Наш мир запылает цветом осени

      Первые дни моего существования, а это назвать жизнью было сложно, я очень много всего узнала о том, что за пределами этого места. Линда и Сет каждый день рассказывали мне понемногу о том, что же случилось с нашим миром и как они хотят жить дальше. Жить на ранчо было хорошо, но проблему с монстрами, которые могли появиться в любое время, это не решало. Эти жуткие твари утаскивали людей и вели настоящую охоту, были малоуязвимы, а самое страшное — разумны и быстро обучались. Спасением от них была ограда с подведенным к ней током, лучи солнца и холод, поэтому эти твари в основном нападали с вечера и до утра. Поэтому в основном все люди селятся в пустынях и на севере. После землетрясения шестьдесят процентов континента ушла под воду. Президент сбежал и бросил страну, улетел на частном самолёте и плевать хотел на этот мир, армия поначалу пыталась бороться с тварями, но их быстро перебили и люди кинулись спасать свои жизни. Огромные города ушли под воду. Лос-Анджелес оказался затоплен на восемьдесят процентов. Спасательные вертолёты пять дней собирали всех кто выжил, увы таких было не так уж и много, кто не утонул, был утянут тварями под воду.       В тот день, когда все началось, Сет и Эван искали способ вывезти меня из здания, им повезло, я дышала сама, если бы не это, мое спасение было бы невозможно. Ещё спасло то, что на площадке для вертолета стоял один, но никто не мог им управлять, людей эвакуировали другими, полицейскими и армейскими большими, а этот просто стоял. Неразбериха на этажах была им на руку, они вывезли меня из палаты, Эван набрал в специальный охлаждающей контейнер питательную смесь, глюкозу и физраствор. Взял медицинские наборы для лежачих больных, запас на дней шесть, это было все, что под рукой. Здание быстро затопило водой, уже три этажа плавали. Благодаря работающим ещё лифтами, они добрались на крышу, там были люди, человек двадцать, но им нужен был вертолет, он был предназначен для таких больных, как я. Тут подлетел большой армейский вертолет и забрал семнадцать человек, на крыше остались мы и ещё трое, два парня и девушка. Один из них был наш Барри, он оказался учёным и к тому же умел управлять вертолётом. В принципе, поэтому он с друзьями и остался на крыше. Вертолет был рассчитан на пять человек и одного пациента с травмами или в тяжёлом состоянии, по сути реанимационный летающий отсек со всем необходимым, топливо было. Барри был очень молодой учёный, физик-практик, изобрёл множество всего полезного, а главное, умел быстро реагировать на разные ситуации. Тут выяснилось, что девушка, которая была с ними, не захотела лететь, устроила истерику, времени было мало, пока устраивали меня в вертолете, они ругались. Эван накричал на всех и сказал, что если они с парнем не летят, значит летим без них. Девушка, сказала, что их спасет нормальный вертолет, а это корыто рухнет над водой. Барри психанул, сказал им: «Счастливо оставаться», и запрыгнул в вертолет, все сели, Сет ещё раз упрашивал их полететь, но страх преобладал над здравым смыслом этих людей. Поднявшись в воздух, они попросили Барри под лететь к крыше соседнего здания, на которой стояла Линда, людей там не было. Здание стояло под снос. Не без помощи Сета и Эвана, Линда забралась в вертолет, вот уж кто хотел улететь как можно дальше от этого гиблого места. Все волновались, но решили искать сушу, все улицы были в воде, город тонул, многие здания были наполовину затоплены, высотки конечно, были забиты людьми, но деваться им было некуда, везде все плыло. Было страшно, как будто это не Лос-Анджелес, а мифическая Атлантида.       Барри улетел за пределы города, вода была везде, никто не мог сказать, где её нет. Тогда наш пилот решил включить радио в надежде поймать связь с другими лётчиками, но те были на военных частотах. Ещё как вариант, просто включил радио. Повезло, там говорили о том, что на западе от города есть сухие места в национальном парке. Барри проложил маршрут и при помощи навигатора полетел туда. Через час полёта они прибыли на место. Первым делом разведали местность. Потом Линда провела необходимые процедуры с моим телом. Кормление и массаж, это было очень важно. Сет, помог чем мог, это все-таки тяжело делать в полевых условиях. В вертолёте была хорошая большая палатка, на случай непредвиденных ситуаций. Трасса вокруг этого парка была затоплена. Разбили лагерь и развели костёр, людей вокруг не было, усталые и голодные Эван и Сет пошли поискать что-нибудь из еды, Линда и Барри остались следить за всем. В вертолёте Линда нашла запас сухого пайка, к счастью его выдают все время, так как работа бывает в сложных условиях. Там лежали четыре коробки, на двух пилотов и парамедиков. Это было очень кстати, одним таким пайком можно было накормить троих свободно. В это время Эван, нашел гнездо какой-то птицы и набрал яиц, на свету было видно, что они свежие, можно есть. Сет набрал известных ему ягод, не опасных для человека, и им очень повезло — какой-то браконьер поймал в силок зайца. Эван без колебаний убил его большим камнем. Сейчас не до сантиментов, отец учил его охотиться. Взяв свою добычу, они вернулись к вертолёту. Линда заплакала, зайца жалко, мужчины на неё не обратили внимания. Барри спокойно разделал его и насадив на заточенную палку, начал жарить. Поужинав, они, выбитые из сил, решили подумать о плане действий. Нужно было решить, что делать со мной. Выход был только один — найти уцелевшее здание больницы и, оставив меня и Линду, отправиться на поиски безопасного места.       Слушая рассказы моих друзей о том страшном времени, я день за днём восстанавливала функции своего организма. Через неделю я нормально сидела, этому способствовали специальные восстановительные процедуры и препараты, что изобрёл Эван за этот год, он полностью оправдал свои знания нейробиологии, хоть это и были его скорее побочные разработки, хобби, которое переросло в научные открытия.       Благодаря его разработкам, мои дела шли лучше и быстрее, трудности были с речью, язык не слушался меня, я старалась, но выходило плохо. Линда помогала как могла.       Тем временем, на наш лагерь напали несколько раз существа. К счастью они не смогли свалить ограждение, один погиб от высокого напряжения. Барри сильно пострадал, его поранил один из нападавших. Страшно было и то, что слюна этих монстров была ядовитая, если в течении часа не обработать рану и не вырезать повреждённую плоть, то начинался некроз. Спасения не было, только удаление повреждённой кожи или плоти. Тварь укусила его за ногу, ему пришлось удалить часть кожи на лодыжке и мышечную ткань, но ногу сохранили. Это замедлило приготовления к переезду. Все-таки мы лишились пилота. Планы были таковыми — самым безопасным местом была Гренландия, она почти не пострадала от наводнения, также Центральная Россия, Аляска, Чукотка, большая часть Африки и Тибет, эти места не тронуло наводнение. А также туда не приплыли чудовища. Холод им не нравится и пекло тоже, шкурку палит, гадам. Так было решено лететь до Канады, вернее туда где она была, там теперь острова, с немногочисленными жителями. А потом сесть на корабль до Гренландии. Там нам будет безопасно. Решено было дать мне ещё месяц на интенсивную терапию и реабилитацию. Сет каждый вечер оставался со мной, он так меня ждал, что просто не мог оторваться от меня. Дел было много, главное — это поднять меня на ноги и вылечить Барри. Он очень милый парень, весёлый и добрый. Было видно, что Эван питает к нему какие-то чувства. Я помню о его наклонностях ранее.