Заполучить счастье

      — Не будь ты тем, кто заставляет моего альфу урчать, уже давно оторвал бы твою маленькую голову. Но не переживай, я буду с тобой нежен… Насколько это возможно. — Саус шептал на ухо, пытавшегося, сдержать слёзы омеги.       — Пожалуйста… — Такемичи, и сам, если честно, не понимает чего он точно просит. Но тем не менее, он едва слышно продолжает произносить одно и то же слово, это вызывает лишь усмешку у альфы и он проводит носом по шее втягивая аромат омеги. — Пожалуйста… — Каждая клеточка в теле Такемичи дрожит от страха, когда Саус одной рукой, обхватывает талию Такемичи и притягивает ближе к себе. — Пожалуйста…       — Не бойся. — Саус, наконец, отпускает подбородок Такемичи, только для того чтобы схватить за волосы и оттянуть голову назад, заглядывая в лицо. — Я буду нежен. — Ухмылка расчерчивает лицо альфы и он накрывает своими губами, губы омеги, буквально полностью скрывая его под своим телом. Ему нравится то, как Такемичи пытается сопротивляться, как он протестующе мычит, а его аромат словно сходит с ума. Внутренняя сущность парня буквально кричит о бедствии и этот аромат пропитывает помещение на сквозь. Саус чувствует собственное превосходство над этим, кажется совсем хрупким телом, альфа чувствует свою силу, что не оставляет омеге и малейшего шанса на сопротивление, кроме как сжимать зубы останавливая все попытки альфы насладиться поцелуем. — Ты как маленький. — Фыркнул, отстраняясь альфа, глядя в затуманенный слезами взгляд. — Alegremente.       Ему нравится страх омеги. Нравится ломать его волю. Нравится и то, что каждый из присутствующих, словно секундант на дуэли — наблюдает за тем, как он и омега станут единым целым. Саус распрямляется, и окидывает взглядом каждого человека находящегося на балкончиках второго этажа, пока на его лице сияет оскал.       — Сегодня вершится история Ракураха Тадай! — Перехватывая омегу за плечи, он прижимает его к себе одной рукой, вторую вскидывая. — Наша история начнётся с зачатия потомства стаи. Каждый из вас, для меня словно член моей семьи! Семья — это самое важное, что у вас должно быть! Так что наблюдайте за тем как в нашей семье появится следующее поколение!       Под общие овации и выкрики, что напоминали Саусу настоящие стаи, он, закинув омегу на плечо, с лёгкостью несёт его к дивану и кидает на него. Наблюдая за тем, как парень тут же отползает к спинке и вжимается в неё, будто пытаясь утонуть в обивке. Омега не прекращает рыдать, а его грудь вздымается с ненормальной скоростью, когда он не отрываясь, наблюдает за тем, как Саус скидывает с себя верх формы, позволяя взгляду омеги оглядеть его. Он позволяет видеть себя. Видеть и понимать — насколько его тело заточено под выживание в жестоком мире.       — Не надо. — Всхлипывает омега, а с лица Сауса не сходит оскал. — Не нужно, прошу.       — Скоро ты запоёшь по другому. — Обещает Саус, хватая за ногу и притягивая омегу к себе, заставив Такемичи тут же закричать и постараться отбрыкаться, без разбору пиная ногами и Саусу даже прилетает по челюсти. Но сейчас это не важно, не тогда, когда он поймал его за руки и прижал к дивану, нависая сверху.       Саус с упоением вжимается носом в шею омеги, втягивая аромат, заставляющий внутренности скручиваться. Хочется попробовать его на вкус, хочется ощущать этого омегу. И Саус не привык отказывать себе, проводя влажным языком по шее замершего и замолчавшего омеги. Чувствуя как на языке остаётся солёный привкус, что вместе с ароматом и феромонами омеги, создают настоящие подобие пьянящего коктейля, заставляя забыть обо всем. Задрав футболку омеги вверх, Саус проходится языком по груди, даже когда омега вновь придёт в себя и будет сопротивляться. Этот манящий вкус, слишком соблазнителен для него чтобы остановиться. Хочется смешаться с этим вкусом, раствориться в этом аромате. Хочется быть единым целым с этим омегой.       И внутренний зверь согласен с Саусом, он довольно урчит, заставляя вторить ему. Зверь буквально пускает слюни на это тело, и омегу хочется как можно скорее сделать своей. Присвоить не только тело, но и душу и тогда, тогда-то омега точно перестанет звать на помощь, перестанет выкрикивать тошнотворно-противное имя другого альфы и будет в оргазмичиском отупении помнить только его имя.       Саус в буквальном смысле растворяется в аромате омеги полностью игнорируя будто кричащие об отчаяние феромоны. Он прижимает собственным весом омегу к дивану, а его руки уже скользят по бокам омеги, шершавыми от постоянных мозолей, руками ощупывая кожу, что кажется Саусу нежнее бархата. Это всё сводит с ума. Сейчас ему плевать на крики и брыкания, он накачивает помещение собственными возбуждёнными ферамонами, заставляя каждого альфу в помещении пригибаться от обрушивающегося на него аромата пороха и крови к полу или вообще покидать помещение.       — Хватит! — Рыдая просит Такемичи, пытаясь уйти, оттолкнуть от себя потерявшего разум альфу. Такемичи страшно, он задыхается чужими феромонами, а тяжёлый, совершенно неподъёмный вес давит на него сверху. Каждое прикосновение языка альфы, ощущается словно клеймение. Словно расплавленный металл льют прямо на кожу. — Нет! Нет! Нет! — Руки кажутся слишком слабыми и не один его удар, не приносит и малейшего дискомфорта альфе, он словно бы и не замечает этого. Становится противно от самого себя. От того, насколько он слаб, от того, что его собственное тело предаёт его, пресыщенное возбуждёнными феромонами альфы оно начинает откликаться, и вырабатывать смазку и это пугает больше всего. То что даже тело способно предать. Он вцепляется ногтями в чужие плечи, раздирая кожу до крови, но альфа даже не обращает на это внимание, не оставляя омеге ничего кроме как беспомощно выть. — Хва-атит! — Такемичи не хочет смотреть, но глаза закрыть страшно, особенно, когда альфа спускается ниже и ниже, следуя обжигающей дорожкой к линии штанов. И Такемичи, просто вцепляется руками в чужие волосы, пытаясь удержать на месте, не позволить спуститься ниже. Ему кажется еще немного и он сорвёт собственный голос, продолжает звать лишь одного человека, того с кем он сейчас хочет оказаться. — Майки! Пожалуйста, Майки!       Такемичи слышит как при каждом упоминании Майки, альфа нависающий над ним злобно рычит, но омеге всё равно. Ему абсолютно плевать на то, кто сейчас за ним наблюдает, плевать на то, насколько жалким он выглядит. Потому что сейчас, оказавшись вновь перехвачен за запястья, что прижали над головой всего одной рукой он не собирается смотреть в горящие возбуждением глаза альфы, замершего над ним. Такемичи отворачивается от него продолжая звать Майки. Он мечтает лишь о том, чтобы дверь сейчас же открылась и на пороге появилась знакомая фигура, но сколько бы он не прожигал закрытые дверные створки взглядом, чуда не происходило.       — Омега! — Кулак ударяет по сиденью рядом с самым носом Такемичи, заставляя зажмуриться и наконец, перевести испуганный взгляд на альфу, чьё скалящеяся лицо, находится слишком близко. — Сегодня ты станешь моей, омега. — Живот невольно поджимается, когда Такемичи чувствует чужие пальцы на своей коже, которые плавно забираются под резинку, заставив вздрогнуть и всего на мгновение замерев, тут же, вновь повторять попытки вырваться.       — Нет! Убери руки! Нет! Нет! Нет! — Такемичи не хочет в это верить, он не хочет чувствовать влажные губы прижимающиеся к его шее, оставляющие на коже алые следы засосов. Такемичи не хочет чувствовать, как чужая ладонь проходится по его члену, заставляя тело предательски вздрагивать. — Я перегрызу твою глотку, мразь! — Клянётся омега, чувствуя как злость поднимается внутри всё выше и выше. Такемичи чувствует как внутренняя сущность буквально когтями скребёт в груди. Скручивая все внутренние органы от обиды. — Я вырву твой кадык! — Не своим голосом шипит Такемичи, чувствуя как альфа над ним замирает. — Ты захлебнёшься в собственной крови!       — Какая дерзкая омега… — Рокочет в ответ альфа. — Совсем как дикий.       Такемичи противно от этого рокота и он скалит зубы в ответ, сжимая ноги в месте, дёргаясь и пытаясь освободить собственные руки.       И тут разносится непонятный звон, альфа едва не придавливает его под собой и Такемичи застывает, глядя на то, как в глазах альфы отражается туман. А после Саус валится на пол, пытаясь уцепиться руками за Такемичи, но только получив хоть сколько-то свободы, омега тут же пользуется этим и отстраняется. Оказываясь неожиданно перехвачен за талию. Его словно выдёргивают, вытаскивая через спинку дивана и Такемичи даже не сразу понимает, что его буквально тащат в сторону выхода.       Над ухом звучит тяжёлое, сиплое дыхание, а чужая рука, до боли впивается в талию, не позволяя опуститься на землю и идти собственными ногами. Нос улавливает среди мешанины феромонов скрытых под ароматом Сауса, запах крови и едва ли различимый аромат дельты.       Всё происходит слишком быстро, они даже не успевают добраться до двери, хотя там не больше пяти метров и их к полу приколачивает жажда крови альфы. Настолько мощная, что сердце кажется на мгновение замирает, а в глазах темнеет, когда дельта валится с ног, сжимая омегу собственными руками, словно бы пытаясь спрятать его собственным телом.       Тело дельты содрогается, ему так же до ужаса страшно. Уши закладывает звон, а перед глазами стоит тьма и Такемичи только может чувствовать, как вместо простой дрожи, тело словно мотает из стороны в сторону. Это заставляет омегу более менее прийти в себя, прежде чем понять, что каждое резкое дёрганье, это удар альфы, нанесённый по телу дельты. Осознание словно пинок под зад, заставляет прийти в себя и вот перед глазами пол, а в ушах болезненные всхлипы перемешиваются со звуками тяжёлых ударов.       А уже в следующее мгновение чужая рука грубо хватает его за волосы и вытягивает наружу, откидывая в сторону. Мир перед глазами кружится и выбивая из лёгких воздух, врезается спиной во что-то. Перед глазами всё немного кружится, но Такемичи поднимает голову, чтобы увидеть как нога Сауса снова и снова опускается на практически даже не сопротивляющегося Санзу. Холодный пот пробегает по позвоночнику.       — Нет! — Такемичи даже не знает как поднимается на ноги, он просто не замечает этого. Сломя голову, несётся вперёд, врезаясь в тело альфы, заставляя его покачнуться. Сердце бешено стучит в груди, а его стук настолько громкий, что буквально является единственным, что улавливает слух. Взгляд опускается на Санзу больше напоминающего переломанную шарнирную куклу, Такемичи даже не видит, вздымается ли его грудь. Перед глазами стоит пелена из слёз, а внутренняя сущность кажется на мгновение полностью затихает.       Но в следующее мгновение, Саус вновь откидывает Такемичи в сторону, заставляя повалиться на пол, и занося ногу для очередного тяжёлого удара, каждый из которых способен переломать кости в теле дельты. Кровь словно закипает в венах Такемичи и он вновь оказывается на ногах, в очередной раз врезаясь в тело альфы, на этот раз сбивая его с ног. Перед глазами всё, словно окрашивается в красный цвет и он вообще плохо различает что-то перед собой, когда оказывается на груди, альфы, всем весом надавливая на него.       Такемичи больно, внутри всё горит огнём, и этот пожар, кажется совершенно невозможно потушить хоть чем-то. И в этот же момент, внутренняя сущность, словно взбешенная начинает скалится и рычать, и Такемичи буквально не собирается ей противостоять. В сжатые до этого ладони, врезаются острые ногти словно когти животного. А зубы хочется во что-то срочно вонзить, потому что это просто адски больно. Такемичи и сам не понимает, как вгрызается в плечо Сауса, стоило тому лишь попытаться дёрнуться. Кажется он выдернул из его плечо кусок мяса, потому что во рту тут же появился вкус крови, и он сплюнул в сторону, целый шмат мяса.       — Сука! — Оглушая, кричит Саус и Такемичи морщится, звук раздражает, и он не успевая даже дать себе отчёт, просто бьёт наотмашь в сторону звука. Такемичи буквально не может понять что происходит, тело словно переполненный сосуд, вот-вот рванёт. Феромон собирается под кожей, чтобы в один момент взорваться ошеломляющим потоком, прямо на Сауса, заставляя того замереть под омегой, в желании подчиниться. Он даже не рычит какое-то время, а Такемичи словно выбрался из-под воды и наконец, может вдохнуть. Но рокот заставляющий тело альфы содрогаться вибрацией выходит из его уст. Заставляя омегу ощетиниться и предупреждающе зарычать, оголяя зубы.       Такемичи чувствует, словно одно резкое движение и он в то же мгновение просто снесёт голову неосторожному альфе. Зрение совсем мутное и Такемичи даже не понимает, различает ли он действительно глаза Сауса или это всего лишь его воображение.       Рокот становится всё громче и напряжённее сталкиваясь друг с другом. И стоит лишь глазам Сауса сместиться за спину Такемичи, как это служит красной тряпкой для быка, Такемичи в это же мгновение подаётся вперёд и метит острыми рядами зубов точно в шею альфы, который едва успевает среагировать сталкивая голову от чего Такемичи вцепляется зубами в ладонь, чтобы в следующее мгновение оказаться опрокинутым на спину и зажатыми между полом и грудью альфы, что сжимает горло Омеги ладонью, заставив тут же разжать челюсти и вцепиться, раздирая когтями сдавливающую горло, руку.       — Я тебя научу. — Такемичи не может вдохнуть, его голова словно вот-вот взорвётся, но это не трогает альфу, Саус даже не чувствует боли из разодранной руки. Такемичи пытается пнуть его, пытается отделить чужую руку от собственного горла. Глубже и глубже вгоняя когти под кожу. И вот, когда перед глазами уже плывёт. Давление исчезает, позволяя задохнуться в резко поступающем воздухе.       Такемичи даже на мгновение кажется, что он забыл как дышать и этой заминки хватает на то, чтобы Саус перевернул его на живот, подмяв под себя. Руки оказываются едва ли не до хруста перехвачены и заведены за спину.       — Я научу тебя, дрянь, как уважать Альфу. — Такемичи чувствует, как Саус стягивает с него штаны, он брыкается вперёд в попытках уйти, но только делает себе больнее продолжая заходиться кашлем, раздерающим горло. Он резко всхлипывает, когда чувствует, как к коже на бедре грубо прикасается чужая рука. До боли сжимая ягодицы пальцами. — Я научу тебя поведению…       Продолжает приговаривать Саус, пуская слюни на бледную кожу, его ладонь хлёско опускается на бедро, заставляя омегу взвизгнуть и податься вперед, позволяя альфе насладиться видом алеющейго словно клеймо принадлежности, следа на бледной коже вместе с размазанной кровью из прокушенной ладони. Хотя кровь из плеча, тоже обильно стекает по руке. Саусу хочется прижаться к коже омеги и провести языком, насладиться вкусом, а не просто мять её свободной ладонью. Словно тесто, перекатывать в ладони, вырывая из уст омеги всхлипы ласкающие слух. А ведь он действительно на мгновение испугался увидев как у восседающего на его груди омеги, стремительно алеют голубые глаза.       Высунув язык, он слизывает кровь, стекающую по лицу, после удара омеги. Глубокие царапины неприятно горят, но это словно разжигает в внутри инстинкт охотника и желание завладеть омегой становится только сильнее.       Саус вновь опускает на тут же всколыхнувшееся бедро, ладонь, наполняя помещение хлёстким звуком удара и очередного всхлипа омеги.       — Я заставлю тебя понести для меня. — Он как заворожённый наблюдает за блестящим следом стекающей между бёдер, смазки. Это заставляет почувствовать жар внизу живота. И возникает огромное желание, тут же скинуть собственные штаны и вонзиться в тело омеги. Вколачивая внутрь собственный член. Наполняя омегу собственным семенем. — Vais dar-me um bebé.       Подхватив омегу под талию он заставляет его встать на колени и прогнуться в спине. Так хочется вцепиться в эти мягкие бёдра обеими руками, но Саус знает, стоит дать этой дерзкой омеге хоть каплю свободы и тот тут же сбежит. Поэтому он лишь прижимается к заду омеги. Покачиваясь, словно имитируя секс. Хочется освободится от оков ткани, хочется вколачиваться в это резко с удвоенной силой задёргавшееся тело. Но прямо сейчас Сауса останавливает вид Кисаки, вставшего прямо перед ним и направившего на него дуло пистолета.       — Бета… — Хриплым голосом констатирует он.       — Отойди от него. — Кисаки снимает пистолет с предохранителя, но Саус даже не собирается подчиниться, растягивая губы в ухмылке.       — Что, бета, закончилось терпение? — Кисаки наблюдает за тем, как альфа качнул бёдрами, заставив омегу под ним вновь задёргаться, пытаясь освободить собственные руки. — Только проблема в том, что бете ни за что не удовлетворить омегу.       Саус заходится смехом, который резко обрывается звуком выстрела, а ухо альфы обожгло болью.       — Отпусти Такемичи. — Вновь возвращает ствол на исходное положение Кисаки, глядя в буквально горящие злостью глаза альфы. — Иначе в следующий раз я буду целиться в голову.       Саусу всегда не нравились беты, только потому, что он не мог их учуять и повлиять на них собственным ароматом. И именно сейчас, скаля зубы, Саус в полной мере понимает всю подлость бет. Ему хочется разорвать на части не понятно что возомнившего о себе Кисаки. Но тем не менее он отпускает руки омеги, позволяя тому шлёпнулся грудью на пол, пока сам он поднимает руки вверх.       Омега тут же пользуясь возможностью, отстраняется от Сауса, из-за спины Кисаки уже прожигая альфу ненавистным взглядом.       — Ты доволен? — Спрашивает Саус, недовольно прикусывая щеку, сдерживая своё желание прямо сейчас накинутся на бету.       — Более чем. — Кисаки осмотрительно не поворачивается к альфе спиной и не убирает ствол, двигаясь к омеге, вжавшийся спиной в стену.       Ярость всё сильнее и сильнее поднимается в груди, заставляя альфу испускать всё больше и больше подавляющих феромонов, которые абсолютно не действуют на Кисаки, зато отлично показывают себя на заскулившем и сжавшемся в комок омеге.       — Саус, прекращай. — Остановившись, смеет приказывать ему Кисаки, пока омега задыхается переизбытком подчиняющих феромонов. — Не думаю, что мы продолжим сотрудничество дальше.       — Ооо, даже так? — С издёвкой начинает Саус поднимаясь во весь рост. — Маленькая бета обиделась что ее трофей попытались отнять? Боже ты так же жалок как и твоя бесполезная сущность. — Саус видит как рука Кисаки с пистолетом чуть подрагивает. Возможно, имей он больше смелости, то не задумываясь выстрелил, как делал сам Саус когда был моложе, но бета медлит, лишь пугая стволом. — Тебе ведь страшно. Ты боишься замарать свои руки — бесполезный кусок дерьма. Ты привык всегда всё делать через других? Только в этот раз за ниточки подёргать не получилось. — Саус наступает, подходит ближе наблюдая за тем, как хмурится Кисаки, он слишком любит контролировать, но для того чтобы действительно контролировать. — Тебе стоило бы иметь хоть немного уверенности в себе.       И вновь звучит выстрел, которого и ждал Саус. Руки беты слишком дрожали для того чтобы попасть в него, так что как только звучит выстрел, и рука со стволом откидывается, Саус бросается на бету, вырывая из его рук пистолет.       — Боже, на что ты вообще надеялся? — Скривив лицо в отвращении, спрашивает Саус, теперь уже наставляя ствол на Кисаки. — Весело сегодня, да? Всё пытаетесь меня остановить! Лезете, мешаете мне. Как же меня уже это достало. Неужели вас всех так заботит жопа этой омеги? Конченые! — Заканчивая предложение Саус наотмашь бьёт Кисаки по лицу магазином пистолета, буквально сметая его с дороги. — Блядь, какой же ты проблемный. Но это даже ничего. — Говорит он обращаясь уже к всё еще задыхающейся от переизбытка феромонов, омеге. Подходя к омеге чтобы остановиться рядом с ним, оставив за собой след из капель крови на полу. — Будет двойное наслаждение, когда я, наконец, трахну тебя.       Саус возвышается над омегой, глядя на то, как Такемичи тщетно пытается отползти от него. Опустившись рядом с омегой на корточки, он свободной рукой хватает его за подбородок, поднимая лицо и наконец чуть сбавляя давление феромонов. Омега скалится, но тем не менее не предпринимает попыток напасть, пока альфа вертит его лицо в стороны, осматривая со всех сторон.       — Belo. — Констатирует альфа. — Я понимаю почему за тебя готовы сдохнуть. И мне это нравится.       Альфа притягивает омегу к себе собираясь поцеловать, но вместо ожидаемого соприкосновения губами, лишь получает пощёчину и омега в мгновение, вновь словно переходит в режим нападения, ударяя альфу в нос и отстраняясь с явным намереньем сбежать. Но Саус успевает перехватить его за лодыжку и притянуть к себе.       — Я устал играть, омежка. — Вновь поймав руки Такемичи, сообщает ему Саус. — Стоп. — Саус откидывает пистолет в дальний конец зала, чтобы даже случайно омега не воспользовалась им, и дёргает Такемичи вверх, поднимая за руки над землёй. Он встречается взглядом с Кисаки, всё еще сидящем на полу после сильного удара не привыкшего к такому бету всё ещё мотает. Саус собирался что-то сказать, но его прерывает внезапно открывшаяся дверь, заставляя его устало застонать. — Ну, сколько можно?!       Хотя в зал тут же врывается низкорослый альфа, с бешенными глазами. Саус понимает кто это, хотя лично они еще не были знакомы. Аромат молнии и металла, волной хлынувший от альфы, тут же заставил омегу притихнуть в руках Сауса, чтобы в следующее мгновение предпринять резкую попытку вырваться.       Саус пересекается взглядом с Майки и они замирают. Прожигая друг друга взглядами. Саус видит, что альфа напротив выглядит всклоченным, запыхавшимся и кажется убийственно-злым. Он продолжает наполнять пространство собственными феромонами не смея свести глаз с Сауса.       — Vivo. — Саус встряхивает омегу. — Глянь кто пришёл… — Рокот альфы заполняет помещение и Саус действительно чувствует лёгкий холодок пробегающий по спине. — В принципе, прикончить тебя было в моих планах. — С оскалом на лице, уже к альфе обращается Саус.       — Ты пожалеешь что тронул его. — Рокочет в ответ Майки, явно едва сдерживая себя от того, чтобы наброситься прямо сейчас. Его останавливает вид потрепанного и скулящего омеги, что не оставляет попыток освободиться. А ведь омега даже собственные штаны не успел застегнуть. В голове его альфы сейчас просто море мыслей и Сауса это лишь веселит. Саус наслаждается ощущением того, как чужой аромат давит на него, он чувствует злость противника и это ощущается как истинное блаженство.       — Действительно? — Интересуется Саус, словно ему в самом деле интересно знать ответ. Он опускает омегу на пол, отталкивая его в сторону. — Наконец-то, достойный противник.       — Я тебя убью. — Майки едва может сдерживать свою ярость, наблюдая за тем, как на него надвигается Саус. Сущность внутри бунтует, и жаждет крови с того самого момента, как в динамике его телефона прозвучали слова Казуторы о том, что с Такемичи беда.       В тот момент у Майки словно разрушился мир, всё это время он буквально не отходил от Такемичи он боялся потерять его из виду и стоило лишь раз оставить его дома как произошло то, что произошло. Майки хотел тут же броситься его искать, но остановил его лишь Дракен, который забрал едва не треснувший в руке телефон и сам стал разговаривать с Казуторой, пока Ямагиши с кем-то связывался по телефону на том конце провода.       Майки в это время пытался подавить внутреннюю сущность, что взывала к нему, просилась наружу, она желала крови и Майки казалось, что ей была не важна чья кровь окажется на его руках. Поэтому содрогаясь от внутреннего напряжения, в тот момент он изображал декорацию, не смея даже пошевелиться сидя на диване, ведь в тот момент ему казалось, что он просто взорвётся. Ведь помимо сдерживания сущности он понимал, что прямо в этот момент Такемичи нуждается в помощи и он вновь провалился как альфа. Снова допуская ситуацию в которой Такемичи может пострадать.       Майки просто хотелось рвать волосы на голове, разломать всё вокруг. Ему хотелось кого-нибудь прикончить и когда Дракен, коснулся его плеча, стараясь привлечь внимание, Майки кинулся на него, но он вовремя успел взять сущность под контроль которая в мгновение просто взорвалась скопившимися в внутри ферамонами, заставляя Дракена и Инуи мгновенно ощутить давление прижавшее их к полу. И Дракену стоило огромных усилий просто подняться на ноги и сообщить, что Ямагиши узнал куда доставили омегу.       Майки даже не знал сколько времени он провёл в собственных мыслях, но ему показалось, что время просто проскочило с одного момента на другой. Ведь стоило ему узнать адрес, как Майки тут же кинулся к своему байку не дожидаясь никого, он помчался по дороге, наплевав на все правила. В тот момент он даже не думал о том, что он не должен идти туда один, ведь это может быть и ловушкой. В момент, когда Майки гнал по дороге, он понимал, что готов разорвать на куски каждого, кто встретится ему на пути. И людям действительно повезло не попасться на глаза альфе, когда он бросив байк, со всех ног помчался в здание клуба, чтобы увидеть сцену заставившую его сущность ощетиниться и зарычать, требуя смерти ублюдка, коснувшегося его омеги.       Поэтому он не задумываясь кинулся на альфу, как только тот отпустил Такемичи. Больше не было смысла сдерживать собственную сущность, что в данный момент была полностью на его стороне. У них была одна цель, выпустить кишки этой твари. Ему было плевать, что выкрикивает это дерьмо, замахиваясь для удара. Перед глазами Майки все затягивалось тьмой. И он позволял этой тьме окутывать его, вести его, помогать ему.       Майки не чувствовал ничего, даже если он пропускал удары, ему было плевать, он не чувствовал ничего кроме феромонов альфы и жажды крови. Он не видел перед собой ничего кроме тьмы, а каждый его удар попадал точно в цель. Он желал разорвать ублюдка и искупаться в ванне наполненной его кровью. Он желал просто уничтожить это существо. Стереть все упоминания о нём с лица земли, он хотел выбить из него всё дерьмо, что тот посмел причинить не только Такемичи, но и всему миру. Потому что Майки уверен — эта мразь не способна на созидание — он лишь разрушает мир, как и сам Майки. Только в отличии от него у Майки есть свет во тьме, то, что не позволяет ему полностью подчиниться внутреннему зверю, то что этот самый внутренний зверь боготворит — Такемичи.       У Майки есть Такемичи. И это существо попыталось отнять его. Майки хочет уничтожить, то что посмело покуситься на его свет.       Занесённый кулак Майки замирает всего в сантиметре от лица Такемичи. Омега просто внезапно возник перед ним, преграждая собой возможность добраться до существа, чьё лицо превращено в кровавое месиво.       — Очнись… — Рыдая, просит Такемичи и внутренний зверь тут же недовольно рокочет, всё еще мечтая закончить начатое. А Майки едва ли может пошевелиться. — Майки… — Голос Такемичи кажется слишком напряжённым, будто он его сорвал, а слёзы нескончаемым потоком падают на пол. Взгляд Майки вновь мечется за плечо омеги, ему необходимо добраться до застывшего на месте существа и просто… мысли Майки прерываются, стоит Такемичи сжать его в своих объятиях и зарыдать на его плече. Майки замирает на месте, его руки тут же обвивают тело Такемичи прижимая его к себе, а взгляд не отрываясь смотрит на Сауса. Он уверен что в его взгляде всё еще читается желание убивать. Но аромат Такемичи наполненный тревогой, страхом и облегчением наполняет лёгкие. — Майки…       Рыдая словно ребёнок, зовет его Такемичи и Майки, наконец, переводит взгляд на него, вжимаясь носом в волосы омеги и сжимая в своих объятиях, прикрыв глаза.       — Я рядом. — Его голос всё ещё неестественно хриплый, но на его плечо опускается ладонь и подняв взгляд он видит Дракена.       — Чувак, ты нас напугал. — Осматриваясь Майки вновь видит как в помещении стало людно и самого Сауса уводят в наручниках прямо у него из-под носа, а взгляд натыкается на перепуганного Ямагиши. Что кажется хочет подойти и не решается сделать это. Появившийся рядом с ним Казутора, уводит бету в сторону. — Полиция и медики уже здесь. Мы хотели стрелять в тебя транквилизаторами.       — Майки, пошли домой. — Подаёт голос Такемичи, не поднимая лица. — Я хочу домой, пожалуйста.       — Да. — Майки просто не может ответить по другому, сильнее сжимая омегу в объятиях, будто он боится что это все не по настоящему и он до сих пор в мастерской, сидит на диване и пытается сдержать сущность внутри.

***

      В тот день домой у них попасть не получилось, даже несмотря на обещание Майки, ведь их тут же взяли в оборот полицейские, стоило медикам оказать первую помощь, а ведь Майки даже не сразу заметил, что все его костяшки сбиты в кровь. Один из офицеров даже хотел надеть наручники на притихшего Майки, но Такемичи в тот момент зарычал на офицера, не позволяя даже приблизится к ним ближе чем на метр. Даже в машине омега не мог оторваться от Майки, потому что в тот момент ему казалось что он просто исчезнет.       Такемичи пришлось давать показания и рассказывать абсолютно всё для восстановления хронологии событий, даже несмотря на то, что он не всё запомнил, так как в один момент его мозг просто отключился и он действал чисто на инстинктах, прийдя в себя лишь в разгар драки Сауса и Майки, когда примчавшийся почти одновременно с Дракеном Ямагиши тряс его за плечи, крича в лицо что вызвал копов и скорую и что ему нужно остановить Майки иначе, всё могло бы сложиться по другому и за решёткой после оказания первой помощи был бы не Саус, а Майки.       После снятия побоев, Такемичи отпустили домой уже поздно ночью, почти под утро. Хотя ему даже не удалось поспать, ведь стоило им с Майки приехать, как на Такемичи накинулись с расспросами мама и Эмма, а чуть позже, когда казалось Такемичи сбежал от омег, к ним домой заявился Ямагиши.       Как оказалось, сейчас Саусу грозит реальный срок ведь помимо похищения, попытки изнасилования, тяжких телесных и всего того, что происходило в том клубе, на альфу повесили много других преступлений, совершенных им ранее. А вместе с ним взяли еще пару человек, хотя многим удалось скрыться. Но Такемичи уснул на коленях Майки задолго до того, как Ямагиши закончил рассказ. Такемичи вообще боялся отпускать Майки от себя, вцепившись в его руку, он ходил с ним словно на поводке, хотя сам альфа был не против, постоянно укутывая Такемичи коконом своих феромонов, позволяя ощутить себя в безопасности. И Такемичи был ему благодарен.       Даже несмотря на то, что Ямагиши понял что сейчас не время и ушёл, а Майки на руках перенёс Такемичи в гнездо, но омега был на ногах уже через три часа.       У него болело казалось бы всё тело, но тем не менее, едва успев перекусить и смыть сон, Такемичи, не отпуская руки Майки помчался в больницу, где в реанимации находился Санзу.       Дельту увезли на скорой прибывшая на вызов бригада, Санзу был в тяжёлом состоянии, его удалось спасти. И Такемичи от чего-то до этого всем сердцем ненавидевший дельту, сейчас просто не мог оставаться в стороне, даже несмотря на то что их не пустили к Санзу. Такемичи в любом случае пообещал вернуться как только дельта придёт в сознание. Такемичи очень переживал за Санзу и он был ему благодарен, ведь неизвестно, как бы всё сложилось не рискни Санзу собственной жизнью. Хотя омеге показалось, что Майки совсем не разделял его беспокойства по поводу состояния дельты, но продолжал молчать.       Уже после больницы, вернувшись домой, Такемичи решил, что сейчас он наконец может отдохнуть. Поэтому всё так же держась за руку Майки, он притащил его в гнездо, сразу ощущая себя в полной безопасности. И ему хотелось поговорить с Майки, что казался слишком тихим. Вообще изначально Такемичи предполагал что альфа будет рвать и метать, что он будет заинтересован в каждой мельчайшей подробности. Но Майки молчал, постоянно погружённый в собственные мысли из-за чего Такемичи казалось, что альфа считает его виноватым в том что произошло и если честно, Такемичи сам винил себя, что не остался дома, что написал на телефон Коко, которого, как оказалось вообще, довольно продолжительное время держали в заперти и Инуи взял на себя ответственность присмотреть за альфой.       — Ты сегодня тихий… Я понимаю, что то, что произошло… я виноват в том, что не остался дома и…       — Нет. — Резко прервал его Майки, заставляя замолчать и сильнее стискивая в своих объятиях, утыкаясь носом в затылок Такемичи. — Ты не виноват. Ты вообще не причём. — Майки замолчал и они вновь сидели в тишине. Даже несмотря на то, что Такемичи был в объятиях Майки, который просто обожал касаться Такемичи, омега чувствовал, что-то было не так и это заставляло Такемичи чувствовать поднимающуюся в внутри тревогу, даже сущность начинала беспокоиться это совершенно не нравилось омеге.       — Ты… Майки ты на что-то злишься? — Такемичи хотел заглянуть в глаза альфы, оглянувшись на него, но Майки словно специально отвернулся. — Майки, пожалуйста, поговори со мной.       Но Майки продолжал молчать, что заставляло Такемичи только сильнее беспокоиться. И не выдержав, Такемичи развернулся к нему лицом, упираясь в плечи альфы, встряхивая его, заставляя смотреть ему в глаза.       — Мне вчера было очень страшно. Я настолько сильно перепугался, что моя сущность взяла верх над телом и я буквально откусил кусочек Сауса. Который на моих глазах едва не убил Санзу, защищавшего меня до последнего. Я до сих пор слышу эти жуткие звуки ударов. Я буквально ничего не мог противопоставить альфе, который собирался меня изнасиловать. — Аромат Майки становился более концентрированным, желваки заходили под кожей и он вновь отвёл взгляд. — Я сейчас нахожусь на взводе и совсем не знаю, что мне делать. И ты просто молчишь, я даже не знаю что думать! — Такемичи чувствовал как слёзы подступают и понимал что вот вот он вновь разрыдается, а Майки так и не поднял на него взгляд. — Ответь мне! Просто скажи, что не так?!       Такемичи всхлипнул, глядя на альфу так и не поднявшего взгляд, хотелось просто уткнуться лицом в подушку и долго долго рыдать, потому что на душе скребли кошки. Такемичи не понимал, почему Майки продолжает молчать, но что самое ужасное, это то, что поведение альфы причиняло ему боль. Такемичи стёр с лица, всё же пролившиеся слёзы, и уже собирался перебраться в другой угол, чтобы побыть в одиночестве, как почувствовал хватку на запястье. И Майки наконец заговорил, хотя всё так же не поднимал на Такемичи взгляд.       — Я тебя не в чем не виню. Просто, я… — Майки поджал губы собираясь с силами. — Я хотел убить эту мразь, я просто хотел разорвать ее на части и позволить своему альфе вновь взять надо мной верх. Когда всё становится слишком сложно, я не задумываясь готов пустить всё на самотёк… Я позволяю тебе попадать в неприятности и никак это не могу предотвратить, я не могу тебя защитить. А сущность требует лишь крови. Не важно чьей, я готов просто разорвать любого, и я боюсь, что если я однажды не удержу его внутри, то могу навредить и тебе. Я просто… Я боюсь, что я могу однажды убить тебя. — Майки наконец поднял взгляд, позволяя Такемичи видеть настоящий страх в его глазах. Майки действительно боялся.       Такемичи не знал что ему ответить, просто потому что он знал, ответы вроде: «Я не боюсь» или «Ты мне не навредишь» — абсолютно бессмысленны. Такемичи не понаслышке знает, как сложно порою взять сущность под контроль.       — Майки, я думаю, нам стоит обратиться к специалисту. Если… если это всё действительно так мы должны решить эту проблему. — Такемичи обнял Майки, , утыкаясь носом в его шею. — Я буду рядом с тобой, мы обязательно решим эту проблему. — Такемичи почувствовал как Майки осторожно обнимает его в ответ.       — Прости, что я вновь облажался как альфа. — Едва слышно, прошептал Майки.       — Нет, это не так. Ты вновь вытащил меня из передряги. — Такемичи приподнялся, утерев свои слёзы и обхватив ладонями лицо Майки, улыбнулся ему. — Я очень счастлив что именно ты мой альфа.       Такемичи склонился к Майки, втягивая его в нежный, медленный поцелуй.

***

      — А Муто действительно не собирается появляться в Токио до конца жизни. — С лёгким смешком, произносит Изана, оборачиваясь на следующего за ним, Какучо. Они только только сошли с поезда и сейчас им нужно поймать такси.       — Как бы там не было, Муто уважает Майки. — Добравшись до свободного такси на остановке перед вокзалом, отвечает альфа, садясь на переднее пассажирское, и продолжает лишь, когда Изана с удобством расположится на заднем сидении. — Собираешься посетить семью?       — Нет, сначала у меня есть дела поважнее. — Изана подаётся чуть вперёд обращаясь уже к водителю. — В Роппонги, пожалуйста.       От доброжелательного тона альфы, не по себе стало даже Какучо. То что произошло, с казалось бы любимым родственником Изаны и о чём им стало известно лишь сегодня — это заставляло альфу закипать изнутри.       Какучо и сам, узнав что на Такемичи напали, был готов сорваться в ту же секунду и разбить ебальники каждому из причастных к этому. Но доброжелательная улыбка, появившаяся на лице Изаны, в тот момент заставила Какучо почувствовать холодок пробежавший по спине. Именно тогда альфа заявил, что он собирается навестить любимого братика и сестрёнку. Буквально в то же мгновение отложив все дела вместе с Какучо выдвинувшись к вокзалу.       Какучо обратил внимание на дорогу. Он часто задавался вопросом, почему Изана хорошо относится к Такемичи. Да, возможно одной из причин было то, что Какучо сам часто рассказывал Изане о Такемичи. Он ведь в детстве был действительно влюблён в смелого омегу, что не боялся в открытую высказывать своё недовольство более старшим ребятам и даже несмотря на свою слабость, всегда и за всех заступался. К счастью детская влюблённость с возрастом переросла в дружеские чувства и Какучо действительно был рад что кто-то вроде Такемичи, является его другом, ведь казалось омега не изменился даже спустя годы.       Изана же, после возвращения из Манилы и воссоединения с семьёй, явно показывал своё доброе отношение в сторону Такемичи. Почти такое же как и к Эмме. Какучо казалось, что Изана видит в Такемичи младшего брата, даже более брата чем Майки. Какучо однажды случайно подслушал, как Изана грозится оторвать Майки голову, если он посмеет обидеть Такемичи — такое заступничество со стороны Изаны стоит многого.       Какучо очень много размышлял над этим, пока однажды не заговорил с Муто. Эта тема была затронута совершенно случайно, но альфа, поделился с Какучо, что однажды, во время когда они втроём были на Маниле. Что Изана спросил с него за то, что он избил Такемичи. Изана не тронул альфу, а лишь серьёзно с ним поговорил и уже в конце, когда они просто сидели на веранде снятого ими дома и смотрели на небо, Муто поинтересовался, чем Изану так зацепил омега? Изана тогда сказал что-то о том, что омега напоминает ему о Шиничиро. Они с ним не то чтобы похожи, скорее в них обоих Изана видит что-то такое, что заставляет уважать их и следовать за ними. Какучо тогда серьёзно не задумывался об этом, но вид того, как Изана относится к нему как младшему брату, радовал альфу.       Машина осторожно притормозила перед одним из клубов и Какучо оплатил за проезд, выбираясь из машины вслед за Изаной, который целенаправленно двинулся ко входу в здание.       И у самого входа их встретил один из бойцов Поднебесья, открывая дверь Изане. Который, стоило ему войти, сразу привлёк внимание множества глаз. Он сразу двинулся в центр помещения, чтобы его видели все. И уже оттуда, громко произнёс.       — Вы в край оборзели, мрази? — Казалось во всём помещении воцарилась тишина. — Я не помню чтобы официально распустил Поднебесье. Но стоило мне временно отойти от дел и вы нашли нового Короля, тут же вставая на подсос? Вы охуели?       По всему помещению прокатилась волна перешёптывания. И Какучо прямо почувствовал нарастающее напряжение.       — Изана… — Этот голос Какучо с лёгкостью узнал, даже несмотря на то что прошло пару лет. Ран показался из толпы и за ним как всегда следовал его брат. — Мы уже и не думали, что ты вернёшься. Ты ведь занялся собственным делом…       — И вы тут же переметнулись? — Ран замолк, замерая в паре метров от Изаны. — Я не знал, что мои люди шлюхи. Бегут к тому кто их пригреет. Вы охуели? — В этот момент даже Какучо стало немного стыдно, и он поспешно осмотрел недовольные лица мелькающие в толпе. — Ну ничего… — Вздохнув продолжил Изана, прожигая взглядом Рана. — Придётся вам доступно объяснить, где и как вы проебались. — Какучо едва успел поймать сброшенный Изаной пиджак, когда он двинулся в направлении застывшего Рана с той же дружелюбной улыбкой, которую использовал обратившись к таксисту.