Ничего, поладим

Голоса за дверью становились всё громче, и когда та наконец открылась, в комнату вошли двое: староста общежития – Ли Вэньхань и скептически обозревающий внутреннее убранство комнаты высокий худой парень, размеры чемоданов которого превышали его собственные габариты раза в три. Ван Ибо оторвался от компьютерной игры, в которую залипал уже часа три с передышками, и, бросив сокомандникам в микрофон короткое “я ща”, с интересом повернулся к новоприбывшим. — Вот, собственно, и комната, – Вэньхань задумчиво почесал затылок. – Ибо, че за бардак? Староста нахмуренно оглядывал разбросанные по комнате вещи: обертки от снэков на кровати, которая принадлежала не Ибо, мятую футболку на столе, кучу бутылок на полу возле обеих кроватей, сигаретные окурки, покинувшие пределы пепельниц, отчего-то аккуратно сложенную стопку тетрадей за дверью и чьи-то трусы на верхней полке небольшого стеллажа у холодильника. Новенький с брезгливым выражением лица уставился на, судя по отсутствию постельного белья, незанятую соседом кровать и, казалось, боялся даже дышать, чтобы не вдохнуть чего лишнего. Вэньхань расторопно убрал обертки с кровати новенького, шумно выдохнул и покачал головой в знак своего неодобрения. — Ван Ибо, – Вэньхань посмотрел на приведенного им студента и указал рукой в направлении парня. Затем он повернулся к Ибо и повторил процедуру, только уже с новеньким: – Сяо Чжань. Твой новый сосед, если ты ещё не догадался. Не обижай его. Я пошёл, вечером зайду узнать, как ты обустроился, – он посмотрел на Сяо Чжаня, – и всё ли в порядке. Ибо тебе всё расскажет об общаге и правилах. Ван Ибо внутренне застонал. Вот ещё, не будет он возиться с этим новеньким. Мало того, что его ладно не спросили, но и не предупредили, что кого-то подселят, так теперь ещё и нянчиться? Ну уж нет. Ибо хмыкнул и повернулся обратно к компьютеру, всем своим видом демонстрируя полное равнодушие. Дверь за Вэньханем закрылась, и Ибо сразу надел наушники, чтобы показать, насколько он не настроен на различные вопросы со стороны новенького. Однако звук он незаметно убрал на минимум, чтобы знать о происходящем в комнате. К его удивлению, вместо ожидаемого приветствия и попытки что-то вызнать у Ибо, его сосед не проронил ни слова, сложил все вещи в кучу и покинул комнату, хлопнув дверью. Ван Ибо обернулся, взглянул на два больших чемодана, две сумки и небольшую коробку, оставленные Сяо Чжанем, дернул бровью и вернулся к игре.

***

Ибо выждал, пока Сяо Чжань устроится на новом месте, разберет свои вещи, примет душ и переоденется. И только когда парень завершил все это, удобно устроившись на своей кровати и открыв книгу, Ибо взял стул и подошел к парню, расположил стул возле кровати и оседлал его, сложив руки на спинке. — Думаю, пора обсудить наше соседство. Парень, который следил за перемещениями Ибо со скептически поднятыми бровями, лениво закрыл книгу и вызывающе уставился на своего соседа. — Ну давай. Для начала, как к тебе обращаться? — Ван Ибо. Ибо. Молодой господин. Как сочтёшь нужным, – Ибо ехидно улыбнулся. Парень напротив насмешливо хмыкнул. — Сяо Чжань, – представился в ответ он, холодно глядя на парня. — Тебе говорили, что ты очень милый, когда строишь из себя надменную сучку? Сяо Чжань не был надменной сучкой, Ибо убедился в этом, пока наблюдал за парнем последние пару часов. То, как он общался со старшим, то, как путался в своих вещах, мило чесал затылок в поисках чего-то среди чемоданов, хмурился и улыбался сам себе, когда искомый предмет оказывался у него под носом, то, как он одевался, то, как первым делом расставил книжки, то, как он шёл в душ и каким вышел из него – всё это указывало скорее на милого неловкого парня, чем на жёсткую стерву. — А тебе говорили, что ты крайне раздражаешь, когда пытаешься изображать из себя крутого? — Вот и познакомились, – Ибо усмехнулся, не сумев удержаться от улыбки во все тридцать два. — Слушай, давай поскорее покончим с этим. Просто скажи, к чему мне быть готовым. Со своей стороны могу сказать, что я крайне требователен к чистоте, ложусь спать рано, встаю тоже рано. Не терплю излишнего шума. — Мне проще переехать тогда… — Будь это возможно, я бы переехал, как только увидел комнату, – Сяо Чжань брезгливо огляделся. Ибо дернул уголком губ и не стал говорить, что этот бардак не его, а он просто не успел убраться. Он даже не знал, что хуже – позволить новому соседу думать, что он грязнуля, или дать узнать, что иногда он сдает комнату левым людям. Ну, точнее сдавал комнату левым людям. Больше это невозможно. — Но переезды пока запрещены, – продолжал Сяо Чжань. – Я не хочу усугублять ситуацию. Я и так не рад, что нас поселили вместе. Но я терпелив. Если и буду орать – то по делу. Ибо не сдержал грязной ухмылки при этих словах. — Отлично, люблю громких. — Чего? — Ничего, поладим, – Ибо сверкнул хитрым взглядом и, захватив стул, вернулся к своей кровати. Спустя пару минут он не выдержал и добавил скорее просто чтобы подначить новенького, чем из реального желания чего-то добиться: — Должен сказать: я трахал всех своих соседей по общаге. — Что ж. Тогда и я должен сказать: я благополучно отшивал всех тех, кто пытался ко мне лезть. — Так ты девственник? — А? На лице Ибо появилась эта его гадкая ухмылочка. Кончик его языка на миг показался на правом краю его нижней губы и тут же исчез. Сам парень хмыкнул и повернулся к своему столу: — В рот на. Уже предвкушаю наше соседство. — До того, как откроют возможность переселения – всего ничего. Так что закатай губу обратно. — Готов поспорить, к тому времени ты уже не захочешь переселяться.