Заклятый враг

      — Ты потрясающая, — произносит Кларк. — Ты заслуживаешь успеха, и ты его добьёшься.       Отражение в зеркале не выглядит столь же уверенным в этих словах. Кларк морщит нос и откидывает со лба волосы, а потом бьёт себя по руке за то, что сделала это без своего разрешения. Вредным привычкам в этот торжественный день потакать нельзя.       — Всё будет отлично, — твердит она, стараясь приуменьшить отчаяние в голосе. — Не волнуйся. Ты усердно трудишься…       — Это правда, — слышится голос за спиной, и Рейвен проскальзывает в их крошечную ванную без спроса. — Но почему ты занимаешься самоутверждением в отведенное мне под душ время?       Кларк разворачивается или, точнее, пытается, но Рейвен занимает слишком много пространства, несмотря на свою стройность.       — Сегодня объявят, кто займёт должность главного менеджера. Ту, что я надеюсь получить уже давно. Я говорила тебе об этом сотни раз. Ты же сводишь меня сегодня вечером куда-нибудь, чтобы отпраздновать успех или заглушить горечь провала?       — Сегодня? — переспрашивает Рейвен, стыдливо отводя глаза. — Кларки, прости. У меня запланирован ужин с моим агентом и одним продюсером. Она хочет, чтобы я очаровала её до того, как пойду на прослушивание.       Кларк вздыхает.       — Не понимаю, как ты умудряешься заучивать свои строки. Ты же всё забываешь?       — Мне проще запомнить то, чего на самом деле не было, — оправдывается Рейвен. — Но мне правда очень жаль. Если хочешь, я попробую отпроситься…       — Нет, не надо, — уверенно отвечает Кларк.       Актёрская карьера Рейвен на данный момент скорее мечта, чем реальность, поэтому всё, что помогло бы ей сдвинуться с мёртвой точки гораздо важнее, чем вечер в баре с Кларк.       — Иди, конечно. Посижу вечером тихо. Высплюсь.       — Напиши мне, когда… сама знаешь, — просит Рейвен и смотрит в отражении зеркала виновато, но ласково.       — Конечно, — заверяет Кларк и треплет отведённой назад рукой по щеке. — С кем мне ещё делиться?       В последнее время круг её знакомых значительно сузился. Она была популярна в университете, по крайней мере, она так считала, но в деловой среде «взрослеть» и «отдаляться» означает практически одно и то же. Если бы им с Рей не пришлось делить квартиру из соображений экономии после выпуска из университета, Кларк виделась бы исключительно со своими коллегами. Они, безусловно, хорошие люди. Но общение с ними похоже на дополнительную работу. Рейвен желает ей удачи с зубной щёткой во рту, и они кое-как расходятся в маленькой ванной. За порогом Кларк поправляет блузку.       — Ты потрясающая, — повторяет шёпотом, но чувствует себя идиоткой.       Она резко тормозит в дверях гостиной. К торшеру привязан одинокий жёлтый шарик с нарисованным смайликом и надписью: Ты крутая!.       — Можно подумать, я смогла бы забыть о твоём дне, — сообщает Рейвен за спиной.       Кларк разворачивается и падает в её руки для обнимашек. Рейвен драматично вздыхает и радостно сообщает:       — Встречаемся в баре в семь. Поешь обязательно, я не понесу тебя домой на себе…       — Какая ты вредная, — улыбается Кларк. — Спасибо за пожелание удачи.       — Тебе она не нужна! — кричит Рейвен вслед спешащей на автобус подруге.       Кларк надеется, что она права.       ***       — Доброе утро! — приветствует Хлоя свою соседку по столу.       Она нравится ей больше всех. Она прекрасно справляется со своей работой и солнечно улыбается, и они могли бы стать подругами, если бы за проведённое вместе время им не платили.       — Готова?       — Нет, — честно отвечает Кларк, и девушка смеётся.       — Надеюсь, выберут тебя, — говорит она. — Ты будешь отличным боссом.       — Я не буду тебе боссом, — спорит Кларк. — Просто займусь организацией проектов. Координацией. Буду следить, чтобы работа выполнялась в срок и правильно. Раздавать приказы мне не нужно будет.       Хлоя кивает.       — Вот поэтому я хочу, чтобы эта должность досталась тебе. Ты единственная, кто не будет строить из себя не пойми что, но работа всё равно будет выполняться.       Беллами, глава ИТ отдела, прислоняется к стенке их отгороженного стола и тоже кивает.       — Согласен. Мы тебя поддерживаем, Кларк.       Кларк поднимает на него смущённый взгляд.       — А тебе-то какая разница?       — Потому что у тебя самые вкусные печенья, которые ты принесёшь нам, если получишь работу, — заявляет Беллами. — К тому же, тот, кому достанется должность, будет присутствовать на собраниях отделов. Я устал бодаться с вашим главой.       — Эй! Я ведь тоже могу с тобой ругаться.       Беллами треплет её по волосам, что совершенно непрофессионально, но ему почему-то подобное сходит с рук.       — Ты никогда ни с кем не ругаешься. Слишком любезная. Но решительная! Ты отлично справишься с этой ролью.       — Кларк, — окликает секретарь. Хлоя отворачивается к своему монитору. — Босс хочет видеть тебя.       Беллами шёпотом желает ей удачи и уходит, а Кларк с нелёгким сердцем следует за секретарём по лабиринту из столов. Несмотря на волнение, у неё хорошее предчувствие. Она много работала, нравится и коллегам, и боссу, и даже главы других отделов хотят, чтобы она получила эту должность, а, стало быть, всё хорошо. Она надеется на это. Когда она приближается к кабинету, Линкольн машет ей с обычным непроницаемым лицом.       Он известен своей способностью сообщать и хорошие, и плохие новости с одинаковым выражением, из-за чего их отдел иногда делает ставки перед собранием, чтобы угадать его планы. Сегодняшний день не исключение. Поэтому Кларк устраивается в кресле и старается выглядеть уверенно.       — Доброе утро, Линк, — любезно здоровается она.       — Ты, вероятно, ждёшь объявления касательно назначения на должность старшего менеджера, — без предисловий начинает Линкольн.       — Нет, — растерянно отвечает Кларк. — То есть да, но даже моё рассмотрение в качестве кандидатуры, учитывая возраст, — это честь…       Линкольн хмыкает, что совершенно не в его стиле, и Кларк поражённо умолкает. Линкольн сжимает губы в тонкую линию, и если бы Кларк плохо его знала, то решила бы, что он сильно рассержен.       — Я пока не могу предложить тебе эту должность…       Сердце Кларк ухает вниз.       — …ты превосходный сотрудник и подходящий претендент на эту должность, — продолжает Линкольн. — Надеюсь, ситуация в будущем изменится, а пока, пожалуйста, продолжай работать в прежнем режиме.       — Да? — совершенно растерявшись, отвечает Кларк.       Линкольн хороший начальник, исполнительный, но не заносчивый.       — Спасибо, что рассматривали меня на эту должность.       — Я хотел сообщить тебе об этом до собрания, — говорит Линкольн и опускает взгляд на часы. — Которое скоро начнётся. Идём за мной.       Кларк встаёт и поправляет белую рубашку руками, которые всего немного трясутся. Да, она расстроена, но растерянность пока с успехом отодвигает огорчение на второй план. Но хорошо бы после собрания улизнуть в уборную, потому что кажется, что она вот-вот заплачет. Она следует за Линкольном в конференц-зал, занимает своё обычное место посередине стола. Все смотрят на неё с любопытством и улыбаются. Она легонько качает головой Хлое, и та удивлённо моргает. На другое времени не остаётся. Линкольн прочищает горло, присаживаясь во главе стола.       — Вы ждёте назначения на должность нового руководителя, — говорит он. — У нас было несколько сильных претендентов, и я рад представить вам нового члена нашей команды, который будет помогать с координацией проектов. Она хорошо знает компанию, получила образование в лучшем университете страны и с нетерпением ждёт возможности приступить к работе. Первые несколько дней она будет проходить обучение, чтобы разобраться в особенностях нашего филиала, но можете начинать передавать все данные о текущих проектах ей. Лекса Вудс, представьтесь, пожалуйста.       И Кларк, как и все присутствующие, смотрит на девушку, поднимающуюся со стула в углу помещения. Погружённая в свои мысли Кларк едва отметила её присутствие и решила, что она чей-то помощник. И даже сейчас, когда она стоит на ногах — а она выше, чем Кларк ожидала — то кажется абсолютно не к месту.       На ней дорогой и красивый костюм, но молодое лицо не вписывается в картину. Она похожа на разодевшуюся школьницу, и Кларк вдруг понимает реакцию Линкольна в ответ на упоминание Кларк своего возраста. Но когда она начинает говорить, речь у неё оказывается чётко поставленная.       — Спасибо, Линкольн. Меня зовут Лекса Вудс, и я очень рада предоставленной мне возможности. Я понимаю, что к переменам привыкнуть тяжело, но обещаю работать усердно. Прошу помочь мне освоиться в период обучения, и я постараюсь как можно сильнее облегчить вам жизнь в дальнейшем. Надеюсь за следующие несколько дней познакомиться со всеми лично, чтобы мы смогли дружно работать вместе.       Она вежливо улыбается. Линкольн указывает ей на пустое место рядом с собой и жестом указывает похлопать девушке. Кларк подчиняется, но отвести взгляд не может. Одно дело уступить кому-то старше и опытнее, пусть даже более способному, чем она сама. Кларк знает свои сильные стороны и свои слабости. Хотя она бы не смогла произнести настолько красивую речь, тем более в полной комнате людей. Но это несправедливо. Жизнь должна быть честнее, и сегодняшний день должен был пойти совершенно иначе. Как эта девушка с лицом ребенка может хорошо работать?       Кларк знает филиал, как свои пять пальцев. За всё время она успела проделать понемногу работу каждого сотрудника, даже если в тот момент она не обязана была этого делать, и она должна была вступить в эту должность без малейших препятствий. А теперь им придётся обучать какую-то глупышку тому, что Кларк уже знает. Она была так занята своим недовольством, что прощёлкала момент, когда собрание окончилось. Она поднимает голову на Хлою, которая собирает свои записи и смотрит на неё с пониманием, и одними губами произносит спасибо. Прежде чем она успевает уйти и спрятаться в уборной, чтобы выплакаться, а это неизбежно, но её окликает Линкольн.       Кларк оборачивается с вежливой улыбкой на лице, вспоминая уроки актёрского мастерства, на которые Рейвен её затащила, когда им нечего было делать, и она даже не меркнет, когда Линкольн становится рядом с Лексой и обращается к ней, как на равных.       — Лекса, это Кларк Гриффин, — представляет Линкольн. — Она одна из лучших наших аналитиков, которая за время работы здесь успела приложить руку ко всем областям.       Лекса улыбается. Кларк повторяет её жест, хотя та окидывает её скептическим взглядом. Как будто она не знает, как может выглядеть лучший аналитик отдела. Она свой диплом, наверное, только что на руки получила. Кларк окидывает её аналогичным взглядом, даже не стараясь выказать поддержку, но повернувшись к Линкольну, смягчает выражение лица.       — Ты займёшься её обучением, — оповещает Линкольн.       Кларк стоило бы догадаться, но нет. Она подозревала, что Линкольн может так поступить по какой-то причине. Может быть, просто-напросто потому, что Кларк бы добровольно не захотела.       — Разумеется, остальных привлекать тоже необходимо, если тебе нужно будет время на свою работу, ведь текущие проекты требуют завершения. Мой секретарь передаст список тем, которые нужно затронуть. На всё про всё даётся четыре дня. Лекса должна быть готова к собранию всех руководителей отделов в эту пятницу.       — Да, Линк, — говорит Кларк, уже страшась количеству сверхурочных часов, которые ей предстоят, потому что надо будет потратить время на неё. — Конечно, я помогу.       Выражение лица Линкольна не меняется. Он кивает им обеим и уходит, но Кларк нравится думать, что в этом жесте было скрыто извинение. Кларк сверлит взглядом Лексу, которая абсолютно не впечатлена ей. Да и не обязана, в общем-то. Вроде как. Они стоят в неловкой тишине, пока Лекса не подаёт голос.       — Где моё рабочее место?       Кларк с трудом удерживается от того, чтобы не закатить глаза.       — С удовольствием тебе покажу.       Всё равно нужно идти к кабинету Линкольна и забрать список. Они идут между столов, за которыми полным ходом идёт работа, проводятся анализы, расчеты и люди отвечают на звонки, хотя Кларк боковым зрением замечает сочувствующие взгляды в свою сторону, которые совершенно не помогают ей держать лицо. Она отвлекается на экскурсию по отделу, указывая на различные места и кабинеты, стараясь давать исчерпывающую информацию по основе того, что ей самой было важно знать в первые дни работы здесь. Кларк ненавидит девушку, укравшую у неё должность, которая, кстати, на вид младше неё, но он всё равно хочет сделать всё как положено. Лекса почти не говорит, теребит манжеты и что-то мычит себе под нос, пока Кларк рассказывает, где у них комната отдыха, где уборная и в какое время лучше всего уходить на перерыв, чтобы застать меньше всего людей в кафе. Показывает на лифты, подмечая, что это самый быстрый способ перемещения между отделами, а Лекса одаривает её таким взглядом, как будто намекая, что она по горло сыта её болтовнёй. Позитивный момент заключается в том, что к тому времени, как они подходят к новому кабинету Лексы, Кларк слишком зла и реветь больше не тянет.       — Вот ваш кабинет, — говорит Кларк, поднимая глаза на табличку возле двери. — Скоро повесят здесь ваше имя.       — А где сидишь ты? — интересуется Лекса.       Это её первый вопрос за всё время. И, очевидно, заданный с определённой целью. Чтобы тыкнуть в это носом. Но если Лекса надеется вывести её из себя нахальством, то она плохо знает Кларк.       — Я сижу там, — указывает она на свой стол посреди этажа. Сотрудники намеренно избегают смотреть в их сторону, но их любопытство не скроешь. Кларк хочется скривиться от ненужного внимания. — Подходи, если возникнут вопросы.       — Или можешь прийти ответить на них здесь, — предлагает Лекса.       Кларк опять чуть не закатывает глаза.       — Как вам будет угодно, конечно, мисс Вудс. — Она смотрит в список, отданный ей секретарём Линкольна и добавляет: — Сперва тебе должны поставить компьютер. Кого-то должны вызвать в скором времени…       И как только заканчивает фразу, то видит, как к ним между столов приближается Беллами.       — А вот. Блейк должен быть в курсе.       Она машет рукой. Беллами одаривает её сочувствующим взглядом, но Кларк уже тошнит от их жалости. Но это ещё не всё.       — Мисс Вудс? Я Беллами Блейк. Глава ИТ отдела. Я пришёл убедиться, что всё установлено и работает.       Настроить её компьютер пригласили главу отдела? Она, наверное, что-то не так поняла. Кларк смотрит на Беллами большими глазами и ждёт, что тот улыбнётся. Это ведь шутка. Но Беллами терпеливо ждёт, пока Кларк отойдёт в сторону, что та и делает по-прежнему в состоянии полной растерянности.       — Можно просто Лекса, — отвечает девушка и после минутного колебания, добавляет: — Для всех.       Кларк немного удивлена, что она не хочет лишний раз показать своё влияние, но решает, что, наверное, она что-то упустила в этом назначении. Будь она девушкой с лицом школьницы, над ней бы все смеялись. А к Лексе, очевидно, относятся уважительно и власти ей не нужно, может, поэтому она вдруг резко забывает о существовании Кларк.       — Спасибо за помощь, Беллами. Проходите. Они проходят в кабинет.       Блейк вежливо кивает, Лексе, а Кларк никто и не думает поблагодарить за экскурсию. Отдаляясь от них, Кларк слышит, как любезно Лекса общается и смеётся с Беллами. Видимо, главы отделов заслуживают лучшего отношения, чем аналитики, сидящие за столами посреди этажа. Можно подумать, Кларк не знала об этом раньше. С надеждой, что установка компьютера займёт много времени, Кларк берёт свой ноутбук и удаляется в уборную, чтобы там поменять свой график работы и выплакаться. Последовательность выполнения этих задач не имеет значения.       ***       — Она идиотка! — в сердцах восклицает Кларк, лёжа головой на барной стойке.       Она съела три куска торта Рейвен с надписью Ты удивительная! и выпила четыре бокала мартини. У неё будет сахарная кома и ей плохо, но не так, как штормило от постоянного переключения между обучением Лексы и собственным внушительным объёмом работы. Она всерьёз задумывалась над тем, чтобы отменить их поход в бар, но Рей старалась для неё. Они ни разу не были в этом шикарном баре, а ей точно требовался кто-то, чтобы остановить эмоциональный срыв. Но этим человеком никогда не была чересчур драматичная Рейес.       — Похоже на то! — Рейвен бьёт ладонью по стойке. — Как она посмела влезть и забрать работу у моей Кларки? Стерва! Я бы вызвала её на дуэль на мечах за подобное оскорбление. Это не справедливо, так ведь?       Бармен соглашается с ней, глядя на её грудь. В принципе, как и со всем, что Рейвен говорит, потому что та строила ему глазки с момента появления здесь. Он подсовывает им очередные бокалы, подмигивает и бросает: За счёт заведения. Рейвен благодарит и хихикает.       — Поверить не могу. У меня тут проблемы, а ты думаешь, как бы кого подцепить, — стонет Кларк, когда бармен наконец-то отходит от них, чтобы заняться своей работой.       — Не думаю, а делаю успехи, ты хотела сказать, — поправляет Рейвен. — Этот парень готов есть у меня с ладони. Он уже дважды подсунул мне свой номер. Но главное сегодня — это ты! Что будешь делать?       — Свою работу, — обречённо тянет Кларк. — У меня нет другого выхода.       — Можешь уволиться.       — Кто тогда будет покупать тебе продукты? — спрашивает Кларк, улыбаясь Рейвен.       — Я заработала столько бесплатной выпивки, что, считай, мы сравняли счёт, — заявляет Рейвен.       Наклонившись, она целует Кларк в лоб и гладит её по волосам.       — Но я серьёзно. Ты можешь уволиться. Ты прекрасно справляешься со своей работой. Другие компании тоже занимаются этими твоими… анализами.       Кларк посмеивается и закрывает глаза. Рейвен понятия не имеет, что делает, и её это не особо заботит, ибо она любит Кларк, и этого достаточно.       — Ты очень хорошая подруга, — бормочет Кларк.       Рейвен ее выпрямляет, приводя в вертикальное положение и удерживая за плечи.       — Не спать, — строго говорит она. — Я говорила, что не понесу тебя домой. Давай, обопрись на плечо. Надо попозировать для того паренька. Постарайся сделать более удовлетворённый и менее уставший вид.       — Не хочу тебе помогать, — ноет Кларк, но Рейвен уже тащит её на себя с удивительной силой.       Прежде, чем она успевает опомниться, перед ними стоит еда, хотя в этом баре еду не подают. В какой-то момент она всё-таки садится ровно, и Рейвен смотрит на неё с нежностью.       — Прости, что я сегодня такая унылая, — говорит Кларк. — Мы должны были повеселиться.       — Я прекрасно провожу время, — заверяет Рейвен. — К тому же, твоей вины тут нет. Это всё твоё начальство и эта новенькая мелкая идиотка. Лекса Вудс.       — Чёртова Лекса Вудс, — рычит Кларк на автомате. — Она даже не знает, как пользоваться Excel!       Рейвен с недоверием косится в её сторону. Она тоже не знает.       — Она выпустилась из престижного университета, но не знает, как пользоваться элементарной программой?       — Угу, — хнычет Кларк. — Ты такая замечательная. Ладно, да, она нашла ярлык и умеет открывать его, но ни одной полезной функции не знает. Сводную таблицу даже сделать не в состоянии! Как можно назначить главным того, кто не умеет делать сводку?       — Я шокирована, — поддерживает Рейвен, но в её голосе смех.       Кларк показывает ей язык.       — Прости, не сдержалась. Поверь мне, я тоже на неё зла, но давай злиться на неё более обобщённо.       Кларк вздыхает.       — Её обучение займёт целую вечность, а у меня и без того много работы. И я правда хотела получить эту должность.       — Я знаю, Кларки, — говорит Рейвен. — Хочешь, я вызову её на дуэль?       — Нет, — дует губы Кларк. — Ты в итоге с ней переспишь или ещё чего вытворишь, а ты знаешь, что тебе запрещено делать это с теми, с кем я работаю.       — Постой, она что, миленькая? — интересуется Рейвен.       — Это важно? — отвечает вопросом на вопрос Кларк.       Рейвен делает вид, что оскорблена, пока Кларк не смягчается.       — Ну как бы да. Не знаю. Она, как ребенок. Она нас года на три младше.       — Какая жуткая разница в возрасте, — ахает Рейвен. — Целых три года.       — Заткнись! — бросает Кларк и хмурит брови, пытаясь вспомнить её лицо.       Она целый день провела в присутствии Лексы, но была так зла и отвлечена другими делами, что не может толком припомнить, как она выглядела. Осталось лишь впечатление о том, что она слишком молода, неопытна и подвержена снобизму.       — И она горячая, что ж уж. По крайней мере, в костюме точно.       — Ну хоть что-то хорошее, — заключает Рейвен. — Всегда сможешь представить её голой, если она тебя разозлит.       — Я больше, чем уверена, что не стану представлять Лексу голой, — твёрдо отрезает Кларк. — А теперь расскажи мне о роли, на которую ты прослушиваешься. Пожалуйста. Мне скоро возвращаться в ад, и меня надо чем-то отвлечь.       Рейвен улыбается и пересказывает странноватый сценарий, усугублённый тем, что Рейвен половину подробностей не помнит. По описанию похоже на европейский исторический фильм, который объясняет её внезапную помешанность на битвах с мечами и дуэлях. Когда они возвращаются домой, почти гармонично распевая попсовые песни, Кларк думает о том, что воспряла духом настолько, насколько это в принципе возможно.