Сердца трех

      У Жеана были проблемы, начальство колледжа доведенное до крайности возмутительным поведением юноши поставило вопрос об его отчислении. С другой стороны, на него вышли представители Двора Чудес, Клопен желал знать где укрывается Эсмеральда и почему Жеан перестал участвовать в кражах. Если отчисление его мало взволновало, юноша понимал, что младшего брата архидьякона не так просто вышвырнуть из колледжа, то ссора с королем могла обернуться большими неприятностями. Вот, почему школяр как можно быстрее собрался и пошел на поклон к «профессору». Время он выбрал ночное, когда Клопен и прочие исцелив самые немыслимые увечья, помогающие им дурить горожан — собрались для общения. Увидев школяра, король осклабился.       — О, наш птенчик! — сказал он обманчиво ласково. — Что же это ты совсем пропал?       — Готовлюсь к экзаменам, вы как профессор должны меня простить, — с милой улыбкой произнес юноша. Король довольно гоготнул, но тут же вновь стал серьезным.       — Ты ловкий малый, школяр, — сказал Клопен. — Но что же стало с твоей подругой? Куда пропала Эсмеральда?       — На нашем последнем деле, — школяр достал небольшой кошель с золотом и передал его «профессору». — Это ваша доля!       Клопен взял кошель, развязал его и посмотрел внутрь, довольная улыбка появилась на губах.       — На нашем последнем деле, — продолжил школяр. — Хозяин пришел раньше времени и ранил её, она сейчас в моем доме, лечится.       — Как она? — встревожился король нищих.       — Неплохо, раной занимается мой брат архидьякон.       — Вот, кому бы я в последнюю очередь доверился! — в голубых глазах Клопена вспыхнула ненависть. — Этот святоша может и отравить её.       — Нет, что вы! — Жеан поспешил улыбнуться. –Мой брат проникся сочувствием к девушке!       — Подумаем, — задумчиво протянул король, затем вновь обратился с претензией. — Ну, а ты чего? Почему больше не участвуешь в делах?       — Экзамены, — вздохнул юноша. — Но, если есть что-то стоящее, то я готов.       — Есть! — на губах появилась недобрая улыбка. — Ты ведь из грамотных?       — Немного обучен, — скромно потупился Жеан.       — Не кривляйся! — Клопен вполне добродушно пихнул его в плечо, отчего хрупкий школяр чуть не отлетел в сторону. — Дело серьезное, пойдем в мой шатер.       Они прошли в сторону королевской резиденции, представленной высоким, но необычайно грязным шатром. На входе король поставил караул с наказом никого не впускать, внутри горели лампы. Жеан увидел пеструю и убогую обстановку, посреди шатра на постаменте стояла клетка с великолепным бойцовским петухом, с наступлением темноты птица дремала. Клопен не стал тянуть:       — Ты же в курсе, что новый прево Парижа совсем не дает нам житья? — спросил король.       — Да, — Жеану не понравилось начало разговора.       — Отлично! — Клопен вновь усмехнулся. — Этот святоша вознамерился искоренить скверну, другими словами нам всем крышка, если он и дальше продолжит.       — От меня что требуется? — с внутренним содроганием поинтересовался школяр.       — Ты у нас избранный, — «профессор» жутко усмехнулся. — Мальчик-который-выжил, ты должен пробраться к Ридлю в дом и найти любые сведения о нем, которые могут навредить этому гаду! Это могут быть бумаги, все что угодно!       — Но почему я?! — Жеан выглядел пораженным, дурное предчувствие сжало ему грудь.       — Потому, что ты брат архидьякона! Ридль не сможет просто повесить тебя, тогда как любой их моих ребят рискует своей шкурой, — Клопен по-отечески положил ему руку на плечо. — Ты нравишься мне, парень! То, что делает прево, неправильно, мы ведь тоже люди, нам хочется жить и есть, он хватает всех без разбора и вешает, парочку даже сжег. Вся надежда на тебя. Если ты найдешь что-то, что можно обратить против него, то мы напишем прошение самому королю!       — Я не смогу провернуть все в одиночку! — Жеан поднял на короля грустные глаза.       — Мы поможем тебе, — Клопен впервые был серьезен.              Через неделю бродяги устроили поход на собор Нотр-Дам. Они требовали выдать цыганку Эсмеральду, которую архидьякон держал в плену. Обитатели Двора Чудес окружили собор и громкими криками требовали Клода Фролло выдать им их сестру. В это время Жеан вместе со свой учительницей Афиной, той самой женщиной с кошачьей грацией и неопределенным возрастом, красились к дому Тома Ридля. Взбудораженный новостями о бунте черни, прево Парижа выехал вместе с домашней стражей. В доме оставалось еще трое охранников и несколько слуг. Жеан с Афиной перелезли через ограду и, используя старинный цыганский заговор, смогли отвлечь сердитых собак, те как завороженные бегали за незнакомцами преданно размахивая хвостами. Они подошли к тому окну, на которое указал Мишель — один из лакеев Ридля. Афина ловко поддела ножом раму, окно поддалось. Дальше Жеан должен был действовать один, школяр бесшумно проник внутрь. Он знал, что комната невелика размером, из неё следовало выбраться в коридор. Жеан выглянул, вокруг было темно и тихо, радуясь своей удаче, юноша крадучись добрался до заветной двери. Мишель описал её «в конце коридора с резьбой». Она была заперта, Жеан извлек набор отмычек, с замком пришлось повозиться. Школяр знал, что кабинет прево не имел окон и никто толком не знал, какой он величины, лакей рассказывал, что даже уборку там делали только доверенные охранники. «Пожиратели смерти», — зло подумал школяр, он пробовал третью по счету отмычку как дверь резко отворилась и крепкие руки с силой втянули его во внутрь. Он услышал дьявольский женский смех, а после в темноте зажегся свет. Щурясь, Жеан увидел, что кабинет заполнен людьми, у стола он увидел женщину в черном платье с красивым лицом и тяжелыми веками. Неизвестная смотрела на него с откровенной издевкой.       — И кто же залетел к нам в столь поздний час? — спросила она визгливо.       — Сударыня, — школяр с вывернутыми руками еле говорил. — Прошу прощения за вторжение.       — Ну-ну, — женщина приказала рядом стоящим охранникам. — Обыщите территорию, он мог быть не один.       Те, коротко кивнув, покинули помещение, неизвестная вновь обратилась к школяру.       — Что же такой хорошенький птенчик забыл в доме прево Парижа? — спросила она.       — Я кажется, спутал его с собором Нотр-Дам. Видите ли, мой старший брат архидьякон Жозазский Клод Фролло.       Глаза женщины вспыхнули огнем.       — Фролло? — она облизнулась. — Значит, брат архидьякона. Простите мне мою неучтивость, забыла представиться: Беллатрис Ле Страж.       Жеан почувствовал, как оборвалась последняя ниточка надежды.