Шаг вперед

Утро перед финалом выдалось шумным и суетным. Все нервничали, куда-то спешили, старались быть собранными и ничего не забыть, но всё почему-то выходило ровным счетом наоборот. Чимин и Намджун, помогая накрыть стол к завтраку, успели перебить половину посуды, прежде чем взрослые, заметив эту катастрофу, усадили их на стулья, приказав сидеть ровно и не шевелиться. Хосок потерял свои счастливые трусы и носки и буквально сводил всех с ума, пока наконец-то не нашел их. Настолько, что перекидывавшиеся многозначительными взглядами Тэхён и Юнги всерьез подумывали о том, чтобы просто взять и примотать к стулу скотчем этот бесящий абсолютно всех сейчас нервный электровеник. Методично намазывавшая джемом тост Вэлери Эванс, тоже сегодня остававшаяся ночевать у них исключительно в отдельной комнате исключительно с разрешения родителей исключительно в компании Бама, в самый неподходящий момент поинтересовалась у разобиженного в пух и прах Чонгука, когда тот сбреет свои волосы и передаст по условиям спора их ей для экспериментов, заставляя того подавиться и окатить всех сидящих за столом от миссис Ким до уже накрасившейся и сделавшей укладку Юнджи целым водопадом из бананового молока. Стоит ли говорить, что Юнджи в тот момент сама прямо там едва не обрила его наголо? И еще слава богу, что в этом внезапном сладком ливне не пострадали счастливые трусы и носки! А всем остальным пришлось по кругу переодеваться. Натягивавший чистые сухие штаны Юнги запнулся о крутившегося у него под ногами Бама и смачно рухнул на пол, умудрившись разбить себе нос. А ставший невольным свидетелем этой сцены и ржавший до колик Тэхён оказался следующей жертвой вихря имени одного юного шаловливого добермана и, тоже грохнувшись на пол буквально в полутора метрах от матерившегося в голос Юнги, обзавелся разбитой губой и смачным фингалом. Для полноты этой картины не хватало только гневных сторис от Минхёка, пары сломавшихся прямо в дороге машин, километровых пробок, цунами, летящего на Землю гигантского метеора, полного рептилодилов, и всеобщего конца света, но… к счастью, обошлось без них. И они все ограничились лишь одной сменой одежды, битой посудой и некоторым процентом увечий, которые, впрочем, никого особо не беспокоили, ведь с ними была Юнджи, BTS практически в целости и сохранности всё же добрались до школы и до своего этажа, где их уже ждали бледные, с красными воспаленными глазами и в целом выглядящие так, словно они всю ночь не спали, Джин и Джейн. Юнджи попыталась было с ходу выяснить, что же такого у них случилось, однако те с легкостью отделались от нее мимоходным «Ничего страшного. Потом расскажем», ведь до начала финала у них оставалось чертовски мало времени, а у них тут еще конь не валялся. Убрать оставшийся после вчерашнего полуфинала беспорядок в зале. Выставить камеры и свет по высланным жюри конкурса инструкциям. Проверить, что всё работает. Закрыть двери на этаж, чтобы во время эфира к ним вдруг не прорвалась жаждущая внимания и славы Мелисса, Минхёк или еще какие-нибудь саботажники. Переодеться в одинаковые удобные серые спортивные костюмы, на спинах которых в знак поддержки месяца прайда радужными пайетками вышит логотип группы. Отдаться в волшебные руки Юнджи для макияжа и легкой укладки. Прогнать еще раз три приготовленные для финала номера, каждый из которых каждый из них мог станцевать в любое время суток в любом состоянии даже без музыки, ведь они репетировали их практически каждый день на протяжении полугода. И… всё? Время до начала пролетело слишком быстро. Чимин готовился к этому моменту с октября, почти восемь с половиной месяцев, остальные участники BTS – и того дольше. И вот они здесь. Стоят перед экраном ноутбука, отсчитывающим последнюю минуту до финала. Это момент… был настолько волнительным, что у Чимина внезапно задрожали колени и перехватило дыхание. И судя по тому, как сильно в его руку вцепился Юнги, а Тэхён просто взял и обнял Хосока, переживал совсем не он один. Даже оставшиеся с ними, чтобы в случае чего помочь (принести воды, перекус или еще что-то), и жмущиеся друг к другу Юнджи и Джейн выглядели очень и очень взволнованными. Торжественно-приветственная часть, которую вел сам глава Бостонской академии искусств, возглавлявший в этом году конкурсное судейское жюри, слава богу, не стал говорить долго и нудно, а просто поздравил прошедших в финал участников и провел жеребьевку. BTS выпала песня, которую Чимин никогда прежде даже не слышал, что было, в общем-то, не очень удивительно, но то, что ее не слышал вообще никто из группы, стало для него большим шоком. Впрочем, они изо всех сил старались не суетиться и по этому поводу не нервничать. И, дождавшись, когда будет объявлен старт финала и отведенные им на подготовку кавера пять часов, тут же все вместе отправились на «Ютьюб» искать клип на эту песню и живые выступления, которых, к всеобщему облегчению, было достаточно. Да, сама песня и танец были очень сложными. Скорее хип-хоп, чем кей-поп, сбитая ритмика, сложные, почти акробатические связки и элементы, но BTS справлялись и не с таким. Просмотрев видео пару десятков раз, они распределили роли и разошлись по разным углам, изучая каждый свою хореографию, чтобы через час собраться вместе и сделать прогон, но в этот самый момент их внимание отвлекла на себя резко побледневшая и с глухим стоном начавшая оседать Джейн. И если бы не моментально бросившиеся ей на помощь Юнджи и оказавшийся рядом и вовремя подхвативший девушку Намджун, то та бы просто рухнула на пол. – Что случилось? – Джейн?! – Что с Джейн? – Скорая, нам срочно нужно вызвать скорую! – Нет, лучше вызвать школьную медсестру, она ближе, доберется быстрее. – Намджун, ты неправильно ее укладываешь, нужно следовать правилам техники безопасности, о которых нам рассказывали на мастер-классах по поведению в экстремальных ситуациях и первой помощи в них… – Джин, что с Джейн?! Она что, всё еще не выздоровела?! Все BTS, моментально позабыв о том, что у них, вообще-то, финал прямого эфира и конкурс, моментально бросились к девушке, шумя, галдя и перебивая друг друга, и, кажется, лишь только тяжело вздохнувший Джин выглядел до невозможности спокойным. А еще очень и очень уставшим. – Угомонитесь все, – недовольно шикнул на взволнованных разгалдевшихся друзей он и, разогнав всех, взял бутылку воды и присел перед лежащей на полу сестрой. – Не нужно врачей и скорых, я сейчас приведу ее в чувство, – скривился Джин и совершенно спокойно легонько похлопал сестру по щекам, так, словно делал это не в первый, не во второй и даже не в десятый раз, и, открыв воду, смочил пальцы и под ошарашенными взглядами замерших вокруг друзей начал брызгать ей в лицо. – Как это «не нужно»? – пришел в себя самым первым и откровенно возмутился Намджун. – Что это вообще за болезнь такая, которая длится уже четвертый месяц? Вы вообще водили ее к врачу? – Вообще-то, эта болезнь длится ровно девять месяцев… – пробормотал себе под нос Джин, с облегчением видя, как сестра вздрагивает и, с шумом втянув воздух, открывает глаза. – Чего?! – весьма неэстетично отвесил челюсть Намджун. – Тогда что это за болезнь такая, которая длится точно девять месяцев? – скрестив на груди руки, возмущенно фыркнул Хосок. – Я знаю! Я знаю! Я знаю! – подпрыгнув на месте от нетерпения и махнув сразу целым ворохом радужных хвостиков на голове, начал было Чонгук, однако хмыкнувший себе под нос Джин в этот раз не дал их маленькому всезнайке блеснуть умом: – Моя сестра беременна, придурки. Это длится девять месяцев. Вот и всё.