Загадка

      — Стой! — Власта не на шутку испугалась грозного вида Мерзости, которая, быть может, вполне способна была в порыве ярости наброситься и на неё, но в последний миг, когда сердце девушки уже успело замереть в груди, самка токсила остановилась. И как будто бы начала бледнеть. Во всяком случае, пунцовый цвет кожи чуть поблёкнул, но оборки вокруг тела всё ещё угрожающе колыхались, давая понять, что она начеку и готова, если что, встать горой за своих двуногих друзей. — Подожди, Мерзость, не надо!       Власта, слегка волнуясь, погладила токсила по ближнему к ней краю кожаной окружности и с благодарностью посмотрела на Мерзость. Что и говорить — та оказалась для Власты и Шарка настоящим другом. И в добавок ко всему — на редкость сообразительным. Ведь привести им на помощь Прекраснейшую было, пожалуй, единственно верным в этой ситуации решением.       Власта выдохнула. За её спиной стояла почти гробовая тишина. Только Парад, которого Шарку мгновение назад удалось, наконец, пригнуть к земле, недовольно пофыркивал, но уже не пытался взволнованно трубить и бить ногами о пористую породу туннеля. Люди же застыли как изваяния, не смея, казалось, даже дышать. И это наверняка приходилось особенно по душе Прекраснейшей. Ведь никакие слова не скажут больше, чем ошалелые, изумлённые взгляды. Удовлетворённые токи, исходящие от щупальца, ощущались едва ли не физически. Прекраснейшая купалась в эмоциях шокированных людей. Поэтому, поняв, что тщеславное чудо Загадки не нуждается в вычурных речах о бесконечной благодарности, Власта развернулась к своим собратьям. Первый взгляд упал на Дерека, но не задержался на нём — отвлёк звук, который неожиданно для всех издала чуть живая Клоди. Пожалуй, сдавленный всхлип, тут же перешедший во что-то наподобие нервного, истерического смеха. Она смотрела на своего Родни. А Родни… открыл глаза.

***

      Не умер?       Власта, конечно, радовалась этому, но не могла понять: оплошность это Дерека или…       От этой внезапной мысли Власту отвлекло то, что Родни, едва успев очнуться, тут же вскочил, бегло оценил обстановку и встал в боевую стойку.       — Погодите, Родни, вам не с кем воевать! — затараторила Власта, пока готовый на всё парень не натворил непоправимого.       — Почему я должен вам верить? Я отвечаю за безопасность Клоди и не могу доверять никому, — порывисто огрызнулся то ли сын Мейера, то ли несмотря ни на что вечный телохранитель его дочери-клона. Он был собран, готов к любому повороту событий, но явно колебался в выборе: устранить сперва сотрудника ГСБ или чудовищ местного разлива.       Как он собирался противостоять последним, Власте оставалось только гадать, но тут неожиданно изменилось кое-что ещё. Девушка невольно обернулась на отчётливое шевеление в том месте в узком пространстве туннеля, где, по идее, всё должно было быть тихо и неподвижно — мёртво. Однако вопреки, казалось бы, самой очевидности там зашевелился один из киборгов Дерека. А следом за ним и его напарница…       Что-то во всём этом было такое, что невольно наводило на какую-то важную мысль. После всех своих недавних треволнений Власта соображала с трудом, но внезапная догадка будто ударила разрядом тока.       — Да ну! — всплеснула Власта руками. — Так вы и не собирались нас всех убивать, Дерек? — слова сами слетали с губ; от переизбытка эмоций говорить было трудно, а речь меж тем лилась и лилась, стройно и совсем без помех, точно сама собой. — Вы бы только лишили нас сознания на время, отсняли бы видео и представили начальству как доказательство?       — Да. — Мужчина сумел наконец подняться с земли. — Это очень рискованно. И не только для моей карьеры, для моей свободы, но и для дальнейшей судьбы моего сына. Но я принял такое решение… Только теперь всё равно не отвертеться, — удручённо добавил он, — видео, сами понимаете, испорчено.       Где-то за спиной Власты кто-то из людей удивлённо присвистнул, кто-то как будто рухнул в изнеможении прямо там, где стоял. Ещё женский голос всхлипнул, но в этом звуке было такое несказанное облегчение, что невольно захотелось так же расслабиться и устроить на радостях вечер песен и плясок. Однако не получалось.       Дерек! Он пытался помочь, но весь его план полетел к чертям, а сам он, выходит, подставился. И по-крупному.       Да и не только в нём было дело. Ведь что Власте с Шарком, что их нежданным гостям следовало опасаться преследований. Если Дерек не предоставит доказательств того, что расправился с ними, то сюда непременно вскоре пришлют каких-нибудь других агентов, и те уж наверняка расправятся со всеми до последнего человечка.       — Что же делать? — рассеянно пробормотала Власта, зачем-то оглянувшись в сторону Шарка. Наверное, просто привыкла полагаться на него и искать у него поддержки.       Шарк в ответ на её немую просьбу отпустил рога многоножки и подошёл к своей «госпоже».       — Разрешите обратиться, — пробасил он с привычным бесстрастным выражением на лице, но в тот самый миг Власта ощутила, как же сильно и бесконечно любит и эти низкие нотки в голосе, и невозмутимость внешнего вида. — Разрешите предложить… Пусть господин Дерек вновь сделает вид, что убивает нас, зафиксирует это и улетит. Один, без клонов, как и собирался. Тогда и он не пострадает, и мы останемся тут спокойно жить. Никто не станет искать нас, а мы, если надо, обустроимся где-нибудь в другом месте, подальше от Баз. На всякий случай.       Власта слушала переливы любимого голоса и сперва, поглощённая ими, даже не поняла сути слов Шарка, а в себя пришла от слегка удивлённой, но беззлобной усмешки Дерека:       — Вот тебе и «класс С». Вот тебе и тупое пушечное мясо.