Вредина

      — Да!!! И с разгромным счётом 10-9 побеждает игрок слева, который владеет геймпадом как боженька! — Эва подскочила с дивана, подняв руки вверх в порыве радости и чуть не уронив геймпад на пол.       Катю забавляла эта неуклюжесть Эвы вперемешку с ее эмоциональностью. Она готова была бесконечно смотреть на то, как девочка занимается серьезными вещами, потом что-нибудь роняет и уже через мгновение смеётся. Есть что-то в ней такое... Чистое, настоящее. Наверняка, такое есть во всех людях, только Эва этого не скрывает, в отличие от остальных. Она – одна из тех немногих, кто и правда умеет быть собой.       — Разница была всего в одном последнем раунде, чего ты так радуешься? — Катя потянула девочку за руку на себя, а та, совсем не сопротивляясь, даже из вредности, оказалась на коленях девушки, обвивая своими руками ее почему-то холодную шею, хотя в квартире было тепло в одной только майке.       — Зато какой это был раунд! Не принижай мои заслуги, у тебя все равно ничего не выйдет, мой мозг уже принял победу и я буду доставать тебя ей весь оставшийся день! Но я не буду делать это слишком жестоко, обещаю! — девочка чмокнула Катю в лоб и хотела было уйти, но девушка задержала ее и усадила обратно к себе на колени.       — Вредина, — Катя коснулась носа девочки своим и слегка потерлась о него. — Моя маленькая вредина...       Этот жест мгновенно успокоил шквал ярких эмоций Эвы, оставив только приятную теплоту, разливающуюся по всему телу. Сложно сказать, кто начал сейчас поцелуй: они просто в одно мгновение оказались так близко, что никто не смог удержаться. Да и зачем?       Эва мечтала сейчас только об одном: она безумно хотела услышать от Кати одну очень важную фразу. Она думала об этом уже далеко не один день и прекрасно знала, что эти слова будут стоить больших усилий для девушки. В ее чувствах к себе Эва не сомневалась, ни в коем случае, просто она замечала, что любые по-настоящему искренние слова часто даются Екатерине слишком тяжело. Казалось, что она пряталась от чего-то, и как будто даже сама не знала, в чем причина, ведь внутри все просто кричало о любви к голубоглазой.       Эве с детства никто не давал понять, что она кому-то дорога, что ее любят, и она давным-давно решила, что будет говорить о своих чувствах, когда они появятся к кому-то, потому что знает, как это приятно. Где-то в глубине души она надеялась на то, что дождется этих слов от Кати, но решила ей помочь.       — Катюш, — Эва закончила поцелуй и взглянула в уже родные глаза, искрящиеся нежностью. — Я люблю тебя.       — Я тебя тоже, — шепотом ответила девушка.       Эву устроил и такой, как ей показалось, не очень уверенный ответ. Для нее всегда главным было не услышать эту простую фразу, а увидеть: в поступках, в эмоциях, в прикосновениях. И девочка все видела. Они провели еще немного времени просто обнимаясь, иногда отвлекаясь на короткие поцелуи, но их время вместе пролетело слишком быстро. Оставалось только выпить чая или кофе и проводить Эву – это стало их почти ежедневным ритуалом. Весь день Катя казалась девочке какой-то напряжённой, какой-то не такой, как обычно, но она списала это все на ее текущие заботы: девушка с раннего утра занималась подготовкой документов для поездки в Осло, чтобы уладить там все вопросы по трудоустройству за границей. Эва, кстати, была безумно рада, когда узнала о том, что Катерине предложили достойную работу, и совсем не переживала о скорой разлуке, ведь это очень значимый этап жизни девушки, да и уедет-то она всего на неделю – они, бывало, и дольше не виделись. Так успокаивала себя Эва, которая не очень хотела, конечно, чтобы Катерина уезжала, но не собиралась капризничать, ведь знала, как это важно для нее.       — Я не хочу отпускать тебя домой, — Катя обняла девочку со спины, когда та ставила чайник на кухне.       И эти слова значили для Эвы гораздо больше, чем простое "Я тебя люблю". Катя никогда не страдала из-за того, что кто-то уходит, а сейчас представить не могла, что она будет делать, когда совсем скоро останется одна на всю ночь. Как и каждый день раньше. Слишком уютно было обнимать во сне (а иногда и не во сне) теплое тело Эвы в смешной пижаме с медвежатами в те немногие ночи, когда она оставалась. И девочка об этом знала, но понятия не имела, что она может сделать, чтобы проводить больше времени вместе. Разве что рассказать обо всем матери, но пока слишком рано – никто из них к этому не готов.       — А я не хочу уходить, — Эва обернулась, прячась в объятиях. — Мы сможем когда-нибудь быть вместе? — прошептала девочка куда-то в грудь Кати.       — Мы вместе, солнышко, — такой же шепот в ответ.       — Нет, я о другом. Я хочу приходить к тебе и не хвататься за каждую уходящую минуту, зная, что совсем скоро придется собираться домой.       — Ты ведь уже давно не ребенок, Эв, — Катя взяла девочку за плечи и чуть отстранила ее от себя, чтобы иметь возможность посмотреть в любимые глаза. — Ты можешь оставаться у меня сколько захочешь, даже если мама будет против. И я была бы очень рада, если бы ты осталась здесь.       — А ты сможешь выдержать мое присутствие 24/7? — девочка наконец улыбнулась.       — Ты не представляешь, как мне тебя все время мало.       — Знаешь, я ведь могу сказать, что я сняла квартиру, а на самом деле жить с тобой. Мы могли бы оплачивать жилье поровну, и мама была бы спокойна.       — Ага, до первого ее желания зайти к тебе в гости. Я, конечно, могла бы прятаться в шкафу, но боюсь, что нам нужен другой план.       Чайник закипел, девушка сделала чай для них обеих, и они устроились рядом друг с другом на угловом диване.       — А если я скажу, что снимаю квартиру с подругой? Это будет ответом на все ее вопросы, в случае чего, — Эва положила голову на плечо своей девушки и закрыла глаза в ожидании аргумента, которым Катя разобьёт и эту ее идею. — Хотя маму как-то напрягает эта наша "дружба". Мне иногда кажется, что она что-то подозревает.       — Ха... Подруга... — Катя о чем-то задумалась, а потом накрыла ладонью руку девочки. — Останься со мной сегодня?       — Кать, все нормально? — несмело спросила девочка, удивившись такой просьбе.       — Да. А почему ты спрашиваешь?       — Просто ты как-то странно себя ведёшь сегодня. Не так, как обычно. Ты устала, да?       — Совсем немного, малыш, — девушка поцеловала Эву в темечко.       — Тогда у меня есть план! — студентка воодушевленно подскочила на ноги. — Мы с тобой сейчас пойдем в комнату, включим первый попавшийся фильм, ты удобно ляжешь и сможешь вообще больше не вставать до завтрашнего утра, потому что у тебя буду я и меня можно будет посылать за едой или там... Не знаю, ещё за чем-нибудь! — девочка просто мечтала о возможности проявить заботу о Кате, потому что обычно это работало в другую сторону. — Ну же! Ты идёшь? Я вряд ли смогу дотащить тебя на руках, не покалечив, мы же не станем проверять? Хотя, если ты очень хочешь... — Эва приблизилась к ней, хитро щурясь, и протянула руки.       — Ладно-ладно! — Катя хохотнула и потянула руки навстречу девочке, чтобы та помогла ей встать. — С учётом того, как ты роняешь вещи весом гораздо меньше, мы пока не будем пробовать меня в качестве груза.       — Просто в моих руках ещё не было ничего настолько ценного!       Девушки переместились в комнату, и пока Эва искала пульт от телевизора, Катя успела удобно устроиться на диване, вытянув ноги и положив их на небольшой столик у дивана.       Девочка предусмотрительно взяла плед, чтобы потом не вставать за ним, потому что наверняка станет холоднее, если вдруг они начнут засыпать. Она искренне верила, что закрытость Кати сегодня связана только с усталостью, но девушка скрыла небольшие подробности сегодняшнего дня от Эвы и делиться ими пока что не собиралась.       — Что ты хочешь посмотреть? — девочка села совсем рядом с Екатериной, желая быть как можно ближе и касаться ее.       — Неважно. Только не ужастик, — Катя немного сменила свою удобную позу и легла в объятия Эвы, сползая чуть вниз, чтобы было удобнее.       В этот момент Катя была похожа на беззащитного котёнка. Эва обнимала так девушку впервые, потому что за счёт приличной разницы в росте удобнее было наоборот. Но только не сейчас. Сейчас Кате просто хотелось почувствовать тепло и заботу ее голубоглазого чуда – этой вредной, непослушной, но такой живой и открытой девочки.       — Давай просто посмотрим, что есть в рекомендациях. Я найду что-нибудь доброе или романтичное, и ты сможешь отдохнуть.       Катя не ответила. Ей было абсолютно все равно, что будет дальше. Сейчас ее обнимают самые нежные и теплые руки на свете, без которых она уже, кажется, не сможет жить. Ради которых сегодня она лишилась близкого человека, только никому ещё об этом не сказала.       Ближе к середине фильма девушка поняла, что начинает засыпать, несмотря на довольно интересный, пусть и простой, сюжет кино на экране. Тепло Эвы и ее слегка взволнованное дыхание не оставляли шансов для бодрствования. Девочка увидела, что Катя вот-вот отключится, взяла плед и укрыла их обеих, заботливо проследив, чтобы ноги девушки были полностью в тепле. Ещё через несколько минут она погрузилась в сон, забывая обо всем, что случилось с ней сегодня.       Девушка проснулась от вибрации собственных часов: звонил Ваня. Спросонья она не сразу поняла, что происходит, даже не сразу увидела, что все ещё лежит на груди Эвы, которая сосредоточенно печатала что-то в телефоне одной рукой, а другой приятно и почти невесомо поглаживала Катю, даже не замечая, что та проснулась.       — Что там у тебя такое серьезное? — сонно прошептала девушка, вставая и оглядываясь в поисках своего телефона. — У тебя сейчас лоб треснет, ты так смешно хмуришься, — она подалась вперёд и поцеловала Эву в лоб, отчего она моментально расслабилась.       — Пытаюсь сочинить для мамы убедительное оправдание, — девочка вздохнула и снова нахмурилась. — Мой алгоритм расчета ее отсутствий дал сбой. Я тебя разбудила? Прости, я не хотела.       — Ты настолько увлеклась своим сочинением, что даже не почувствовала вибрацию моих часов? Ваня звонил, я наберу ему и вернусь к тебе. Только ты не видишь мой телефон? — Катя растерянно смотрела по сторонам.       — Он у меня. Держи. Просто тебе много уведомлений приходило, я боялась, что они тебя потревожат и убрала звук. Надеюсь, ты не против? И я ничего не читала, правда.       — Не против, спасибо, солнышко. На будущее: нужно ставить на совсем беззвучный режим, а не просто убирать звук в ноль, чтобы и часы тоже не вибрировали, — Катя все ещё немного сонно улыбнулась и поцеловала девочку в висок.       Девушка вышла на кухню, прекрасно понимая, по какому поводу ей звонил друг. Она предвидела, что сейчас начнутся вопросы, и боялась потерять ещё и его. Но и прятаться вечно она не могла. Она любит Эву и не собирается скрывать ее в темном подвале вместе со своими чувствами. У нее есть живой пример истории, в которой все примерно так и было, и девушка знает, чем это закончилось. Она не совершит этих ошибок, как бы страшно сейчас ни было.       — Вань, привет, ты звонил мне, — тихо начала Екатерина, когда парень мгновенно взял трубку.       — Да, и я думаю, ты знаешь, почему. Что у вас случилось с Лизой? Она пришла ко мне сегодня злющая, назвала тебя кучей нехороших слов и перестала со мной разговаривать!       — М... Так она тебе ничего не рассказала ещё.       — Она говорила что-то про "беды с башкой", причем у тебя, но если честно, я вообще ничего не понял.       — Вань, я... Я не знаю, как ты к этому отнесешься, но скрывать это от тебя тоже неправильно. Дело в том, что я влюблена. Причем по уши.       — Так, пока нормально, что тут такого страшного-то?! Ты влюбилась в меня, а она тебя из ревности так возненавидела?       — Все было бы гораздо проще, если бы так.       — Катя, блин, да скажи ты уже прямо, что у вас случилось. Ты молчишь, эта злится, а мне тут вообще-то страшно между двух суровых женщин!       — После реакции Лизы я боюсь рассказывать ещё и тебе.       — Не заставляй меня приезжать к тебе, — парень говорил настолько серьезно, что Катерина на секунду подумала, что он и правда может приехать.       — Вань, я влюбилась в девушку.       — Ого, — в телефоне повисло недолгое молчание. — Так, хорошо, допустим. А Лиза-то здесь причем? Чего ее так вштырило? Ты ей, что ли, в любви призналась?       — Да нет, просто она, — девушка вздохнула и залезла на широкий подоконник в кухне. — Она очень негативно к такому относится, и я даже не знаю, почему. А ты?       — Я думаю, это не мое дело. Но я рад, что у тебя появились настоящие чувства к кому-то. Хотя, признаться честно, ты меня удивила. Хочешь, я попробую поговорить с Лизой? Или хочешь, я приеду к тебе, и мы вместе подумаем, что делать?       — Нет-нет. Спасибо тебе большое, ничего не нужно. К примирению с Лизой я все равно не готова, слишком много я услышала. Ты совсем меня не осуждаешь?       — Да нет, просто удивлен. Давай я заеду к тебе через пару дней, обсудим?       — Только если завтра, в понедельник я уезжаю.       На этом решении они и остановились, разговор закончился, а девушка так и осталась сидеть на подоконнике. Как-то все по-дурацки получается: друзья теряются, мама Эвы не приняла бы ее избранницу, так еще и видеться девушки нормально не могут – либо работают, либо уже поздно и Эве нужно уезжать домой. Какой-то бред. Надо будет ее обязательно порадовать как-нибудь. Виновница размышлений Катерины материализовалась из ниоткуда рядом.       — Эв, я хочу тебя кое о чем попросить, — девушка спрыгнула с подоконника и вышла в коридор, взяла ключи и протянула их девочке.       — Это... Ключи от твоей квартиры?       — Ну да, а на что это похоже? — Катерина мягко улыбнулась, притягивая к себе девочку.       — Ты серьезно..? — девочка подняла голову и с недоверием посмотрела на Катю.       — У меня есть к тебе две просьбы. Во-первых, я хочу попросить тебя приглядывать за Компотом, пока меня не будет.       — Об этом можешь не переживать, мы с этим обжоркой найдем общий язык!       — Хорошо. А вторая... Постарайся, пожалуйста, чтобы это был ключ от нашей квартиры. Я не знаю, как. Не знаю, что делать. Я не тороплю тебя и ни к чему не принуждаю. Просто хочу, чтобы ты знала, что я бы очень хотела, чтобы ты осталась.       — Я постараюсь что-нибудь придумать. Может, расскажу ей правду, не знаю, но я постараюсь.       — Хорошо. Не торопись, просто знай, что я буду ждать, — Катя воспользовалась излюбленным приемом Эвы и мгновенно сменила тему. — Я немного проголодалась и очень не хочу ничего готовить, давай закажем что-нибудь?       — Я не против.       — А еще, завтра заедет Ваня, — Катерина взяла телефон и начала заказывать еду. — Думаю, вас стоит познакомить. Вы чем-то похожи друг на друга.       — Ваня – это тот парень, благодаря стараниям которого мы с тобой провели наши первые выходные вместе?       — Ага, и мой лучший друг по совместительству.       — Лучший друг..? — Эва склонила голову набок и еле заметно прищурилась.       — Да. Уже единственный, к сожалению. Я бы что-нибудь азиатское заказала. Тебе, как обычно, якисобу с цыпленком? — Катя отвечала немного безразлично, потому что совсем не хотела, чтобы девочка знала о причинах, по которым она поругалась с подругой.       — И еще какой-нибудь морс возьми, пожалуйста. Так подожди, не отвлекай мое внимание! А Лиза..? Мне казалось, что вы с ней неразлучны. Я тебя капец как ревновала, когда видела тебя на работе рядом с ней!       — У нас с ней не могло ничего быть, глупышка. А вообще, мы просто поняли, что не сможем больше нормально общаться.       — Это из-за меня?       — Нет, солнце. Ну точнее, отчасти и поэтому. Она не понимает наших отношений и не умеет держать свое мнение при себе, вот и все.       — Вы поругались из-за этого?       — Что ж ты у меня такая любопытная? — Катя приобняла девушку, повела в комнату, и они обе устроились на диване.       — Просто из-за меня ты потеряла близкого человека, мне интересно, как так вышло...       — Не из-за тебя, Эв, даже не смей так думать! — девушка взяла лицо Эвы в руки и не отводила от нее взгляд. — Ты – мое солнышко. Только мое. И мне все равно, что из моей жизни исчез тот, кто не принял мой выбор. Может быть, мы вообще скоро помиримся и все будет как раньше, а может и нет, это все не так важно. Важно, что ты у меня есть.       Девочка довольно улыбнулась, а потом забиралась на руки к Кате, обвивает ее шею руками, сейчас целоваться полезет, вон как глаза хитро блестят.       — Даже если я такая вреднючая? — она задала вопрос уже почти в губы.       — Особенно, если ты такая.