Ветер Перемен

По возвращению в Алфею Зигфрид санкционировал доступ к собственным каналам связи, дабы запросить прибытие гарнизона Миротворцев. Покрайней мере, это могло бы задержать тёмные силы и дать чуточку больше времени прибыть подкреплениям. Винкс собирались направится на Линфею, где нужно было добыть из Священной Чёрной Ивы воду, которая поможет Фарагонде вернуть свой прежний облик. Не мало пришлось Скайуокеру, который ошалел от этой новости больше всех; было тяжело осознать, что он не успел на помощь, когда это стало кому-то так нужным. Энакин с болью в рёбрах шагал в виделенные Гризельдой покои, дабы там упасть и провалится в сон. Паршивое ощущение, будто сознание колят иголками для шитья. Ещё так глубоко... Он не осознаёт, как мир вокруг него потерял свои краски. Дагоба выбила его с колеи слишком сильно. Не то, чтобы Энакину было сложно, нет, просто его тело требовало восстановление. Так бы хотела Фарагонда. В голове нещадно гудит, что ещё более важно: не просто так. Ему казалось, в его голову лезет червь, который собирается проникнуть под корку его мозга и заставить стать не на ту тропу. К чёрту. Скайуокер больше не примкнёт к тьме. С его уст вырвался болезненный стон, но постепенно, сон окружал его сознание.                                        * * * Гибкая, ловкая, хитрая; у Гриффин было много чего. Самая устрашающая ведьма после гибели Прародительниц и самая… ненасытная. Глубоко в ее костях был голод по плоти и крови, вызванный то ли злым умыслом, то ли удовольствием, или и тем и другим сразу. Это не имело ни малейшего значения.            Голод засел у нее в животе, темная сторона подпитывала все ее прихоти и желания. Извращаться и разрушать, чтобы Магикс сидел пред ею на коленях, чтобы ее уважали и самое главное – боялись. Но не сейчас. Комната в крипте школы казалась ещё более холодной и безжизненной, чем заколдованные Валтором ведьмы. Удивительно, как ещё свет попадал в это Драконом забытое место. Ни одного ориентира. Ни криков, ни звуков теперь. В ушах женщины застывала неподвижность, когда она вяло смотрела в пространство, а во рту горело. – Будь ты проклят, Валтор. – шипит она, словно ненасытная змея, хищница, превратившеяся в жертву своего бывшего союзника. Раздаются шаги. Гриффин не шевелится; обсидиановые кандалы мешают ей, магии в пальцах больше не чувствуется. – Как хорошо, что ты дождалась меня. – мурлыкает Валтор, касаясь её щеки омразительно-холодным касанием... кожи. Рука не была сокрыта в перчатке. – Твои щенки не смогут ничего сделать. – Как и твоя подруга. Она повержена. – хмыкнул твердым тоном маг, приближаясь ещё ближе. Она чувствует, как его колено давит ей в бедро. Слишком больно, но ведьма не издает даже писка, – Крепче, чем я думал. Что ж... Ощущение, что её защита жестоко и вероломно проломлена, выбрасывает ведьму обратно в реальность. Ни одно место не является безопасным, у неё нет убежища, а единственный путь к бегству и свободе скрыт от Гриффин. Может, однажды она разобьет стекло и убьет их обоих. Чем больше она думает над этим, тем более привлекательным кажется ей этот вариант. Единственный план, который пришел Гриффин в голову, но тело замирает прежде, чем что-либо возможно предпринять. – Ну-ну, – цокает он языком со своего места, – хоть тебе и не нужно наказание вдобавок к посвящению, однако я был бы не против этого. Ты слишком хороша для ссадин, – промурлыкал мужчина, протягивая к ней руку и почти задевая висок. Волосы взлохмачены над ухом, и ведьма наклоняет голову набок, в её груди поднимается волна скорее гнева, нежели страха. – Та пошел ты! – шикает она вновь, дёргаясь от порыва, – Сволочь, ты думаешь, что сломаешь меня? Я не дамся тебе, никогда! – Что ты, – выдает наигранно расстроено он, – я не думаю тебя разрушать. – Валтор вновь хватаясь её за шею, душит безпрепявственно, пока ток заряжается в иголке дрона-дознателя, – Мне нужно от тебя твоё согласие. – Ни... когда, – тяжело дышит Гриффин, вновь задёргавшись. Ей критически не хватало кислорода. Маг касается её тела свободной рукой. Прикосновения. Женщина ощущает их на своей коже еще долго перед тем, как все начиналось, и её тошнит. – Примкни ко мне, Гриффин. Вместе мы снова покорим Магикс, – почти гипнотически поёт он, но ментальные щиты жарят его мозг возмездно. Тупой удар в живот вызывает боль, от которой Гриффин выпускает слезу и не может набрать кислорода впредь, – Что, неприятно? Мне все семнадцать лет было неприятно! Удары током поцелили чётко в шею; электричевство идёт по всему телу, заставляя её кричать. Боль выводит на поверхность чувство вины и старые проблемы, сомнения. Ведьма сосредотачиваеться на своей решимости, закрепляясь в мысли, что её вернутся за ним. Иначе она упадёт. В прямом и переносном смысле. Но кому она нужна здесь, одна? Совесть Гриффин впервые кусает её за ошибку, сделанную почти два десятка лет тому назад. Теперь она жалеет, что сейчас одна, здесь, с ним. Очередной разряд тока расслабляет её мысли, возвращая в настоящий момент. – Может ты передумала? – возвращается к своему вопросу Валтор вновь. Гриффин набирается сил, чтобы вдохнуть побольше воздуха. Её ответ не понравится ему, она это даёт гарантом. – Пошел... нахрен! – болезненно шикает она,  плюя чётко в лицо мага. Последнее, что она помнит, так это мощный удар изнутри по всему телу. Ток и ход мыслей Валтора подейвствовали отвратно, вырубая ведьму из сознания...                                        * * * На Линфее Трикс создали феям и Зигфриду просто невероятные проблемы: сначала подбили их транспорт, потом отвлекли Лейлу, Текну и Музу на себя. В итоге, им впятером, считая маленькую Миэли пришлось поднятся к священному месту. Но и там ведьмы сумели напартачить, прокляв это место тёмной магией. Тогда эта вода только ускоряла старение (Энакину бы туда) и умертвяла за пару секунд. Миэли, благодаря Сторми, отправлилась в эту воду с разгону; молнии сделали своё дело. Флора героически рынулась спасти свою сестру, но вода выедала силы юной феи. Так она и получила свой Энчантикс, меняя одно мини-юбку на другую, ещё более открытую по самое "не балуй" (порой считаю Винкс с рейтингом 16+...). Ну что ж, со снятием проклятием и сбором воды в кубок не было проблем. Даже получилось из Трикс девченок сделать, которые с горем пополам, опозорение и мелкие добрались в Облачную Башню. Возвращение в Магикс, к тому самому месту, где находилась заключённая в дерево Фарагонда больше не составляло труда: пару капель под крону всё решили. Женщина со вспышкой превратилась обратно, хваля своих девушек за проявленую смелость и Энчантиксы Музы и Флоры. Скайуокер всё ещё крепко спал, не мог проснутся, даже от зова своего учителя. Весь вечер и практически всю ночь, директор провела возле своего "ожившего" ученика. Она была безумно рада, но сон прерывать не решилась; слишком сладко и крепко спал Энакин. – Я рада, что ты жив, мой небесный мальчик. – шепнула женщина ему над ушко, оставляя трепетный и тёплый поцелуй на щеке. Парень поморщился... поморщился?! В дейвствие приходят первые признаки старения, пару седых волосков не видно из-за того, что луна не освещает его затылок. Фарагонда оставляет юного ученика и возвращается в свой кабинет. Зигфрид уже был там, сонно устроив себе полежаньки на диване. Его храп было едва слышно: мужчина спал крепко. Присувствие женщины он не учуял, потому, как и полагалось, директор выполняла свою тихую работу. Почти ранним утром, ещё до рассвета с Андроса пришла страшная известь: Врата портала были тяжело повреждены негативной энергией, что сподвинуло заключенных творить хаос в Омеге. Если не закрыть воронку телепортации, то весь Андрос и все, что вокруг него есть, в небольшом радиусе, конечно, но превратится в космический мусор. Этого нельзя было допустить, потому, Зигфрид, как только его оповестили, связался с таинственным "Блэком" – человек-тень в штабе Альянса, санкционирующий все операции учёного или других генералов. Между ними занялся зашифрованый диалог. – Что там у тебя? – спросил неизвестный мужчина, лет так пятидесяти. – Андросу угрожает опасность. – отвечает Зигфрид. – По последним данным, там ошиваются солдаты Джаббы Хатта и пираты, связаны с его кланом. – Что на кону? – На кону пачка планет, если не больше. Если портал рванёт – пол-Магикса будет уничтожено, – все с таким же серьёзным лицом вещает учёный, – Нам нужно что-то сделать. – Судя по досье на Валтора, то он представляет для всех нас опасность. Он унесёт своим поступком мильярды. — Потому мой запрос предельно ясен. – хрипло говорит Мёбиус, рассматривая карту Андроса, передая изображение в командование. – Пусть Адамс и Моралес справятся с этой задачей. Помощь... фей будет равноценна? – Принцесса Андроса своих убивать не станет, – резво отвечает Зигфрид, хмыкнув, – Всё-таки в гарнизоне есть мутированые русалки. У нас приказ их только нейтрализировать, но не убивать. – Полк "Бумеранг" отправит к тебе пятый взвод с сержантом Вудсом и Беллом, постарайтесь дейвствовать быстро, пользуйтесь крио-вооружением. Сохраните мир нашим союзникам. Я полагаюсь на вас. – Есть, сэр. Связь прервалась, а по ту сторону Блэк рассматривает фото полковника Моралеса и командора Адамс. Что ж, это миссия будет именно по их командованием.                                        * * * Винкс и Зигфрид ретировались на Андрос, прямиком во дворец. Последний должен был командывать дистанционно всеми прибывшими войсками. Мореходы переносили на себе пехоту и некоторую технику в виде БМП "Страйкер". Таня и Моралес уже инструктировали капитанов полка Бумеранг о предстоящей кампании на Андросе: придётся принять удар на себя удар, чтобы защитить Винкс. Впервые Мёбиус почувствовал себя станционарным генералом рядом с Теродором и Ниобе на террасе; мужчина глядел в бинокль на упаковывающие амфибии и Торы, которые должны их прикрыть. – Мощь Альянса впечатляет, – признался король, со вздохом отмечая, что Совет Магикса так не откликивался, как это делали союзники. – Сколько у нас ещё времени? – Сорок пять минут до уничтожения всех наших задниц. – с усмешкой ответил учёный, тяжело вздыхая; феи тоже направились туда, дабы спасти Магикс вновь, – Вся надежда на них. – Надежда свободного мира от тирана зависит от кучки солдат. – повела плечьми королева, тяжело вздыхая от этого факта. – Они мои самые лучшие бойцы. Довертесь им. Они не подведут. – гордо улыбнулся Игнасио, глядя на разворачивающейся плацдарм для атаки.                                         * * * – Тридцать секунд! – обьявляет боевой оператор, который координировался ситуацией со спутника и связи, линии, к которой подключены все бойцы. В одном из Торов присувствовал полковник Моралес со своим подопечным: загадочный "Белл" всего лишь позывной, но его заслуги выдвинулись как профессионального агента ПАБ и криптографа. Мужчина глянул, как Хосе выкидывает окурок в море, держа свою винтовку. – Хорнет-1, жахните по ним как следует. – спокойно запрашивает авиаудар полковник, наблюдая, как пару истребителей Харриер направляются к островку. – Есть полковник. — ответил один из пилотом эскадрильи; вражеские зенитные орудия обратывают свои цели, но по военному лагерю был нанесён удар. – Юху-у-у! – как всегда восхищенно вскрикивает Таня, – Они их захерачат там! – Приближаемся к зоне посадки. – пронеслось по комуникатору от Аркадио, который дёрнул затвор своей винтовки, – Прикрываем Винкс и убираем гадов, русалок только оглушить! – Рыбоногих не истреблять? – хмыкнул наигранно обиженно Вудс, хохотя, – Понял. Приземление на берег, как и высадка основных отрядов вышла тяжелой: обстрел из миномётов уничтожил пару амфибий ещё до прибытия. – Контакт! – орёт надрыво Адамс, слышны выстрелы пулемётов и туррелей пиратов, а залп артилерии продолжался. Белл метко рассправлялся с подходящими к ним солдатами хаттского клана. – Чёрт, неприятно. – хохочет Вудс, продолжая прятатся за обломками и вести оттуда огонь, – Эти гады нас выдавят, как прыщи с лица. – Тогда нужно выдавить их первее! Всем закрыть глаза! – кидает поспешно принцесса Солярии, отправляя вглубь осторова яркую сферу, которая вмиг разорвалась вспышкой. Таня оставляла дыры в телах пиратов и пехотинцев, прожжённые лазером. Благодаря оглушению, миномётный залп прекратился, дая им ретироватся ближе. – Ага, чёткое попадание, Стелла! – усмехнулась женщина девушке, которая лишь подмигнула этому. Белл продолжал агрессивно прорыватся вперёд, вступая даже в рукопашный бой. Пользуясь ножом, он резал глотки всем, кто попадался, кроме русалок. Как и было приказано королевской семьей Андроса. Винкс с Энчантиксом пользовались пыльцой, чтобы рассколдовать элитных монстров обратно в русалок. – Чудесия прям. – фыркает Вудс, продолжая прорыватся вглубь острова. Плацдарм закреплен, потому прибыли ещё подкрипления. – Хорнет-1 докладывает: готовы нанести удар по нужной позиции. Укажите вашу цель. – Белл, там ещё палатки, ударить надо по ним! – окликнула его Таня, продолжая выпускать череду лазера со своей винтовки. Мужчина взял целеуказатель, показывая чёткую отметину на радарах пилотов. – Так точно, выполняю. Пролетевшие истребители разбили вражеский лагерь в щепки. Кажется, они отступали к деревьям. БМП работали по убегающим солдатам Хатта весьма прилично, почти на поражение. – Вот так им! – две яркие сферы Огня Дракона, под вскрик Блум, летят чётко в одну из миномётных позиций. Девушка отлично справилась с этой задачей. – Метко! – делает добродушний комплимент Хосе ей, следуя дальше, меняя свою позицию. Воронка становилась ещё сильнее, затягивая в себя Торы и истребители, почти унося их обратно в море, только уже металлоломом: времени осталось ещё меньше. Феи обеспокоенно смотрели на разрастающую воронку. – Генерал Зигфрид, ты здесь? Эта штука становится больше. Ты уверен, что мы справимся? – сетовала Муза, что не есть очень обеспокоенно. – Проклятие... – вздыхает тяжело учёный. – Внимание всем дееспособным юнитам: к вам сейчас прибудет Тебок – один из моих колдунов и эксперт в этом регионе – проведите его к порталу. Как только закончите: отступайте! – огласил по каналу связи Теродор, видя, как надежды на спасение тают у всех, но солдаты борятся до последнего. Придворный маг Андроса в скором времени прибыл на Мореходе Альянса: пришлось немного подождать, всё-таки, бой продолжался. Тактический перевес был у союзных войск, но вот внезапность – у местных оккупантов. Тебок последовал как можно скорее к спустившемся феям; он единственный, кто знает, как работает этот чертов портал. Воронка стала ещё больше, отталкивая от себя Музу и Лейлу, заставляя их упасть на землю. Слишком близко к горячей точке. Таня совершила побег вперёд, как и Белл, чтобы прикрыть фей. Вудс помог им поднятся. – Дело дрянь, закройте к чертям эту дыру! – рявкнул сержант, отстреливаясь от окружащих русалок-мутантов холостыми патронами. – Разделяемся: Лейла, Блум, Текна – ведите Тебока к порталу, мы же поможем Альянсу. – решительно кивнула фея природы, помогая солдатам защищатся, заставляя рости плющи магией. Это задерживало вражеский огонь. Мужчине и трём феям выпала тяжелая задача. Ладно там убивать людей, но сейчас можно совершить лишний шаг и погибнуть всем вместе. Лейле было тяжелее всего: это был именно её родной мир. – Остановимся здесь, – вскинул руку Тебок, хмурясь от количевства холодной для планеты энергии, – ближе не подойдём, нельзя. – Тебок, что случилось? – обеспокоенно спросила юная принцесса своего мага, ложа руку ему на плечё. Мужчина повёл плечьми, почти отчаянно вздыхая. – Это во многом моя вина. – Тебок окунулся в воспоминания, как он и ещё два мага запечатывают Врата, ведущие в Омегу, – Много лет тому назад, я помогал закрывать и создать этот портал. Чтобы через него нельзя было сбежать, мы создали на нём особый шифр и заклинание. Это должно было сдержать всякую дрянь, но Валтор уничтожил нашу работу. – Что же, Тебок, – вздыхает принцесса Домино, пемеглядываясь с мужчиной, – давайте уничтожим этот портал тогда. Маг вытягивает с посоха свиток, который содержал этот магический код. Текна была поражена этому языку, пытаясь вспомнить и прочитать древные силуэты. У феи была слишком хорошая память как раз. Девушки взялись за руку. Нужно было направить всю свою магию на уничтожение портала. Текст начинал читатся, а портал становится ещё больше. Кажется, весь Андрос настигло землетрясение, заставляя всех жителей и незванных гостей ощутить на себе этот скачок. – Убирайтесь оттуда, живо! – воскликивает по комуникатору Зигфрид, пока войска озадаченно доистребляли остаток войск врага. Благодаря волшебной пыльце, все русалки вернулись к былой форме, началась массовая эвакуация. Винкс остались на прикрытие. – Что же теперь делать? Свиток улетел. – озадаченно и печально сказала Блум, глядя на своих подруг. Мужчина покачал грустно головой. – У нас пять минут, чтобы покинуть планету! – Мы не можем уйти! Не сейчас! – воскликнула фея морфикса, ошалённо. – Это конец. – разводит руками драматически маг, – Портал стал слишком нестабилен. Теперь он закроется только изнутри. Но даже так... не каждый смельчак захочет рынутся туда. – Нет! – уверенно начала Блум, – Я не позволю уничтожить ещё одну планету, десяток планет. Андрос не постигнет та же участь, что и Домино. – Я пойду с тобой. – Лейла схватила подругу за руку, нежно. Она сейчас ловит себя на мысле, что делает это ради родителей и Энакина. Она делает это ради всего Магического Измерения, – Чтобы не случилось, я хочу сказать, что была рада с вами познакомится. Это мой мир, и я его спасу. Феи уверенно переглянулись с огоньком в глазах. Обеи были готовы отдать все свои силы и направить их во благо. Нужно спасти этот мир, иначе Валтор захватит остальные. Девушки пошагали вперёд, готовясь к самому худшему... Воронка оттакливает их с невероятной силой, и только Текне удалось удержатся на ногах. Девушка уверенно смотрит страху смерти в глаза. – Я пойду туда! Зенитчянка уверенно идёт вперёд. В её голове роилось бесчисленное количество вопросов, слишком много, чтобы решить, какой из них может быть наиболее значимым. Но теперь это уже ничего не имеет значение. Мгновение яркого света показалось вечностью, прежде чем её сознание вернулось в своё материальное тело. Тепло пропало. Текна тяжело кашляла, когда прохлада и давление Омеги приближались. Вокруг слышался дребезжащий звон. Девушка делает ещё один шаг внутрь. Подруги ей кричали, но она больше не слышала. "А я больше не джедай" – она помнит каждое слово Энакина перед битвой с Даркаром. "А я – просто фея" – возникает в её голове, пока глаза закрываются. Тело кажется, собралось разлетется на атомы. Затем яркий свет. Силуэт Текны в этом сиянии темнел, кажется, что-то изменилось. Фея превратилась в Энчантикс. Теперь осталось самую малость; новые крылья справились с ветрянным потоком воронки, дая Текне вылететь за пределы портала. Время, казалось, замедлилось. Сердце феи пропустило удар, а потом заныло с новой силой. Она молча повернулась к подругам, крепко сжимает флакончик с пыльцей. А дальше наступает нечто: Текна ослабила портал своей магией, заставляя того повинится её силе. Воронка медленно втягивается в саму себя, деструктивно. Портал совсем скоро закроется и самоуничтожится. Фея скрипела зубами, отдая практически все свои силы в это дело. Сердце Текны взволнованно колотилось о рёбра, а прерывистое дыхание тихо срывалось с губ. Затем – вспышка. И больше нету такой мощной энергии, вылетающей именно отсюда. Кажется, море успокоилось, а остальные феи приземлимлись к месту проишевствия. Но... где Текна? – Текна! – закричала в слезах фея музыки, подбегая ближе к эпицентру бывшей воронке. Она бьёт по камянной поверхности кулаками, рыдая, – Н-нет! – О н-нет... Она... уничтожила эту воронку. И унесла за ней свою жизнь. – вздыхает тяжело Тебок. Слышится плач фей; маг очень сожалеет такой утрате. Они не окликались на позывы Зигфрида вернутся. "Текны больше нет рядом" — эта мысль прокручивается в голове заезженной пластинкой и ни разу не останавливается. Феи медленно тонут, медленно теряют себя в такой большой потери. Тебок внезапно вскрикивает после активации светового меча и то, как он проходит сквозь него. Фиолетовый клинок круговым движением разрезает плоть и покидает уже мёртвого мужчину. Но феи не смогли среагировать; когда силовые пики захватили их, магия больше не дейвствовала, а мощный всплеск выбил их из сознания. – Ведите их на корабль. Отправим их к Джаббе. – приказчивым тоном вещала Ацина, когда изгладила почти каждую фею по щеке. Что ж, рабство их доломит. Они будут вынуждены приоседенится к Валтору...                                           * * * Дорога на Татуин для них оказалась слишком быстрой: Винкс чувствовали гипер-пространство даже в безсознательном состоянии. Кажется, разговор с кем-то затягивался. Они чувствуют победные чувства ситха, но не могут прийти в себя; лучше пускай спят крепким сном впервые за эти дни. На Андросе им слишком крепко досталось. Корабль встряхнуло перед выходом с гипер-пространство. Руки больно сжимает кандалами неизвестного пока происхождения, но они знают: магии больше нету. Сложно проснутся после такой шоковой терапии, как там тогда. Их куда-то везут, точно! К какому-то Джаббе... Блум приоткрывает глаза, собирается встать, но тело будто не слушается; всё болит слишком сильно. Фея старается выглянуть в тёмный коридор корабля, но развести рук не может: она прикована к чему-то крепкому. Ацина решила последний раз взглянуть на бедных Винкс перед их передачей. Женщина глязеет внимательным взглядом, делясь холодом в глазах, заставляет кожу крытся мурашками. Блум снова отключается. Когда уже Муза приходит в себя, она чувствует, как она находится в неудобном положении. Девушка чувствовала себя скверно, но, очнувшись, не издала ни звука, сдерживая в горле стон. Звуки окружающего мира медленно просачивались в сознание. Тело болело и ныло так, словно по нему прошли не меньше сотни пар солдатских сапог. Муза попыталась пошевелить пальцами и несколько из них медленно согнулись, её кисти... прикованы к каким-то цепям, заставляя при каждом её движении стирать кожу до крови. Фея чувствовала холод; почему-то на ней не было какой-то либо кофточки, лишь какая-то ткань, прикрывающая ноги. Вверх, в особенности грудь, были прикрыты какой-то золотой броней, а шею сдавливало ограничивающее устройвство. Она что-то слышит, стоит ей только прислушатся. – Я надеюсь мы поняли друг-друга, о великий Джабба. – приглушенно говорил Валтор, где-то отдалёно, но девушка его точно слышала. Мерзавец. В её голове была мысль отомстить за Текну, за такую болезненную потерю, ударившую в душу смертельной стрелой. Хатт что-то урчит, а дроид с безразличным тоном перекладывает: – Они будут здесь, как новенькие. Я займусь их перевоспитаением. – Чудесно. Чудесно, мой дорогой друг. До встречи. – довольно промурчал маг, отключаясь от зашифрованого канала. – А-а-а! – внезапно закричала Муза. Её голос теперь снова рвался из горла. Голова дёрнулась вверх, а шею прошила острая судорога. Болезненный спазм скрутил сухожилия и мышцы вздёрнутых вверх рук. Ноги не сгибались, от чего слёзы наворотились с глаз долой по щекам. – Похоже, одна очнулась. – послышался какой-то звон, а чужая тень, как и силуэт показались в размытом взгляде мелодийки. Это был невысокого роста мужчина, который явно нахмурился, – Проклятие, одна в сознании только. Остальные – нет. – Выпустите! – кричала девушка, дёргаясь в неясном порыве злости. Прекрасно, тело ещё больше болит, а собеседник по-чужому приказу уходит. Она осматривает тела таких же закованых, как и сама Муза. Такое же одеяние... Их привезли куда-то в неизвестность, где они никогда не бывали. В яме стало ещё холоднее, судороги хватали ещё чаще, а цепи звенели в безутешных попытках вырватся. Спустя пару минут, Муза услышала болезненный стон пришедшей в себя Блум. Девушка закусила губу, приоткрывая слепленные от холода глаза. Она ещё хотела спать. – Где... мы? – Не знаю. Хрен знает где. – безутешно выдохнула фея музыки, перестая дёргатся; попытки бежать были присечены отстувствием магии. — Слишком... громко. – протянула едва слышно фея света, борясь с соблазном уйти в сладкую негу беспамятства снова, но холод и тьма в реальности не дают этого сделать. Поднимая свинцовые веки, она заметила, что не может встать с той позы, в которой лежит. Даже сесть не может, – Лейла, – окликнула она близлежащую подругу, — очнись, помоги мне! Фея волн не ответила. – Безполезно, – протягивает с тяжёлым вздохом фея музыки, – нас заперли в этом гадюшнике уже как... час чтоли. – Здесь так... холодно. У нас нету магии. – неохотно признаётся Блум, переглядываясь со своими подругами. Она глянула на свой наряд, почти постыдно охнув, – Ч-что это на нас? – Кажется, костюмы. – выдала тихонько Муза, пытаясь ногой дотянутся к Флоре, дабы пошатнуть её, – Фло? Фло, ты слышишь? Фея природы только беспомощно застонала в тот момент. Чувство мрака, смешавшегося со смрадной атмосферой, схожей с плесенью, давила куда сильнее кандалов, не давая оторвать тяжёлую голову от холодного пола. – Мы в полной...яме. – только и вздохнула Стелла, — Чёрт, никогда не хотела оперировать этим, но мой отец узнает об этом и полетят головы! – воскликнула фея света куда-громче, окончательно пробуждая Лейлу, дернувшуюся от ее толчка. – Знаешь, Стелла, по-моему, здесь им всё равно. – проговорила огненная фея хриплым голосом, всё же, намереваясь поднятся, – Что это у нас на шеях? – То, что поможет вам держать дисциплину. – раздаётся грубый голос сверху, а тень – открывает яму, смеясь. Мужчина хватает силовым пайком всех фей сразу, отковав их и поднимая наверх. Муза вдруг вскрикивает, когда её талии касается холодный оков. – Отпустите нас! – рычит фея, но получает хлыстом по ногам, едва не падая к ногам кучки мужчин. – Но-но, дамы. – усмехается видимо, главный их них, цокая языком, – Чувствуйте себя особенными гостями. – Особенных гостей принято хлестать? — ядовито выплюнула фея света, на что остальные глянули на нее неоднозначно. – У всех свои методы принимать гостей. – усмехнулся он, пока остальные сковали фей единой цепью, дабы те друг от друга не убегали. Хоть какая-то привилегия. – Гадюшник. – выплюнула Блум, начиная шагать за мужчиной только потому, что в спину тыкнули списом. Флора оглянулась, все так же сохраняя молчание, будто язык прилип к небу. То же самое ощущала и Лейла. Обе не привыкшие к сухости и жаре феи только и могли делать и молчать, моргая дольше необходимого, надеясь почувствовать в себя хоть каплю магических сил. Цепи влияли на магию слишком сильно; ни тёмная, ни светлая не просачивалась сквозь жилы. Муза слышит эротическую мелодию, сразу начиная отганять от себя плохие мысли. Их же не заставят танцевать перед Джаббой, нет? Девушка оглянулась, увидев, как одной из тогрут после картожных работ не дают воды: на Татуине эта пытка самая мучительная. Но делать больше нечего, все следовали туда, куда следовала Блум. Оказавшись в своеобразном тронном зале дворца, где собрались все шавки Хаттского клана, Винкс переглянулись друг с другом. Всё таки стриптиз... Одна из синих тви'лечек не сдержалась и вырвалась из крепкой хватки цепей Джаббы. – Помогите! Девушка старалась убежать, но под смех мужчин и какой-то птицы вокруг было ли возможно что-то сделать? Её шею проткнули, будто иглы с током; такое же устройвство сидит и на Винкс. Чем больше тви'лечка шевелилась, тем сильнее бил ток, пока та не упала без сознания. Большой слизняк, сидящий у себя на троне, что-то утробно проговаривает на родном языке. Лейла оглянула тело перед ними, сглотнув судорожно. Ну, нет, лучше пусть ее пробьют, чем она тут спляшет. Хотя... в танце боль — привелигия движений, возможно, если ей удастся выхватить хоть одну пику, она сможет засадить ее в эту жабу? Слишком эта мысль была самонадеянной и она это понимала, продолжая стоять столбом. Джабба что-то ворчит, а потом хохочет. Стража его прекрасно понимает, отстёгивая фей от единой цепи. Блум идёт первой, услышав, как за ней волочится другая цепь. Потом подталкивают Флору; наверное, для самой милой феи природы непривычно не чувствовать ничего живого вокруг. Муза снова опустила голову, уткнувшись взглядом в пол. Жуткие образы возвращались, кусочек за кусочком складываясь вместе, как безумная головоломка. Они все стоят вокруг неё, смеются. Удар хлыстом, охвативающий её кисть, выбивает из раздумий, заставляя вскрикнуть. Как-то слишком сильно печёт. Это вынуждает бездумно сделать пару шагов в окну и оказатся рядом с каким-то головорезом человеком, который облизывает свои губы. – Только попробуй. – шикнула фея, но её хватают за цепь и за лицо, заставляя вскрикнуть болезненно. – О нет, – хохочет мужчина, изглаживая грубыми, властными пальцами её щеки, – ты теперь моя. И что захочу, то и делаю. Лейла что-то проговорила на это, что, на каком-то диалекте Андроса звучало, как "чтоб ты утопился". – ...в песке. – добавила она для пояснения, в надежде, что это отвлечет этих мерзких типов от подруг. Уж лучше перетерпеть боль, чем быть униженной и изнасилованной тут, в песках богом забытого место, на глазах у всех. Мерзко. Противно. Но уже не страшно. Не только Лейле. – "Либо же сгорел на солнце, растекаясь мелкой лужицей". — поддержала ее Стелла. Вряд ли у дроида был доступ до старых национальных языков измерения Магикс. Джабба хохотяще переводит взгляд на рыжеволосую фею, хватает её цепь и тянет к себе. Как и Флору. Девушки чувствуют запах нещадного перегара, который туманит взор разума ещё сильнее. Кто знает, сколько они выдержат рядом, просто стоя. – "Когда всё кончится, тварь, я засажу тебе кинжал в гланды." – шипит на английском Блум, неохотно касаясь его мерзкой, слизнивой кожи. Это отвлекает Хатта от цветчной феи. – Чтобы вы здесь не говорили, угрозы вам не помогут. – хмыкает какой-то из чернокожих мужчин, позволяя себе дёрнуть цепь Стеллы на себя. Значит, в его вкусе блондинки. Он отрещённо касается её талии омразительно-холодными пальцами, смеётся победно. Трикс выполнили своё обещание, как и их подружка-ситх. Несколько немолодых женщин, служащие прислугами, вносят на камянных плитах несколько бутылок крепкого алкоголя; их убьют на месте, если хоть одна шелохнётся. От рвотного позыва фею природы спасло только испытание Йоды, с того раза, как по ним ползали червячки и букашки. "Пресвятая Линфея, – подумала она, – к такому ты меня не готовила" – она не шевелилась, боясь соприкоснуться со слизкой кожей Джаббы-жабы, в то время, как Стелла наоборот, не побоялась пошевелиться, врезав с локтя в колени. – Убери от меня свои грязные руки! – Ах ты ж... – шикнул мужчина, пока второй ударяет хлистом по идущей женщине. Плита, как и она, падает к Хатту почти под трон. Тогрута болезненно вскрикивает, когда по ней бьют парочка хлыстов, оставляя ожоги. На вид слишком болезненные. Джабба вновь хохочет и вурчит недлинную речь, пока его дроид переводит: – За каждое ваше неповиновение, каждая из невинных женщин будет страдать. Умоляй, заставь умолять её. Подопеченые Джаббы избивают тогруту, пока та извивается в плаче, виновато и почти злостно смотрит на Стеллу. – П-прошу... Муза не может не повиноватся. Она прекращает хоть какую-то попытку сопротивится. Теперь она жертва обстоятельвств: из-за них не должны страдать невинные люди. – Учитесь уступать. Не смотря на статус. – завершает протокольный дроид. Феи только тяжело вздохнули. В голове каждой звучало только одно: лишь бы это скорее закончилось! Каждое мерзкое прикосновения и зловонное дыхание на коже. Пожалуйста, только быстрее! Их не ищут. Каждая моральная пытка: их же движения. Хочется взять и вырубить всех, но без волшебвства они – никто. Из-за них страдают невинные девушки. Так продолжается до самого вечера: мерзкие касания по их телам отвращают, но Джабба не позволяет им забрать фей. Валтор хотел их живыми, покрайней мере, только Блум. Ночь в яме по контрасту с тёплым вечером ощущались сразу. Их оставили без еды и воды в этих сраных цепях. Дракон бы их побрал всех! Но самое болезненное то, что они не знают, как позвать на помощь. С каждыми сутками, на протяжении всей недели, их водят в какой-то подпольный цех, где всё также жарко. Из-за нечеловеской работы. Здесь женщины физически-тяжело трудятся, а за каждую лентяйку – избивают хлыстами и заставляют удовольтворять физические проблемы мужчин. Впервые Стелла видит такое унижение, но сопротивляется и делает всё, что нужно, чтобы их не постигла та же участь. Флоре не повезло первой: хрупкие плечи линфейки не имели сил, тело требовало воды, только хоть какую-то каплю влаги, больше ничего не нужно. Щеки неприятно пекут из-за пара, практически повсюду чёртов обпекающий поток воздуха! – Я больше не могу. – выдыхает тяжело девушка, падая возле какой-то стойки. Блум старается помочь, но её насильно держут и отпихают. – Флора! – кричит фея, но её рот закрывают клепом, из-за чего слёзы наворачиваются от увиденного дейвства: властно, всепозволительно девушку берут за шею. Линфейка старается сопротивлятся, но всё слишком безполезно; её руки бьют слабо по чужим бёдрам. Грубая веревка впивалась в нежную кожу рук, когда девушка пыталась остановить мужчину. Но это лишь сильнее зажгло в нём интерес. В щеку Флоры уперлось что-то твердое и горячее. Перед лицом мельтешил возбужденный орган головореза. Одолеваемая страхом Флора забилась рядом с ним к стойке. Стальная хватка на руках и тяжелый вес мужчины не давали освободиться фее хоть на миллиметр. Она чувствует и прекрасно видит, как вгоняется чужой орган прямо в гланды. Чувствуется отвращение и приглушеный звук глотания. Флоре не дают перевести вздох, двигаясь туда-сюда. Блум не может помочь впервые своей подруге, как и остальные из Винкс... И так пытка за пыткой. Ничто не останавливает их делать с ними грязные вещи. Утром стриптиз подавай, днём тяжёлая работа, вечером – тоже танцы. И только ночью вымученные девушки могут отдохнуть, хоть и при минусовой температуре в яме. С каждым часом сопротивление спадает, а повиновение нарастает. Их злость мельтешит в сознании; фей никто не ищет уже третий день... Снова чёртовое утро наступило, новый круг страданий, издивательвства и боли. Кажется, у них уже видно кости. Психика нарушается с каждым днём. Никто не может им помочь от голода, пыток и холода по ночам. На их телах синяки становятся всё больше, а мешки под глазами говорят, что они устали, больше не могут это терпеть. И Джабба понимает. Ещё пару суток и они точно дадут воле жалости в себе и покажут повиновение. Валтор будет только этому доволен. Глава клана Хаттов выходит с ним на связь, впервые делая это по-собственной воле. – О, великий Джабба, – раздаётся всё такой же мурчащий голос Валтора, – гости ведут себя там хорошо? Слизняк хмыкнул, переставляя вальяжно бутылку с коньяком на поднос. – О-о-о, – тянет польщёно Джабба, ему нравится, как беспокоятся о рабах. За это можно устроить и неплохой торг, ведь Винкс, по сути, девушки фигурные, а в скором времени характер поступится желанию куска снадобья и воды, – они, кажется, впервые в жизни осознают, что потоги помочь другим, только вредят невинным. Мысли о побеге и надежды тают. У них в душах нарастает терзающий страх, что они никогда не смогут ничего предпринять. Неповиновение придётся сменить уступчивостью, чтобы помочь хоть как-то другим. Я чувствую... вскоре они будут сломлены. – Превосходно. – издаёт довольный смех Валтор, хлопая в ладони размеренно, – Им не устоять перед собственным страхом страдания. – Наш уговор ещё в силе? – спрашивает его Хатт. – Да, мой дорогой друг. Я выкуплю у тебя этих фей. Выставь их в скором времени на аукцион. Набей на них цену. – хмыкнул мужчина, неизвестно, почему так добро. Без Винкс в сопротивлении ему, по сути, ничего не мешает расхищать волшебные архивы всех планет, наращивать магию. Команда Света разделена, феи скоро будут его, а мальчишка-джедай и союзники Магикса скоро будут ему в размер мошек. Что может пойти не так?                                        * * * Энакин просыпается от нещадного чувства холода. Он проспал больше, чем ровно сутки. Ему кажется, что слишком темно. И рядом никого нет. Он совсем один. Тишина разрывает изнутри. Тишина давит снаружи. Тишина душит, только вот задохнуться Скайуокер не рад. Его душа ощущает вновь ту дагобанскую пустоту, будто у него отняли что-то очень важное. Энакин одевается в его потрёпанный комплект одежды: чёрные брюки, туника и такая же роба. Он касается своих мечей, странно поющих именно сейчас; беда с кем-то приключилась. Парень шагает по коридору быстрым шагом, никого не встречает по дороге в кабинет своей наставницы. Все спят, а Гризельда обходит общежительский корпус Алфеи. Скайуокер присмотрелся к часам; по стрелкам он понял, что ровно одиннадцать ночи. Джедай не мог сказать, нравится ли ему сложившаяся ситуация или нет. По сути, его возвращение вышло неудобным, к этому отнеслись весьма спецефически. Энакин перестал глядеть в пустоту только тогда, когда шаги недалеко выбивают задумчивый ритм каблуки. – Энакин, – впервые женщина обращается тихим и мягко-осязающим голосом, – Фарагонда тебя ждёт у себя. – Она уже... пришла в норму? Сколько я проспал? Где Винкс? – Да. – тактически отвечает она на вопросы удивлённого юноши, – Около тридцати часов, наверное. А феи... она тебе сама всё объяснит. Энакин вздрагивает. Если с ними что-то случилось, он спустит шкуру всем. Если с его Лейлой что-то случилось, то он не простит себе, что не смог проснутся раньше. А Фарагонда всё знает... Зигфрид оповестил её буквально, почти сразу после проишевствия. Учёный чувствовал себя паршиво: лучше бы он был там, с ними. Но женщина выступает против, обьясняясь тем, что никто не застрахован от этого. Альянс начал поисковые работы уже, как два часа или немножко больше. Не мало беспокоилась и она сама, королевская семья Андроса и Таня с Моралесом; их вина, что не остались рядом, когда это было нужно. Скайуокер навалом впирается в дверь, дабы открыть последнюю преграду меж ним и его учителем. – Фада, – почти, как лев, рычит парень, – Фада... – его губы плывут в улыбке. Он совсем забыл, почему пришёл в себя; кровь остыла от ядовитой ярости, которая не впервой расстекается по его венам бешенной скоростью. Женщина подняла на парня взгляд, встречаясь глазами: синева с зеленью, возвращая такую же улыбку. Привычный теплый взгляд прошёлся по Энакина изучающе, будто бы на наличие повреждений проверяя. Только после этого девушка кивнула. "Стоп!" Эта Фарагонда явно была не реальной или настоящей, но не в этом времени. Иначе как объяснить тот факт, что костюм начал неожиданно старить черты лица без единой морщинки, обрамленное русыми волосами с единственной седой прядью у виска. Чтобы это за фокус ни был, но она обошла стол, чтобы раскрыть руки для объятий с Энакином. – Фада? – спросил ещё раз озадачено джедай, не понимая, что это случилось. Или это не совсем она. Ему показалось, что слишком много времени прошло, или это сон... Хотя, зная, как Винкс приключенской натурой пошли в свою наставницу, Скайуокер лишь усмехнулся. – Это точно ты, Фади? – парень впервые обращается к ней по имени, без каких-либо "учитель" или "мисс". Энакин выбит с толку слишком резко, но тянется к обьятиям в ответ, – Святые Драконы, ты... – Твоя ровесница? Да, вроде того. Внешне, по крайней мере. Видишь ли, чтобы снять заклинание нужно было несколько капель, а не целый фужер. Щедрые души. – усмехнулась она, обнимая за плечи, пальцами зарываясь в волосы, ероша прическу парня, привычно, – Я не верила своему... чутью. Но так рада, что ты вернулся. Живой. Целый. В порядке. – Да уж. – засмеялся Энакин весело, обнимая своего учителя, сейчас будучи старше неё. Это уж явно, – Я люблю неожиданно появлятся, знаешь ли. – Знаю, я знаю. Хорошо, что пока я не догоню свои годы мне не грозит приступ. – усмехнулась женщина, иронично, отстраняя Скайуокера за плечи, чтобы взглянуть ещё раз в его глаза, – Хотя, я к нему уже близко. – продолжала она, куда более печально, отпуская ученика, чтобы кивнуть на стул, – Садись, Эни. К сожалению, есть не самый приятный разговор посвященный насущным проблемам. – Что я проспал? Много пропустил? Где девочки? – спрашивал Скайуокер, уже явно серьёзно, судя по... морщинам. Теперь эта особенность проявилась на его лице из-за проклятия равновесия. Пока что это можно списать на стресс, но Энакин чувствует, как меняется его организм, – Что случилось, учитель? – Слишком много, чтобы воспринять спокойно, - вздохнула женщина, надавив ему на плечи, – Садись, милый, садись. Она отвела взгляд, отступая к краю стола. — Андрос оказался под угрозой уничтожения, из-за открытого портала в Омегу.... – начала Фарагонда ощущая тяжелый груз на плечах – Один из полковников Альянса мне рассказывал об этом. – вздохнул Энакин, отводя неспокойный взгляд в сторону. Подумав, что сейчас будет что-то важное, парень вернул более готовый ко всему взор на фею, – Это связано с Винкс? Что там случилось? – Текна завершила свое превращение. Она сумела остановить разрушающую мощь Омеги и спасла пол измерения... Правда, она об этом не знает. Портал закрылся вместе с ней. – протянула директор, пока перед ее взором предстали кадры с битвы на Домино, когда Оритела и Марион засосал всеочерняющий портал Обсидиана. История повторяется, – Но есть и ещё кое-что... – Не молчи. – вздыхает Скайуокер. Потеря ударяет по сердцу мощным шквалом молний, а душу метит град. Ему казалось, он был совсем не готов к этому. Энакин чувствует эмоции своей наставницы, взяв её руку в свою, понимающее. Женщина тем временем перевела взгляд на компьютер, после – на средство связи. Те предательски молчали полностью разрушив ее надежды смягчить новости чем-то, что поможет исправить ситуацию... но все, что смогла – Энакину сжать пальцы. – Девочек забрали. Я не знаю кто. Не знаю куда. Андрос беспомощен, как и Солярия. Альянс сбился с ног, магического следа нет, я не чувствую магии ни одной из них. Только всплошная неизвестность и огромная головоломка. Мне очень жаль, Энакин... – Крифф бы его побрал. – шикнул джедай, чувствуя, как волна злости болезненно укутала его тело. Слышен скрежет зубов юноши, но ярость отступает, сменяется покоем. Энакин выпускает видную дрожь, сердце колотится очень быстро. Дыхание стало слишком сбитым, как и вмиг оказался таким же поверженным стрелой Скайуокер. Это дело рук Валтора. Парень с силой закусывает губу, дабы соовладать с собой, – Альянс сейчас там? Женщина на это только беспомощно кивнула, глядя на парня внимательно. – Фада. – сцепил зубы он, чуть сильнее сжимая её кисть, повторяя, – Альянс там? Женщина кивнула снова, считая, что Энакин не заметил. Или это она не шелохнулась, привыкнув к обездвиженному бытию в стволе дерева. — Альянс ищет их по единственной зацепке: сообщнице Валтора и неизвестным стражам. На Андросе. – озвучила Фарагонда, более членораздельно. – Так и знал. – прорычав утробно Энакин, отпуская из хватки руку девушки перед собой. Кажется, он отшатнулся, но удержал равновесие, поднимаясь, – Отправлюсь туда и разузнаю всё подробней. Женщина не стала ему препятствовать. В конце концов, не было смысла удеживать Скайуокера, если сама она должна была оставаться на месте, обеспечив безопасность остальным феям. Фарагонда почувствовала тупой укол в сердце. Предчувствие было плохим. Скайуокер запросил весьма неожиданный звонок с Салладином. Для мужчины это стало отрезвителем в последние дни: судя по стрессу (а он большой) и бутылке рядом, директор неплохо так глушил озадаченность. То, что случилось на Андросе, не было известно команде Ская, но именно их Салладин приставил к бывшему ученику. Их транспорт готовился к взлёту. – Проклятие. – выдавил из себя Ривен, работая сразу за двоих; Ская и Брендона не было здесь, они ещё на Эраклионе. Скайуокер взглянул на парней с тяжёлым вздохом, чувствуя, как грудь неприятно кольнуло. – Нужно разузнать, что там. – джедай сел в кресло второго пилота, помогая Тимми управлять уже Совой. Флагман понадобится для долгих поисков сразу за всеми разделёнными Винкс.                                         * * * Неугомонная буря на Андросе наконец-то прекратилось, впервые за эти дни выглянуло солнце. Но оно было совсем холодным, почти негреющим; следов битвы и неизвестных трупов осталось слишком много. В какой-то момент, один оступок сил Альянса решил судьбу Винкс, в то время, как одна из них спасла пол-Измерения, если не больше. Облёт "Детей Бури" продолжался. Шаттлы с поисковыми отрядами ничего не находят, свидетели только души пристреленных пиратов. Кажется, Белл сообщает Моралесу, что больше ничего нет. – Тебя понял. – отвечает Хосе, задумчиво, – Ваше величевство, ваша дочь, как иголка. Не хватает стога сена для полной картины. Теродор неожиданно вскипает, начинает вновь мерять шагами тронный зал и комуникационный пункт Альянса. Слова полковника его изрядно зацепили. – Если бы не ваше отступление, ничего бы такого не было! – недовольно рычал король, почти выхватывая меч с ножнИц. Мужчины встречаются пылкими взглядами. Обе стороны можно понять: один потерял бы миллионы жизней, не выполни бы он приказ, а второй утратил связь со своей дочерью. – Так, – Зигфрид встаёт между ними, разведя ладонями, – мы все допустили оплошность. Нужно понять, где мы ошиблись. — О, я знаю, где. Отпустив дочь в Алфею год назад. – покачала головой королева, впиваясь во всех присутствующих яростным взглядом, пока парень, сопровождающий их величества, тактично не мешая до этого, выступил вперёд. – Возможно, если совместить вашу технологию и немного магии, – протянул он, опуская посох на мраморный пол со звонким стуком, – мы могли бы найти быстрее. Скажем, взять образец магии ее высочества и личной вещи, дабы создать пример индивидуальной неглушимой сигнатуры, вы могли бы использовать это как поисковой импульс? Есть у вас датчик, совместимый с магией. Женщина глядела на него, точно так же, как и на остальных и факт не меняло даже то, что она сама оповестила Набу. Меньше всего сейчас хотелось суеты и больше всего – результатов. – Парниша дело глаголит. – хмыкнул Хосе, пока Таня взглянула на него тактически-молчаливым взглядом. Что-то было в этом пареньке не так, она это почему-то хотела чувствовать, – Док, у нас есть такие прибомбасы? – Поисковой импульс. – выдыхает Зигфрид на этой фразе, тут же печально усмехаясь, – Если мы не могли обнаружить её магический след, то мы не узнаем даже по вещи. Нам бы человека, который может заглянуть в прошлое... Прозвучали чьи-то громкие шаги, прежде, чем подслушивающий Скайуокер окликнул присувствующих. – Возможно в этом я могу помочь. Король Теродор шокировался узнаваемому голосу мальчишки, который раньше был занозой. Они перевстретились холодными взглядами, но покрайней мере, мужчина поубавил пыл. Верхушка Альянса здесь была осведомлена, что юный джедай всё ещё жив. За ним скрывались и Гелия, и Тимми, и Ривен, готовые помочь – Салют Скайуокер, – взмахивает рукой полковник, зажигая с помощью непотушеного огонька в пепельнице новую сигару, – постучался бы хоть. Моралес делает плавную тягу, при этом выдыхая едва видный дым. Запаха почти не было, видимо, учёные союзников научились делать такой беззапашной никотин. – Оставить разговоры. – решительно холодно возвращается к теме джедай, скося взгляд на Набу, которому мягко он кивает, – Докладывайте, что у нас тут. – Операция "Гамартия" прям. – Таня имела ввиду, что сначала всё было хорошо, пока не стало слишком хреново, – Мы прочистили остров и провели Винкс к порталу. Как утверждает спутник, портал Текна не только закрыла, но и уничтожила. Зигфрид вмиг подхватывает её речь,  решаясь оповестить о новости похуже. – Она погибла, Энакин. Винкс попали в плен, но мы не засекли магической активности или корабля: Ацина явилась будто из воздуха. Теперь мы не можем найти ни ту, ни других. Тимми заметно корчится, сжимая руки в кулаки. Этакая новость, подтвреждённая самим учёным, ударила ему под дых слишком сильно... и больно. Парень всплакнул, из-за чего взор заметно ухудшился. Он не покажет своей грусти, знает, что его никто не поддержит. Адамс только ложит ему ладонь на плечё, понимающее. Тимми знает, она ещё жива. Узы между ними не разорваны, но застыли, как лёд в озере, посреди холодной зимы. – Рад видеть тебя снова, Энакин. Чем ты поможешь? – снова вздыхает Теродор, уже спокойней глядя на раздумивающего Скайуокера. Энакин вновь поднял взгляд на мужчину, помолчав пару секунд. – Есть одна идея. Но мне нужна магическая помощь. – Значит, Энакин. – протянула королева, ядовито холодно, оглянув парня с ног до головы. Если стражи в бытность его с Лейлой детства, относительного, болтали, что принцесса внешне была похожа на королеву – они были несомненно правы. Если проходил слух, что дочь и мать имели схожие характеры – то была откровенная ложь, – Все ясно, – резюмировала ее величество, неопределенно, скосив взгляд на полковника, – пожалуйста, ограничьте меня от дыма. Станет воздух суше – к общим проблемам добавятся мои задышка и обморок. – Я и магия моя полностью к твоим услугам, – склонил голову молодой маг, приветливо протянув руку для пожатия джедаю. – Да, думаю, сработаемся. – окидывает добродушным взглядом Энакин паренька, пожимая ему руку в ответ, – Отправимся к тому острову, где было проишевствие. Моралес, составишь компанию? Полковник был удивлён словам джедая, явно он не хотел насолить дымом королеве. Так думал покрайней мере сам Хосе о Энакине. Эта тройца последовала на выход со дворца, пока Теродор пытался сосредоточится. Где-то там, в Далёкой-далёкой Галактике, должна быть его дочь.                                        * * * Энакин ещё раз прослушал подробный рапорт Зигфрида в записи, изучающее глядя на остров, где пехота Альянса уносила трупы в одно место. Поисковый отряд, как и элита подводного мира, так и не нашли следов Винкс. Скайуокер первым ступил на сушу, оглядывая трупы. Джедай подошел к ним ближе, оттягивая одного, дабы схватить пальцами за лицо, грубовато. Осмотрев тело, Энакин вспомнил, что такие вот гады были членами клана Хатта. – Омерзительные твари, неправда? – доносится сзади от Хосе, курящего уже вторую сигару за эти пятнадцать минут, – Кто-то знакомый? – Чёртовы Хатты. – потвердил Энакин, отстраняясь от кучки трупов, возвращаясь взглядом к Набу, – Веди меня, где было место проишевствия. Парень ловко перескочил через несколько каменных ступеней, куда лучше Саладина показывая, какие выкрутасы поможет вытворить посох. Останавливаясь у места, бывшего ранее воронкой, он присел у тела придворного мага, погибшего от рук Ацины первым. Крестообразно сложив его руки на груди, он пальцами закрыл его веки, глянув на Энакина, он безмолвно спросил, нужен ли труп мага для совершения этой идеи. Видимо, он считал необходимым нечто сделать при ответе отрицательном. Парень присел около тела тоже. Он изучил дыру в груди погибшего мужчины, поведя по нейй своими пальцами. Скайуокер тяжело вздохнул. – Отправь его тело к миру лучшему. – произнёс джедай, после изучения следа, несущий свет: здесь была видна рука Ацины. Парень переходит изучать потресканное место в поверхности, где ранее сочилась негативная энергия. Уже горящий лиловым светом посох с готовностью ударил о камни, пока тело мужчины будто в мгновение изгорело, а прах его, подхваченный лёгким ветром пронесся, подхватывая, унося вперёд, рассеивая по воде. – Пусть волны примут тебя, как равного, учитель. Покойся с миром. – прохрипел все ещё оставшийся безымянным маг, присоединяясь к осмотру местности. Магия мягко струилась сквозь него, в надежде уловить хоть малейшую перемену в сигнатуре, хоть какую-то зацепку о случившемся. Чувство потери, так знакомой Энакину, разразилось по душе агонией. Квай-Гон... – Давай попробуем сосредоточится? – мягко обратился Скайуокер к нему, присаживаясь на колени перед местом бывшей воронки. Джедай думал, раз сработало тогда в поисках учителя, то и здесь должно получится. Парень вытягивает открытую ладонь перед собой, заметно морщась. – Обрисуй, будь добр, что требуется. – откликнулся парень, усаживаясь перед ним в позу лотоса, протянув руку так же. – Отправляй в меня часть своей энергии. Я попробую сквозь неё глядеть в пелену прошлого, того, что случилось. – говорил спокойно джедай, замечая, как тон звучал чуточку иначе. Он слишком быстро меняется, с этим нужно будет что-то сделать, но позже, – Ты готов? Если да, начинай. – Неплохое умение. – признательно хмыкнул он, высвобождая часть сил для джедая, кругом магической пелены, как туман. Хоть ножем реж. Энакин заглянул в беззвучное пространство, направляя туда свою сушность в Силе. Парень не должен совершить оплошность, или это закончится последним шансом на победу. Скайуокер открывает глаза, оказываясь в чёрно-белом кино. Он не слышит ничего, но прекрасно видит размытые силуэты: сначала Текны, потом и вдруг появившейся Ацины. Она прожигает грудь Тебоку и выключает световой меч, стражники берут в плен Винкс. Всё бы было неизвестно, будь Энакину неведомо всё в этих безликих мужчинах и оружии. Но он то всё знал... И осознание, к кому их увели ставит по угрозу дальнейший сеанс ретроспективы. Скайуокера выбивает что-то мощное, а крик остаётся в голове, как призрак, на пару секунд. Парень потерял контроль, дёргаясь в наседающем напряжении. Сейчас он чувствовал себя таким опустошённым, что ему было наплевать на то, что маг увидел его слабость. Неприятное предчувствие свернулось где-то под сердцем. Энакин ещё раз попытался прийти в себя, на этот раз – удачно. – Проклятие. – выдохнул тяжело Скайуокер, опуская потяжелевшие вмиг веки. – Ты в порядке? – медленнее, вероятно, не в первый раз спрашивает его маг, в это раз положив ладонь на плечо, – Энакин, верно? Ты слышишь меня? Парень ещё раз пытается протереть свои глаза, сминая повторяющейся картинки со своего взгляда. В ушах появляется запоздалый плач девушек, который отрезвил юношу. – У меня две плохих и одна хорошая новость. С какой начать? – Все обычно начинают с плохих. – пожал плечами собеседник, протянув джедаю ладонь, чтобы помочь подняться. Он поморщился, ощущая исходившие от него тревожность и боль фей, – Мне лучше, чтобы ты сказал все и сразу, в любом удобном порядке. – Текна жива. – ответил Скайуокер с заметным облегчением, но снова окунулся в печаль, – Если коротко, то я знаю, к кому отвезли девушек и Лейлу. – выделил важным тоном парень последнее имя, болезненно вздыхая. Он знал, что нужно сказать дальше, но слова не вырывались с уст. Лишь надавив на грудь пальцами и поднимаясь, Энакин последний текст просто выплюнул наружу, – Я не знаю, куда именно. Но я знаю одно: это рабство. На секунду парень задумался, стискивая зубы с такой силой, что жилы заиграли на лице, пока он вздохнул, собирая все самообладание, чтобы говорить спокойно. – Значит сообщим новости и вычислим места, где может процветать рабство и промышлять пираты типа этих, пока не найдем принцессу, – так же как и Энакин, выделил последнее слово он, – и ее подруг. Нужно искать и чем быстрее, тем лучше. Нельзя допускать, чтобы хоть волос упал с их голов, или того хуже... – он не закончил. Но все и так понимали, что парень имел ввиду. Кем бы он ни был, но странно в нем сочеталось спокойствие и решимость. Интересно, всех магов так дрессируют? Скайуокер на этот вопрос не дал ответ. В один момент, он ощутил себя на месте Лейлы, будучи "мёртвым" для всей Галактики. Теперь его сдержанность – единственное оружие для самообладания. Энакин сделает всё, чтобы найти Текну и остальных.