Следствие вели...

      В морге всегда спокойно и тихо, а ещё очень душно… Даже слишком. Да, от воздуха холодильника атмосфера царит будто бы влажная, сырая, как в старом земляном погребе, но душит Риндо отнюдь не холод. Тёмные стены и одиночество давно являются спутниками судмедэксперта, однако, непонятно отчего, стали жутко нервировать и раздражать. Кажется, Харучиё слишком сильно влияет на него.       Давно уже выполненная на 150% работа валяется в ожидании своей «поездки» в главный корпус. Юноша расстилается на столе, лениво потягивается, забывшись в собственных раздумьях, и слышит богатый и длительный треск позвоночника.       – Твою ж- – в зобу у фиалковласого дыханье спёрло, а боль острым мечом вонзилась прямо в костный мозг. Парень жалобно скулит, очень медленно прогибается и вдыхает малое количество воздуха через зубы.       Слишком давно Хайтани младший не занимался физкультурой. Раньше, в молодости, он был полон сил и энергии, посещал клуб, где занимался стип-пластикой, ведь ему нравится это направление хореографии, устраивал утренние пробежки, разминки в парке… А что теперь? Сидит в тесном помещении, заполняет бумажки, передвигается на машине, напрочь позабыв о спорте, курит, пьёт. В общем, практически не шевелится. И это пагубно влияет на весь его организм. Благо хоть «ночные марафоны» спасают хоть как-то ситуацию, а то наш любимчик давно заплыл бы жирком.       – Н-да-а, не дело это… Вот так в 27 лет страдать, – с досадой тянет патологоанатом, вернувшийся к умению дышать и функционировать, чешет шею и взмахивает рукой, мол «да ну это всё!».       Молодой человек идёт в общий с Харучиё кабинет, где из шкафа достаёт чёрный, свёрнутый в небольшой кулёк пакет, смахивает с него пыль и вытряхивает содержимое на диванчик. Из пакета на пуфик приземляется темно-фиолетовый спортивный костюм, который Риндо на себя натягивает с кислой миной, и любуется своим видом перед зеркалом. Да, он не любит этот костюм из-за того, что Ран когда-то сделал на груди золотыми нитками маленькую глупую нашивку «Ринни от любимого братика~», но, чёрт побери, как же судмеду идёт этот наряд! А как он его стройнит! Словами не передать!       Наконец, собравшись с силами и наполнившись волей, юноша переступает порог всеми забытого спортивного зала в пристройке главного корпуса.       Или не всеми?       – М? – эхом отражается мягкий женский тембр, большие золотые глаза смотрят с недоумением, которое поспешно меняется на игривость. – Добрый вечер, – здоровается девушка, явно задумавшая какую-то авантюру.       – Добрый, – отзывается скупо вошедший, собирает резинкой волосы в шишку и вздыхает тяжело. Очень уж хотелось ему, чтобы помещение пустовало, чтобы наедине с собой повспоминать былое, позаниматься. Однако у судьбы всегда свои планы.       Хотя… Вряд ли Юзуху можно громко назвать «судьбой». Просто эта леди не привыкла сидеть и дурака валять. Она всегда следила и будет следить, что за общим здоровьем, что за идеальной, подтянутой фигурой. У Шибы давно появился ритуал: после тяжелой трудовой деятельности за стопкой документов она каждый вечер являла свой лик родному спортзалу. Это очень помогало снять моральное напряжение, а заодно и физически себя натаскать.       – Ты какими судьбами тут, принц морга? – отшучивается оперуполномоченная, с лисьей улыбкой уверенной поступью приближается к коллеге и локоны в высокий хвост собирает.       – Принц морга? – усмехается в ответ «знать», ладони на бёдрах размещает, склоняет голову к плечу и окидывает оценивающим взглядом персону перед ним, ловя на себе точно такой же взор с чужой стороны. – Довольно-таки милое прозвище. Оставим, – выносит вердикт он и потягивается демонстративно, прохрустев позвоночником, затем крутит шеей, что словно эхом вторит звук, также запястьями и коленями, присев и поднявшись. Шатенка проследила за показом и покачала головой. – Вот такими я тут судьбами. Засиделся в своём Царстве, вот и пришел размяться да проверить не потерял ли былую растяжку.       – Великий Аид решил подняться к нам, жалким смертным, ради своего же блага. Очаровательно, я бы сказала, – с иронией тянет мисс и закусывает губу, всё ещё решая, стоит ли проворачивать то, что рисует в голове её воображение. – Не поверишь, но в этом мы с тобой похожи, как две капли воды, – она приглушенно смеется с лёгкой хрипотцой, скользнувшей буквально секундно.       – Вот уж не думал, что буду схож с такой изящной леди хоть в чем-то,~ – Хайтани флиртующе подмигнул старой знакомой, параллельно завёл руку за голову, второй потянул себя локоть, а затем повторил всё то же, только зеркально.       – Как ты смотришь на парную йогу? – Юзуха сверкнула золотом глаз, словно кинула парню вызов, и сделала выпад вперед, пружинно покачиваясь на одной, а затем, сменив положение, и на другой ноге, держа ладони на коленях и чуть выгибая спину.       – Парная йога? – хмычет специалист по трупам и передёргивает плечами, играя бровями. – Звучит как нечто интимное, – ловит неуверенную улыбку не оценившей подобного выкида деве и закатывает глаза, цокнув языком. – Да я пошутил. Отлично смотрю. Но ты уверена, что завтра не развалишься от болей?       – Тот же вопрос могу задать тебе, – подхватив волну лёгкой беспоследственной романтики, играючи язвит та и продолжает разминку наклонами. – Заметь, это не я сижу 24/7 в морге. Посмотрим, как ты во время самого процесса запоёшь.       – Ожидаешь, что я буду выть и просить пощады? – расположившись напротив опера, Риндо сложился на пополам, крепко обняв ноги и даже не согнул коленей. – Дорогуша, я хоть и сижу там, иногда приходится делать небольшую зарядку около кушетки. В ином случае я бы пришёл сюда с горбом на спине.       С губ женских в очередной раз слетел мягкий смешок, а сама она опустилась на пол, осев в поперечном шпагате, потянулась вперёд, как кошка, собралась обратно и подпёрла щёки кулаками.       – Давай, садись напротив. Поболтаем некоторое время в таком положении.       Хайтани младшему очень повезло, что он с детства был одарен гибкостью в отличии от старшего брата, и что посещал занятия по танцам ранее. Улыбаясь, он, как пёрышко, опустился на шпагат, повторяя за Юзухой. Высший пилотаж.       – И о чём же ты хочешь со мной поговорить, красотка?       Оперуполномоченная восхищенно вскинула брови и приподняла уголки губ. Она всегда считала, что юноши с отменной растяжкой достойны уважения.       – Как дела в морге? В последнее время редко убийства происходят. Как бы не сглазить... – собеседница понарошку плюёт три раза и стучит едва по покрытию, сделанному под древесину.       – В морге тишь да гладь. Благо, что трупы не буянят, – вздыхает после шутки лиловоглазый и перебирает плечами от пробежавшего ни с того, ни с сего холода по спине. – А у вас в отделе нет отбоя от отчётов? Они хоть когда-нибудь заканчиваются? – работница вздохнула так, будто на неё повесили все самые тяжелые грехи преступников.       – Честно, завидую тебе. Сейчас так не хватает покоя, а трупы – самые понимающие собеседники.       – Не могу не согласиться, самые лучшие, – подметил медик с хохотком, подался вперед и выгнулся в пояснице. – Устала небось? – Рин сочувствующе улыбнулся.       Оперуполномоченная горько прищурилась и перенесла опору на правый кулак.       – Усталость стала частью моей жизни. Не скажу, что мне от этого дискомфортно. А что насчёт тебя? Бледный, как смерть.       – Я, как хамелеон, сливаюсь с местностью, где работаю, – намекнул он на цвет своих «посетителей». – Да и жизнь у меня больно веселая, никак не могу выспаться. Б е с с о н н и ц а.       – Вот бы и мне так уметь, – золотоглазая свела ноги вместе и волной поднялась с пола. – Ну, собрат по бессоннице, готов к главному блюду этого вечера?       Ежевичный посмотрел на знакомую снизу-вверх и подпёр щеки ладонями.       – Я всегда готов. Рассказывай или показывай, как нужно гнуться под тяжестью бытия.~       Шатенка обошла коллегу, поставила ладони на его лопатки и склонилась к самому уху с горячим, обжигающе-ласковым шепотом.       – Давай-ка сначала прогнёшься под весом моей тушки, – предложила она и ещё раз спросила о готовности напарника. Тот ответил, что уже на 200% готов, и перенес опору на локти, приподняв корпус.       – Только не навернись с меня. А то потом ещё обвинят в причинении вреда.       – В причинении вреда могут обвинить меня, – глухо усмехнувшись, Шиба прыгуче, но очень невесомо оттолкнулась от пола и встала на прямые руки, стараясь найти достоверную точку равновесия для своей позиции.       Хайтани тихо посмеялся, пока коллега ещё была на полу, а затем напряг мышцы спины и начал следить, чтоб верхняя особа не поцеловалась лицом с полом.       – И за какой же вред тебя могут обвинить? – юноша хотел было повернуть голову, но внезапно передумал.       – Ну, как же... Синяки ведь могут остаться, – объяснилась та и нахмурилась. – Дыши ровно.       – За меня не переживай, – вполголоса произнес он, утихомирившись и приопустив расслабленно веки. – Дышу. Я пока ещё помню, как это делать. ~       – И не забывай.       – Не забуду, ведь пока всё легко, – промурлыкал этот Чеширский кот и зевнул громко. – Надеюсь, что дальше интереснее, дорогая? – тем временем старшая уже успела перенести ноги вперед, создав подобие полукольца и замерев.       – Какой нетерпеливый, – выдыхает каштанововолосая , тянет ноги ещё вперёд, по чужой спине перекатывается и буквально размещает ступни перед носом младшего, после резко опуская их на пол. Явно хотела таким трюком напугать и проучить нетерпеливого хвастуна, но тот нутром чуял, что напарница такую выходку может учудить, и себя морально подготовил. Девушка развернулась, присела на корточки и заправила за ухо парня передние локоны.       – Ты словно мамочка, – Рин завёл ноги назад и лёг на живот, сверкая белыми зубами.       – Я-то? Разве что та самая злая мачеха, – сотрудница не смогла сдержать саркастичной усмешки, но прикрыла её ладонью.       – Ты? Злая мачеха? Не думаю. Ведь в таком случае ты дала бы мне по ебалу, – патологоанатом выдержал паузу и драматично «удивился» бескультурью с его стороны. – Ой, прости. По лицу.       –И всё же… – бубнит та задумчиво и дарит улыбку вновь. – Умеешь делать колесо на локтях?       – А то. Ставки растут, мне нравится, – радостно протараторил фиалковласый и одновременно с девушкой приподнял корпус, поочередно оторвав ноги от пола. Вдвоем они плавно опёрлись на грудь, затем выгнулись полукольцами, а только потом поднялись на локтях, касаясь кончиками своих носков ступней партнёра. – Но я ожидал ещё чего-то более рискованного в твоих идеях, – лукаво скалясь, подначивал собеседницу демон к выполнению ещё более вычурных поз.       – Я смотрю на твою подготовку, поэтому сейчас только разминка, – и в этот момент пятка Юзухи как бы невзначай коснулась макушки Риндо.       – Ай-ай… – дует губы молодой человек и сводит брови к переносице. – А бить за что? Думаешь, ты одна такая гибкая?? – возмутился отчасти судмед и тоже потянулся «дать сдачи», однако оперуполномоченная вовремя отклонила голову и чужая нога лишь коснулась её плеча.       – Это вышло случайно, а ты играешь в очень опасные игры, потому что так недалеко и до травм, – предупредила Шиба, но только она не сказала, что инициатором подобного выступит сама, если потребуется.       – Правда? Случайно? – такой откровенной лжи труповед не верит, тянет улыбку хитрую и вдруг опечаленно поджимает губы. – Эх, обещаю, что больше не буду трогать твои прелестные плечики своими ногами.~       – А я разве запрещала? – Юзу плавно опустилась, встала на ноги и потянулась.       – Оу. Разминка уже окончена? Что у нас дальше по плану? – явно воодушевившись, неспешно поднялся и коллега через мостик, а к тому времени подруга уже подставила к его носу телефон с открытой картинкой.       – Повторим?       Риндо задумчиво почесал затылок.       «И как прикажете это делать???» – пронеслось в его голове диким криком, но вслух он заговорил уверенно.       – Повторить-то повторим. Вот и думаю, как бы тебя подхватить удобнее, – аметистовый взгляд обратился к Юзу, но та отвернулась, что-то насвистывая и всем видом так и говоря: «хотел посложнее, вот теперь сам и думай». – Смотри, – юноша присел на корточки. – Зацепись за меня, будто бы ложишься мне на плечи: ноги свесь с одной стороны, а тело с другой, как воротник. А когда я встану, повернёмся, как на картинке.       – А ты поднять-то меня сможешь? – скептически спросила шатенка, коснулась своей шеи, но всё же подошла, укладываясь на плечи друга.       – Ты же худышка, – удивился ежевичный и наморщил лоб. – И я, по-твоему, слабак? У меня просто телосложение такое, а я силён!       Юзу потянула защищавшего себя за ухо, и его агрессию ветром сдуло. Как и не было вовсе.       – Точно сможешь? – ответом на вопрос выступает действие: Хайтани младший с лёгкостью поднимается и тянет рот, мол «а я говорил». – Ого, а я думала, что у меня кости тяжелые.       – Ну, а теперь аккуратно разворачиваемся, чтоб не наебнуться. А то будут потом наши косточки собирать…       – Ебушки-воробушки…       И началось кое-что потрясающее. Юзуха, крепко обхватив талию Рина перевернулась вверх ногами, их раздвинула в полушпагате, и одной рукой взялась за своё бедро. Риндо же в это время придерживая золотоглазую за лодыжку, перенёс опору на левую ногу, немного накренившись в бок, правую поднял параллельно девичьей, за которую она держалась, и вытянул также свободную руку. Вышла о-о-очень странная поза, но именно такого уровня и добивался младший.       – Заиграл мир новыми красками, когда кровь в голову ударила?       – Да вообще, – леди крепко сжимает талию парня и, кажется, слышит хруст. Правда сказать, кому он принадлежал, было трудновато. – Я сейчас откинусь…       – Рано сдаешься, моя хорошая, – тот зубы смыкает при хрусте и встает на две ноги. – Давай на пол, а то реально откинемся, – предложив это, он обхватил нежно талию дамы и помог ей спуститься.       – Мда уж, теряю хватку.. – каштанововласая уже мечтала о том, как опустится на пол осенним листом, но вдруг оказалась в чужом захвате.       Хайтани младший медленно опустился на пол, стаскивая за собой девушку, и она, несмотря на собственное удивление, почему-то поддалась. Судмед вытянул ноги, разместил голову на хрупком плече и ощутил, как всё тело партнёрши вновь напряглось в его ловушке. Создавалось впечатление, что одно неверное движение, и Юзуха начнёт обороняться на полном серьёзе, хотя на данный момент не было в голове лиловой ни одной грязной мысли. Девушка через плечо бросила недоуменный, строгий взгляд.       – Чего ты так напряглась? Думаешь, что я могу тебе навредить? – спрашивает патологоанатом и смеется звонко. – Если бы хотел, то уронил бы во время йоги, – руки мягко разомкнулись и поднялись в жесте «сдаюсь». – Но, если ты так боишься отдыхать рядом, можешь бежать, з а й ч и к. ~       Подобный тон, каждое сказанное слово… Всё выводит Юзуху из себя. Она из последних сил держит себя в ежовых рукавицах, натягивается по струнке и бдит за каждым движением Хайтани, но последний его жест послужил красной тряпкой тореадора для разъяренного быка. Через секунду Риндо оказался пригвождённым к полу, запястья его были скованны крепким женским хватом , а колени шатенки мягко вжимали бедра в паркет. От такого обращения восхищенная и хитрая улыбка зафиксировалась на лице Риндо. В его крови подскочил адреналин, отчего по телу побежали мурашки возбуждения. Ни на мгновение он не отвёл взгляда от чужих радужек, в которых в Геенне огненной дико плясали черти. Испугался ли он? Нет. От слова совсем. Нравится ли ему раздражать Юзуху? От части. Кажется, злить её у обоих Хайтани в крови.       – Бояться здесь должен только ты. А ещё раз язык повернётся сказать подобное – зайчиком будешь ты. Только травмированным. Я ясно выразилась?       – Не нравится прозвище? Очень жаль, ведь оно тебе так подходило, пока ты меня не уложила, – судмед глаза прикрывает и лыбится блаженно, подобно ангелу. Видя, что старшая уже готова ему глотку перегрызть, чуточку сбавил обороты. – Я тебя услышал, дорогая, и переработал в голове каждое слово. Расслабься уже, я всего лишь хотел поиграть. ~       – Хайтани, – тихий, утробный рык вырывается из груди освирепевшей дамы, и собеседник старается игнорировать чужой гнев, что ещё больше выводит из себя.       – Да, это моя фамилия. Но можно просто Риндо, – кивает он и вздыхает опечаленно. Юзуха – авторитетная личность, но в этой жизни младший Хайтани никого не боится…почти.       – Игры со мной плохо заканчиваются, – чеканит она, сжимает хват до побеления костяшек, но решает, что с этого оболтуса уже хватит, размыкая руку. – Надеюсь, мы поняли друг друга.       – Да я же просто пошутил, –подняв брови домиком, оправдывается сиреневовласый и поднимается с помощью Шибы, что, встав, протянула ему руку, подавляя очередной вздох.       – За такие шутки знаешь, где бывают промежутки? – Риндо морщится моментально, а затем снова блещет тридцатью двумя.       – Э-эх, довёл тебя до белого каления, – без капли сожаления тянет он и разминает затёкшие запястья. – Но знаешь, даже в приступе ярости ты лица не теряешь. Ясно теперь, чем ты Рана зацепила, – беззаботно хохочет лиловый и закидывает руки за голову.       – Твоего брата цепляет любой человек, попавшийся ему на глаза. Так что обойдемся без этого, – на губах девушки играет легкая улыбка, хотя она изнутри горит желанием повязать прямо сейчас обоих Хайтани, нацепить наручники на них и упечь на долгие годы в колонию особо строгого режима.       – Не будем о грустном, – предлагает младший и делает всё то же, что когда только зашёл. – Ничего не хрустит... Йога так хорошо помогает растянуть то, что давно не растягивалось...       – А я тебе о чем? Полезное это дело…       – Тогда предлагаю завести традицию совместных тренировок без всяких игр, – подмигивает Фиалка и потягивается, вдруг ощутив приятную тягу в шее. Шиба же на предложение лишь кивком ответила, ведь ей это только в выгоду. – Ой, перенапрягся чутка-       – А понтов-то было, – смеется та и, приобняв младшего за талию, ведёт его к выходу из зала. – Пошли, калека, в медпункт. Так уж и быть, мама Юзу намажет тебе спину обезболивающим гелем.       – Ухх, спасибо, – отзывается Хайтани, и зал пустеет.       Вот так и зародилась совершенно новая, если ее так можно назвать, прости, Господи, дружба…