The smell of flowers.

Былые мысли о том, что его испачкали и стоит застирать пятно, которое и не заметно на темной кофте — покинули мужчину, и он двинулся с места, делая шаг вперёд, открывая двери туалета, сразу же бросая взгляд на лестницу, по которой быстро стал подниматься, смотря в пол, жадно хватая воздух ртом, прочищая горло. Гибрид завернул налево, стоя, напротив первой двери, поправляя свою кофту, а затем, его рука ухватилась за дверную ручку и прокрутила её, толкая вперёд, медленно проходя внутрь, а затем, толкнул ногой, тем самым закрывая проем. В комнате было темновато, либо, у Клауса в данный момент проблемы с яркостью, но стоило ему сделать шаг вперёд, как на тумбе, возле кровати, зажегся светильник, а на постели сидела блондинка, лукаво улыбаясь Никлаусу. — Я думала, что ты не придёшь. — начала она, поднимая своё тело с кровати и медленной, плавной походкой, стала подходить к мужчине. — Мне нравится, что ты не стал думать, а взял и пришёл. Женская рука расположилась на груди первородного, проводя кончиками пальцев по его телу, поднимаясь к шее, а сама Энни стала крутить вокруг него круги, тем самым, проводя своей ладонью по его спине и всему, что попадалось ей под руку. В помещении было настолько тихо, что девушка слышала своё и мужское дыхание, а оно было очень тяжелым. Заиграв с Клаусом, Энни отошла от него и направилась к окну, у которого был весьма неплохой вид, облокотилась о подоконник руками, прогибаясь слегка в спине, да и свет падал так удачно, прямиков на её ягодицы, которые ничего не скрывало, даже узор на этом платье не спасал. Блондинка специально стала двигать бёдрами в стороны, дабы её тело выглядело соблазнительно, и, у неё это хорошо получалось. Древний смотрел на её тело и не мог отвести взгляда, а даже стал медленно подходить к ней сзади, кладя свои ладони на изгиб девичьей талии, прижимаясь своим возбужденным местом, к её ягодицам, очень сильно вжимаясь в них, не контролируя слетающего стона со своих губ, отчего, даже прикрыл глаза, наслаждаясь такими действиями. Сейчас, меньше всего хотелось быть милым и церемониться, Майклсон хотел получить разрядку, и с каждым разом, каждой секундой, это желание росло до нескончаемого предела. Недолго думая, Ник задрал платье Энни, поглаживая ладонями её ягодицы, спускаясь к бёдрам, а затем отвесил ей холопий шлепок по попке, отчего она резко выпрямилась и повернулась лицом к мужчине, улыбаясь ему, облизывая и покусывая свои губы. В данный момент, блондинка чувствовала себя победительницей, хоть и играла она слишком грязно, используя для того, что сейчас с ней — наркотики, совершенно не думая о том, что где-то в доме её парень и девушка Клауса, Энни и сама была пьяна, но, она желала узнать и попробовать этого мужчину. Она стала медленно опускаться на колени, смотря в глаза Нику, а её ладони проводили дорожку от груди и до самого ремня, который держал мужские брюки, который блондинка в два счёта расстегнула, сразу же приступая к пуговице и молнии, которую Энни быстро опустил вниз, куда и отправила эти штаны. Девичий взгляд прямиком устремился на эрегированный член, сквозь боксеры. — Да ты хочешь меня… — начала Энни, нежно проводя кончиками пальцев по головке члена, через белье, которое стало намокать из-за обилия смазки, которая стремительно вытекала. — До безумия прям. — Давай уже, быстрее. — тяжело сказал гибрид, кладя свою ладонь на женский затылок, тем самым надавливая. — Начни то, для чего ты позвала меня сюда. Блондинка явно желала получить прелюдию, а не эту резкость, сразу же приступая к сексу, кажется, она не учла действие наркотиков и виагры. Её рука нежно сжимала достоинство мужчины, ловко проникая под резинку белья и оттягивая его вниз, высвобождая эрекцию из боксеров. Древний ухватился за женские волосы, наматывая их на кулак, после чего стал прислонять её лицом к своему члену, потому что, он был на грани желания, ощущая, как девичье дыхание опаляет гениталии. — Чёрт побери, возьми его уже. — сквозь зубы проговорил вампир, оттягивая её сильнее за волосы, тем самым, чтобы девичий рот приоткрылся от боли, а второй рукой, он обхватил свой орган, размазывая большим пальцем влагу по основанию, направляя длину к губам Энни, ощущая тепло её ротика. Майклсон не понимал, что перед ним стоит не Лили, он вообще ничего не понимал: как попал сюда, куда он попал, почему видит всё в тумане и до безумия жаждет получить разрядку, словно, кто-то вселился в его тело и управляет, даже музыка, что доносилась с этажа ниже — не доходила до слуха вампира, будто, в ушах стоят затычки. Энни смотрела на Клауса снизу, как он закусывает свои губы, с которых пытается удержать стоны, но какие-то звуки срываются с его уст, как бы мужчина не старался сдерживаться. Блондинка вбирала в себя настолько, насколько это позволяло, давясь слюной из-за нехватки воздуха, которого её лишает Ник, управляя движениями. Первородный наслаждался этим, запрокидывая голову назад, понимая, что хочет большего, чем простые оральные ласки. Никлаус сделал шаг назад и со страстью в глазах смотрел на Энни, которая ещё располагалась на коленях; слишком быстро он схватился за её локти и поднял с пола, видя в сторону кровати, бросая блондинку на постель, а сам стянул с себя кофту, кидая вещь к остальной одежде. Гибрид буквально нависал над девчонкой и вмиг забрался на кровать, ловко хватаясь за её платье, разрывая наряд, а лоскутки откинул в сторону, стягивая женское бельё. Древний припал к девичьей шее, покрывая её поцелуями, слегка покусывая, а затем, резко развёл ноги Энни, устраиваясь между ними поудобнее, водя головкой члена о лоно, проводя по мокрым складкам. Блондинка не стала сама долго думать и спустила бёдра чуть ниже, ощущая, как эрекция, медленно погружается внутрь, после ощутила резкий толчок и громко простонала. Клаус прикоснулся своими губами к губам Энни, страстно и дерзко сминая их, а она в свою очередь принимала мужчину, обнимая его поясницу своими ногами, тем самым, прижимая к себе ближе. — Действительно, ты красиво выглядишь. — начал Дилан, стукаясь своим бокал о бокал Ли. — А ты не видела Энни? — Нет, то есть, да, видела. Она встретила нас, а потом ушла. — ответила шатенка, отпивая немного шампанского, хоть и алкоголь не лез в горло, по непонятной причине. — Вероятно, она с кем-то заболталась. — проговорил парень, в один глоток убирая порцию алкоголя. — Хочешь потанцевать? — Нет, извини. — сказала художница и тепло улыбнулась, чтобы не обидеть своим отказом парня. — Не хочется кружиться и трястись лишний раз. — Тебе плохо? — задал вопрос юноша. — Может присесть? Из-за алкоголя? — Я не знаю, но выпила я, совсем чуть. — изрекла Ли, крутя головой, в поисках гибрида. — А ты не видел Клауса? Лили стала беспокоиться и не на шутку, ей не хотелось, чтобы кто-то сегодня увидел окровавленное тело, ведь, тогда художница будет винить себя, за то, что не послушала Ника, когда тот просил уйти отсюда. Дилан тоже смотрел по сторонам, помогая Ли найти того, кого она ищет, но, по большей степени, он искал Энни. — Нет. — он отрицательно покачал головой. — Я пойду поищу Энни, кажется, она как всегда, возле бара с кем-то заговорилась. — Хорошо. — ответила шатенка, смотря вслед другу, который постепенно отдалялся. Девчонка не видела смысла в том, чтобы просто стоять и ожидать появления вампира, а сама отправилась на его поиски. Сперва, художница обошла женский туалет, прислушиваясь к звукам за стеной, ведь, за женским, был мужской, как помнила Ли, Клаус отправился туда, но за стеной — тишина. Выйдя из уборной, она сильно забеспокоилась и на ватных ногах, из-за своего воображения, пошла на улицу, обходя дом, в поисках мужчины, но вновь — ничего. Лили вошла в дом и сразу же направилась к лестнице, заглядывая под неё, но там никого не было. Девушка поднялась вверх и стала осматривать второй этаж, всякие тёмные проёмы, но в них пусто; она шла очень тихо, на носочках, аккуратно наступая на каблук. Ли заглядывала в открытые двери, но не видела там Клауса. Когда художница проходила мимо закрытой двери, то услышала женский стон, но он был похож на крик. В голове сразу щёлкнуло, что гибрид, всё-таки добрался до кого-то и решил утолить голод. Шатенка очень испугалась за девушку, не тратя время на простой, она распахнула дверь, за которой слышала крик и стоило сделать пару шагов вперёд, глаза тут же разглядели то, чего видеть не хотелось. Майклсон нависал над Энни, трогая её грудь, покрывая шею поцелуями и наслаждался женским телом, ускоряя темп бёдрами, а та, обняла его ногами и жадно трогала спину. Тело сразу же пробило на дрожь, а из глаз ручьём потекли слёзы, ноги будто отказали и Ли стала оседать на пол, но удержалась рукой за тумбу, на которой стоял стакан, который полетел вниз и разбился у ног художница. Сердце болело так, что хотелось и вовсе его вырвать из груди, ничего не чувствуя. Земля полностью ушла из-под ног девушки, а в ушах стоял неприятный звон от разбитого стакана. Этот звук стекла, заставил мужчину обернуться и посмотреть в сторону, где он заметил девушку, сердце которой билось, как сумасшедшее, что ему ни о чём не говорило, но, как только до его носа дошёл запах этой особы, его глаза округлились, а взгляд стал бегать по всей комнате, останавливаясь на блондинке, что лежала под ним. Первородный сразу же вскочил с кровати, натягивая на себя бельё и остальные вещи, а вот Энни не спешила, продолжала лежать и улыбаться, по ней было заметно, что она под алкоголем. — Лили? — спросил Ник, решаясь убедиться в том, что это она. — Лили… я… — вампир не мог связать и двух слов. — Я… это… Из голубых глаз текли слёзы, только и успевай их смахивать, чего не делала Ли. Девчонка просто стояла на месте и злобно смотрела на древнего. Всё, что она сейчас чувствовала — это злость, предательство. Девушка стала пятиться назад, но, на дрожащих ногах и каблуках оступилась, и подвернула ногу, стала опускать вниз. Никлаус на скорости оказался возле Лили, хватая её за талию, тем самым придерживая, ставя прямо, а блондинка даже ничего не поняла и не увидела. — Не трог… — начала шатенка, но голос очень дрожал. — Не трогай меня! — громко сказала она, отталкивая от себя мужчину, продолжая зло смотреть, ощущая новое чувство внутри. Ненависть. — Я не знаю, как так вышло… — тихо проговорил вампир, смотря на девушку и хотел было смахнуть слёзы с её щек, но рука застала на полпути. — Я никогда не сделал бы тебе больно умышлено. — он сам не понимал, что говорит, но говорил, тем самым, закапывая себя в яму. Услышав слова Клауса, шатенка лишь рассмеялась, но это был истерический и неконтролируемый смех. То, что сказал гибрид, больно резало уши, сжимало сердце до такой степени, будто отжимают всю кровь. Лили вытерла слёзы с лица, после чего обернулась и поспешила удалиться из этой комнаты, снимая по пути туфли, бегом спускаясь с лестницы, пробираясь сквозь людей, кого-то толкая плечом, выходя на улицу. Ей хотелось рвать и метать, она ненавидела Клауса всем разбитым сердцем. Ли продолжила идти босыми ногами по асфальту, не ощущая прохлады ветра и холода в ступнях от дороги. На смену ненависти — пришла пустота, которую и не опишешь, что испытываешь и как себя чувствуешь, но, одно было предельно ясно — из жизни пропали краски. — Лили? — послышался мужской голос позади девушки. — Это ты? Что ты здесь делаешь? Дилан оказался перед Ли, рассматривая её, то, как шатенку трусило, как она шмыгала носом, но, на вопросы девчушка так и не отвечала, а юноша очень забеспокоился. Как только он опустил взгляд ниже и увидел, что она стоит босиком на холодном асфальте, поспешил снять с себя пиджак. — Отвези меня домой… пожалуйста… — тихо проговорила художница, вытирая слёзы, которые до сих пор текли. — Я хочу домой… — Ты нашла кого искала? — спросил Дилан, кладя пиджак на дорогу. — Вставай, я пригоню машину. На вопросы Лили так и не отвечала, но, встала на пиджак парня, который не так сильно пропускал холод. Юноша рванул с места, направляясь к своей машине. Услышав звук мотора, шатенка чуть успокоилась, понимая, что скоро окажется дома, а не в этом месте, где её предали. Авто остановилось возле девчонки, и она пошла в сторону пассажирской двери, открывая её и присаживаясь, разумеется, Ли подняла пиджак и сразу же вернула вещь Дилану. Парень в свою очередь, даже не старался расспросить девушку о том, куда и почему она вышла из дома, ведь, девичьи слёзы говорили за себя. Когда машина тронулась, парень развернулся на парковочном месте и поехал к воротам, а Лили смотрела в окно, облокотившись о него лбом. Майклсон нёсся сломя голову с лестницы обычным бегом, хоть, здесь, большинство людей пьяны, ему не хотелось светиться своей скоростью. Распахнув двери дома, он оказался на улице и смотрел на проезжающий мимо автомобиль, видя в нём девушку, сделав пару больших шагов к авто, дабы его заметили и остановились, но такого не случилось. — Лили… нет… — сказал сам себе гибрид, смотря, как машина выезжает за предел ворот. — Нет-нет… — уже зло проговорил он, хватаясь руками за голову, ощущая боль в груди за содеянное и не мог найти оправданий, потому что, попросту ничего не помнит. Уже дома, Лили закрыла обе двери на замки, которые только имелись и задёрнула занавески на окнах, даже не включала света в доме, пользуясь только фонарем на телефоне; побросав туфли в гостиной, шатенка поднялась в свою комнату и начала резкими движениями снимать с себя платье, захлёбываясь слезами. Юная особа стыдилась, что всю дорогу до жилья, она ничего не сказала Дилану, а тот, даже и не интересовался, не задавая лишних вопросов, ведь, по одному состоянию художницы было понять, что, что-то не так, а вот что именно, он сам считал, что узнает позднее, если так решит девчонка. Сорвав с себя злополучное платье, Лили забралась на кровать и уткнулась лицом в подушку, сжимая её в своих ладонях, впиваясь в наволочку ногтями, сдерживая всхлипы, которые уже было не остановить. Сегодняшний день полностью перевернул жизнь Ли с ног на голову и наоборот; предательство, вот что девчонка испытала и не желала знать, и видеть в своей жизни Клауса, желая позабыть о нём, и если бы подвернулась такая возможность, имея друга вампира, который смог бы стереть ей память, она бы воспользовалась этим, не раздумывая. У неё была нормальная, даже хорошая жизнь, в которой были друзья, никаких романов, никакой боли, а только смех и радость, а теперь что? Одна горечь и слёзы. Майклсон испортил ей жизнь, отняв из её важных и любимых людей для Ли; подумав об этом, вспоминая всё то, как это было, из глаз с новой силой потекли слёзы, хотя казалось, куда ещё сильнее? Дышать становилось тяжело, поэтому художница стала резко вдыхать и выдыхать, словив сильную истерию, не найдя в себе сил успокоиться, проклиная всё, о чём она только могла подумать.

***

Клаус не спал целую ночь, он рвал на себе волосы, ходя из стороны в сторону, продумывая и вспоминая вчерашний вечер: что же пошло не так? Но, к сожалению, он плохо всё помнил и то, что он первородный, не делало его неуязвимым, что огорчало настолько, что мужчина ухватился за край стола и перевернул его, ломая деревянные ножки, крича куда-то в стену. Он наломал дров, даже не по своей воли, но разгребать придётся по своей, чему древний противиться не стал. В доме никого не было, чтобы с кем-то обсудить то, что он натворил, но и подумав о том, чтобы он сказал семье — сразу же передумал это делать. Ему нужно было увидеть Ли, объясниться перед ней, потому что внутри всё придавило камнем, который только она сможет убрать, но и подобрать нужных Клаус не мог, слова просто не крутились на языке. Он сотворил ужасный поступок, за который ему теперь отвечать. Немного поразмышляв, первородный решил пойти к Лили и сказать ей всё то, что сейчас на душе у вампира, даже если она не откроет ему дверь, то он всё равно будет пытаться заговорить с девушкой, которую любит. Единственное, что помнил Майклсон, так это то, что рядом с ним была Энни, которая зачем-то пришла с ним в мужской туалет. Конечно, стоило бы вначале поговорить с блондинкой, но, гибрид выбрал Ли, кажется, он всегда будет её выбирать. Всю дорогу до дома шатенки, Никлаус вспоминал вчерашний вечер, стараясь найти хоть какую-нибудь зацепку или то, что можно сопоставить в целую картинку, но ничего, кроме того, что та принесла ему бутылку крепкого алкоголя, а первородному никогда не было так плохо от одной бутылки виски. Возможно, сейчас мужчина немного понимал с чего стоит начать разбираться, но ноги его уже привели к знакомому порогу, по которому он стал подниматься. Он поговорит с Энни, найдёт её, но позднее, сейчас нужно поговорить с Лили, объясниться перед ней и как раз, пока он сюда шёл, то знал, что сказать. Мужская ладонь сжалась в кулак, и он несколько раз постучал в дверь, считая секунды до того, пока откроется дверь, но ничего не менялось, секунды стали перетекать в минуты. Через несколько минут девчонка всё-таки открыла дверь, а вернее, она вышла из дома, таща за собой небольшой чемоданчик, в который собрала несколько вещей, для того, чтобы уехать отсюда на неделю, а может и больше, попутно закрывая дверь за ключ. Как раз накопленные деньги пригодились, а сама Ли не зря говорила о том, что стоит отсюда уехать, вот и нашлась причина, которая её выпроваживает отсюда. — Привет. — начал Клаус, кладя свою ладонь на женское плечо и желая развернуть её к себе, но не стал, убирая руку. — Мы можем поговорить? Художница ничего не стала ему отвечать, даже не вздрогнула от его прикосновений. Когда девушка обернулась, то древний стал осматривать её лицо: красные глаза, под которыми ещё мокрые следы от слёз, покрасневшее лицо и никакой эмоции. От этого вида, в груди у вампира что-то защемило и ему стало стыдно находиться рядом с Лили, но ему стоит поговорить с ней, как бы она этого не хотела. — Пожалуйста, выслушай меня, Лили. — сказал гибрид и отошёл чуть назад, осматривая девушку ещё раз. — Зачем тебе чемодан? Куда ты собралась? — Тебе какое дело? — грубо спросила она, не поднимая глаз на Ника. — Я думала, твоя забота — моя заказчица, правда, уже бывшая, так же, как и бывшая знакомая. — Она не моя забота. — ответил первородный, подходя вновь ближе к шатенке, нежно хватая её за щеки, приподнимая голову, чтобы заглянуть в её прекрасные глаза, в которых он видел умиротворение, но не сейчас. — Выслушай меня, прошу. Я не сам переспал с ней. Боже, нет! Я не хотел её… — Но ты её трахал. — резко сказала Ли, убирая его руки со своего лица. — Ты трахал её и видать, тебе это нравилось. — Нет, мне не нравилось. — изрёк Майклсон, запуская ладони в свои волосы, сжимая их. — Я бы в здравом уме не посмотрел на неё. Я выпил всего бутылку, а для меня этого мало, чтобы вот так потерять связь с реальностью. — Ты изменил мне, Клаус. — проговорила художница, спускаясь с порога, таща за собой чемодан. — Уйди просто из моей жизни. Не делай её совсем плохой, пожалуйста, вот о чём я прошу тебя. — Нет, Лили, нет, не говори такого, пожалуйста. — тихо произнёс вампир, провожая девушку взглядом и на скорости спустился вниз, преграждая ей путь. — Я не умышлено это сделал, правда. Поверь мне. Гибрид не желал всё так заканчивать, не сейчас, когда только всё начало налаживаться. Он не хотел принимать тот факт, что их отношениям конец. Пока было время и Ли не двигалась, мужчина стал изо всех пытаться вспомнить тот вечер, чтобы хоть за что-то зацепиться, и, Никлаус вспомнил, как у входа стояла толпа, которая передавала друг другу пакетики с белым веществом. Наркотики. — В бутылке что-то было. — начал первородный, смотря в глаза девчонке, чтобы та понимала, что он не врёт. — Точно что-то было, потому что, я уже говорил, что такого количества алкоголя мне мало, пожалуйста, поверь мне. — нежно сказал Ник, а затем его взгляд стал холоднее, наполняясь злостью. — Энни! Она мне принесла бутылку. Лили, прошу, не уезжай, поверь мне. Художница взглянула за спину мужчины, наблюдая, как к её дому подъехало такси, которое она ранее вызывала; девушка сделала шаг в сторону, обходя мужчину, ничего ему не говоря. Подойдя ближе к машине, она погрузила свой чемодан в багажник и посмотрела на Клауса, поджав свои губы. Шатенка несколько секунд на него смотрела, а затем села в авто и водитель поехал вперед, оставляя за собой мужчину, который ещё стоял возле дома Лили. На самом деле шатенка не покидала город и не собиралась переезжать, ей просто захотелось побыть одной, хотя бы недели две, желательно подальше от городской суеты, да и там, где никто не стал бы её искать. Ли направлялась на ферму, которая принадлежала знакомому мужчине, который знал её бабушку. Девчонка мечтала отвлечься и уход за лошадьми — это прекрасное средство. Майклсон уже хотел было бежать к ведьме, чтобы та произнесла заклинание поиска, но продолжал стоять на месте, будто его ноги приросли к этой дорожке, но, вспомнив слова, которые сказала Лили о том, чтобы он ушёл из её жизни, чтобы не делал ей совсем плохо — передумал, не желая, действительно усугублять жизнь Ли. Сейчас мужчина был очень зол на блондинку, до такой степени, что готов был убить её голыми руками, свернуть шею, выпить крови, да что угодно, лишь бы такая тварь не жила, которая рушит отношения, подсыпая всякие вещества в алкоголь, да и сам Никлаус мудак, что не мог вернуться в компанию Лили, а не идти вверх по лестнице, желая трахнуть Энни. Он не убьёт её, не сегодня, потому что, ему нужны точные подтверждения, ведь Ли ему так просто не поверила, да и уж точно не поверит тому, что он принесёт сердце её бывшей знакомой. Древний твёрдо решил, что не отпустит Лили, да, пусть сейчас она уехала, но он даст ей время побыть одной, а потом воспользуются услугами ведьм, переступая через себя, чтобы они помогли найти место, где живёт художница и придёт к ней с извинениями, и, даже если потребуется с сердцем Энни.

***

Прошло несколько дней с отъезда Ли и Клаус решил, что пора бы навестить Энни, так сказать, спокойно поговорить, но вот не был уверен, сколько продлится его спокойствие. Мужчина спустился вниз по лестнице, где наткнулся на Элайджу, которая сразу же схватил его за локоть, тем самым останавливая и начиная говорить: — Ты не забыл, что сегодня важный день и стоит найти того, кто убивает вампиров в квартале? — Думаешь, у меня нет дел поважнее? — задал встречный вопрос Никлаус. — Сам не справишься? — Справлюсь, но, зачем тебе тогда было сдвигать Марселя, раз ты сам не отвечаешь за город, который так старательно отмывал? — спросил Элайджа, отпуская локоть брата. — Потому что у меня есть дела поважнее, чем искать того, кто убивает вампиров. — ответил Ник. — Это ставит нас под угрозу, — проговорил брат. Гибрид его уже не слушал, а поспешил удалиться быстрым шагом из дома, сам не зная, куда ему стоит держать путь, ведь, он не знает где живёт Энни, а играть в следователя у Клауса нет желания, хочется найти и убить. Хотя, на самом деле всё не так плохо, внушение сыграет огромную роль в поисках блондинки. Пока Майклсон шёл к дому Лили, надеясь, что услышит сердцебиение, да и то, что увидит ей, но подходя ближе, он слышал там мёртвую тишину. Мужчина присел на ступеньку крыльца и смотрел перед собой, в его голове сейчас было столько мыслей, и все такие бессмысленные и глупые, кроме одной, которую он осуществит, но не сегодня. Этим днём, Клаус попытается выяснить, где живёт Энни, а уже потом, он воплотит свой план в действие, после которого она сама всё расскажет, но, после этого, ему придётся убить её, смерть позабавит первородного. Древний обратит девчонку в вампира, а затем укусит и та будет мучиться от боли, после которой всё расскажет Клаусу и Лили, которую он обязательно приведёт с собой, а если та не пойдёт, то всё равно найдёт способ затащить художницу, лишь бы она узнала правду и если сможет, то ещё и простит мужчину, а пока Ник будет приходить сюда каждый день, ожидая услышать сердцебиение Ли. Просидев на пороге дома шатенки, вампир твёрдо решил отправиться на поиск жилья Энни, но сегодня он не станет разговаривать с ней, если Ник заговорит с блондинкой, то ему захочется убить девчонку сразу же, а без неё не видать ему прощения от Лили. Гибрид отправился в парк и присел на лавочку, осматривая прохожих, ища среди них ту самую, которая подпортила ему жизнь, но его единение было нарушено Ребеккой. — Где Элайджа? — спросила она. — И почему ты здесь? — Я что его нянька? — ответил вопросом он. — А почему я должен быть с ним? — Как бы найти того, кто убивает вампиров в квартале. — сказала Бекс. — Да мне плевать на того, кто это делает. Скорей всего какой-то вампир убивает своих, или же Марсель сам решил развязать войну, а сделает по итогу виноватым меня. — дал ответ Клаус. — Мы под угрозой. — начала вампирша. — Неужели ты настолько безответственный? Раньше тебя волновало то, что касается угроз семьи, а теперь что? — А что теперь? Меня до сих пор это волнует. Просто не того ищите, уверен, что тот, кто это делает, сидит прямо под вашими носами. — проговорил мужчина, продолжая осматривать людей, но сестра заметила взгляд брата. — Кого-то ждёшь? Вот поэтому тебя не интересуют дела семьи? Опять будешь создавать свои планы, о которых ты никому не расскажешь? — задала вопрос Ребекка. — А тебе всё расскажи. Нет, планов нет, хотя, нет, ты права. План есть, но он не касается нашей семьи, а личный. — сказал Никлаус и лукаво улыбнулся, глядя на блондинку. — Да, потому что, если ты погрязнешь где-то, я должна знать, где ты и что. — произнесла Бекс. — Кого ждёшь? — Не жду, а выслеживаю. — ответил Майклсон. — Кого? — вновь спросила она. — Какая же ты неугомонная. — зло сказал Клаус, а затем его выражение лица сменилось. — Ты можешь мне помочь, а я помогу Элайдже разобраться с теми, кто убивает вампиров. — И что мне нужно сделать? — спросила блондинка. — Мне нужно найти одну девушку, которую зовут Энни, блондинка, с пышными формами, увидев её, я думаю, ты сразу поймёшь, что это она. — проговорил первородный. — Просто выясни где она живёт, поспрашивай людей под гипнозом, но саму девушку не трогай, я сам с ней разберусь. Мужчина знал, что сестра справится на отлично. У неё хорошо получается заговаривать людей, даже не всегда прибегая к гипнозу.