Я зависим от тебя

Мои глаза медленно открылись. Всё плыло, но медленно становилось на места. Голова всё ещё немного трещала. Я увидел белый потолок. Где я? Что со мной? — Тодороки! Я повернул голову. Половина класса стояла в палате. Я в больнице? Что произошло? — Тодороки, ты как? — спросил Иида. — Я. — Стойте а может ему нельзя пока что говорить? — встревожилась Урарака. — Да он же только что очнулся, — поддержала Тсую. — Ага! Он же в обморок упал. Тодороки, мы все волновались! — подхватила Ашидо. Я не особо понимал, что происходило. Все что-то рассказывали мне, ругались, жалели. Сначала я слушал их, до того как увидел, что Мидория стоит позади них и грустно смотрит в пол. На его лице было волнение и какая-то грусть, будто он чувствовал вину. Я наблюдал только за ним и не обращал внимания на других. После, ребята заметили мой взгляд. И все повернулись на Деку. — Эй, Мидория! Что ты как вокпанный? — спросила Очако. Деку, испугавшись большого внимания, встрепенулся. Он неловко улыбнулся и повернул глаза на стену. — А, ну, простите, все нормально. Просто я задумался. — Ребята не забудьте, нам сейчас на уроки идти! — вспохватился Иида. Один он не меняется. — О нет! Вот блин! Ладно, Тодороки, ты держись, мы ещё к тебе придем после уроков. — Ага. Все начали прощаться и выходить, кроме Мидории. Он всё стоял и неловко смотрел в пол, пока ребята далеко не отошли. После, он сел на стул рядом с моей койкой. И посмотрел на меня. Всё тем же взглядом вины. Что с ним такое? — Хочешь поговорить, Тодороки-кун? Я приподнялся с кровати и сел в виде калачика. — Что со мной было? Как я тут оказался? — Ты упал в обморок. Доктор сказал, что у тебя жар и голод. Скажи, когда ты последний раз ел? — Я не помню. Кажется, три дня назад. — Почему? я метнул глазами в сторону. — Мне было не до этого. Брови Деку сурово свелись на переносице. — Это из-за того случая? Без пояснений было понятно, что он имеет в виду. Он говорил про поцелуй, о котором до я сих пор сожалею. Но пока я не был в сознании, принял решение, что не трону его пока он сам мне этого не позволит. — Да. И я хочу снова извиниться. -Прости, Тодороки, из-за меня ты чувствовал большой груз на плечах. Из-за меня тебе было плохо и ты оказался тут. Прости меня… Разве он виноват?.. Нет это я тогда глупо поступил. Время все расставить на места. — Мидория. —Да? — Ты не виноват и я не собираюсь врать, что этот поцелуй был случайным. Я подался своим чувствам. Потому что я люблю тебя. Мне правда жаль, что я сделал это, но я пообещал себе, что я больше не прикоснусь к тебе без твоего разрешения. Знаю, я тебе не нравлюсь. Но что такое любовь без боли и страданий? Когда я совершил ту ошибку, ты не стал обвинять меня, а поддерживал, ты дал мне силы признаться. Я влюбился не заметив, тогда, когда ты невероятно перевернул мою жизнь. Когда склеил разбитое сердце. Я хотел ничего не чувствовать. Но ты взабрался в моё сердце. Из-за тебя я обезумел. Я бы потерял смысл жизни без тебя. Ты единственный кто понимал меня. Я видел в тебе свет. Мидория ошеломленно на меня смотрел. Он ожидал что-то вроде печального рассказа, но никак не признание. Глаза его блестели, как будто сейчас он заплачет. Но то что он сказал мне, всего лишь состояло из одного слова: «прости». Он грустно опустил голову. — Я понял. — Вся наша будущая карьера героев разрушится. — Мне плевать. Я готов всё бросить ради тебя. — А мне нет, Тодороки. Ты будешь хорошим героем, но если мы будем встречаться, то всё накроется, все наши труды. Это всё важно для меня. Я не могу. — А если никто не узнает? Деку молчал. «Прости, Тодороки», сказал он, а после вышел из комнаты. Моё сердце ныло и бестактно билось. Мне казалось, я нашел способ. Мне казалось, что я нашел выход. Но ты не ответил мне. Видимо, мне придется смириться. Но ты в моих мыслях, не даешь мне покоя. Надеюсь однажды я тебе понравлюсь. Даже если на это уйдет сто лет. Я забуду о времени. И буду ждать до бесконечности, глядя вперед. Можно ли выиграть в этой безумной игре?