Следствие вели...

      Прошло уже полгода с тех пор, как Санзу и Хайтани младший разрешили свои многолетние недосказанности, и за это длительное время многое изменилось…       Чувства этих двух крепли с каждым днём, искра пробегала постоянно, но в последние два месяца встречи стали реже, даже несмотря на то, что Риндо и Харучиё были коллегами и тем более работали в одной лаборатории. Если ежевичный и привык к гордому одиночеству, то голубоглазого это никак не устраивало.       Вот и сегодня на этой почве зародился скандал.       – Ты что?! – взорвался клубничный, прижав вытирающего руки партнёра к стене. Тот и бровью не повёл и спокойно посмотрел в аквамариновые глаза.       – Я в эти выходные иду на встречу с Соей. Я обещал ему, – ответил юноша и мягко нажал на грудь стоящего перед ним. – Дай мне пройти. Мне нужно дальше убираться, сегодня моя очередь.       – Да в пизду твою очередь, Рин! Я хотел в эти выходные заграбастать тебя на марафон фильмов ужасов! – лишь крепче прижал ладонь к стене возмущающийся и ласково потёрся кончиком носа о щёку младшего. – Ну, позвони ему и скажи, что не можешь… Мы так мало времени проводим вместе, я жутко скучаю… – губы розововласого растянулись в ухмылке, а мужчина перешёл на шёпот, замурлыкав. – А после просмотра развлечёмся. ~       – Какой же ты эгоист, – тяжело вздохнув, лиловоглазый отпихнул-таки от себя прилипалу и прошёл к дивану, встряхивая поднятый с пола плед. – Хару, человек хочет меня отблагодарить. Почему я должен ему отказывать?       Санзу завыл, как он это любит.       – Да из-за него и твоего конченного братца мы и не видимся почти! Я в морг – там твой старший ебалай уже к тебе снова шары катит. Ебанный придурок всё никак не поймёт, что мы с тобой уже всё, пара, блять! Как носки, но лучше! – зарычал он, выхаживая кругами и активно жестикулируя. – Потом ты идёшь ко мне в медпункт, а там Голубика!! Он либо специально шишки набивает, либо неудачник! Я не понимаю!!       Рин заправил ложе и, подойдя к другу, несильно шлёпнул его по щеке. Какая драма.       – Успокоился? – поинтересовался Хайтани младший и потёр ладонь. – Я понимаю, что ты не железный и хочешь внимания. Обещаю, что я заберу у Рана ключ от морга и он нас больше не побеспокоит. А Соя, как только перестанет чувствовать вину передо мной, станет ходить меньше.       – Ладно, заёбыш. Но мог бы и не бить, – буркнул Акаши. Коллега пожал плечами.       Тут послышался звук открывающейся двери, и клубничный расхохотался.       – О-о-о, вспомнишь говно, вот и- – удар вполсилы под дых заставил замолчать, а Колокольчик с улыбкой махнул ничего не понимающему старшему.       – Вообще-то там говорилось о солнышке, – усмехнулся в полголоса фиалковласый и этим высказыванием заставил партнёра поморщиться.

За день до разговора Харучиё и Риндо

      Очередной труп. Очередное вскрытие. Очередной серый день за очередной бессонной ночью. Скука.       Лиловоглазый подавляет зевок, стягивает латексные перчатки, отправляет их в урну и садится за письменный стол.       – Когда-нибудь убийцы научатся делать свои дела изящно, – печально молвит он себе под нос и ныряет в работу, записывая красивым почерком отчёт по телу, которое недавно отправил в холодильную камеру.       Минут через пять раздался хлопок входной двери, но Фиалка даже не поднял головы.       – Ран, я занят. Сядь МОЛЧА и подожди немного, – попросил судмедэксперт, но его речь оборвалась чужим растерянным ахом. Аметисты сразу оторвались от бумажек и устремились на смущенного таким приветствием человека.       – Оу, Соя, проходи, – едва приподняв уголки губ, Риндо указал кончиком ручки на стул с противоположной от него стороны стола. Кавата немного расслабился и присел напротив, пока старший вернулся к писанине. – Ещё минут семь, и я отдам тебе заключение. Только допишу результаты, что принёс Санзу.       – Не торопитесь, Хайтани-сан, – Злюка положил руку на колени и затих, слегка постукивая себя по тыльной стороне ладони пальцами другой. Мёртвенная тишина вновь заполнила помещение на какое-то время.       – Я в-       –Хайта-       Парни заговорили в один голос и сразу замолкли. Каждый смотрел на собеседника в ожидании, что тот заговорит.       – Хайтани-сан, – неловко обратился голубоглазый после глупой паузы. – Говорите, пожалуйста, первым-       – Я всё. Закончил, можешь забирать, – он протянул следователю папку, даже не запнувшись и не смутившись, будто бы замешки и не было вовсе. Двумя словами, был спокоен. Как удав.       Кучеряшка из рук мужчины поспешно чуть ли не выхватил документацию и мельком пробежался по написанному глазами.       – Спасибо, Хайтани-сан. Что бы мы без Вас делали, – искренне поблагодарил тот, только вот привычка изображать вечно злющего контрастировала с произнесенным.       Ежевичный усмехнулся и откинулся на спинку кресла.       – Это моя работа, Соя. Мог и не благодарить. И зови меня уже по имени.       Патологоанатом сладко потянулся и взглянул на соседнюю дверь – дверь лаборатории. Младший Кавата кивнул, усмехнулся и пошёл в основной отдел, но замер у выхода.       «Интересно, он занят?..» – подумал фиолетововласый, и в этот момент кудрявый громко показательно кашлянул в кулак. Пришлось повернуться. – Ты что-то ещё хотел?       Голубика шумно выдохнул, вернулся к столу и стукнул папкой, склонившись через поверхность к коллеге.       – Хайтани-сан, Вы свободны в эти выходные?? – на одном дыхании выпалил полицейский. Всё ещё не может к коллеге по имени обращаться.       – Наверно..? Я ещё не думал о планах и-       – Отлично! Тогда я могу Вас отблагодарить ужином в ресторане? Пожалуйста!       Риндо криво улыбнулся и поднял брови домиком. Куда же делось привычное спокойствие? Соя склонился ещё ближе и, кажется, его сапфиры засияли.       – Хорошо, я согласен, – не смог отказать Хайтани и прикрыл глаза, повернув голову в сторону и пытаясь скрыть лёгкое смущение. Как много позволяет себе эта молодёжь. Чуть ли не на голову лезут, если что-то хотят.       – Благодарю! Тогда я напишу Вам позже! – отстранившись, голубовласый ловко подхватил заключение и удалился, оставив Фиалку в сложном состоянии.       Лиловоглазый прижал ладони к лицу и вздохнул, отдавшись воспоминаниям.       В памяти чётко всплыл тот день. Тогда Риндо в качестве судмедэксперта направили на дело вместе с новеньким следователем – Соей – и ещё несколькими оперуполномоченными. Дело было средней тяжести: мужчина, ограбивший небольшой ларёк, взял в заложники юную девушку, чтобы уйти безнаказанным. Пока более опытные и не очень опытный парень, которого отправили на «съезди, подсоби и поучись», выводили преступника на диалог, пытаясь его вразумить, Рин оказывал поддержку матери той, кто оказался в захвате, успокаивая её. И тут в руках вора мелькнуло оружие. Естественно мужик направил его на самого «сопливого» на вид.       Выстрел.       Брызг алый и крик.       Лиловоглазый отреагировал быстрее, чем остальные. Пуля глубоко засела в плече, парализуя руку, но судмед ни на секунду не пожалел, ведь он спас человека. Откуда такое благородство, Хайтани?       Взгляд патологоанатома остекленел и устремился на стрелявшего… Никому не пожелаешь увидеть и ощутить то, что застал нарушитель закона. Жажда убийства, исходившая от Риндо, просто заполнила пространство вокруг. Ох, как же ему тогда захотелось переломать каждую косточку в теле этого «несчастного». Оружие с глухим стуком упало на асфальт и грабителя сразу задержали.       Между выстрелом и задержанием прошло всего пару секунд, но, кажется, обидчик испугался так, что ещё долго приходил в себя. Но до этого ежевичному уже не было дела…       После этого события Соя и прилип к Риндо, чувствуя себя виноватым. А Фиалка всё никак не мог отшить Кавату младшего… Потому что он схож с котёнком. Ни рука, ни голос на него не поднимаются.       – Зачем я тогда влез? Герой хренов… Но что важнее, – раздвинув пальцы, хозяин морга вновь обратил внимание на преграду, разделяющую его с обителью клубничного. – Что я скажу Санзу теперь...

Вечер того же дня. Дом братьев Кавата.

      Сегодня Нахоя освободился намного раньше, нежели его братец, поэтому рыжик закупился продуктами и по приезду домой взялся за готовку, чтобы порадовать младшего вкуснейшим раменом. Благодаря тому, что навык кулинарии у кудрявого практически был заложен в генетический код, он расправился с супом буквально за пару часов и уже растянулся на диване, закинув ноги на кофейный столик, смотря по телевизору какую-то комедию и потягивая прелестнейший напиток из кружки.       Соя влетел домой с гортанным криком.       – БРАТ, ОН СОГЛАСИЛСЯ!! – от такого визга Кавата старший поперхнулся, облился при том и, выключив звук, обернулся к родственнику, изгибая бровь дугой.       – Кто согласился? На что?       – Хайтани-сан мне не отказал! Мы в выходные пойдём на свидание!! – Соя горящими сапфирами уставился на оранжевый одуванчик. – Правда здорово?       «Нет, не здорово,» – хотел бы ответить Нахоя, но он ни в коем случае не мог огорчать брата, кивнул с доброй улыбкой и, налив жидкость во вторую кружку из небольшого чайника, протянул емкость Голубике. – Хорошо отдохните с Риндо. Чаю?       Голубоглазый упал около другого юноши, подхватил чашечку, сделал глубокий глоток и поморщился, кашляя.       – Это же не чай, брат! Это… – он брезгливо дернул носом и затряс головой. – Пиво.       – Стоп, – сразу прервал его Апельсинчик и добавил себе ещё. – Во-первых, я наливаю ЭТО из ЧАЙНИКА. Во-вторых, что такое чай? Вода с травой. А пиво – это хмель с водой. Хмель тоже своего рода трава, – парень поднял указательный палец к потолку, секундно состроил серьёзную моську, а второй рукой поправил на переносице невидимые очки. – Вывод – пиво есть чай, а чай есть пиво. Вселенная гармонична.       Соя захлопал светлыми ресницами, потупил немного, а затем расхохотался.       – Да ты непризнанный гений!       – Знаю, знаю, – горделиво согласился лис, взял бокал, чокнулся им со стаканом брата и выкрикнул. – За тебя и твою удачу, ведь младший Хайтани редко соглашается на простой вылаз из морга, а тут свидание!       И понесся вечер болтовни в компании алкоголя, а затем оба продолжили смотреть начатое Нахоей кино. Под конец фильма голубая пушистая макушка приземлилась на плечо рыжего. Опьяненный пивом и чувствами уснул крепким сном, второй Кавата уложил младшего на диван, накрыл заботливо пледом и, выключив технику, на цыпочках прокрался в свою комнату.       – Бедный мой Соя… Угораздило же тебя влюбиться в кого-то столь… неправильного… – апельсиновый перевёл взгляд на стену, где висели их общие с братом фото, и остановился на том, где Голубика был весь в бинтах и с гипсом. Эта фотография была запечатлена в на следующий день после битвы, где Риндо раскрошил чужую ногу. И как можно чувствовать тёплые чувства к тому, кто тебя однажды чуть не изувечил?       «Я почувствовал его харизму ещё тогда..» – однажды мечтательно сказал Нахое родственник, будучи уже спасенным Фиалкой.       Рыжий раздраженно оскалился мыслям о противных братьях Хайтани и лёг на кровать, закинув руки за голову и думая, что нужно поговорить с Рином до выходных.

«Он должен обидеть Сою до глубины души. Такой спутник ему точно не нужен.»

Наше время. Солнечный мартовский денёк. Суббота, 12:30 дня.

      Весенние лучи приятно ласкают кожу и будто бы уверяют в том, что зима отступила на 9 месяцев. Однако от тающего снега всё равно исходит коварный холод, что так и норовит забраться под куртку своими ледяными пальцами и наградить кого-нибудь ангиной или простудой. А, может, и всем сразу.       Риндо пришёл за 15 минут до встречи к старому, пока еще не работающему фонтану и стал бродить вокруг него, спрятав руки за спину и бормоча планы на ближайшее время себе под нос. Одет был юноша в светлый, кремовый свитер, зауженные черные джинсы, такого же цвета пальто и лакированные туфли. Шея была обмотана теплым широким клетчатым шарфом. Благо Ран настоял на этом аксессуаре и категорически отказывался выпустить брата на улицу «практически раздетым».       – По пути домой надо будет прикупить бутылочку красного вина и… – мысли вслух, записываемые в заметки телефона, обрываются, когда ежевичный видит бегущую к нему голубую макушку, которая едва ли не спотыкается о свой длиннющий пуховик. Тоже собирал старший?       – Простите за опоздание, Хайта… Риндо! Непредвиденные обстоятельства и… ха-а-а, – Кавата выдыхает куб пара, пытается сердце успокоить и утихомирить дракона в груди. Лёгкие сейчас взорвутся.       Пухловатых губ Фиалки коснулась улыбка. Он понимающе хлопает коллегу по плечу и качает головой, мол расслабься, всё в порядке.       – Соя, а ты и не опоздал, – начинает лиловоглазый, задрав рукав и смотря на наручные часы. – Это я пришёл раньше времени. Сейчас ровно 12:50, как и договаривались.       Голубика облегченно выдохнул, положив руку на сердце. Выдохся и чуть не умер, зато остался пунктуальным. Приятно осознавать.       – Х.. Риндо, у меня для Вас не очень хорошие новости, – голубоглазый улыбнулся и неловко почесал затылок. Хайтани нахмурился и дёрнул носом в ожидании объяснений. Вот только проблем им в выходной не хватало. Неужели вызывают на работу?       – Что случилось? – сухо интересуется тот, а у самого в груди, кажется, лёгкие сжались от напряжения. – Не томи.       – Я… Я заказал в ресторанчике неподалеку столик на час дня, но когда сегодня позвонил уточнить, оказалось, что они меня неправильно услышали и поставили бронь на три! Я, бл…ин, в ярости! – зубы кудрявого скрипнули, а на виске выступила вена. Не зря этого парня зовут «Злюкой». – Отвратительное отношение к клиентуре, я напишу об этом в книгу жалоб!       Ежевичный прикрыл рот рукой, словно в изумлении, поглазел немного на друга и залился звонким, переливистым смехом, который выбил Кавату из колеи и смутил.       – Я напридумывал всякого, но то, что какие-то пидоры тебя наебали немного, и подумать не мог! – утирая слёзы после хохота, фиолетововласый приобнял Сою за плечи одной рукой и хорошенько потряс. – Не переживай, мы не оставим этим говнюкам чаевых. А сейчас давай убьём время прогулкой по парку. Идёт?       Сердце небесновласого затрепетало, в животе зароились пчёлы, не бабочки, а ноги стали ватными, когда тяжелая мужская рука легла на плечи. Её жар ощущался даже через пуховик, голова чуть пошла кругом, и единственное, что смог сделать по уши втрескавшийся – кивнуть, соглашаясь.       «Теперь я точно решился!» – подумалось Сое и он сжал ладони в карманах пуховика в кулаки.       На такой весёлой ноте коллеги вышли на основную дорогу, пролегающую через весь парк… А за ними зашуршали кусты. Из-за одной заросли показалась шляпа, из-под которой местами выглядывали фиолетовые растрёпанные пряди, затем тёмные очки и только потом нос и губы, скользнувшие по чупа-чупсу, оставшемуся меж длинных пальцев.       – И куда это они намылились? – тихо спрашивает у себя следящий и потихоньку пробирается дальше, скрываясь за растительностью, пока не замечает ещё одну фигуру: юноша средних лет, его рыжие кудри собраны в пучок, на голову натянута темная кепка, на глазах также солнечные очки. И что самое интересное – смотрел этот неизвестный в ту же сторону, что и «агент 007». Неожиданно взгляды пересеклись.       – Хайтани?!       - Нахоя?!       Оба возмутились едва не с писком, но шёпотом, ведь во время слежки нельзя выдавать своего местоположения.       – Какого хрена ты тут забыл?! – подобравшись ближе к рыжику, Ран схватил его за толстовку, яростно сверля через линзы.       – Видимо, того же, что и ты! – огрызнулся со своей фирменной ухмылкой младший, оторвав от себя Хайтани и пихнув его так, что тот приземлился на задницу. – Слежу за своим братом! О, пока ты тут, – лицо старшего покраснело от злости, но сказать он ничего не успел, ведь апельсиновый продолжил. – Напиши своему отпрыску, чтоб он прекратил эту клоунаду и отправил Сою домой! Я не хочу в свою семью впускать кого-то из твоего рода!       – Ха! – мужчина усмехнулся и ударил коллегу по козырьку. – Не дождёшься. Я желаю Ринни только лучшего! Твой Соя такой себе, конечно, вариант, но на первый раз пойдет. Чисто потрахаться. ~       – Чё ты вякнул про братэллу, пидорас?!       Началась потасовка, однако выглядела она по-детски нелепо: рыжий вполсилы вмазал по чужой скуле и повалил недруга на землю, сев сверху, замахнулся, чтоб вдарить ещё раз, но лиловый тоже не промах – схватил удачно подвернувшуюся под руку вицу и полоснул ею по чужому лицу. Нахоя вскрикнул и шлёпнулся назад, тогда-то и поменялись местами, а в это время Риндо и Соя замерли на месте.       – И тогда мой брат… Ох? – голубые очи обратились к кустарникам. – Что это за..хр…фигня? – раздраженно и с отвращением поинтересовался Голубика, на что Фиалка спрятал его за собой и повёл дальше, морщась.       – Какая-нибудь парочка извращенцев, не обращай внимания, – патологоанатом выдохнул и улыбнулся, проводя друга по солнечной тропинке. – Так что там твой брат?       – Ах, в общем, он…       Голоса младших стали затихать, отдаляясь от драки скрытой, и только тогда старшие спохватились.       – Блять! – ругнулся дознаватель и выскочил на людную тропинку, отряхиваясь от налипших к куртке листьев и смотря на две фигурки вдали. – Чуть не упустили из-за тебя! – ворчит он на подоспевшего Нахою, но тот, в ус не дуя, идёт дальше, игнорируя существование говорящего. – Ахуел?? – спрашивает у воздуха побитый и за вторым таким же бежит, рыча.       – Ну и чо теперь будем делать? –спрашивает инспектор по делам несовершеннолетних и усмехается потрёпанному виду старшего, хотя сам выглядит не лучше.       – Ты – не ебу, но я как ответственный старший буду следить за этим… э… свиданием и не дам ему плачевно прерваться!       – Ты?? Ответственный?! – Нахоя крякнул, схватившись за живот. – Ты придурок и куколд, а еще воришка, ведь спиздил мой план. Даже под себя не переделал. Ай-яй, ~ – прогоготал игриво тот и снова полез прятаться, ведь расстояние между ними и мелкими значительно уменьшилось.       – Пиздабол! – ахнул Ран и прыгнул в кусты, вышагивая гибкой кошкой меж зарослей и стараясь не издавать ни звука, чем насмешил коллегу.       – Личико кошки и грация картошки.       – Пошёл нахуй.       Так под ругань и подколы с обеих сторон продолжалось сопровождение чужой встречи. Полтора часа старшие Кавата и Хайтани бродили в зелени, пока парочка, которой присели на «хвост», не решила присесть на скамью, прикупив по пути блинчики с разной начинкой. Соя взял блинчик с клубникой и сливками, а Риндо с бананом и шоколадом.       – Выглядит вкусно, – рассматривая лакомство в светлой упаковочке, восхитился голубоглазый и протянул блин к лиловоглазому. – Риндо, желаете попробовать?       Фиалка пожал плечами и чуть надкусил вкусность, маленько испачкавшись в сливках, отчего Голубика вновь впал в краску. Ох уж его фантазия.       – Нравится?..       – Угум, кисловатая клубника держит хороший баланс со сладкими взбитыми сливками. Очень свежо, – юноша собрал белую жидкость большим пальцем и слизнул её, поднеся свою сладость к следователю. – Угощайся.       Голубика смущенно надкусил блин и широко раскрыл глаза.       – Очень вкусно! Я думал, что будет приторно, но банан не сладкий и имеет такую интересную консистенцию! – высказал своё мнение Кавата младший и вернулся к своей вкуснятине. – Спасибо, Риндо..       – Мне не жалко, – усмехнулся судмед и для разбавки атмосферы начал рассказывать историю из жизни, когда он с Раном решил устроить соревнование в готовке, только вот оба начали выделываться со сковородками и половину выпечки пришлось потом отдирать от потолка. Однако его историю стали слушать ближе к концу, потому что Голубика выпал из реальности.       «Непрямой поцелуй…» – ещё немного и у Злюки точно пошёл бы пар, который уже валил из-под рыжей копны его брата, поддеваемого подъёбами Рана.       – Ой, Риндо, а Вы можете рассказать ещё что-то весёлое? – улыбнулся Соя, смял бумажку от лакомства и бросил её в урну около себя.       – Да, без проблем, – Рин задумчиво почесал нос, вглядываясь в бледное лицо перед собой. – Ох, Соя… – фиолетовоглазый мягко подцепил подбородок коллеги и потянул на себя…

Тот же момент, но в кустарниках

      – Как же ты меня заебал.. – шипит Нахоя и в сторону Рина, и в сторону его брата, хмурясь и позабыв об улыбке.       – Я тебя еще не ебал, дорогой, ~ – скалится дознаватель и внимательно присматривается к сидящим. Издалека их не слышно, но прекрасно видно.       – И слава Богу, блять. Такой «радости» мне не надо, – брезгует парень и поворачивается от Рана к паре, но в это время фиолетововласый, заметив, что его братец склоняется и целует Сою, схватил рыжего за щеки и затянул в поцелуй: прижался губами, языком нагло прошел по чужим, протиснулся в рот и отстранился одновременно со своим младшеньким от Каваты, ведь тот сильно тяпнул и дал под дых.       – Хайтани, ты совсем попутал?! – взорвался инспектор, но не заорал, а шикнул, а его собеседник лишь победоносно улыбался, ведь он спас Риндо от гнева Нахои… И какого же было разочарование Хайтани старшего, когда его взгляд метнулся в сторону и он осознал, что Рин никого не целовал… Просто убирал что-то. Скорее всего, ресницу или соринку, за что Соя спокойно поблагодарил кивком.       Вот тут-то Ран понял, в какой жопе оказался: разъяренный Нахоя, бесполезно потраченный «подвиг» и ноющий от боли язык. Просто бинго.       – А что, и побаловаться нельзя? – фырчит мужчина и разворачивает «морду» апельсинового к братишкам. – Лучше пошли, они снова куда-то собираются.       Время на часах достигало трёх, поэтому несложно было догадаться, куда направились Риндо под руку с Соей, шутя по поводу домашних ситуаций с их старшими, выставляя их глупыми и нелепыми. Официальный стиль общения, исходящий от следователя постепенно смягчался, а молчаливость и сдержанность судмеда сдуло ветром. Теперь оба раскованно общались, ведь общих тем у «союза мелких» было миллион. И всё бы ничего, но старшие, ловящие краем уха отрывки историй, оправдывались, уверяя друг друга – «малой преувеличил!». Косячники.       Легко и паряще Хайтани и Кавата младшие зашли в известный ресторан «Towers», сразу направляясь к заказанному столику.       – Риндо, я заранее заказал блюда, но если Вы захотите ещё чего-то, то меню открыто, – Соя заправил непослушные, тяжким трудом выпрямленные пряди за ухо. – Вам же нравятся морепродукты?       Аметистовоглазый удивленно вскинул брови, не отводя зрачков от собеседника.       – Откуда ты знаешь? – насторожившись, решил узнать он, ведь если кто-то сказал об этом Голубике, значит, может конфиденциальную информацию сливать и в другие места. Догадка была, однако смятение быстро оставило голову. Любовь к морскому не такой важный секрет, хотя знали об этом только двое.       – Просто предположил, – ответил ровесник, чем поверг патологоанатома в ещё больший шок. Вот это интуиция.       Нет, никакая это, к чёрту, не интуиция. За неделю до сегодняшней встречи голубоглазый вновь поранился на задании и очутился в медпункте, где у болтливого «доктора» и узнал то, что его больше всего интересовало о Рине. У Санзу язык без костей и, как и предполагал фиолетововласый, Баббл Гам выдал всё, как на духу, даже не задумываясь, зачем младшему такая информация.       – Никогда бы не подумал, что мой соулмейт окажется у меня под носом на работе, – усмехнулся ежевичный и заказал дополнительно бутылочку дорого белого вина, ведь сидеть и чаи гонять в таком заведении было бы смешно.       Приглушенный свет, редкий звон бокалов, тихий дамский смех и бархатный интимный шепот кавалеров – всё придавало этому заведению неповторимый шарм. В такой обстановке речи коллег подстроились под общий строй одного «живого» организма, голоса их зазвучали тише: голос младшего Каваты менялся с полушепота на иногда прорывающиеся светлые высокие обертона, а голос Хайтани наоборот наполнился густотой тёмных красок. Даже повседневный быт ушёл из тем, сменившись чисто деловыми и изредка личными разговорами. Наконец-то оба привыкли к компании в виде «лица напротив», перешли на «ты» и, соприкасаясь стеклами с хрустальным перезвоном, наслаждались мягким, ласкающим вкусовые рецепторы алкогольным напитком приличной выдержки. В общем, вечер протекал великолепно.       Как жаль, что такая красота витала только подле судмедэксперта и следователя… Завалившись в заведение на 10 минут позже братьев, Ран и Нахоя кое-как, за дополнительную огромную плату, выцепили столик в тёмном углу зала. Расположившись там, Ран, будучи под прикрытием в виде меню, заказал себе американо, а Улыбашка, так же скрываясь, взял «кое-что новенькое» – лунго. Кофе был принесён быстро, и оба навострили глаза и уши, блюдя за «детским садом».       – Твой Риндо выглядит слишком флиртующим, мне это не нравится, – бубнит рыжий и, морщась и от Рина, и от горького отвратного чистого кофеина, поворачивает голову с щёлками-глазками на дознавателя.       – Да ну, – отмахивается тот. – Взгляд не тот, – старший скалится в улыбке мерзкой. – Ты ещё не видел его поистине заинтересованным в чём-то. Тогда его глазки прямо горят. А сейчас так. Балуется.       Нахоя нахмурился. Больше уже некуда. Кажется, из-за Хайтани у него точно рано появятся морщины.       – Ты, мудила, сейчас назвал братишку моего «чем-то»? – апельсиновый, не зная, чем задеть нахала, вылил в его чашку остатки своей «дряни». – Чтоб ты подавился. А вместе с тобой и твой малой, – кудряш понарошку сплюнул и, злорадно улыбаясь и приоткрыв глаза, заглянул в чужие растерянные.       – Деревенщина! – ругнулся «аристократ» и опечаленно глянул на испорченный напиток. – Теперь это эспрессо… Ну, – грусть быстро сменилась счастьем, – мне так даже больше нравится. Получил более дорогой напиток за твой счёт, тупица. ~       – Ну-ну, – Кавата зазубоскалил. – А ты отпей-ка это «золото», посмотрю я на тебя. Ты пока не заметил, я в твой кофе плюнул.       Ран брезгливо приподнял губу, ощетинившись и показав белые зубы.       – Мерзость.       – Как я рад, что ты наконец-то понял, кто ты такой, Хайтани, – наигранно весело воодушевился инспектор и похлопал коллегу по плечу. – Ну, то, что ты умом не богат, это ничего. Наберёшься ещё знаний о себе и мире.       – Вообще-то, – начал собеседник и скинул с себя чужую ладонь, взяв ее за пальцы кончиками своих. – Я богат и умом, и красотой, и наличными с безналичными. В отличии от некоторых.       – Да я могу себе позволить всё, что захочу, – Нахоя прыснул и открыл список блюд. Закрыв глаза, он тыкнул наугад и подозвал официанта. – Мне, пожалуйста, вот это.. А ещё… – он быстро пробежался глазами по листу и ткнул в ещё несколько его позиций. – И это, – взгляд небесный из-под приподнятых век направил на недруга и задрал нос.       «Мне тоже так не слабо!» – сразу понял по азарту в чужих зрачках вызов Ран и вслед за младшим выбрал дорогущие закуски, основное и напитки… А потом Кавата….А потом снова Хайтани... Безумие остановил официант, сказав, что блокнот у него почти закончился. Только тогда эти двое отпустили бедолагу на кухню.       – Риндо, – сполна насладившись шедеврами кулинарии, Соя промакнул губы предложенной салфеткой. – Думаю, нам пора бы собираться домой, ведь нас могут потерять Ран и Нахоя. И тогда вечер точно будет испорчен их надоедливыми причитаниями.       – Полностью согласен, – подтвердил судмед и запросил счёт.       – Раз я тебя пригласил, то и плачу- – не успел договорить голубоглазый, как карточка друга уже коснулась терминала в руках чужих.       – М?       – Хайтани-сан! – вырвалось у Сои, он даже не успел подумать. – Т-ты что сделал??       – Оплатил счёт, – не выражая никакого беспокойства, Риндо пожал плечами. – Ты ведь оплатил блины в парке и бронь этого места, вот я и решил заплатить за ужин.       – Да мои расходы и одной десятой твоих не покрыли! – возмутился Голубика и раздраженно выдохнул. Но, что сделано, то сделано. – Тогда я приглашаю тебя в кино. В VIP-зал, на абсолютно любой фильм. Какой захочешь. Или даже на два или три! – пытаясь спасти ситуацию и не быть должником того, кого позвал на свидание, следователь предложил сие на одном дыхании.       – Хорошо, – с доброй улыбкой согласился Рин, даже не представляя, в какое неловкое положение поставил коллегу.       Соя засиял от радости, потому что теперь положение было более-менее спасено. Выходя из ресторана с Риндо, он строго-настрого запретил тому пользоваться его картой сегодня, объяснив это тем, что хочет показать свою самостоятельность. А Фиалка и возражать не стал: хочет – пусть показывает, ему-то что.       А за ними с кучей огромных пакетов вывалились остолопы.       – Ёб твою мать, Нахоя! Из-за тебя я оставил тут 3 свои зарплаты! – завыл полицейский, проводя ладонью по лицу и в ней же держа два пакета.       – Из-за меня?? – рыжий выпятил грудь и толкнул наехавшего. – Ты сам начал! И сам согласился на мой вызов! Вот блять… И что нам с этим делать??       – Явно не выкидывать! Потом решим, пошли за Рином и твоим этим... ты понял! – Ран оленем поскакал в сторону, куда удалился его брат со спутником, и Нахоя не стал отставать, приближаясь постепенно к элитному кинотеатру…       – Прощайте мои денежки… – едва не разревелся фиолетововласый и, оказавшись в помещении, спрятался за колонной.       – И мои… – скрывшись за соседней, кудрявый прислушался. Голос брата он мог спокойно вычленить из небольшой толпы, потому сконцентрировался. Хайтани сделал то же самое.       – Предлагаю вам «Проклятие»! У этого фильма 97% хороших отзывов, а ещё я множество раз видела, как люди из зала выходят, трясясь от ужаса! — разрекламировала кино светловолосая, большеглазая девушка за стойкой, не сводя глаз с двух красавчиков перед ней. – Вам точно понравится! Уверяю!       – Берем? – Соя с надеждой посмотрел на скептически усмехнувшегося Риндо.       – Давай. Всё равно ничего более путного у них нет, – склонившись близко, прошептал он, дабы не обидеть девушку, а та чуть ли не визжала от радости. Двое красивых парней так близко друг к другу. Да это же мечта любой яойщицы.       Голубовласый оплатил билеты и позвал коллегу за собой в зал, даже не остановившись у стойки с попкорном и напитками. Ни он, ни Рин не могли смотреть на еду.       – Нам билеты на тот же фильм, что и тем двум парнишкам! – как коршуны, налетели на девушку «черти из табакерки». Блондинка скептически окинула взглядом мужчин в грязных, порванных кое-где куртках, с кучей пакетов, и натянуто улыбнулась.       – А вы уверены?.. – с намеком на то, что этим «бомжам» может не хватить денег, девушка стала говорить тише.       – За наши средства не переживайте, – грубо отсёк Ран и достал золотую карту. – Один билет, пожалуйста.       – И мне. Отдельно, – Улыбашка же лояльнее отнёсся к девчушке и протянул ей свою карту. – Прекрасная леди, будьте так любезны. ~       Как и многие девушки, та повелась на сладкие речи, отдала с улыбкой смущенной первый билет рыжему, а затем, хмурясь, впихнула второй Рану.       – Приятного просмотра, – явно пожелала она только Кавате и проводила обоих мужчин взглядом. – Странные такие…       Младшие вновь увлеклись разговорами и в темноте даже не заметили, как по краю в конец проползли очень знакомые личности с горой шуршащих пакетов. Ран и Нахоя, обидевшись друг на друга, сидели молча, не переглядывались и лишь сверлили затылки братишек, пока не начался фильм. Громкий звук, ударивший из колонок, пригвоздил невольно внимание к экрану, на котором разворачивались завораживающие события.       Соя никогда не любил ужасы. Его истинная тонкая натура слишком близко к сердцу принимала происходящее. Мистика всегда запугивала больше, нежели юношеские серьёзные драки, например. Голубовласый крепко обнял руку сидящего рядом Фиалки, на что тот отреагировал мягким поглаживанием чужой головы, ведь надо успокоить дрожащее рядом в напряжении чудо. Только вот не так страшен чёрт, как его малюют. На первый же скример Кавата младший отреагировал спокойно, совершенно не испугавшись.       Или же страшен?... С заднего ряда во время джампскейра раздался визг. Визг второго Хайтани, которому половина зала шикнула, мол нечего тут орать. Нахоя упустить такой возможности не мог и вновь пристал к Рану, пародируя его испуг... Пока сам не заорал от следующего страшного момента. Только после этого он заткнулся, а насладившийся промахом младшего фиолетововласый лисицей зафырчал о том, какой Нахоя лузер. И понеслась очередная ругань шепотом, которая снова не понравилась зрителям. Даже Соя и Рин оживились.       – Эй, задние ряды, – Хайтани младший обратился к темноте позади себя. – Можно тише? Имейте уважение к другим, – рыкнул он, и слова эти подхватили и остальные.       – Угу, – сильно занизив голоса, ответили старшие, прикрывшись кепкой и шляпой, и поспешно покинули кинотеатр, стараясь не привлекать к себе внимания.       – Какие-то ненормальные… – недовольно шепнул следователь и вместе с коллегой вернулся к фильму, дальше вникая в сюжет…       Ран вытянул Нахою на улицу и с силой шлёпнул ему по козырьку.       – Ну вот! Из-за тебя наша миссия провалена! Теперь мы точно не сможем за ними следить, ведь ты нас выдал!       – Я нас выдал?? – инспектор кулаком въехал в чужой живот. – Да если бы ты не завизжал, как баба, нас бы вообще не заметили!       – А сам-то! Как лялька, завыл от девушки с экрана! – у Хайтани задёргалось нижнее веко, рыжий продолжил тему, но дознаватель заткнул его. – Всё. Перестань, – серьёзно выдохнул аметистовоглазый.       – М-да уж.. – кудряш успокоился, понимая, что их ссоры ни к чему не приведут. – Ну, и чо теперь? У нас проваленное задание, куча еды и потрепанный вид…       – Есть у меня одна идея… – Ран ухмыльнулся, достал телефон, набрал чей-то номер и приложил его к уху, дожидаясь ответа. – Алло. Это такси?

***

      Фильм оказался ужасным. Но, так как Риндо заранее знал это и предупредил Сою, что от этой студии «годноты не ждем», по настроению дурацкое кино не ударило. Даже наоборот, дуэт младших братьев стал высмеивать абсурдность поведения героев и мстительных духов по пути в парк, откуда и началось свидание. Парни договорились, что дойдут до фонтана, а оттуда по домам.       Едва освещаемая тусклыми фонарями дорожка мелькала меж деревьев, утопая кое-где в тени их ветвей. Тишина, разбавляемая иногда голосами вдали и отзвуками проезжающих по дороге машин, не напрягала, а расслабляла. Воздух, словно разряженный, приятно охлаждал и пьянил и так не особо трезвые от вина умы юношей. Шли они, не разговаривая, отдыхая от болтовни. Каждый был погружен в себя, и лишь у фонтана голубовласый заговорил. Первый.       – Риндо, спасибо тебе… Это был потрясающий вечер…       – Мне? Вообще-то, я должен тебя благодарить за организацию нашей встречи и за такую приятную компанию. Спасибо, – парень протянул Злюке руку, чтобы рукопожатием закрепить сказанное.       – Это ещё не всё, – Соя обхватил ладонь собеседника своими и поджал губы.       «Собирается произнести речь по поводу того, что я спас его? Такой очевидный и милый. Ну, давай.» – Риндо улыбнулся, ведь был прав. И он знал это… Только вот прав был не совсем.       – Рин…до, – следователь желал позволить себе опустить формальности окончательно, но вдруг передумал. – Я ещё хочу сказать тебе спасибо за то, что в тот день ты подставился и сохранил мою жизнь, рискнув своей…       «Как очевидно.»       – А ещё… – судмед не ожидал никакого продолжения, поэтому прищурился, всматриваясь в юношеское лицо. Чужие щеки покрылись румянцем. – Спасибо, что наполнил мою жизнь радостью. Спасибо, что каждый раз, когда я к тебе заваливался в морг, ты не выставлял меня. Спасибо, что согласился на сегодняшнюю встречу. Это всё очень дорого мне, ведь ты... Мне нравишься.       Рин замер.       Он? Нравится? Вот этому пареньку?       Соя поднял голову и заглянул в аметисты, но… в них ничего не отражалось. Ни света, ни тепла, и точно не было взаимного ответа.       – Со..я… – собирая размышления в кучу, патологоанатом осторожно посадил Голубику на край фонтана и присел рядом, мягко забрав свою руку. Он врач. Он проходил психологию. Он точно знает, что делать в _таких_ ситуациях – резать влюбленность на корню. – Понимаешь, дело в том, что я не могу тебе ответить взаимностью, но это не значит, что я не принимаю твои чувства, – Рин стиснул зубы. Что ж ему так везет чувствовать себя подонком? – Ты молодец, что признался, иначе это чувство начало бы разъедать тебя, влиять в отрицательном ключе, а теперь выслушай меня, не перебивая. Ладно? – аметисты метнулись к сапфирам, что засияли от слёз, застилавших чужие глаза.       Кавата младший через силу сглотнул ком и кивнул. Злость в груди на самого себя стала расти и огнём разливаться по венам. Предчувствуя такой вариант, Хайтани скорее продолжал.       – То, что я спас тебя тогда, лишь случайность. Это во-первых, – заметив резкое изменение в лице коллеги – удивление – фиолетовоглазый хмыкнул. – Да-да, я привык прикрывать спину брата и просто по инерции двинулся тогда. Дальше поехали… – он скрестил руки на груди и задрал голову к небу. – У меня уже есть партнёр – Санзу. Он мне нравится, и я не хотел бы его предавать, – какое благородство, Хайтани. – Ну, и, в-третьих, – судмед почесал лоб в попытке помягче найти выражение, но синонимы в голову не шли. Пришлось сказать, как есть. – Я ещё трахаюсь со своим братом. И Хару знает, и он не против. Не совсем против… Ну… Много кого, чего…       Все три факта просто прижали Кавату к земле тяжелым булыжником. Розовые очки слетели с глаз, а любовь былая разбилась на кучу осколков. И как можно было влюбиться в человека с такими принципами? И это еще Риндо не показал _всех_ скелетов в шкафу, а их ого-го-го, как много.       Голубика огорошенно улыбнулся, закусив ноготь большого пальца.       – Ох, ну… Я…       – Продолжишь утверждать, что нравлюсь?       – Нет-нет, я понял, к чему ты ведешь… Я переосмыслил немного свои позиции..       – Вот и славно, – Рин отряхнул ладони, словно только что сделал грязное дело, и поднялся. – Тогда будем считать, что признания не было. Да?       – Риндо… А мы… Не можем быть друзьями? – расстроенно спросил следователь, ведь они так интересно и много общались сегодня. И то точно не было притворством.       – Кто тебе сказал такую гадость? Мы друзья, – вопрос Каваты явно задел мужскую дружескую преданность Колокольчика. Тот потёр подбородок и взял друга за плечи, встряхнув. – Давай так. Погнали ко мне с ночевой? Не хочу, чтоб ты дома сидел грустной сосиской и рыдал брату в плечо, что тебя «отвергли». Рана загоним в спальню, Хару сегодня с Баджи, а мы в зале поиграем в приставку, выпьем нормально и отдохнём, закрепив дружбу. Окей? – да, Рин ненавидит общество, но, они так хорошо провели время с Соей, что он не мог просто взять и бросить его в таком полуразбитом состоянии.       – Хорошо, – после недолгого затишья согласился небесноглазый и с новоиспеченным приятелем пошёл к тому развлекаться.       Дорога до дома не заняла много времени. Ключ, как по маслу, вошел в замочную скважину, провернулся несколько раз, и дверь открылась.       – Нии-чан, я дома! – прикрикнул Рин, заслышав голос Рана из гостиной. Кажется, он с кем-то беседовал.       Оставив куртки и обувь в прихожей, юноши пошли гуськом к разговорам. – Нии-чан, у нас гости?... – с улыбкой добродушной спросил младший, ожидая увидеть в зале какую-нибудь приличную красавицу, но вместо нее увидел кое-кого другого. – Кавата?!       – Братишка??? – удивленно вскрикнул Соя и свёл брови к переносице. – Какого хрена ты тут делаешь с братом Риндо??       – Ран, у меня тот же вопрос! Какого хуя он тут делает???       – А что, не видно, что мы празднуем?! – уже знатненько выпивший Ран поднялся с дивана, обошел его и навалился со спины на плечи младших.       – Вот-вот! У нас праздник! – подхватил Нахоя и ткнул пальцем на Сою, а потом на Риндо. – Вы…       – Мы?... – Голубика вырвался из объятий старшего Хайтани и подбежал к рыжику, осматривая его. Мало ли, что мог сделать изверг, повисший на друге.       – Праздновали день заклятых врагов, придурки? – огрызнулся Рин и скинул брата с себя на диван, схватив его за щеки. – Ты немедленно ложишься спать.       – Посмотрите-ка… ик… Заговорил, как папочка, ~ – замурлыкал старший, чем еще больше разозлил младшего брата. Соя похлопал того успокаивающе по плечу, мол что взять с пьяных. Рин кивнул.       – Ну, так что вы праздновали? – обратился к инспектору следователь, и ответ не заставил себя ждать.       – Что Ринни и ты теперь ебётесь! – засмеялся Ран, а младшие переглянулись.       – Чего?! – в один голос взорвались оба, а второй близнец покачал головой.       – Он нерпавильно сказал, – путая буквы, еле выговорил тот и смачно икнул. – То, что вы теперь встречаетесь!       – Ринни, я так рад, что ты больше не парень того гадёныша Санзу-у… – захныкал лавандовый и вновь полез обниматься, только вот патологоанатом не был настроен на нежности.       – Кто тебе это сказал? А? – злостно отозвался он и сверкнул огнём секундной ярости в глазах. – Я и Хару всё ещё встречаемся, а мы с Соей просто друзья.       – А как же ваша свиданка?       – Свиданка?… – Голубика распахнул глаза и склонил голову к плечу. – Вы это о чём, Хайтани-сан?       – Ну, парк с блинами... Прогулка… Ресторан... – загибая пальцы стал перечислять Ран, обернулся к Нахое и кивнул, этим самым прося помочь.       – Да, рестик, где мы, пока следили за вами двумя, оставили свои зарплаты… Потом киношка…       – Вы следили за нами??? – зарычал уже и Кавата младший, а младший Хайтани просто уже перестал всему удивляться.       – Какие вы мерзкие, – фыркнул Рин и, скрестив руки на груди, покачал разочарованно головой. – Никогда бы не подумал, что наши братья, Соя, опустятся до подобного поведения.       – Ринни, какой ты вла-астный… – флиртующе протянул старший, но судмедэксперт и слушать не стал.       – Прости, Соя, но мне нужно уложить его в постель…       – Понимаю.. – голубовласый помог засыпающему старшему завалиться на свою спину и вызвал поспешно такси. – Мне тоже нужно доставить брата домой, – мягко разделив улыбку виноватую с Риндо, Соя потащил рыжего к выходу, одел его, себя и, стоя в дверях, махнул на прощание рукой. – Ну, посидим в следующий раз?       – Определенно, – заверил фиолетовоглазый и подкинул бубнящего что-то Рана на плече. – Доброй ночи, Соя.       – Доброй, Риндо, – попрощался Кавата младший и закрыл дверь, осторожно отведя брата к лифту.       «Я не жалею о том, что сегодня было,» – примерно одна и та же мысль посетила головы друзей, и оба в полной мере занялись своими старшими глупцами, растаскивая их по теплым постелям и отправляя в царство приятных сновидений…