Ничего, поладим

— Вот объясни мне, нахуя вообще было селить ко мне кого-то? Ибо хмуро посмотрел на потягивающего своё пиво Вэньханя. Тот присосался к трубочке и явно находил напиток гораздо интереснее этого разговора. — Ты меня вообще слушаешь?! Ибо был явно на взводе. И не мудрено. Вэньхань уже успел узнать о небольшом пари, которое заключили новоявленные соседи. Когда Ибо поделился этими новостями, он только тяжело вздохнул, спросив “ну и зачем тебе это?”, на что получил короткий ответ: “надо”. Ну надо так надо. У Вэньханя как старосты общежития был большой опыт студенческих бытовых отношений, соседских распрей и войн. Не первый раз он сталкивался с подобными “надо”. И, как правило, ничем хорошим это не заканчивалось. В конце концов либо двое в итоге трахались, либо кого-то приходилось переселять. В обоих случаях доставалось Вэньханю: ему либо жаловались другие студенты на шум и просили что-то сделать, либо нужно было возиться с переселением. Поэтому Вэньхань сразу понял, что ближайший месяц будет тяжёлым. С Ибо в принципе легко не бывало, а теперь этот упертый баран столкнулся с другим таким же упертым. И хотя Сяо Чжань Вэньханю нравился, и он даже болел за него в этой битве, но всё же Ибо был его другом, а потому именно с ним приходилось беседовать и выражать вроде как поддержку. — Слушаю. — Ну так ответь мне! Хватит пить, оторвись и соизволь проявить внимание к моей проблеме! И кто вообще пьёт пиво через соломинку! — Цзя И находит это милым. — Цзя И чокнутый влюблённый идиот. А ты так и не ответил мне. — Не ответил, потому что откуда мне знать, зачем к тебе кого-то подселили. Было пустое место, вот и подселили. — Ты же знаешь моё отношение к соседям. Мог бы что-нибудь и сделать. — А что я могу сделать? — Ты староста общежития! — Если бы я мог решать, кто будет там жить, а кто нет, ты бы уже давно вылетел оттуда пинком под зад. — Ты бы со мной так не поступил. Ибо сложил руки на груди, с усмешкой уставившись на Вэньханя. Тот устало взглянул на него. — И почему я только с тобой дружу? – задумчиво спросил Вэньхань, помешивая соломинкой пиво в стакане. — Потому что я умный, интересный и чертовски обаятельный. Вэньхань выгнул бровь, но затем нехотя согласно покачал головой из стороны в сторону. Он был вынужден признать, что отчасти Ибо прав. Старосту всегда тянуло к таким личностям, как он. И хотя сам Вэньхань был гиперответственным, строгим и спокойным, он очень любил проводить время в компании людей, подобных Ван Ибо. Младший и правда был умён и сообразителен, отличался незаурядной внешностью и прекрасным стилем, имел достаточно уверенности в себе, но, самое главное, обычно не злоупотреблял ею. И потому сейчас, глядя на находящегося слегка под градусом парня в черной футболке и таких же черных рваных джинсах, закинувшего щиколотку одной ноги на колено другой, со слегка растрепанными волосами и стаканом виски в руке, Вэньхань опасался, что на этот раз тот наделает глупостей. Такое впечатление производили его слова. — Что ты от меня-то хочешь в данной ситуации? — Ничего, забей. Просто не мог бы ты хотя бы проследить, чтобы в следующий раз ко мне селили кого-нибудь более стремного. Это ж пиздец. Не человек, а ходячее напрашивание на трах. — В следующий раз? Разве ты не собирался приударить за ним? — Собирался. Но, честно говоря, я уже сомневаюсь в своём успехе. Он же дома не бывает от слова совсем. Как прикажешь за ним ухаживать? Он даже шанса не оставляет. Я так крышей поеду скоро. — Ты не спрашивал, куда он пропадает? — У меня не было такой возможности. Когда он приходит, то сразу ложится спать. Когда просыпается, уходит на занятия. Потом возвращается, переодевается, берет рюкзак и сваливает, возвращаясь под утро. — Может, у него кто-то есть? — Я тоже об этом подумал. И это ещё одна причина, почему я сомневаюсь в своём успехе. Если у него кто-то есть, то это бесполезно. — И ты не попытаешься отбить? — Я, конечно, ебнутый, но не настолько. У меня есть принципы. — Слушай, но раз его всё равно почти не бывает дома, то, может, ну его? Считай, что живешь один. Просто не обращай внимания на эти короткие визиты. Ван Ибо тяжело вздохнул и сделал глоток из стакана. Затем как-то грустно сказал: — Я бы рад сделать вид, что его не существует. Но он блять ещё как существует. Знаешь, что он недавно учудил? Вэньхань вопросительно хмыкнул. — Позавчера он вернулся в общагу не под утро, а ночью. Это уже было странно. Я только-только начал засыпать. В общем, он вернулся и явно был пьян. И знаешь что? Этот ненормальный перепутал кровати! Он буквально свалился на меня. Я аж завис. Думаю, ну нихуя себе приехали. Вот так выкрутасы. Я позвал его, а он только что-то промычал в одеяло, даже не шевельнулся. Я подумал, ладно, хрен с тобой, спи тут, мне же лучше. А наутро, когда он проснулся, то был вне себя. Сначала жутко смутился, а потом выругался на меня за то, что я позволил ему спать на себе. Мол, я должен был как минимум скинуть его на пол. Я ответил, что вообще-то не против и он может спать на мне хоть каждый день. На это он только зыркнул на меня злобно так, хмыкнул и был таков. — А потом? — А что потом? Всё по-старому. А у меня из головы та ночь не выходит. Но мне кажется, после этого он ещё больше от меня закрылся, если это вообще возможно. — Ну, по крайней мере, ты теперь знаешь, что он такой же обычный человек. Тоже может напиться до состояния осознанности уровня тапочка. — Чего? — Ничего. Напоить его не пробовал, говорю? — Вот я тебе поражаюсь. Ты вроде слушаешь, а вроде нет. Как я тебе его напою, если у меня даже поговорить с ним возможности нет? — Ладно, не кипятись. Что-нибудь придумаем. Ты допил? — Почти, а что? — Думаю сменить обстановку. Мне кажется, тебе нужно расслабиться. Ибо заглянул в стакан с виски, затем опрокинул остатки в себя, хлопнул по плечу Вэньханя и со словами “жду на улице” вышел из бара, оставив задачу оплатить счет на старосту.

***

— Вау, не знал, что ты таким увлекаешься. Ван Ибо с интересом оглядывал погруженный в полумрак ночной гей-клуб. Ритмичная музыка заставляла ноги в кроссовках стучать по полу и двигать головой в такт. Ибо даже присвистнул. — Ты многого ещё обо мне не знаешь, – Вэньханю пришлось наклониться к уху Ибо, чтобы тот его услышал сквозь шум. — Очевидно. А как же Цзя И? — А что Цзя И? Он тоже любит такие места, – Вэньхань довольно улыбнулся и направился на второй этаж, где располагалась балконная зона с видом на танцпол. Они заказали напитки и удобно устроились на диване, наблюдая, как толпа парней внизу двигается под четкий ритм клубняка. — Пойдёшь танцевать? – проорал Вэньхань. — Не сегодня, – проорал в ответ Ибо. — Ну сиди тогда. А я пошёл, – он поставил свой стакан на стол и уверенно встал с места. Ибо проследил, как под оценивающие взгляды других посетителей клуба Вэньхань спустился с лестницы и направился к танцполу, практически сразу вливаясь в общую тусовку. Ибо дёрнул уголком губ. На месте Цзя И он бы глаз со старосты не спускал. Всё-таки тот был одарён очень привлекательной внешностью и классной фигурой. Неодобрительно покачав головой, Ибо перевёл взгляд в сторону, поднося стакан с алкоголем ко рту. Но рука замерла у самых губ, а затем вовсе опустилась на стол, а её обладатель озадаченно наклонился вперёд, пытаясь разглядеть человека, привлёкшего его внимание. Сощурив глаза, он затем неверяще их распахнул и коротко выдохнул. Зависнув где-то на минуту, он отпрянул, возвращаясь в исходное положение, отпил из стакана, проморгался, затем снова уставился вниз. Нет, не показалось. На одном из возвышений для стриптизёров и впрямь отточенными рваными движениями извивался никто иной, как его соседушка – сам Сяо Чжань. Одетый лишь в черные кожаные шорты, колготки в сеточку и распахнутую белую рубашку с расслабленным галстуком вокруг шеи, он то и дело двигал бедрами из стороны в сторону, изгибаясь поворачивался вокруг своей оси, запускал руку в и без того растрёпанные волосы, спускал её ниже и ниже – по виску, щеке, подбородку, шее, ключицам, груди, прессу… паху. При этом он смотрел на окружающее пространство так, словно хотел, чтобы его трахнули – в общем, как и полагается стриптизёру, но Ибо всё равно это поразило. Он и правда так умеет? Но в следующую секунду Ибо и вовсе застыл от внезапного переизбытка чувств, потому что его сосед крайне похотливо провёл языком по внешней стороне зубов, а затем дьявольски оскалился, наклонившись к одному из гостей, и, глядя прямо на него, распластался на полу и сделал волну бедрами. Ибо зашипел сквозь зубы. Подавив прилив внезапного тянущего чувства внизу живота, он залпом осушил стакан и откинулся на спинку дивана, чуть поерзав, потому что тело слишком разгорячилось и требовало определенных действий. — О как, – прокомментировал увиденную картину Ибо. – Вау. К нему подошла официантка, которая проходила мимо и заметила пустой стакан. — Желаете ещё что-то? — Нет, – Ибо не отрывал взгляда от своего соседа, который прямо сейчас притянул галстуком к себе другого стриптизёра, а затем, оттолкнув, шлёпнул его по заднице этим самым галстуком. Брови Ибо сами собой поползли наверх. Он кивнул в сторону Сяо Чжаня, обращаясь к официантке: – Кто это? Она проследила за его взглядом. — Который? — С галстуком в руках. — Ааа, – официантка отчего-то улыбнулась. – Это новенький у нас. Работает пару недель, а уже пользуется популярностью. И не удивительно. Не Вы первый интересуетесь. Ибо провёл языком по внутренней стороне щеки. — Хотите приватный танец? – спросила официантка. – Можете подойти к администратору, заказать. — О, несомненно. Но в другой раз, – Ибо вежливо улыбнулся девушке. – Можно счёт? Девушка кивнула и удалилась, а Ибо вновь приковал взгляд к танцполу. Расплатившись, он спустился вниз и отыскал Вэньханя. — Пожалуй, на сегодня мне впечатлений хватит, – сказал он ему на ухо. – Ты остаёшься? — Нет, не хочу один возвращаться. Они вместе вышли из клуба и вызвали такси. Вэньхань только теперь заметил необычайно довольное выражение лица своего друга. — Выглядишь, как будто тебе перепало. — Лучше. Ибо ухмыльнулся, играя бровями. — Я снова в игре, – добавил он и сел в машину, удовлетворённо располагаясь на заднем сидении и предвкушая новый день.