хорошо справляешься

Минхо выбежал из дома, едва вспомнив надеть куртку и обувь; быстро завёл двигатель, не дожидаясь прогрева машины. На улице было темно, а снег не прекращал падать, затрудняя видимость дороги. Ли думал только о состоянии Хёнджина и о способе быстрее добраться до его дома. Машин, к счастью, оказалось немного; Минхо разгонялся быстрее положенного и нетерпеливо проезжал на красный свет светофоров. Через десять минут в огнях фонарей парень увидел дом семьи Хван. Его сердце бешено стучало от волнения, а дыхание перехватило. Хёнджин не отвечал на звонки и сообщения. Было страшно. Страшно подумать, что младший сейчас чувствует. Подъехав к ограждению, Минхо сделал глубокий вдох и выбежал из машины. Он позвонил в домофон, но ответа не последовало; стук в дверь также не привёл к успеху. Старший готов рвать волосы на голове и лезть прямо через эти чёртовы ворота, лишь бы его впустили. Но после очередного, казалось, безуспешного звонка, послышался голос: — Кто вы? — мужчина говорил спокойным и тихим голосом. — Я должен попасть к Хёнджину. Я его друг, — Минхо пытался быть невозмутимым, но дрожащий голос выдавал его волнение. — Извините, но его нет дома, — мужчина лгал. — Блять, откройте эту дверь, — Ли сорвался на крик, — вы хоть понимаете в каком он сейчас состоянии? Вам хотя бы каплю не жаль собственного сына? Через нескольких секунд молчания послышался звук, отворяющий дверь во двор, а впоследствии и в дом. Минхо забежал внутрь, мысленно пытаясь понять, где находится комната Хвана. Помнится, он писал, что она на втором этаже. — Дорогой, что за шум? — в прихожую вышла женщина с бокалом вина, — а вы кто? Ли бросил на неё взгляд, полный презрения и, найдя взглядом лестницу, ведущую вверх, побежал прямиком к ней. — Я что-то не поняла! Куда он побежал? — возмущённо визжала женщина, — ты кого впустили к нам в дом? Минхо не услышал, как мужчина объяснялся, потому что увидел перед собой несколько дверей. Открыв первую – там оказалась ванная, следующая была заперта, а из третей тихо доносились всхлипы. Ли тут же отправился к ней; зайдя, он увидел парня, сидящего у стены и обхватившего собственные колени. Лампа тускло освещала его худенькое и сжавшееся тело. Хёнджин не слышал, что кто-то вошёл, продолжая тихо плакать. — Боже, я так испугался за тебя, — Минхо упал на колени, крепко обняв парня и поглаживая по мягким волосам, — солнце, я тут. Я с тобой. Ты не один. Хёнджин не испугался и не был удивлён, что Минхо прямо тут и приехал так быстро, он просто обхватил его руками и зарыдал еще сильнее. Голова разрывалась от боли, глаза опухли так, что держать их открытыми уже не оставалось сил. — Я понимаю, тебе очень больно, хочется убежать отсюда и никого не видеть; и твоё сердце, вероятно, разрывается от несправедливости. Но знай, что теперь я буду именно тем, кто всегда тебя поддержит, — Минхо успокаивающе шептал, — посмотри на меня, солнце. Хёнджин медленно поднял голову, посмотрев на парня перед ним; Ли увидел, как брови младшего сведены к переносице, образуя морщинку; глаза полны скопившихся слёз, а опущенные уголки губ подрагивают, пытаясь сдержать надвигающиеся эмоции. — Ты больше не услышишь подобных слов. Я не позволю этому случиться, — твёрдо говорил Минхо, — я заберу тебя. — Ты не обязан этого делать, — хрипло ответил Хёнджин, опустив голову и вытирая скатившиеся капельки слёз. — Я искренне этого хочу, — Ли осмотрелся, — где твои вещи? Бери самое необходимое и поехали; дети уже ждут тебя, — поджав губы, Минхо тепло улыбнулся. Хёнджин переоделся в удобную одежду, собрал нужные вещи; Минхо удалось его успокоить и убедить в том, чтобы младший пожил немного у Ли в доме. — Я всё ещё жду объяснений! — парни спускались по лестнице, направляясь к выходу, — кто вы такой? И почему ворвались в наш дом? — женщина быстро шагала за ними, заслоняя проход и смотря надменным взглядом. Видно, она до сих пор не ощущала никакой вины. — Как жаль, что в должное время на вас не обратили внимания органы опеки, — остановился Минхо прямо перед её лицом, крепко сжав руку Хёнджина, который спрятался за его плечом и пытался не вспоминать случившееся, — многие дети мечтают о родителях, которых у них нет, мечтают о любви и заботе самого родного человека. Но, к сожалению, у них забрали все надежды и мечты, которые долго таились в сердце. У вас же была такая возможность — подарить своему ребёнку любовь и счастливое детство; но вы решили жить в своё удовольствие, не беря ответственность за разбитое сердце и состояние сына. Вы противны и ничтожны в моих глазах. После этих слов Минхо отодвинул женщину, быстро открыл дверь и, обхватив Хёнджина за талию, повёл к своей машине. —Прости, что тебе пришлось участвовать в этом; мне жаль, что ты услышал всё, — тихонько произнёс младший, сжавшись на переднем сиденье машины. — Ты не должен извиняться, Хёнджин, — Ли быстро кинул взгляд на Хвана и продолжил: — Ты заслуживаешь счастья и любви, заботы и нежности, а то, как поступали твои родители в корне неправильно и неприемлемо, — Минхо зло сжал челюсти. — Можешь чувствовать себя, как дома; ни в чём себе не отказывай. Квартира Минхо была небольшой и всего лишь с одной спальней, поэтому кому-то придётся ютиться в гостиной. Но Хёнджин был совсем не против и диван в небольшой комнатке казался довольно удобным, хотя явно был коротковат для длинных ног парня. — Я пойду сделаю нам чай, а ты пока снимай куртку, — заботливо произнёс Минхо, — дети, быстрее бегите встречать нашего гостя! — три полных пушистых кота тут же выбежали из соседней комнаты. Хёнджин снял огромную куртку, присел на пол и с тёплой улыбкой погладил первого котика. Ему всё ещё было больно, но забота, которую дарит Минхо, заглушает эту боль, потихоньку склеивая разбитое сердце парня. Глаза всё ещё опухшие, а голова кажется ватной; но плакать уже не хочется. Хван сидел напротив окна, а справа от него стоял серый диван, окружённый растениями. Они были повсюду! Маленькие кактусы, огромные пальмы, раскидистые, словно деревья, в больших горшках и с листьями, похожими на щупальца. Над диваном висит картина со странной композицией, но она так вписывается в интерьер, что содержание на ней никак не отталкивает. Но есть то, что Хёнджин никак не мог принять... — Хён, — обратился к только что вошедшему Минхо, —но, а как же ёлочка?Гирлянда? — шмыгнул носом и жалобно посмотрел на старшего, — ты совсем-совмем не украшаешь дом? Но ведь завтра уже канун Рождества. Ли увидел перед собой ребёнка, такого искреннего и с неподдельными эмоциями. На лице младшего можно прочесть мольбу. — Обычно я не украшаю, — пожал плечами старший, поставив кружки с горячим чаем на небольшой столик, — но мы можем украсить, если ты хочешь, — Минхо подумал, что было бы неплохо сейчас отвлечь Хёнджина, — но есть одна проблема – я не уверен, что у меня остались какие-то украшения. — Что правда - правда? — Хёнджин вскочил на ноги, — мы можем украсить? — Правда, — усмехнулся такой реакции Ли, — но что насчёт украшений? — Хён, ты когда-нибудь делал снежинки? — весело спросил Хван и, услышав отрицательный ответ, сказал: — Что правда? Тогда буду учить тебя! Неси ножницы и бумагу! — командовал Хёнджин. Целый час Минхо пытается сделать что-то похожее на снежинку, когда Хёнджин вырезал, как думает Ли, уже сотую бумажку. Кажется, младший научился быстро менять свои эмоции; даже та ситуация, произошедшая буквально пару часов назад, не отразилась и в нотке настроения парня. Хёнджин был радостным и весело посмеивался над старшим, когда у последнего ничего не получалось. Но Минхо чувствовал, что на самом деле в душе у парня. Там ураган и буря угнетающих эмоций. — Ну-у, Минхо–хён, — протянул Хёнджин, — я ведь сказал тебе отрезать с другой стороны! — засмеялся младший и со вздохом принялся показывать заново, —смотри, делаешь вот так и отрезаешь совсем немного... С горем пополам у Минхо всё же удалось сделать несколько кривых снежинок; ушло много сил и смешков Хвана, чтобы всё получилось. Они украсили квартиру, развешивая повсюду ненужную, по мнению Ли, бумагу. Но, если это является причиной улыбки младшего, то он готов хоть всё усыпать ими. — Хотя бы так, — Хёнджин довольно кивал собственным словам, удовлетворённо поджав губы и осматривая комнату оценивающим взглядом, расставив руки по бокам, как это обычно делают беременные женщины.