твоя глупость

Это была их последняя смена в лагере и последняя дискотека. На прощальный дискач все прихорашивались, всё-таки в последний раз. Девчонки доставали из закромов самые яркие и пёстрые наряды, пацаны искали самое чистое и, желательно, чтоб не воняло. Серёже тоже захотелось выделиться, и поэтому, дождавшись, когда парни свалят из комнаты, выставил с ними и Олега. Тот лишних вопросов не задавал, уже догадывался о какой-то новой проделке Серого. А Разум времени зря не терял, тут же затянул в комнату нескольких девчонок, чтобы изложить им свой коварный замысел. Они дико обрадовались его смелой идее и поспешили воплотить её в жизнь. Ребята веселились и отплясывали, кто-то, осмелев, уже зажимался за трибунами, кто-то пытался незаметно покурить, иные лишь молча наблюдали за происходящим. Дискотека длилась уже минут 20, а Олег так и не увидел в разноцветной толпе рыжую макушку. Вдруг его взгляд зацепился за знакомый силуэт. Разглядев Серого, он только мог вытаращить глаза и открыть рот. Разумовский напялил на себя блестящий фиолетовый топ с дурацким вырезом на спине и чёрные джинсы клёш в заплатках. На ногах красовались такие же фиолетовые туфли-босоножки на маленьком каблучке, а шея была увешана побрякушками. На его лице сияли ухмылка в малиновой помаде и густо накрашенные ресницы. Олег не мог отвести глаз от такого Серёжи, хотя тот выглядел больше нелепо, нежели красиво. Сам Разумовский ловил на себе презрительные взгляды, но его это волновало в последнюю очередь. Для Сергея было важно одобрение лишь одного человека. — Серый, что за представление ты тут устроил?! Не то чтобы мне не нравилось но… — Олежик, выдохни! Никто не захочет портить последний вечер выяснением отношений или дракой. Серый подошёл ближе к Волкову и прошептал: — Ну разве я не замечательно выгляжу? — и посмотрел на парня самым невинным взглядом, закусив губу. — Я бы поспорил, — ответил Олег, за что незамедлительно получил острым локтём под рёбра. Серый состроил недовольную рожу, но быстро изменился в лице, когда услышал знакомую мелодию. — Олег, мы идём танцевать. Он не успел опомниться, как уже оказался в толпе, схваченный за руку. Серёжа взял Волкова за вторую руку и начал пританцовывать. «привет, ромашки, кидайте деньги, читайте книжки, дурной мальчишка ушёл, такая фишка…» Серому было в кайф. Он подпевал, беспорядочно касался Олега, красовался перед ним, крутил головой от чего его рыжие волосы развевались. он всем видом показывал, как хочет, чтобы Олег на него смотрел. А Олег позволил утянуть себя в танец, и любовался своим Серёжей. Когда песня закончилась, они переглянулись и сбежали с танцпола. Скрылись за старым корпусом. Олег прижал Разума к стене и стал нетерпеливо покрывать поцелуями его лицо, пока Серый сам не поймал Олеговы губы своими. Это был торопливый юношеский поцелуй, со сладким привкусом помады и холодящим чувством того, что их могут застукать в любой момент. Серёжины руки намертво вцепились в сильные плечи, а Олег прижимал его к себе крепко, горячо, близко. Отстранившись, они смотрели друг другу в глаза. Каждый пытался зафиксировать этот момент в своей памяти навсегда. Серёжа, раскрасневшийся, с взъерошенными волосами, в девчачьей одежде. Олег, глядя на это, тяжело дышал и еле сдерживал нарастающую улыбку. — Ты знал, что ты безумно красивый, когда краснеешь? — выдал Волков на выдохе. В его глазах тысячами искр горели обожание и трепет. Серый на эти слова лишь показушно цокнул и припал лицом к плечу Олега. Волков позволил себе запустить руку в мягкие рыжие волосы, а второй придерживать Серёжу за оголённую талию. Так было всегда. Всегда украдкой, где-то в уголке, прижаться к друг другу, но главное — вместе. Так они и стояли, такие разнеженные, такие спонтанные, такие молодые, глупые, живые.