Разделённые

Драко разбудил Гермиону через два часа. На самом деле, он разбудил её за час до их отправки, чтобы она смогла подготовить и очистить свой разум перед сеансом легилименции. Хоть Гермионе и удалось поспать хотя бы пару часов, но эти пара часов показались ей парой минут. Она совершенно не отдохнула. Она была разбита. – Тебе нужно подготовиться, Грейнджер. Я, конечно, хороший легилимент и ты с легкостью можешь закрыть своё сознание от меня, но всё же я не Тёмный Лорд. Он гораздо сильнее любого с кем тебе приходилось сталкиваться. Должен предупредить, что он не будет жалеть тебя и мягко проникать в твой разум, скорее всего он попытается разбить его в щепки, поэтому тебе стои… Он не успел договорить, потому что Гермиона перебила его беспокойную речь: – Малфой, стоп! Я знаю примерно, что меня ждёт. Я видела раньше, что он делал с Гарри. Я справлюсь, правда. Тем более, перед тем как уснуть, я уже поставила все нужные стены. Драко смотрел ей прямо в глаза и хмурился. Он переживал и это было видно невооруженным глазом. И в его взгляде опять было это тепло. – Хорошо. И чем же ты заполнила сознание? – спросил Драко слегка прищурившись. – Болью, – коротко ответила Гермиона. Повисла неловкая пауза. Они оба не знали о чём говорить, хотя с другой стороны им было о чём поговорить. Первым взял себя в руки Драко: – Раз ты готова, тогда позволь проверить, как хорошо ты готова. Только предупреждаю, что я не буду нежничать, Грейнджер. Нам нужен результат, ты это понимаешь? Гермиона коротко кивнула. Это произошло неожиданно. Малфой резко проник в её сознание и это было… больно, но гриффиндорка не сдавалась, как она и сказала все стены стояли на местах и были они весьма прочными. Конечно, Драко не повёлся на трюк с обманыванием эмоциями, он прекрасно знал этот трюк, ведь это он когда-то учил её ему. Поэтому Гермиона решила попробовать другую тактику. Она не прятала всё за болью, а вместо этого она подбрасывала Драко разные воспоминания. Например, сейчас он смотрел, как она с Гарри и Роном пыталась убежать от егерей. Драко точно знал, что будет после этого воспоминания, поэтому также резко вышел из сознания Гермионы. Девушка слегка побледнела, поэтому Драко наколдовал ей стакан воды и подождал, пока она его выпьет. – Должен признать, что твои навыки стали значительно лучше с нашей последней встречи, – на его лице играла лёгкая улыбка и опять это тепло. Гермиона проигнорировала его похвалу и спросила: – Когда отправляемся? Малфой взглянул на часы на стене. – Через пятнадцать минут. Собирайся и спускайся вниз. Мы аппарируем из холла, – сказал Малфой после чего исчез в воздухе. Гермиона встала с кровати и покачнулась от темноты в глазах, но быстро собравшись отправилась в ванну. Умывшись холодной водой она посмотрела на своё отражение. На неё смотрела уставшая и разбитая девушка. Под глазами залегли тени, кожа была серой, а голова грязной. Она всё ещё была в той же одежде, в которой сражались в битве за Хогвартс. Единственное, что было в ней сейчас от прежней Гермионы - это всё тот же огонёк решимости во взгляде. Она была решительно настроена к пытке легилименции. Также ей нужны были ответы от Малфоя. Он сказал, что война не окончена. Это значит, что Орден не сдался и ей нужно сбежать и найти их, но прежде ей нужно всё узнать. С таким настроем спустя пять минут Гермиона спустилась в холл по пути завернув не в тот коридор, но к её удивлению один из предков Малфоя на портрете подсказал ей путь. И это действительно её удивило. Спустя пару минут появился Малфой. На нём была мантия Пожирателя, но маски на нём не было. Вместо неё на его лице было холодное и непроницаемое выражение. Окклюменция. Подумала Гермиона. Не говоря ни слова, он взял её за локоть и аппарировал с глухим хлопком.

***

Они очутились перед воротами огромного, мрачного и очень старого замка. Гермиона точно знала, что это поместье Мраксов. Их встретил такой же старый и мрачный эльф, прямо под стать замку. Малфой крепко сжимал локоть Гермионы и тащил её за собой, словно собачку. Оказавшись в замке эльф повёл их вверх по лестнице. Внутри поместье выглядело ещё мрачнее, чем снаружи. Здесь также как и в мэноре на стенах висели портреты с предками Мраксов, но в отличие от Малфоев Мраксы кривили свои лица от отвращения при виде Гермионы и говорили ей что-то в спину, но Гермиона их не слушала она полностью сосредоточилась на стенах в своём разуме. Достигнув огромных дубовых дверей, эльф услужливо поклонился Малфою и исчез. Даже не взглянув на Гермиону, Драко толкнул тяжёлые двери и повёл Гермиону за собой. Они оказались в огромном зале. В самой середине стоял о, Мерлин, трон и Волдеморт сидел прямо на нём. Больше в зале ничего не было. Вокруг ног Волдеморта ползала Нагайна и что-то шипела своему хозяину. Когда они подошли к Реддлу, Малфой покорно поклонился. – Мой повелитель, я привёл грязнокровку, как вы и просили. Волдеморт кажется только что их заметил: – Здравствуй, генерал Малфой, рад тебя видеть, – сказал Волдеморт, но его лицо не выражало и толики радости. Пока они разговаривали Гермиона, смогла рассмотреть Реддла ближе. Конечно, Грейнджер и раньше его видела, но так близко впервые. Из-за огромного количества тёмной магии, которую Реддл использует ежедневно и из-за создания крестражей, при регенерации своего тела он так и не смог вернуть прежний облик. Сейчас он выглядел, как чудовище и в нём мало что было от человека. Первое, что бросалось в глаза это отсутствие носа. Второе это оттенок глаз. У Волдеморта они были ярко красного цвета. Его язык был раздвоен как у змеи. Выглядел он поистине ужасно. За разглядыванием Волдеморта Гермиона прослушала всё о чём тот говорил с Малфоем. Поэтому она слегка вздрогнула, когда к ней обратились. – Я слышал о тебе. Грязнокровная подружка Поттера. Наверняка ты для него невероятно важна и много чего знаешь, – прошипел Волдеморт. – Так что давай узнаем, что же ты прячешь, грязнокровка! Смотря прямо в глаза Гермионе, Волдеморт проник в её сознание, принося при этом дикую боль. Это было похоже на Круцио, но как будто действие проклятия распространялось не по всему телу, как обычно, а только в её голове. Не выдержав боли девушка упала на пол, обхватила руками голову и закричала, что есть сил. Малфой был прав, Волдеморт силён. Чертовски силён. Всё это время Гермиона превознемогая боль старалась удержать стены. Она отвлекала Волдеморта другими воспоминаниями. Почему-то именно в этот момент Гермиона поняла, что она не хочет, чтобы Волдеморт нашёл его в её воспоминаниях, поэтому все воспоминания о Драко, она отодвинула ещё дальше и тут Волдеморт будто осёкся, но в ту же секунду рассмеялся, но смех его был злым. – Как же так! Какая забава! – потешался Волдеморт. Гермиона не знала, что его так удивило, но она была рада временной передышке. – Ты только подумай, Генерал! Грязнокровка думает, что Поттер мёртв. Сколько же в этой голове боли и отчаяния. Но она ничего не знает, а даже если и знает, это точно что-то незначительное. Видимо не так вы близки с Поттером, раз он не всё тебе рассказывает, – потешался Волдеморт. Но Гермиона была словно в другом мире. Он сказал, что она думает, что Гарри мёртв. Он не говорит о нём в прошедшем времени, а это значит, что … невероятно! Гарри жив! И кажется, что Волдеморт купился на уловку с эмоциями. – Убери это с моих глаз, Генерал! – рявкнул Волдеморт. Теперь он был зол. – И помни, что она должна страдать! – Разумеется, Мой Лорд. Гермиона не могла пошевелиться. Её голова буквально горела изнутри. Она вот вот отключится она почувствовала, что кто-то дёрнул её за руку и чуть не рухнула опять на пол, но тёплая ладонь легла ей на талию, удерживая от падения. Драко. Они вышли из замка и Малфой подхватил Гермиону на руки, аппарировал в её комнату в мэноре. Последнее, что слышала девушка перед тем, как отключиться, это своё имя из его губ.