Удачи всем, но не нам

Сердце ушло в пятки. — Таким образом, император приходит к решению поставленной задачи: народ… — преподаватель вопросительно посмотрел на нарушителей тишины. — Здравствуйте, мистер Чжун Ли, — начал свою мантру Вентилятор, наполовину протиснувшись в дверь — мы глубоко сожалеем о том, что опоздали на вашу пару и приносим искренние извинения, можем ли мы войти? — Что же, уважаемые опоздавшие, раз уж вы здесь, попрошу тихо занять последнюю парту в третьем ряду. — Венти распахнул дверь, и мы отправились за указанное место. Все получилось не так плохо, как я ожидал. — Эй, Казуха, — шепчет мне друг — кто это рядом с нашим дедом? — только заняв место, я заметил рядом с лектором Рыжего улыбчивого паренька в сером костюме. Он с энтузиазмом рассказывал что-то историку вполголоса, активно жестикулируя руками во время перерыва между рассказами об очередной реформе. Чжун Ли же смотрел прямо ему в глаза, внимательно слушая и анализируя сказанное. Я не нашелся с ответом, так что открыл тетрадь и взял в руки ручку, уже размышляя, у кого взять пропущенную часть конспекта. — Казуха!.. Эй!..— спустя пару минут ткнул меня в плечо сосед по парте — Слушай, Казах, ставлю косарь, на то, что они ебутся, — я был совсем не удивлен такому заявлению от него. — Рыбак рыбака. — отвечаю я, пытаясь понять, как за эти пару секунд лектор сумел перейти от промышленной реформы Николая Первого к Некрасову. — Чья бы корова, — фыркнул друг. Интересные у нас формулировки. К сожалению, восстановить нить повествования мне так и не удалось, так что я принял решение бросить это дело и начал рисовать какие-то фигурки на полях. Мысли сами по себе вернулись к проишествию в коридоре. А ведь раньше я не видел того паренька здесь: видимо он по обмену. Почему мне кажется, что мы были знакомы раньше? Раздражающее чувство. Нужно не забыть подойти на кафедру после пары. Почему он так влечет и одновременно пугает меня? Хочется побыть с ним рядом дольше, но в то же время я не понимаю, откуда помню его голос. Может у меня даже получится узнать что-то о нем сегодня… — Каэдехара. Вы меня слушаете? Это важная тема — делает замечание Чжун Ли. Блять. Почему именно я и именно сегодня? — подойдите после пары. — Супер. Меня вызвал на ковер любимый препод. Сегодня просто лучший день в году. Опускаю глаза в тетрадь и вижу аккуратный симметричный хуй в правом верхнем уголке. Етижи Пасатижи. Венти треплет меня по плечу в знак поддержки. Спасибо, друг. После пары поникший я спустился к преподавательскому столу, где меня ожидал историк со сложенными на груди руками. — Казуха, все в порядке? Ты всегда был заинтересован в моем предмете, что-то произошло сегодня? — вот и пришла моя смерть. — Все в порядке, мистер Чжун Ли, я просто немного отвлекся. — Выглядишь вялым, я думаю, тебе стоит развеяться. Тарталья, тебе все еще нужны добровольцы в хор? — парень за его спиной утвердительно кивнул и лучезарно улыбнулся. — вот и замечательно. Доверяю Казуху тебе. — говорящий многозначительно посмотрел на ассистента. Что меня ждëт.? Я посмотрел на Венти, стоящего слева от меня. Он был в ахуе, не меньше моего. Хор? Я? — У вас сейчас большой перерыв? — подал голос Тарталья, все так же улыбаясь. Кивок. — значит сейчас мы пойдем на прослушивание. — Господин Тарталья, дело в том, что сейчас у меня есть некоторые планы., — неуверенно говорю я, надеясь на понимание. Судя по глазам стоящих передо мной, понимание я получу только в своих мечтах. — Это не займет много времени, пойдем, — как же, так я ему и поверил. Чайлд махнул мне идти за ним, пока остальные два очевидца событий молча смотрели. Бля, че делать то, ебан рот. Скарамучча второй проëб точно просто так не оставит. Надо что-то делать! — Казуха, не парься, я сам все разберу и тебя отмажу, все будет хорошо. — шепчет мне друг. Спасибо, что ты есть. Надеюсь, что все получится именно так, как ты и сказал. Выдыхаю с облегчением и благодарю друга, после чего отчаливаю. Так куда мы идëм? **** Около выхода нас ждала девочка. Два хвостика, пышная белая юбка с церковной символикой… — Казуха, познакомся, это солистка нашего хора. Она будет проводить тебе прослушивание. — вступил Чайлд, паралельно объясняя что-то Чжуну. — Здравствуй, я Барбара Пейдж, ученица первого курса филологии и, как ты понял, солистка нашего хора. — Приятно познакомиться, я Каэдехара Казуха, второкурсник исторического. Олимпиадник, учусь по гранту. — К чему эти формальности, друзья. Это Барабара, солистка и монашка нашего хора и вуза, приходи к ней в любой момент. Она за тебя и свечку в храме поставит, и от самостоятельной по русской литературе отмажет, если ты хороший человек. Ну а это Казуха, или, как его называют, Казах. Умный интроверт. Сдаст любой предмет. — ловкач ты, Тарталья. А кто вообще такая эта Барбара, что может отмазать по самостоятельной по литературе? — Хватит пустых разговоров, Тарталья, давайте двигаться в актовый зал. Хочу скорее дать Казухе партию и объяснить что к чему. — Барбара, а как же прослушивание? — с непониманием смотрит на не Чайлд. —Мне хватило послушать его речь, чтоб понять, что петь он сумеет. — ничего себе, сочту за комплимент. Боже, кто придумал делать два крыла в одном здании? Вы серьезно предлагаете мне сначала идти из одного конца в другой за листочком с нотами, а потом топать обратно на пару? Это какое-то расточительство. У меня нет физической мощи Тартальи, чтобы спокойно пройти столько, да ещë и пожать руку и обнять каждого второму. Он вообще нормально живёт типо? Как часто он ловит нервные срывы? О, а вот и помещение хора. Здесь, прямо-таки, витает дух православия: очень светло и на удивление чисто. По периметру стоят стулья, около одной из стен рояль, напротив, огромный шкаф и окно, почти во всю стену, в одном из углов стойка с народными и прочими костюмами и коробка с обувью. Пейдж распахнула шкаф и мастерски выудила оттуда единственный листок, который передала мне. Посмотрев на него, единственным, что я понял, стало слово «moderato», что значило «умеренно», насколько я помню из школьных уроков итальянского. На что они рассчитывали, притаскивая в хор человека, ни разу не работавшего с нотами? — Что-нибудь понял? — отрицательный кивок — поймешь на практике. — подойдя к роялю, Барбара начала петь: — Воскресе́ние Христо́во ви́девше, поклони́мся Свято́му Го́споду Иису́су, еди́ному безгре́шному. Кресту́ Твоему́ покланя́емся, Христе́, и Свято́е Воскресе́ние Твое́ пое́мъ и сла́вимъ, Ты бо еси́ Богъ нашъ, ра́зве Тебе́ ино́го не зна́емъ, и́мя Твое́ имену́емъ. Прииди́те вси ве́рнии, поклони́мся Свято́му Христо́ву Воскресе́нию, се бо прии́де Кресто́мъ ра́дость всему́ ми́ру. Всегда́ благословя́ще Го́спода, пое́мъ Воскре́сение его́, распя́тие бо претерпе́въ, сме́ртию сме́рть разруши́. — Сказать что я ахуел, это ничего не сказать. Ее голос такой приятный и теплый что слушать ее и правда, одно удовольствие. — Примерно так должно звучать это песнопение, — чуть со смущением сказала Барбара. Видимо увидела восхищение в моих глазах. — Как всегда было великолепно, умеешь же заинтересовать, — с ухмылкой сделал комплимент Чайлд, поглядывая то на певицу, то на меня. Отойдя от восхищения, я решил поинтересоваться, — Слушай, Барбара, у тебя есть какая-нибудь соц-сеть? Телеграмм, Инста? Чтобы я мог проконсультироваться если что. — Есть, найдешь? — она показала мне телефон с открытым инстаграммом _popuskk_kk(реклама инсты автора, го подписк). В профиле было несколько красивых фотографий хорошего качества, видимо, сделанных профессионалом — Я подписался, посмотри. — Так, увидела, расписание занятий скину тебе в директ. — Понял. Мне пора, до встречи! — я помахал ребятам и вышел за пределы зала, в поисках друга. Уведомление. Бля, испугался. Сообщение от Венти? Вспомнишь солнце…: «Кто-то нарушает свои слова, не хорошо так делать)))» Это точно его телефон, но Архонт не пишет знаки препинания в сообщении. Что. они. сделали. с ним?