Грязнокровки Пожирателей Смерти

      День был мрачным. Погода, как позже многие и утверждали, стала предвещателем грядущих событий. Но сейчас таких синоптиков лишь называли мелодраматичными придурками, цепляющимися за любой повод усложнить ситуацию.       Трейси Дэвис мало интересовалась чем-то подобным. В Хогсмид студенты выбирались не так уж и часто, так что будь она проклята, если позволит мелкому дождику и паре грозовых тучек помешать походу в волшебную деревеньку. Она родилась в Англии (в городе, близком к тому, в котором жил сам Гарри Поттер), поэтому такая погода ей не в новинку.       Пэнси исчезла. Иногда Трейси приходится повторять эти слова вслух, чтобы убедить себя в их правдивости. Временами она обнаруживает, что вот уже какое-то время пялится на пустую кровать Пэнси в их комнате. Это, если говорить клишированными фразочками, было слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Трейси знала, что не единственная рада уходу Пэнси; Дафна Гринграсс и Салли-Энн Перкс заметно расслабились, когда до них дошла новость, что Пэнси таинственным образом исчезла. (Хотя по слухам, не исчезла, а присоединилась к Пожирателям Смерти.) И Трейси бы не удивилась, узнав, что слухи не врут. Миллисента могла скучать по Пэнси, но никто не знал точно. Но если она и скучала, не выказывала ни малейшего намёка.       Дафна и Салли-Энн выдохнули, ведь теперь им не придётся исполнять роли послушных собачонок Пэнси. Они могли делать и говорить всё, что хотят (в какой-то степени). Но облегчение Трейси было куда больше.       У неё был секрет. Большой секрет. Секрет, который она скрывала с первого дня первого курса не без помощи профессора Снейпа. «Дэвис» — довольно распространённая фамилия, в Америке проживает довольно уважаемая династия ведьм и волшебников под таким именем. Выдасть себя за одну из их кузин было проще простого. Чистокровки в Британии слишком высокомерные, чтобы возиться с американцами, но кровь есть кровь, поэтому одной лишь фамилии хватило.       Правда, несколько лет её задирали за «причудливых» чистокровных родственников. Но это лишь мелкие трудности, которые и не стоили внимания Трейси. Она знала, что будет куда хуже, если однокурсники узнают правду: что мистер и миссис Дэвис — учителя в маггловской школе.       Трейси всегда было интересно, скольких ещё магглорождённых покрывает Снейп, но спросить не осмеливалась. На Слизерин иногда попадали и полукровки, и в зависимости от того, кто из родственников обладал чистой кровью, решалось, будут ли тебя поливать грязью и обсыпать насмешками все семь лет учёбы. Единственный полукровка, пользующийся популярностью на их факультете, — Блейз Забини, и это было связано с его почитаемой в обществе матерью.       Но для других только он и был нечистокровным слизеринцем. Однокурсникам Трейси вообще было опасно являться магглорождёнными. Четверо из пяти парней, учившихся вместе с ней, оказались сыновьями Пожирателей Смерти, и все четверо необъяснимым образом исчезли в то же время, что и Пэнси. А пятым был вышеупомянутый мистер Забини.       Временами Трейси задавалась вопросом, почему её вообще определили на Слизерин. Сам Салазар вряд ли жаловал её на своём факультете, поэтому иногда казалось, что это лишь несмешная шутка распределяющей шляпы. Трейси считала себя хитрой, в конце концов, она шесть лет успешно скрывала чистоту своей крови от фанатиков-однокурсников. И смелой. В глубине души, самой затаённой её части, она хотела, чтобы кто-нибудь понял, что она грязнокровка.       Трейси была одной из лучших студентов на курсе, она постоянно зарабатывала очки, постоянно получала похвалу и обожание профессоров. А если слизеринцы узнают, что она грязнокровка… ну… может — маловероятно, но всё же, — их мнение о статусе её крови изменится? Да, Трейси была оптимисткой. Более логичная её половина, та, что и сохранила в себе слизеринские задатки, подсказывала, что вероятность такого исхода событий крайне мала, да что уж там — невозможна. Предубеждения, кажется, текли в венах всех чистокровных, и их отпрыски снисходительно закрывали глаза на все доказательства, противоречащие мнению старшего поколения. Гермиона Грейнджер — прекрасный тому пример. Умнейшая девчонка на курсе, возможно, даже в школе, и магглорождённая. Но все эти аргументы лишь приводили чистокровных в ярость. Паркинсон поэтому-то и ненавидела её…       Но лишь микроскопическая частичка Дэвис хотела показать свою настоящую сущность. Остальная же её часть жалела, что несколько лет назад её не распределили на Пуффендуй или Когтевран («Может, даже на Гриффиндор, — нашептывало сознание. — Гермиона Грейнджер, кажется, нуждалась в хорошей подруге…»), Трейси тут же отбросила все эти мысли.       Вынырнув из затянувшегося витания в облаках, она поняла, что куда-то свернула с главной улочки Хогсмида и теперь стояла в каком-то переулке рядом с пабом «Кабанья голова». Капля дождя, сорвавшись с тёмной тучи, упала и разбилась о кончик носа девушки, что только увеличило уровень дискомфорта. Прекрасно. Чертовски прекрасно. Трейси нахмурилась. Она уже вытащила палочку, чтобы создать защитный купол, но тут небо прорезала первая яркая вспышка молнии, а за ней последовал и оглушительный раскат грома. Не без тревоги слизеринка подняла голову, вглядываясь в зловещие, сгущающиеся тучи. Чудесно. В непонятный паб идти всё же придётся. Но это, по крайней мере, лучше, чем перспектива промокнуть под ливнем или попасть под удар молнии.       Именно тогда, когда Трейси сделала первый шаг ко входу в заведение, метрах в пятнадцати от неё послышался крик. Несколько секунд она простояла в шоке, а затем резко развернулась и, сощурив глаза, сквозь непрерывно идущий дождь посмотрела на выход из переулка к главной улочке. Светло-каштановые волосы уже значительно намокли и слиплись. Трейси неуверенно шагнула вперёд и заглянула за угол. Глаза расширились, рот в шоке приоткрылся.       Пожиратели Смерти. Пожиратели Смерти в Хогсмиде. Она никогда до этого их не видела, но сомнений не возникало: чёрные мантии с накинутыми на головы капюшонами и светлые маски, скрывающие лица. Их было так много… они выбивали стёкла из окон, поджигали дома, грабили магазины и… Трейси моргнула, желая, чтобы это был лишь эффект от попавшей в глаз капли, но нет.       Они посылали проклятия в людей. Решили их судьбы: кого-то упускали из виду, а кого-то убивали. Но никто из них не увидел её, что, несомненно, было чистой воды удачей, потому что слизеринка неподвижно стояла и во все глаза наблюдала за происходящим, совершенно неготовая к атаке. Две маленькие фигурки пробежали сквозь стену дождя в сторону Трейси. Девушки наступали в лужи, безбожно пачкая свои светлые штаны и пытаясь избежать внимания Пожирателей. Только когда они подбежали ближе, Трейси узнала в них Дафну Гринграсс и свою партнёршу по Гербологии — Лайзу Турпин. Девочки заметили подругу одновременно.       — Трейси! — два голоса смешались в один.       — Трейси, Пожиратели Смерти! — крикнула Дафна, для пущей убедительности махнув рукой себе за спину. — Пожиратели Смерти в… — не успев закончить фразу, она упала лицом в лужу грязи. С палочкой наготове метрах в ста от них стоял Пожиратель.       Лайза издала леденящий душу вопль ужаса и кинулась в сторону Трейси, в относительную безопасность. Три Пожирателя преследовали девушку, и, когда та подбежала ближе, Трейси схватила Лайзу за локоть и потащила в переулок, ко входу в паб.       Дверь неожиданно распахнулась, от чего девушки вскрикнули.       Мужчина, стоящий перед ними, не был похож на Пожирателя Смерти: старик с длинными седыми волосами и такой же бородой, с палочкой в руке. Он почему-то выглядел смутно знакомым.       Позади послышался треск: аппариция. Лайза громко вскрикнула, но продолжила перебирать ногами. Они почти добежали… глаза старика расширились в тревоге, но взгляд был всё так же сосредоточен. Он посылал заклятия в Пожирателей позади девушек.       — Быстрее! — прикрикнул он и в следующую же секунду вспышкой был сбит с ног, с тошнотворным хрустом влетев в противоположную стену. Мужчина был либо без сознания, либо мёртв.       Трейси была уверена, что Лайза снова бы заорала, если бы не получила проклятие в спину. Трейси в отчаянии преодолела последние несколько метров к открытой двери (в пабе должен быть камин, летучий порох, ну, или какие-нибудь другие средства спасения), но на полпути остановилась, потому что прямо перед ней трансгрессировали два Пожирателя Смерти.       У Трейси даже не было времени, чтобы закричать или увернуться от полетевшего в неё Силенцио. Она боролась: вырывалась и извивалась, пиналась и мотала головой, пыталась поцарапать и укусить. Пожиратели лишь рассмеялись, будто она была щенком, и связали слизеринку верёвками.       Первый Пожиратель держал Трейси, чтобы она не упала, а второй повернулся к преследователям девушек. Трейси, к своему же ужасу, осознала, что позади них было ещё пять Пожирателей, один из которых левитировал за собой Дафну. Двое других поднимали с земли бесчувственное тело Лайзы. Четвёртый Пожиратель достал из кармана мантии какую-то маленькую металлическую вещичку.       — Проверьте сначала эту, — сказал Пожиратель, держащий Трейси, сильно встряхивая ту.       Пожиратель Смерти с металлическим прибором подошёл ближе к ней, ужасная улыбка была видна даже через безликую маску.       Трейси снова попыталась вырваться, неестественно выгибая спину, но своими действиями вызывала лишь смех Пожирателей. Один из них приложил металлический прибор к её руке.       Сначала ничего не происходило. Затем что-то с противно пищащим звуком вонзилось в кожу девушки, забирая пару капель крови. Она, несомненно, заскулила бы от боли, если бы могла.       Пожиратели уставились на прибор. Трейси, не зная почему, тоже смотрела на неизвестную вещичку.       Внезапно индикатор загорелся ярко-красным. Пожиратели зловеще оскалились. Некоторые из них снова рассмеялись.       Мужчина, который взял у неё кровь, однако, непонимающе переводил взгляд то на Трейси, то на инструмент в руках.       — Она слизеринка, — выплюнул он.       Глупое и ненужное в данный момент чувство надежды поглотило Трейси. Слизерин печально прослыл как факультет будущих Пожирателей Смерти. Может, они отпустят её..?       — Слизеринка, значит? — послышался другой, немного грубоватый голос. — Думаю, на неё будет неплохой спрос, даже если личиком не вышла.       Что, во имя Салазара, это значит? Сердце Трейси стучало невероятно быстро.       Потом Пожиратель подошёл к Лайзе и двум державшим её мужчинам. Он повторил свои действия с прибором. По крайней мере, Лайза этого не чувствует. И снова все уставились на машинку, но результат был уже другой. Индикатор светился глубоким синим. Один из Пожирателей, придерживающий Лайзу, достал палочку и оставил на запястье девушки миниатюрную Тёмную Метку того же синего оттенка. Пожиратель рядом с Трейси наслал на неё то же заклинание (сказать честно, кожу ужасно жгло), и на ладони появилась отвратительная красная Метка.       Затем Пожиратель приложил инструмент к предплечью Дафны Гринграсс, и снова результат был отличен. На этот раз цвет был ядовито-зелёным, таким же оттенком светилась Тёмная Метка, запущенная в небо.       Трейси ощутила беспокойство за подругу, и её шестое чувство не обмануло. Один из рядом стоящих Пожирателей достал палочку; произнесённое убивающее проклятие эхом отразилось от стен переулка. Дафна рухнула на землю, тело приземлилось прямо в лужу, конечности неестественно выгнулись.       Мозг Трейси начал работать против неё, сознание затуманилось. Она не осознавала, что пожилой мужчина пришёл в себя и уже убил двух Пожирателей Смерти.       Но соотношение пятеро против одного — не лучшая перспектива на победу, даже если он храбро сражался и сразил ещё одного противника. Старика обезоружили, а Пожиратель уже начал произносить убивающее.       — Нет! — послышался крик одного из Пожирателей, он взглянул на своих ошеломлённых товарищей и пояснил: — Живым он больше сгодится, — никто не смел возразить. — Ступефай! — старик с глухим стуком упал на землю. — Теперь давайте убираться отсюда, — скомандовал он остальным. — Нет, оставьте их, — гаркнул он соратникам, побежавших к мёртвым телам Пожирателей. — Поторопимся, Дамблдор скоро будет здесь.       Последнее, что увидела девушка, — Тёмная Метка, вспыхнувшая в небе, и Пожиратель, схвативший тело Лайзы. В следующую же секунду Трейси оглушили. Всё погрузилось во тьму.

***

      Трейси проснулась от собственной дрожи. Она оказалась в тёмной камере со связанными руками и ногами, в окружении тёмных фигур. Слизеринка прищурилась, пытаясь привыкнуть к полумраку. Через некоторое время она уже могла разглядеть прислонённые к холодным и влажным стенам силуэты людей, они явно были без сознания. Некоторые неподвижно валялись на каменном полу. Темнота не давала Трейси и шанса распознать личности присутствующих и понять, живы ли они вообще. Она прочистила пересохшее горло.       — Эй? — прошептала слизеринка в неизвестность и поморщилась от громкости своего голоса в абсолютной тишине. — Э-эй? — снова позвала девушка, чуть понизив тон.       — Понятия не имею, почему ты шепчешь, — послышался женский голос. — Какая разница, слышат ли они нас? Да и сомневаюсь, что они вообще слушают.       Дэвис сильнее прищурилась, пытаясь разглядеть человека, сидевшего у противоположной стены.       — Откуда ты знаешь? — прошептала Трейси, она была слишком напугана, чтобы говорить громче.       — Ну, полагаю, что в сложившейся ситуации это не имеет значения, как считаешь? — тут же ответил голос. Трейси он показался смутно знакомым. — Пожиратели загнали нас всех в тесную клетку, прямо как помойных крыс. Хуже быть уже не может.       — Они могут убить нас, — возразила Трейси уже своим обычным голосом.       — Есть вещи и похуже смерти.       Слизеринка нахмурилась. Она знала этот голос.       — Кто ты? — спросила она.       — Кто ты? — резко ответил голос.       — Гермиона Грейнджер? — удивлённо спросила Дэвис. Конечно, никто не мог огрызаться на людей так, как могла Грейнджер.       — Да, — устало ответил голос (не голос, а Грейнджер). — Это я. А кто ты? Кажется, я уже слышала твой голос.       Трейси поёжилась. Она точно знала, почему её голос показался Грейнджер знакомым. В конце концов, слизеринка была девчонкой на побегушках Пэнси. А любимым занятием Паркинсон было унижение Гермионы Грейнджер. В голову Трейси пришла мысль, что, если она сейчас презрительно рассмеётся, гриффиндорка за секунду поймёт, кто сидит перед ней. Девушка виновато и немного нервно покачала головой. Ей казалось, что она — последняя, с кем Грейнджер пожелала бы оказаться в данной ситуации.       — Что ж, — голос Грейнджер вернулся к властному тону. — Ты не отвечаешь, и на это могут быть две причины: либо ты отключилась, как и все остальные, либо просто боишься называть мне своё имя. Если я всё же угадала, то знай: мне совершенно всё равно, унижала ли ты меня в школе, — язвительно выплюнула она.       — Трейси Дэвис, — ответила слизеринка едва слышно.       — Что?       Собрав в кулак всё своё мужество и всю свою храбрость, девушка повторила снова, уже громче:       — Я Трейси Дэвис.       — Я и в первый раз тебя услышала, — язвительность никуда не исчезла.       — Почему ты тогда переспросила? — не понимала Дэвис. Честно говоря, иногда она понимала Пэнси. Эта девчонка поистине невыносима.       — Ну а что ты здесь делаешь? — на этот раз недоумённо спросила Грейнджер.       — Пью чай с печеньем и обсуждаю насущные проблемы с королевой, — фыркнула Трейси. — Как ты сама думаешь, что я здесь делаю?       К её удивлению, со стороны Грейнджер послышался тихий смех. У слизеринки сложилось впечатление, что у этого человека чувство юмора отсутствует целиком и полностью.       — Прости, это был глупый вопрос, — произнесла Грейнджер.       Серьёзно? Грейнджер признаёт свою вину?       — Я имела в виду, почему ты в этой камере? Полукровок держат в других.       Вот и настал момент истины. Странно… Трейси чувствует облегчение. Грейнджер была права. Хуже уже быть не могло, да и её тайна рано или поздно раскроется. Должно быть, из-за этого и была вся шумиха в переулке.       — С чего ты взяла, что во мне есть хоть капля чистой крови? — впервые с того момента, как её распределили на Слизерин, Трейси чувствовала себя свободной. — Я грязнокровка, как и ты.       — Не произноси это слово, — прошипела Грейнджер. — Почему ты так говоришь? Это глупо.       — Но мы ведь и правда такие, — защищалась Дэвис.       — Мы магглорождённые, — возразила Грейнджер. — Есть разница.       — Если и есть, я её не вижу, — призналась слизеринка. — Два названия одного и того же определения.       — Ну, я не думала, что ты такая же, как и я, — пробормотала Гермиона. — А остальные знают? — недоверчиво продолжила она. — Пэнси Паркинсон, Дафна Гринграсс, Драко Малфой и другие?       — Дафна мертва, — коротко ответила девушка, комок подступил к горлу.       Последовала пауза.       — Мне жаль, — наконец ответила Грейнджер, и в её голосе действительно читалось сожаление. — Пожиратели Смерти?       — Да. Ты не должна так говорить, мы ужасно себя вели по отношению к тебе.       — Но она не заслужила смерти.       И снова тишина.       — Как бы то ни было, прости меня, — искренне произнесла Дэвис.       — Простить? — недоверчиво переспросила Гермиона. — За что простить?       — За то, что доставала тебя. За то, что портила тебе жизнь, — Трейси и правда извинялась, ну, и искупляла свои грехи, пока ещё жива.       — Я понимаю, почему ты так поступала, — устало пробормотала Грейнджер. — Можешь не утруждаться.       Чёртовы гриффиндорцы. Благородны до мозга костей.       — Я, блять, была настоящей сукой! — раздражённо воскликнула девушка. — Злой, противной, мелочной и жалкой! Я просто пыталась им понравиться.       — Кажется, будто тебя это волнует больше, чем меня, — голос Гермионы звучал опустошённо. — Думаю, ты достаточно настрадалась. Но, похоже, ты вовсе не поддержки от меня ждёшь. Поэтому скажу то, что ты на самом деле хочешь услышать: извинения приняты.       — Не нужно притворяться, что прощаешь меня, — тут же ответила Трейси, — просто из жалости. Не хочешь сказать, что думаешь обо мне?       Грейнджер шумно вздохнула.       — Ты невыносимо упряма, — съязвила она. — Я думала, что это черта присуща лишь гриффиндорцам.       — А я думала, что все умные учатся на Когтевране, но ты каким-то боком оказалась среди красно-золотых, — рыкнула Трейси. — Не надо загонять меня в рамки.       — Ты первая начала, — возмутилась Гермиона. И ещё одна неловкая пауза. — Думаю, в этот самый момент мы должны были начать вырывать друг у друга клочки волос в порыве драке.       Трейси рассмеялась, а затем закрыла рот рукой, сразу замолкая и округляя глаза. Боже, какая она глупая! Ровно с тем же успехом она могла крикнуть: «Эй, Пожиратели Смерти! Я тут! Живая! Идите и убейте меня!»       — Я же уже говорила, что нет никакого значения, слышат они нас или нет, — Грейнджер раздражённо фыркнула.       — Наверное, ты права, — сердце Трейси, тем не менее, не замедлило свой ускоренный ритм. — Ты знаешь, где мы?       — Нет, я только недавно пришла в себя. Но не думаю, что где-то, где мы хотели бы оказаться.       — Остальные… — тихо начала Трейси, но уже не от страха быть подслушанной, а от ужаса. — Остальные, кто здесь… они мертвы?       — Сомневаюсь. Разве ты не видела, что убитых оставляли на месте?       — А, да, — теперь устало звучала слизеринка. — Видела. — Тут в голове возник вопрос, основанный на предыдущих ответах гриффиндорки, и Трейси поспешила задать его: — Откуда ты знаешь, что Пожиратели рассаживают грязнокровок и полукровок по разным камерам?       — Я была в сознании.       Трейси не покидало ощущение, будто Гермиона предпочла бы не видеть того, что видела.       — Я наблюдала за распределением. Тебе ведь тоже поставили красную Тёмную Метку, да?       — Да. — Дэвис смотрела на своё запястье, проводя по нему пальцами. Было слишком темно, поэтому видны были лишь очертания, метку разглядеть не представлялось возможным.       — Красных они определили в одну группу, синих — в другую. А затем меня вырубили и заперли тут вместе с остальными.       — Как ты думаешь, зачем им это? Я имею в виду, зачем они разделили нас по чистоте крови? — уточнила Трейси. У неё самой было какое-то предчувствие, но далеко не самое хорошее.       — Ну, — протянула Грейнджер, — думаю, Пожиратели заставят синих присоединиться к ним.       — Присоединиться к ним? — воскликнула слизеринка. — Но они же не чистокровные!       — Как и В-волдеморт.       Трейси сжалась, притянув ноги к груди. Она ожидала, что прямо сейчас Сами-Знаете-Кто появится в темнице и выплеснет на них всю ярость за то, что какие-то грязнокровки посмели произнести вслух его имя. Лишь через пару секунд она поняла, что именно сказала Грейнджер.       — Он не чистокровный? — поражённо, но недоверчиво спросила Трейси.       — Нет, его отец был магглом.       Когда Дэвис переваривала всё, что узнала, услышала от Грейнджер слова, гораздо более ужасающие, чем что-либо, сказанное ею до этого.       — Полагаю, они будут пытать нас, — небрежно начала Гермиона, — долго пытать. А затем убьют. Не уверена, будут ли нас насиловать. С их стороны было бы очень лицемерно «осквернять» себя. Хотя от принципов у них одно только название, — Грейнджер закончила сарказмом.       Губы Трейси шевелились в беззвучном шёпоте, ей вспомнились недавно сказанные слова подруги по несчастью.       — Есть вещи и похуже смерти, — пробормотала она.       — Да, — непринуждённо согласилась гриффиндорка. — Но мне, вероятно, придётся хуже, чем другим. Из-за Гарри, ну, ты понимаешь, — уточнила она, хоть в разъяснениях и не было смысла. — Я просто надеюсь, — продолжила она тем же тоном, — что ничем не выдам тайны участников сопротивления до того, как умру. На меня никогда не накладывали Круцио, не знаю, как отреагирую и что могу сболтнуть.       — Может, они просто используют Веритасерум, — удалось прошептать Трейси онемевшими губами.       — Думаю, так они и сделают. Но сначала немного попытают.       — Как ты можешь так говорить? — возмутилась Дэвис. — Почему ты так спокойно говоришь об этом?       — Я не совсем спокойно говорю об этом, — ответила Грейнджер. — Думаю, это шок. Но я поняла, что умру, ещё когда Пожиратели схватили меня. Повторюсь, что надеюсь, я не проболтаюсь о чём-то важном.       — Не знаю, — в голову Трейси закралась одна мысль. — Думаю, в качестве заложницы ты будешь более ценна. Они могут пытать тебя, но убивать, наверное, не будут. Меня же… — она резко замолчала, вздрогнув.       — Этого я не учла, — продолжила размышления Грейнджер. — Возможно, ты права, и я выживу. Хотя я предпочла бы смерть.       И Трейси ей поверила.       — Если бы они собирались убить нас, уже убили бы, — слизеринка впервые озвучила свой худший кошмар. — Дафну заавадили — рука не дрогнула. Нас ждёт что-то более ужасное.       — Согласна, — ответила Гермиона. — Но всё равно надеюсь, что мы крупно ошибаемся.       Но Грейнджер явно не верила собственным словам, как и Трейси. В следующую же секунду распахнулась дверь темницы, ни одна из девушек и не подозревала, что она там была — стена как стена. Свет из коридора слепил глаза, хоть и был лишь огнём, отбрасываемым факелами. Зрение вернулось через несколько секунд. Но в то мгновение Трейси отчаянно мечтала вновь лишиться возможности видеть.