себя, чем других, бормотала напуганная Бонибелль, стараясь следовать голосу разума, а не страха за подругу, что скрылась в темной толще воды. - Джузеппе умрет, но спасет девушку-вампира, - оборотень прыгнул в воду, а Бубль-Гум и вовсе растерялась, оставшись одна в лодке, не считая Бимо, который чуть искрившись от страха, трясся, теряя все файлы терпения. - Джузеппе! – вскрикнула Бонибелль, чуть не переваливаясь за бортик лодки, но стоило ей только перегнуться, как из воды потянулась покрытая чешуей зеленая рука-перепонка. Бубль-Гум, схватив весло лодки, со всей силы ударила ей по чуть выглядывающей из воды жуткой зубастой пасти, что приоткрылись для будущего укуса. По спине принцессы пробежала дрожь ужаса, а руки затряслись от нервов, вскоре заполонив весь разум истерикой. В чувство ее привел небольшой удар током: - Принцеса-а-а-а!! – пищал Бимо, дергая ту за волосы. – Там Джузеппе! Глаза принцессы широко распахнулись, только она заметила в воде огромную воронку и то, как внутри этой воронки, скалясь и рыча, борется сразу с полчищами морских зубастых тварей. А на спине самого оборотня потеряв сознание, повисла Марселин. - Джузеппе не пропадет! – завыл оборотень и, откинув от себя троих удильщиков, которые сразу же стали отступать, он тут же стал грести к берегу. – Я спасу девушку-вампира! Бубль-Гум тут же схватила весла и стала грести к соседнему берегу, пока в озере творилась настоящая суматоха: вода бурлила и пенилась, а лодку качало так, что розоволосая почти вывалилась из лодки, но удачно прыгнула на берег прямо к часто дышащему оборотню и бессознательно лежащей брюнетки. Из глотки брюнетки, спустя минуту, послышался хрип, а позже Марселин энергично кашляла и била себя по груди, с целью выплюнуть соленую воду. Черные помутненные глаза заметались по двум молчаливым лицам. Точнее одному лицу и одной звериной морде. Марселин схватившись за голову, застонала и рухнула вновь на землю, пока ее не подхватила испуганная до смерти розоволосая: - Марселин! О, мой Глоб! Прошу, очнись! – Бубль-Гум потрясла брюнетку за плечи, пока та не приоткрыла глаза. – Я-я… повела себя как последняя трусиха! О-о-х… я-я… - Розовая леди, не плачь, - мокрая когтистая лапа провела по горячей щеке Бубль-Гум небольшую линию, стерев остатки собирающихся слез. – Просто, Джузеппе выполнил свой долг… - Кто точно герой, - сквозь собирающиеся слезы пробормотала Бубль-Гум, смотря на промокшего оборотня. – Так это ты, Джузеппе. Прости, что я сомневалась в тебе. - А я тебе говорила, - улыбнулась ехидно брюнетка, сразу же приковав к себе всеобщее внимание. – Я не ошиблась в нем. Молодец, брат. Она протянула кулачок и тот, нахмурив брови, протянул когтистую лапу, к ладони Марселин, а та стукнула его по запястью. - Эй, Бони, - подала голос Марселин. – Русалок мы не поймали, но встретились с Удильщиками… - Верно, - кивнула Бонибелль. - Не в моих правилах, - менять трактовку собственных желаний или правил, в данном случае пунктов, но… Я тут вспомнила, что удильщики нас до смерти боятся, а я только что с ними подралась, значит это тоже зачет! Бимо, ты сфоткал это? - Марселин! Ты чуть не умерла, а ты заботишься о фотографии?? - Н-нет… - виновато прозвучал компьютерный голос Бимо и Джузеппе вновь отправился в воду. Через минуту он вернулся с удильщиком в руке: - Фотай. - Джузеппе, ты лучший, брат! – оскалилась Марселин, совсем придя в себя. – Бони, не ревнуй, у тебя опять ямочки на щеках… Бубль-Гум стыдливо покраснела, и что-то враждебное завелось глубоко внутри, стоило ей увидеть как брюнетка с радостными эмоциями, словно ни в чем не бывало, запросто в обнимку фотографируется с рослым зверем, а сама розоволосая осталась в сторонке. В ее душу, завелось нечто враждебно и вместе с тем, пугающее. - Джузеппе, - объявила Марселин, отжимая волосы. – Ты когда-нибудь бывал в логове вампира? Глаза Марселин лукаво загорелись, а Бубль-Гум странно прищурилась, от чувства, что внезапно заволокло все внутри нее. *** - Красиво! - восхищенно ахнула Бонибелль и протянула руки за бортик воздушного шара, что стал их следующим пунктом. - Мягкие, и чуть холодные облака, даже щекотно... Джузеппе остался на земле, оказалось, что он боится высоты. Бубль-Гум была странно рада, от чего, она сама не знала. Просто чувство, что рядом с брюнеткой нет громадной фигуры до жути преданного ей зверя, розоволосой от этого было легче во сто крат. Марселин подозрительно молчала, а Бимо, находящиеся на плече брюнетки, также как и принцесса изумленно глядели в ее лицо, полное восторженного румянца. Глаза вампира выражали восторг и ярко сияли от безграничного счастья. Казалось, что Марселин впервые в жизни выглядит такой счастливой. Бубль-Гум с утомленной искренней улыбкой наблюдала за подругой, чей взгляд был устремлен далеко вдаль, в закатное солнце, так переливчато сочащееся сквозь розовые облака. На шаре повисла уютная тишина, такая тишина, когда не нужно слов и лишь крик пролетающих мимо птиц был слышен тогда, пока внезапно в воздухе не послышался протяжный томный голос брюнетки поющей на какой-то мотив: - В своих глазах, я вижу небо, В твоих руках, я вижу лишь свой сон, А солнце лишь касается век. Неслышно имя громкое, Шепча на свой же лад, Как многое в итоге, мне хочется сказать, Но язык бунтует, не хочет говорить Я небо нарисую, Но голос мой утихнет И будет тишина И в той тише услышу я, Кому на самом деле Всех больше я нужна. Той ночью при луне, Под звездами молча, Я имя прошептала, Что громче всех звучало, А после навсегда Утихла жизнь моя… - Красивая песня, - проговорила Бубль-Гум, и подошла к брюнетке, чьи глаза были преисполнены огромным восторгом. – Бимо, ты записал ее? - За кого ты меня принимаешь? – компьютерным равнодушием протянул голос в ответ. - Я помню, когда в последний раз так пела, не задумываясь не о чем. Когда слова льются, словно ручей, а руки сами находят ноты, только гитары нет. Но главное, что Бимо все записал! Марселин словно разговаривала с тем самым закатным солнцем, а Бубль-Гум даже не просила ее повернуться, зная, что брюнетка сейчас в самом загадочном расположении духа. Но стоило розоволосой увидеть на ее лице хитрый оскал, принцесса напряглась всем телом: - Розовая леди~ - хихикнула Марселин, а принцесса вмиг стала пунцовой. – Опять ямочки, Бони… - На что ты намекаешь?? – не успела розоволосая задать вопрос, как на нее внезапно налетела птица и, запутавшись в липкой жвачке, начала энергично выбираться, пока в итоге не метясь по корзине, Бубль-Гум к своему ужасу не перевалилась за борт корзины. - Бони! – Марселин успела зацепиться за ноги принцессы, но к смеху и внезапному веселью брюнетки, джинсы, в которых была Бубль-Гум, начали спадать. – Надо же, принцесса, ты любишь красивое бельишко? - Извращенка!! – завизжала Бубль-Гум и Марселин сквозь дикий смех затащила ее обратно в корзину, продолжая метаться в диком смехе по полу корзины. – Просто вытащить не могла? Причем тут мое белье? - Я-я… - задыхаясь от смеха, выдавила из себя Марселин. – Я не виновата… а-ха-ха-ха!! Что твои джинсы а-ха-ха!! Сползли! А белье и вправду красивое! - Перестань! - А что такого? – утирая слезы, спросила Марселин. – Хочешь, покажу тебе свое? - Обойдусь! – вскричала взвинченная Бубль-Гум, но было поздно, Марселин сняла футболку показывая свой черный кружевной бюстгальтер, и уже принялась стягивать джинсы, но розоволосая схватилась за ее ремень. – Я стриптиз не заказывала! - Хочешь меня саму раздеть? – лукаво спросила Марселин, заметив, что Бубль-Гум так и не отпустила ремня. – Я тебя тоже с удовольствием раздену-у-у… Почувствовав на своей груди руки брюнетки, розоволосая на секунду впала в ступор, а после, истерично стала пытаться избавиться от домогательств девушки, чьи ладони спешно проникали под рубашку и расстегивали лифчик. Спустя минуту, бюстгальтер розоволосой был в руках у брюнетки. У Бубль-Гум просто не было слов, чтобы описать, как ей было стыдно, яростно и желанно сейчас оторвать одной брюнетке голову, а лучше поступить абсолютно также, как она с ней только что. - Эй! Верни! - Сначала ты верни! – задыхаясь от смущения и ярости, сквозь зубы прошипела Бонибелль. - На тебе кофта! - заявила брюнетка, прикрывавшая оголенную грудь упавшим джемпером. – И это я еще извращенка! - Верни! - А если я его надену? - Ты не посмеешь… - прищурилась принцесса в ужасе. - Я способна на что угодно! – заявила брюнетка и в доказательство, стала примерять чужой гардероб, пока в нее не полетел ее собственный, пущенный рассерженной Бубль-Гум. – Хех, я победила! Брюнетка бросила розовое белье обратно, и на минут пять в корзине было тихо, был слышен лишь шорох одежд и сдержанные ругательства. Шар потихоньку опускался, а Бубль-Гум не могла унять часто бьющееся в смущении сердце, укус, про который она почти забыла, почему-то запылал, словно он символизировал, что брюнетка чувствовала себя также. Одно не давало покоя Бубль-Гум – бушующий жар в теле. Странная волна неги, спускающаяся по телу вниз живота от горячих касаний Марселин, к обнаженным местам ее кожи. Последней каплей смущения и странных снов Бубль-Гум, на сегодня, стала фраза брюнетки, прежде чем они сошли с воздушного шара: - А у тебя размер побольше будет, Бони. Какая взрослая девочка~~ И никто и подумать не мог, что безмолвный свидетель, в лице Бимо, чуть не искрился от перегруженной системы и того, как ему приходилось прятать монитор от смущающих картин. Первый день подошел к концу…