Ты - мой билет в один конец

А Ким Тэхён правда попал. По полной программе. И сейчас, убрав последние упаковки из-под сока в холодильник, он устало опустился в свое кресло и закрыл глаза. Еще десять часов… Откинуть коньки можно… Тэхену показалось, что он дремал минут пятнадцать, когда его разбудил звук оповещения о том, что пассажирам нужно пристегнуть ремни безопасности. А это значит, что сейчас нужно будет пройти по всем рядам и учтиво просить сонных и поэтому раздраженных пассажиров выполнить просьбу пилота. Голос первого пилота прервал гудящую тишину и сказал о том, что самолет входит в зону турбулентности. Пару раз на Кима злобно зыркнули и кто-то что-то проворчал, когда Ким уже прошел все ряды и теперь стоял у двери в кабину. Он понял. По голосу командира понял, что все плохо, хоть из-за звуковых помех эта дрожь в голосе почти не улавливалась. Тэхен решительно распахнул дверь кабины пилота и замер: Мун был в отключке, спал как убитый, наушники небрежно валялись на полу. А Чон… Его трясло. Он обеими руками вцепился в штурвал, по шее стекали капли пота, из-за чего воротник рубашки стал темнее, волосы взъерошились, он весь поддался вперед и не обернулся, когда Ким оказался в кабине. - Пилот Чон! Пилот Чон, ты слышишь меня?! - Закрыв дверь, Тэ рванул к пилоту, садясь рядом на корточки и дергая за плечо. Тот медленно повернул голову, не моргая смотря на стюарда. Чонгук лишь крепче вцепился в штурвал, и тут самолет дернуло вниз. - Что… Что ты творишь?! - Мы в зоне турбулентности, я же сказал. - Голос, как у робота, только дрожит немного, а в глазах какой-то дикий черный блеск и улыбка на губах. Странная она, эта улыбка. Недобрая. Страшная. - Ты... Сам только что направил самолет вниз, Чонгук. - Да? Надо же… Мне просто… Я так хочу упасть. - Что?.. Самолет снова качнуло, но так, что Тэхен по инерции упал на спину, но тут же приподнялся на локтях, в ужасе глядя на пилота. - Тэхен… Ты когда-нибудь думал, каково это: разбиться на самолете?.. - Чонгук, послушай меня… - Тэхён снова оказался рядом, дернул за плечо, заставляя смотреть на себя. - У нас на борту сто тридцать пассажиров! Ты в себе?! Что произошло?! Пожалуйста, верни самолет на маршрут! Чонгук! - Ты не понимаешь, Тэхён. Я хочу. Хочу вниз. - Нет. Не хочешь. Блеф. Если бы Тэхен посмотрел на эту ситуацию со стороны, то с уверенностью сказал бы, что блефовал. Но было ли это защитной реакцией или чем-то еще, однако, единственное, что пришло в голову Киму в тот страшный момент - просто начать в открытую втирать Чонгуку, что тот не хочет падать. Тэхен понял, что тот самый пик накрыл сейчас, во время чертового полета в чертовый Лос-Анджелес. Еще девять часов… А в салоне творился хаос. Люди вцепились в ручки кресел, кто-то кричал, дети плакали, а обезумевшие бортпроводницы в тщетных попытках бегали туда-сюда, пытаясь успокоить пассажиров. Чонгук распахнул черные глаза и уставился на Тэхена. Волосы спутались на влажном лбу, а на лице одновременно признаки безумия и дикого страха. Потому что Чон явно сам не понимает, что именно с ним происходит. Но тут он резко дернул штурвалом, так что Тэ снова рухнул на пол, больно ударившись о подлокотник соседнего кресла. Мун недовольно засопел, но открыл глаза и явно охренел, потому что увидел перед собой обезумевшего первого пилота, стюарда с рассеченной бровью и каплями крови на белой рубашке, а в лобовом стекле самолета - стремительно приближающуюся бездну моря. Он тут же нацепил наушники и, схватив штурвал, рванул вверх, чем явно вызвал шок и новый порыв злости у Чона. Тот тут же повернулся к Муну, дернул плечами и хотел было снова рвануть вниз, но тут кое-что произошло: Тэхен, чуть пошатываясь и касаясь пальцами окровавленного виска, подошел сзади к креслу первого пилота, резко сорвал с головы Чона наушники и, занеся руку, ударил четко по затылку за левым ухом. Чон обмяк, тут же потеряв сознание и управление. Ким кивнул Муну, тот прекрасно понял, что ближайшие часы будет сам вести самолет. В дверь кабины раздался стук, Тэ открыл и увидел перед собой двух стюардесс, которые в ужасе смотрели на Кима, явно не понимая, что произошло. Они тут же заметили кровь на виске и рубашке, что напугало их еще больше. - Нам нужна аптечка. Джиа, скажи по громкой связи, что все хорошо, мы вышли из зоны турбулентности, если ее можно вообще так назвать... - Тэ перевел дыхание. - И еще. Когда прилетим в Америку, нужно будет связаться с главным отделом и попросить дать пилоту Чону отпуск. Желательно недели на три. Чон открыл глаза, но тут же поморщился от дикой головной боли. Внутри все клокотало, но в то же время хотелось просто… разбиться. Он окинул взглядом кабину и понял, что сидит на запасном кресле, Мун ведет самолет, а в кресле первого пилота сидит… Тэхён?.. - Какого черта тут происходит?! - О, проснулся наконец… - Тэ улыбнулся, не отводя взгляд от приборов. - Ты когда в пилоты успел заделаться? - Уже шесть часов как. Выспался? - Я спрашиваю: что происходит? - Я тебе объясню: ты чуть не угробил всех пассажиров и экипаж. Поэтому сейчас просто сиди и отдыхай. - Что за хрень вы тут устроили?! - Чонгук вскочил с места, тут же оказавшись рядом с Тэхеном, и дернул его за рубашку, поднимая на ноги. Пилот несколько секунд сверлил Кима взглядом, обжигая щеки горячим дыханием, а потом начал постепенно ослаблять хватку, когда увидел следы крови на белоснежном воротнике и рассеченную бровь. - Что ты… Как так вышло? - Ты, Чонгук. Поэтому сядь на место. Уж извини, что приказываю своему командиру. - Тэхен сбросил его руки и неотрывно смотрел на пилота. У того глаза забегали, он упал в запасное кресло, обхватив голову руками. - Это что… Произошло здесь?.. Прямо во время полета? - Да, Чонгук. Поэтому можешь злиться на меня уже сейчас. - Почему? - Потому что я доложил. - Что?! - Я доложил. Обо всем. “Это конец. Я дошел до финиша, не дойдя до старта”, - пронеслось в голове Тэхена, когда он смотрел Чонгуку прямо в глаза. Тэ отвернулся первым. Он не выдержал. Чонгуковой боли и его разочарования. Не вынес и никогда вынести не сможет.