Не могу сказать "прощай"

      Когда на следующий день я открыла глаза, комнату заливало ярким дневным светом. Я села на кровати, потянулась и огляделась, прищурив один глаз. Наконец-то чувствовала себя отдохнувшей. Вчерашний день казался плохим сном. Натянув худи и теплые носки, я прошла на кухню и поставила чайник. Взгляд упал на часы, которые висели на стене, 13:20. Вот все и встало на свои места – я проспала почти четырнадцать часов. Порывшись в кухонных шкафах, я нашла вишневое варенье, которое мама так настойчиво пыталась мне впихнуть в одну из сумок, когда я уезжала в январе. Сейчас я была ей искренне благодарна.       Я сделала себе бутерброды с маслом и вареньем – не самый здоровый завтрак. «Ну, так обедать уже пора», – успокоила я свою взбунтовавшуюся совесть. Мне вдруг вспомнились совместные посиделки на кухне у бабушки, когда мы вот так же вместе пили чай с вареньем. В груди неприятно сжалось – бабушки не стало пять лет назад. На смену мыслям о бабушке пришло осознание того, что я уже два дня не звонила родителям, хотя обычно мы созваниваемся каждый день. Мама знает о моем ненормированном графике, поэтому звонок посреди рабочего дня не должен ее насторожить.       Покончив со своим своеобразным завтраком, я вернулась в спальню за мобильным телефоном. На экране, как обычно, высветилась целая куча уведомлений. Сообщение от Киры. «Вот, блин, я же вчера так и не позвонила ей».       Вчера вечером я сожгла порвавшуюся красную нить с запястья – когда-то слышала, что если нить рвется, то значит, человек столкнулся с большим потоком негатива. Не знаю, правда или нет, но вчера я совершенно не удивилась бы этому.       В общем, вечером мне не хотелось ни с кем разговаривать, поэтому я просто легла спать в совершенно непривычное и раннее, по моим личным меркам, время.       В сообщении я вкратце описала ситуацию Кире и добавила, что позвоню сама, когда буду готова. В чем состоит прелесть дружбы с ней, так это в том, что у нас никогда не бывает обид в подобных ситуациях. Если одной из нас нужно время и личное пространство, другая выждет это время, но, тем не менее, всегда поддержит, когда это потребуется. Пожалуй, это одна из весомых причин нашей многолетней дружбы.       Следующим я увидела сообщение от Антона: «Ты когда-нибудь перестанешь бежать от проблем?»       Я замерла с телефоном в руке. Несомненно, он был прав: я неоднократно сбегала от проблем. И, пожалуй, самым больным последствием такой трусости стало наше расставание. С другой стороны, неизвестно, нашла бы я тогда себе дело по душе. Работу на проекте я считала одним из подарков судьбы, который дает мне возможность заниматься тем, что мне действительно нравится. В голове было много мыслей, я несколько раз набирала и стирала сообщения, но, в итоге, так и не ответила.       Немного успокоившись, я набрала телефон мамы.

***

      Два дня я не выходила из квартиры: сделала генеральную уборку, прочитала книгу, не заходила в соц.сети. «Видимо, именно так приходит старость.»       На третий день мне позвонил Шеминов:       – Привет. Еще не надумала возвращаться?       – Привет. Пожалуй, все же воспользуюсь твоей добротой и выйду в понедельник.       Стас от души рассмеялся:       – Эх, и что с тобой делать?       – Любить, кормить и никому не отдавать. – Парировала я.       – Да кому ж мы тебя отдадим, бедняги вздернутся с тобой, – он хихикнул, а я закатила глаза, – а мы – без тебя.       – Все, все, не подлизывайся. Говори, что хотел, не просто так звонишь же.       – Раскусила. – Стас сразу перешел к делу. – Ты же во время съемок рекламы тоже что-то снимала?       – Д-д-дааа… – я совершенно забыла об этом.       – Отлично, тогда залей в Инсту и Телеграм-канал, если получилось что-то интересное.       – Хорошо, в течение часа будет готово.       – Ты вообще как? – спросил Шеминов после небольшой паузы.       – В понедельник буду огурцом.       – Я не из-за работы спрашиваю.       – Я знаю. – Хоть наши отношения и нельзя назвать настоящей дружбой, но они явно что-то гораздо большее, чем просто рабочие. И в сложившейся ситуации это особенно чувствовалось. – Нет, правда, одиночество идет мне на пользу.       – Одиночество? Ты не в Воронеже?       – Нет, я решила остаться в Москве. Незачем втягивать в эту историю еще и родных.       – Пожалуй, ты права. – Я услышала в трубке, как кто-то его позвал. – Извини, надо бежать.       – Дела, пойми, дела, дела… – пропела я песню группы «Звери».       Стас понял отсылку и снова рассмеялся:       – Именно так. Только без самолетов. Но спасибо и на том.       – Тогда, не смею задерживать. Пока.       – Удачи. – Он отключился.       Закончив разговор с Шеминовым, я открыла рабочую страницу в Инстаграм. Количество отметок фото, комментариев и запросов в личных сообщениях превышало обычное количество в разы. Я ответила на полсотни комментариев и сообщений, не касающихся меня и Антона, остальное же решила проигнорировать. Затем запостила одно видео в ленту и несколько нарезок в сториз.       Моментально посыпались комментарии и реакции на только что выложенные публикации, я снова ответила на некоторые из них. "Остаётся только надеяться, что игнор вопросов на тему меня и Шаста отобьет у них весь интерес."       Приготовившись к новой порции комментариев и сообщений, переключилась на личный профиль. Как только я увидела количество "упоминаний", похвалила саму себя за то, что додумалась отключить уведомления. Кто-то откровенно поливал грязью, обвиняя в расставании Антона и Саши, кто-то отчаянно защищал. Вскоре мне надоело это читать и я запостила в историю фото книги, чашки чая и моего любимого бессмертно-неубиваемого кактуса, который так вовремя зацвёл.       В личные сообщения посыпались реакции; пролистав несколько из них, я увидела новый запрос на переписку.       Как только я открыла сообщение, волосы встали дыбом. Это было упоминание в истории Саши Швец. Я перешла на ее страницу: похоже, что девушка решила пропиариться на расставании по полной, попутно поливая грязью то меня, то Антона. "Ну уж нет, я не буду на это отвечать. Играй в эти игры сама."       Пожалуй, для одного дня с меня достаточно. И впервые за все эти дни я ощутила острое желание выйти из квартиры. Надев любимые джинсы–трубы, мятный худи и зимние мартинсы, я покрутилась перед зеркалом. Вид у меня был отдохнувший, поэтому решила не краситься. Сложив все необходимое в рюкзак, я оделась, натянула шапку пониже на глаза, ещё раз глянула на себя в зеркало: вряд ли меня кто-то узнает.       Через полчаса я уже гуляла в одном из любимых парков. Середина рабочего дня, людей мало. Если бы не февральский холод можно было бы гулять хоть до ночи. Когда поняла, что все же замерзла, решение заглянуть в любимую кофейню пришло само собой.       Повернувшись в обратном направлении, чтобы выйти из парка, я увидела знакомый силуэт, который быстро двигался в мою сторону. Антон.       Заметив меня, он сбавил шаг. По выражению его лица было видно, что эта встреча для него не меньшая неожиданность, чем для меня.       – Привет, – в памяти тут же всплыл наш последний разговор, и мне стало не по себе, – не ожидала тебя увидеть здесь. Тем более, днём.       – Привет. Ты разве не должна быть в Воронеже?       – Я передумала. Видишь, на пути преодоления проблемы бегства от проблем. – Я наигранно развела руками.       Антон недоверчиво хмыкнул, услышав этот каламбур:       – И как успехи?       – Пока не очень. А ты тут какими судьбами?       – Стас отпустил отдохнуть перед предстоящим съемками. Ты, надеюсь, в курсе?       – Да, в понедельник три мотора. Я обещала Шему быть на них.       Какое-то время мы шли в тишине, если не считать мерного позвякивания бесчисленного множества браслетов Антона. С новым порывом ветра я резко вздрогнула.       – Замёрзла? – Повернулся ко мне Шастун.       – Если честно, то да. Как раз шла в кофейню, перед тем, как встретить тебя. – И сама не ожидая от себя, выпалила на одном дыхании: – Если хочешь, пойдем вместе.       Шаст на мгновение замер, похоже, он тоже не ожидал от меня такого предложения, но все же быстро ответил:       – Показывай дорогу.