Разделённые

Тёплые струи воды омывали тело Гермионы, пока она водила руками по своему телу, убирая с кожи остатки геля для душа. В голове был полный бардак. Сегодня они с Драко отправятся на встречу с её друзьями и она молилась Мерлину, чтобы всё прошло без потасовок. Она волновалась. Чертовски. Хотя Гермиона понимала, что это настоящий абсурд, ведь они её друзья, но мерзкий голосок в голове нашёптывал, что они не будут рады тому, что она годами скрывала от них свои отношения с Драко. Их врагом. Её волновала реакция Рона. Грейнджер была готова к оскорблениям, упрёкам, но если Рон решит прекратить их дружбу? Звучало это даже в её голове слишком сюрреалистично. Рон никогда так не поступит. Нет. Но какая-то часть неё всё же опасалась этого. Она вспомнила как он отвернулся от Гарри на четвёртом курсе из-за того, что думал будто Гарри сам бросил своё имя в кубок огня. Или как он ушёл от них тогда в лесу. В самый разгар войны просто взял и ушёл. Да, он был под действием крестража Реддла, а потом и вовсе вернулся, но это не отменяет того факта, что Рон может действовать импульсивно и порой терять контроль. Но Гермиона убеждала себя, что всё будет в порядке. Конечно в порядке, никак иначе. Ещё она думала о том, что даст Гарри Поттеру хорошую затрещину за то, что заставил её поверить, будто он мёртв. Разумеется, Гермиона потом сожмёт его в крепких объятиях, но сначала задаст трёпку в стиле Молли Уизли. Ещё она пыталась обдумать то, что произошло в Америке. Хотя думать было не о чем. Драко признался ей в том, о чём она и так знала, но дурацкому сердцу было важно об этом услышать. Его слова оседали приятным теплом в её душе. Но больше всего Гермиону беспокоил Люциус Малфой. То как он встретил их. Их короткий диалог, когда он поинтересовался из чего сделана палочка Гермионы. Это было странно. Но больше всего Гермиона удивлялась его поведению. Вчера они успели поужинать всей семьёй. За это время Люциус не позволил себе ни одного ядовитого слова в сторону Грейнджер. Более того, он смотрел без капли присущего ему призрения. Он смотрел на неё заинтересованно. Будто Гермиона была не человеком, а мантикорой, которая спокойно сидела за столом с волшебниками и ела пудинг, будто в этом не было ничего не реального. Гермиона вышла из душа, закутавшись в белое полотенце. Она посмотрела на себя в зеркало. Влажные кудряшки лежали на плечах. Гермиона взяла в руки палочку, чувствуя как при соприкосновение древка с рукой приятное тепло пробежалось по венам, достигая кончиков пальцев. Она направила древко на свои волосы и невербально высушила их. Это было то, по чему она так долго скучала. Мерлин, теперь её копна не выглядела как чёртова мочалка. Гермиона пробормотала ещё парочку заклинаний и волосы уложились в аккуратные локоны. К тому времени, когда Грейнджер покинула свою комнату время близилось к завтраку. Сегодня она спала в своей комнате без Драко. Вчера он и его отец покинули поместье после ужина. Драко просил его не ждать и ложиться спать. Гермиона решила провести время в своей комнате. Она долго не могла уснуть, но в конечном итоге зелья, которые она всё ещё пила перед сном, взяли своё, и Гермиона уснула. Подойдя к лестнице Гермиона застыла. Она не знала вернулся ли Драко, и застанет ли она его в комнате, но решила всё-таки проверить. Гермиона преодолела расстояние до двери его спальни и коротко постучалась. Ответом ей была тишина. Гермиона без зазрения совести толкнула дверь, которая как всегда была открыта. Спальня была погружена во мрак из-за плотно задвинутых штор, но Гермиона всё равно увидела Драко лежащего на животе. Он спал. Гермиона неспешно подошла к краю кровати и протянула руку, чтобы прикоснуться к его волосам. Он был таким красивым. Чёртов красивый ублюдок. Его волосы как всегда были словно шёлк, а лицо напряженно даже во сне, но это не портило его красоты. Гермиона провела пальцами по его носу, который он морщил, когда читал, по губам, которые так идеально касались её губ. — Доброе утро, заноза, — проворчал он. Гермиона инстинктивно, будто её застали за чем-то неприличным, отдёрнула руку, но Драко успел её поймать. — Не смогла спать без меня? Гермиона мягко усмехнулась. Он выглядел таким… домашним. Её душу грело от того, что только она знала его таким. Только она знала: какие у Драко Малфоя по утрам растрёпанные волосы и каким ворчуном он становился, если его отвлекали ото сна. — Уже утро, Драко, — произнесла Гермиона, поглаживая его ладонь большим пальцем. — Я пришла за тобой на завтрак, но я не думала, что ты всё ещё спишь. Драко оторвался от подушки и сел. — Завтрак? — переспросил он. Гермиона кивнула. — Ты спала в своей комнате? — ещё кивок. — Ты в порядке? — Да. Гермиона даже осознать не успела, как оказалась опрокинутой на постель. — Я хочу другой завтрак, — прошептал Драко ей на ухо. Гермиона захихикала. — Драаако, — протянула гриффиндорка. — Нас ждут твои родители, — пыталась вразумить его Гермиона. — Нет, не ждут, — ответил Малфой и накрыл её губы своими. Гермиона пыталась возразить, но он протолкнул свой язык ей в рот. Она прикусила его нижнюю губу зубами, но Драко лишь плотнее прижался к ней телом и она почувствовала его утреннюю эрекцию, которая так недвусмысленно упиралась ей в бедро. Драко заставлял её буквально задыхаться от напора. Он был настойчив, как всегда, но это не было что-то грубое. Не было, пока он нежно гладил её бёдра обтянутые юбкой. Драко оторвался от её губ и стал спускаться к шее. Это нужно прекратить. — Драко, — его имя прозвучало скорее как стон, чем нечто членораздельное. — Драко, подожди. Она почувствовала его горячее дыхание над своим ухом, когда он прошептал: — Я хочу тебя. Драко прикусил мочку её уха, вырывая новый стон. Гермиона усилием воли положила свои руки на его голую грудь и оттолкнула. Драко смотрел на неё так, будто ему сказали, что он не получит десерта, пока не съест основное блюдо. Недоумённо. — Грейнджер, в чём проблема? — спросил он. — Нас ждут твои родители, — произнесла Гермиона. Драко тут же нахмурился. — Давай вечером? — предложила гриффиндорка. Ей и самой нестерпимо хотелось, но… — Обещаешь? — прищурился Малфой. — Обещаю, — выдохнула она. Драко тут же слез с неё и расшторил окна беспалочковой магией. Гермиона наблюдала за ним. Её очень удивляло, что он смог этому научиться. Это было просто невероятно. — Как много ты можешь делать без палочки? — Гермиона задала вопрос, который волновал её больше всего. Драко повернулся к ней, когда заговорил. — Немного, на самом деле. Я могу что-то перемещать. Мне поддаются элементарные заклинание, но что-то серьёзное, пока нет. Гермиона усмехнулась. Ну конечно. Пока. — Сегодня тебя навестит мистер Гилберт, — заговорил Малфой, разрезая тишину. — Целитель разума? — Драко кивнул в ответ. — Драко, это не обязательно, я уже в порядке, зелья помогают, я правда не думаю, что… — Это обязательно, — перебил её Драко. И отправился в ванную, пока Гермиона закипала от негодования.

***

Мистер Гилберт прибыл в поместье сразу после завтрака и вот уже пять минут изучал показания мозга Гермионы на проекции, которую он сотворил минутами ранее. Гермиона чувствовала себя некомфортно. Было такое ощущение, будто кто-то роется у неё в голове, хотя она знала, что это не так. Она видела, что некоторые части её мозга на проекции горели красным цветом. Гермиона ничего не смыслила в целительстве разума, но подозревала, что это ненормально. — Мисс Грейнджер, Вы обладаете окклюменцией? — поинтересовался целитель. — Да, — коротко ответила девушка. Гилберт нахмурился и взмахнул палочкой, чтобы проекция увеличилась в нужных ему местах. — И как часто Вы ей пользуетесь? — спросил он, не отвлекаясь от горящих красным мест. — Часто. Он оторвался от проекции и обратил своё внимание на гриффиндорку. — И при каких обстоятельствах? Гермиона задумалась. Атака Волдеморта на её мозг является достаточной причиной? — Во время стресса, — нашлась с ответом Гермиона. — Как часто Вы испытываете стресс? — эти вопросы уже начали серьёзно выводить Гермиону из себя, но Драко сказал, что он опытный целитель, а Гермиона доверяла Драко. — Последние три года, — честно призналась она. — И каждый раз Вы используете окклюменцию? Подавляете свои эмоции? — Да, без этого никак. — Мистер Малфой сказал, что Вас мучают кошмары, — начал Гилберт. — Это легко объясняется стрессом, если Вы уберёте источник стресса и будете пить прописанные мной зелья, кошмары отступят. Гермиона усмехнулась его наивности. — Мистер Гилберт, как можно убрать войну? — выдала она. — Я знаю, что каждый день где-то там умирают мои друзья. Я видела труп своего лучшего друга, надежды всей Великобритании, а Вы говорите мне устранить источник стресса? — Гермиона знала, что мужчина стоящий перед ней ни в чём не виноват, но она устала. Устала держать всё в себе. Три долгих года это копилось в ней. С неё хватит. — С этим я не могу Вам помочь, — спокойно ответил целитель, чем удивил Гермиону. — Но Вы должны прекратить подавлять свои эмоции. Вы видите эти красные зоны? — он показал на проекцию. — Это последствия регулярного применения окклюменции. Вы подавляете свои эмоции при любом случае. Вы не должны этого делать. Это делает только хуже. — Я должна прекратить использовать её? — ядовито ответила Гермиона. — Вы не должны отказываться от неё, мисс Грейнджер. Я лишь прошу использовать её в разумных количествах. Вы сталкиваетесь с постоянным стрессом и пытаетесь подавить это. Это сведёт Вас с ума. Позвольте себе чувствовать. — Это всё? — спросила Гермиона. Она успокоилась, пока слушала его. Возможно, в чём-то мистер Гилберт был прав. — Да, ещё я пропишу Вам умиротворяющий бальзам, — ответил целитель. — Он у меня уже есть, — пробормотала Гермиона. — В каких дозах Вы его пьёте? Гермиона стыдливо опустила глаза. — Я просто пью его, пока не успокаиваюсь, — гриффиндорка видела как расширились его глаза от ужаса. — Мисс Грейнджер, нужно всего пару ложек, не больше! — Я поняла.

***

Перестать подавлять эмоции. Гермиона пыталась заставить себя это сделать. Быть открытой. Но через пять минут они с Драко аппарируют в Паучий тупик. Как можно будет оставаться спокойной, когда Рон начнёт свой — обязательно громкий — концерт? Кто-то из них должен будет быть спокойным. Это невыносимо. Сейчас Гермиона опустила все стены в своём сознании. Она чувствовала себя… голой. Это было самое простое и подходящее в данной ситуации сравнение. Она чувствовала себя так, будто не находится в своей власти. Гермиона ни разу в жизни себя так не чувствовала. Теперь, когда она открыта, Гермиона чувствовала всё. Всё. Страх был самой яркой эмоцией. Дальше по списку была тревога. Локон, который Гермиона крутила в руках вот уже десять минут, Драко едва ли не вырвал из её пальцев, заставив его висеть, пока сам его не заправил ей за ухо. Грейнджер не знала рассказал ли мистер Гилберт хоть что-то после их встречи Драко, но она подозревала, что да. Сейчас они сидели в беседке около озера. Драко крепко сжимал её руку. Гермионе нравилось то, как он выражал свою поддержку. Действиями. Прикосновениями. Гермиона знала, что он не силён делать это словами, но он не сдавался из-за этого. Не бросал её. Драко всегда был рядом. Держал в крепких объятиях. Сжимал руку. Приносил зелья. Отдавал свои футболки, в которых Гермиона спала прошедшие два месяца, пока его не было дома. Дом. Гермиона не помнит тот момент, когда перестала считать Мэнор домом ужасов. Теперь она представляла его домом. Она знала практически каждый уголок замка. Каждую книгу в библиотеке. Знала во сколько миссис Малфой завтракает. И знает, что она любит читать в этой самой беседке. Гермиона знает, сколько раз в день кормят павлинов. И каким-то чудом она знает, что Люциус в них души не чает. Да, Мэнор стал для неё домом. Когда-то это казалось таким невозможным, но сейчас… Гермиона почувствовала как Драко встал, всё ещё держа её за руку. Она поднялась следом. Грейнджер почувствовала на своей талии его руку, но в следующую секунду рывок аппарации. Драко аппарировал их прямо в гостиную дома Снейпа. Вокруг них поднялась пыль и девушка тут же чихнула. Драко взмахнул палочкой и вся пыль исчезла. Гермиона обернулась, но не обнаружила ещё хоть кого-то в комнате кроме них. Видимо, они ещё не пришли. Гермиона решила воспользоваться этим временем в свою пользу. — Где ты был вчера ночью? — спросила Гермиона. Драко вздохнул, заглядывая ей в глаза. — У нас с отцом была встреча с Кингсли, — ответил Драко, заправляя ей за ухо локон волос. — Ему был нужен отчёт. — Норвегия, — догадалась Гермиона. Они оба обернулась, услышав, что входная дверь открылась. Через несколько секунд в гостиную вошли три гриффиндорца. Наступила тишина. Оглушающая. Гермиона даже слышала летающую муху. Её глаза метались по лицам друзей. Она сразу отметила, что Гарри набрал в весе. Рон был… зол. Это сразу бросалось в глаза. Джинни улыбалась. Она была первой, кто нарушил напряжённое молчание. — Мерлин, Гермиона! — воскликнула Уизли и кинулась на шею Грейнджер. Гермиона почти рухнула на пол от напора младшей Уизли, но Драко вовремя придержал её за талию. — Я тоже по тебе скучала, Джинни, — бухтела Гермиона, но улыбка на её губах говорила о другом. Джинни отпрянула от неё ровно на столько, чтобы посмотреть ей в глаза. Выражение её лица было решительным. Такое было всегда, когда она собиралась задать жару близнецам за их проделки. — Гермиона Джин Грейнджер, какого чёрта ты оставила меня почти на полгода? Я чуть с ума не сошла без тебя! — причитала она. Гермиона знала, что последнее, что она должна была делать это улыбаться, но она не могла сдержаться. — И хватит улыбаться, идиотка, я с тобой говорю! — Джинни пощёлкала пальцами перед лицом Грейнджер, но та всё ещё улыбалась. Джинни ещё раз обняла Гермиону. Намного крепче, чем в первый раз. — Джинн, ты её задушишь, — произнёс Гарри. Джинни отошла от Гермионы и встала рядом с Малфоем, с интересом его разглядывая. — Давно не виделись, хорёк, — начала Уизли. — Гермиона, как ты могла скрывать от меня целых пять лет, что встречаешься с Малфоем? Гермиона её не слушала. Всё её внимание было сосредоточено на парне с чёрными лохматыми волосами, шрамом на лбу и круглыми очками. Он выглядел уставшим, но в целом был в порядке. Гермиона планировала разгневаться на него сначала за то, что лишь на мгновение заставил её поверить в то, что он мёртв, но как всегда все её планы рухнули в одночасье. Слёзы выступили на её глазах и она не думая, преодолела расстояние между ними и крепко обняла. Молчание вновь опустилось на пространство и слышно было только то, как Гермиона всхлипывала в грудь Гарри, пока он уткнувшись ей в макушку подбородком, гладил по спине, стараясь успокоить. — Гарри… Господи, Гарри… — Гермиона открыто рыдала, впитывая в себя эмоции. Не подавляя. Чувствуя всё без остатка. — Тише, Гермиона, всё хорошо, — шептал Поттер. Вдруг Грейнджер дёрнулась в его руках и отстранилась. Гарри посмотрел на её лицо, которое теперь исказил гнев. Этот перепад эмоций заставил Поттера открыть рот. — Как ты посмел! Я чуть не умерла прямо там, думая, что ты умер! — закричала Гермиона. — Почему ты не рассказал! Ты должен был знать, что выживешь, но не сказал! — Гермиона знала, что несёт полный бред. Конечно, он не знал. Откуда ему было знать? Но истерика накрыла её с головой. Она не соображала. — Гермиона, пожалуйста, успокойся, — умолял Гарри, но это вызывало лишь новый поток слёз. Казалось всю её плотину прорвало и она рыдала, ожидая, пока все эмоции, что она так тщательно скрывала найдут выход. — Грейнджер, — произнёс Драко. Она почувствовала его тёплые руки на своих плечах, когда Малфой разворачивал её к себе. — Дыши. Гермиона слушала его ровный голос и думала. Как он не сошёл с ума? Почему у него получается применять окклюменцию без последствий, а у неё нет. — Я просто… — всхлипнула Гермиона. — Дай мне минуту, ладно? Это тяжело без неё, я не могу… — лепетала гриффиндорка, пока Драко нежно гладил её по щекам, стирая слёзы. — Конечно, — он не обнимал её как Гарри. Драко знал, если обнять её, то она расплачется ещё больше. Так всегда бывает, когда кто-то пытается обнять тебя, ты лишь громче плачешь. Сейчас Гермионе нужно было успокоиться и он давал ей именно это. Малфой смотрел ей в глаза. Показывая ей, что он спокоен. Что всё хорошо. Что он рядом. И это работало. Всхлипы постепенно сходили на нет, слёзы прекращали свой поток, а дыхание выравнивалось. Гермиона глубоко вдыхала и выдыхала, смотря ему прямо в глаза. — Ты в порядке? — спросил Драко. Его глаза спокойно смотрели на неё. — Да, — отозвалась она хриплым голосом. — В порядке, — более твёрдо дополнила она. Никто из них не замечал трёх пар глаз, смотрящих на них всё это время. Если Гарри и Джинни были удивлены, то Рон… Гермиона решительно развернулась к лучшему другу, но то что она увидела заставило съёжиться. Его взгляд колючий и… ненавидящий. — Привет, Рон, — начала Гермиона. — Привет, Гермиона, — холод –несвойственный Рону — преобладал в его голосе. — Наверное, нам стоит многое обсудить, — неуверенно предложила Гермиона. — Наверное, — протянул Рон с ядом. — Что именно, Гермиона? То, что ты пять лет пудрила мне мозги, пока сама подкладывалась под Пожирателя смерти? — он не щадил её. Ни капли. Его не волновала её недавняя истерика. Гермиона была готова к этому, но его слова всё равно оставили царапину на её сердце. — Я не обманывала тебя, Рон! Если ты не заметил, я никому не рассказывала о своих отношениях с Драко! Почему ты должен быть особенным? — кровь закипала в венах. Гермиона не планировала злиться на него, но её гордость этого не могла выдержать. — Да неужели! Может быть, потому что ты прекрасно видела, что я к тебе чувствую? — взревел Рон. — Тогда какого чёрта, ты не набрался смелости прийти ко мне и объясниться? Почему я должна бегать за тобой и открывать секреты, которые я никому и никогда не открывала! Почему я, Рон? — кричала Гермиона. Она пыталась напомнить себе быть спокойной, но не выходило. Чёрт. — Поэтому ты спокойно продолжила скакать на члене Пожирателя смерти, — ядовито изрёк Рон. Гермиона покраснела от злости. Едва ли его слова могли смутить её сейчас. — Не смей. Его. Так. Называть, — прошипела Гермиона. — Разве это не правда? А что ты делала, Гермиона? Даже когда Гарри 《умер》ты сбежала к Малфою! Ты предательница! — Заткнись, Рон, — вмешалась Джинни. — Это не правда! — рявкнула Гермиона. — Меня взяли в плен, Драко спас меня! — Рон, это правда, ты же знаешь, — сказал Гарри, защищая подругу. — А как насчёт того, что она осталась там жить? — вспыхнул Уизли. — Это предательство. — Завали, Уизли, — Драко встал перед Гермионой, закрывая собой. — Ты нихуя не знаешь и тебе пора закрыть свой рот. — А то что, хорёк? — Рон подошёл ближе. Он был ниже Драко, что не прибавляло ему устрашения. — Запытаешь меня как Симуса? — Драко, не надо, — Гермиона взяла его за руку, отводя от Рона. Она знала, что гриффиндорец ходит по лезвию ножа. — Рон, послушай меня, — начала гриффиндорка, но была перебита. — Я не намерен слушать очередную хрень от тебя, Гермиона. Малфой чудовище! Как ты можешь быть с ним? Гермиона смотрела в его глаза и понимала. Что бы она не сказала сейчас – не сработает. Он был слишком зол и слишком обижен. — Молчишь? А знаешь, нахуй это. Можешь не говорить. Удачи, — с этими словами он аппарировал. Внутри Гермионы будто что-то щёлкнуло. Она стало медленно оседать на пол. Перед её лицом появилась Джинни, она просила прощения, говорила, что он одумается, что всё будет хорошо. Гермиона подумала, что стала слишком часто слышать эту фразу. Всё будет хорошо. Будет ли? — Гермиона, — это был Драко. Забавно, он называл её по имени только в нужные моменты. Так, чтобы это всегда работало безотказно. И оно работало. Всегда. — Посмотри на меня. Гермиона чувствовала его руки на своих мокрых от слёз щеках. — Где они? — глухо спросила она, понимая, что все ушли. – Аппарировали на Гриммо, – ответил Драко. – Мне нужно, чтобы ты сконцентрировалась. Ты можешь это сделать для меня? – его тон был мягкий и спокойный. Это успокаивало. – Я их ещё увижу? – Я могу это организовать, – пообещал Драко. – Но сейчас мне нужно, чтобы ты успокоилась и сосредоточилась, мы будем аппарировать, ты же не хочешь, чтобы тебя расщипило? – Нет, – покачала головой Гермиона. Драко поднял её на руки. Схватившись за свою палочку, он посмотрел на неё. – Ты готова? – Да. Она собрала все силы, что у неё были, представляя Мэнор. Драко аппарировал их в его спальню и уложил её на кровать. Он начал отстраняться, когда она схватилась за него. – Я сейчас вернусь, заноза, – мягко произнёс он и она отпустила. Драко достал из тумбочки умиротворяющий бальзам и ложку. Он дал Гермионе ровно две ложки. – Я хочу переодеться, – пробормотала Гермиона. – Сейчас... – Дай мне свою футболку, – перебила его Гермиона. Драко достал из шкафа белую футболку. Он помог ей избавиться от одежды, после чего одел на неё футболку. Гермиона тут же упала на подушки. Драко избавился от своей одежды, оставаясь в одних боксерах, и лёг рядом. Засыпая на его груди, Гермиона слышала то, что говорили все. – Всё будет хорошо.