Осень, красно-жёлтые шарфы и теплые объятия

Питер с трудом вытащил тяжеленный чемодан из поезда и наконец-то поставил его на платформу, шумно выдыхая. Он огляделся и понял, что Нед, ЭмДжей и Наташа ещё не вышли из вагона, так что Паркер решил присесть на корточки и перевязать разболтавшийся шнурок. То ли из-за природной неуклюжести, то ли потому что на вокзале перед отправлением ему перебежала дорогу чёрная кошка (но у неё было белое ухо!), Питер ужасно долго копался с затянувшимся узелком на кроссовке, так что не заметил, как к нему приблизилась одна неприятная троица, и кто-то ощутимо задел его за плечо. Паркер тут же потерял равновесие и плюхнулся на задницу, возмущённо поднимая взгляд и встречаясь им с Квентином Бэком, его подружкой Кристин Эверхарт и Флешем Томпсоном. Трое слизеринцев с самого первого курса доставали Питера и его друзей по поводу и без, видимо, считая это своим хобби. — В честь встречи прощаю, но в следующий раз вместо ужина будешь плеваться слизнями, Бэк, — прозвучал спокойный женский голос с оттенком угрозы совсем рядом, и Питер резко вскинул голову. Наташа. Она всегда появлялась незаметно и вовремя, так что теперь Романофф стояла, прислонившись плечом к вагону, и холодно смотрела на удаляющихся слизеринцев. — Ох, от такой девушки как ты, угрозы звучат даже горячо, — откликнулся Квентин, многозначительным взглядом обводя фигуру Нат и нисколько не волнуясь о возмущенном взгляде Кристин у него под боком. — Горячо? Примерно настолько? — спросила Нат, приподняв бровь, и в следующую секунду Бэк коротко вскрикнул и даже подпрыгнул на месте, хватаясь за собственное бедро. — Рада, что ты оценил, — широко улыбнулась Наташа буквально на одну секунду и тут же вернула себе холодное выражение лица, — Проваливайте. Когда троица ускорила шаг, поспешив убраться восвояси, Романофф протянула Питеру руку и помогла подняться с земли. — Это было необязательно, Нат, — смущенно пробормотал Паркер, отряхивая одежду. — Перестань, Питти, — Наташа притянула парня к себе и потрепала по волосам, закидывая руку на плечо. — Ты почти мой младший братик, я не могла закрыть на это глаза. Питер лишь улыбнулся на это, обнимая Романофф в ответ. Она опекала его с самого начала обучения в Хогвартсе. Всё началось с того, что в первый же день пребывания в замке Питер умудрился отстать от курса и потеряться в многочисленных коридорах. Он уже был готов расплакаться от досады, когда из-за очередного угла ему навстречу выскочила рыжеволосая девочка и сходу выдала: «О, ты, должно быть, Питер Паркер? Мне сказали, что потерялся один первокурсник, и я отправилась искать тебя». На это Паркер только активно закивал головой. «Меня зовут Наташа Романофф, можно просто Нат, я со второго курса Гриффиндора. Если что, всегда можешь обращаться ко мне!», Нат протянула Питеру руку, хватая его за маленькую ладошку, и повела в сторону гостиной факультета, по пути рассказывая местные байки, лучшие истории, заставляя мальчика весело хихикать. С тех пор Наташа всегда присматривала за Питером, а после стала часто проводить время и с его друзьями, Недом и ЭмДжей. На её курсе у неё тоже были друзья, Баки и Стив, но в какой-то момент эти двое слишком сильно увлеклись друг другом, и Романофф решила дать им «немного личного пространства». Она вообще была потрясающей: веселой, понимающей, бесстрашной, умной и сильной. Родившись в семье маглов, она успела изучить очень многое до поступления в Хогвартс, в том числе и боевые искусства, которыми она продолжала заниматься до сих пор. Как говорила сама Романофф, если бы она не оказалась волшебницей, она бы стала шпионкой. И, Паркер уверен, была бы одной из лучших. — От чего он так подпрыгнул? Ты знаешь обжигающее заклинание? — поинтересовался Питер, наблюдая как ЭмДжей вытащила свои вещи и уже помогала Неду вытащить безразмерную сумку на перрон. — Что-то вроде того, с тех пор как мне исполнилось семнадцать, я много экспериментирую, — ответила Нат. Сейчас она была на седьмом курсе, и буквально пару недель назад запрет на колдовство вне школы перестал действовать для неё. Питер же не мог похвастаться подобным, ему ещё было только шестнадцать и впереди были два долгих года обучения. — Я бы тоже хотел колдовать когда мне вздумается, — тоскливо протянул Паркер, млея от лёгких поглаживаний по голове в исполнении Наташи. — Не печалься, малыш, не так долго осталось терпеть, — сказала Романофф, и в следующую секунду взмахом волшебной палочки подняла в воздух вещи Питера, Неда, Мишель и свои. — Ну что, вперёд, друзья мои! — и Наташа бодрым шагом направилась к каретам, которые везли учеников к школе. За ней вереницей в воздухе последовали две сумки, четыре чемодана и рюкзак. — Уже успел нарваться, неудачник? — с усмешкой поинтересовалась Мишель, шутливо толкая Питера плечом. Она прекрасно видела через окно стычку со слизеринцами и, на самом деле, сама была готова вступиться за друга. — Да ерунда, — отмахнулся Питер, легко улыбнувшись. Вот уж на такую мелочь, как местные хулиганы, он не собирался обращать внимание. Впереди был учебный год, и на этом стоило бы сосредоточиться. Ничего более интересного для него не предвиделось. По крайней мере, так сейчас думал Паркер.

***

Большой зал был заполнен учениками четырёх факультетов, преподавателями, громкими голосами и смехом. С минуты на минуту в зале должны были появиться первокурсники, и всё вокруг было пропитано лёгкой атмосферой предвкушения и радостного возбуждения. Распределение по факультетам было важным и значимым событием, и более старшие ребята готовились принять и поддержать своих «новобранцев». — Я уже просто не могу дождаться куриных ножек и тыквенного пирога, — удручённо вздохнул Нед, с тоской глядя на пустые столы, которые заполнятся блюдами только после распределения. — Прояви сострадание к новеньким, Нед. Они нервничают, волнуются, для них решается судьба на ближайшие семь лет. Им можно простить пару минут задержки, — осадила друга Мишель, в то же время оглядываясь на вход в зал. — О, сейчас начнётся! — и после этих слов тяжёлые двери медленно распахнулись и вслед за Макгонагалл в зал стали торопливо заходить первокурсники. Распределение проходило как всегда эмоционально и неторопливо. Каких-то учеников шляпа распознавала моментально, безапелляционно называя им будущий факультет, другим же задавала вопросы, на которые испуганные дети тихо шептали ответы, и ещё несколько минут думала, куда же их отправить. Когда распределение завершалось, не многие студенты старших курсов продолжали внимательно наблюдать за процессом, поэтому почти никто не заметил, что в толпе мальчиков и девочек затесался один уже вполне взрослый юноша лет семнадцати. Неожиданно для всех, Дамблдор снова привлёк к себе внимание тактичным постукиванием по бокалу и, усилив голос волшебной палочкой, объявил: — В этом году распределение в Хогвартсе проходят не только первокурсники. Также к нам перевёлся ученик из школы магии Ильверморни. С учётом разницы учебных программ, этот студент будет зачислен на шестой курс. Позвольте представить — Энтони Эдвард Старк. Весь зал притих, только редкие удивлённые шепотки можно было расслышать из разных его уголков. Такие переводы были действительно редкостью для магических школ. — Такого ни разу не было на моей памяти, — шепнула Наташа Питеру, пока они наблюдали, как на возвышение поднялся темноволосый, хорошо сложенный парень. Паркер готов был признать, что на первый взгляд, чисто внешне, он уже был впечатлён новеньким. Тем временем Энтони Старк уселся на небольшую табуретку, явно больше подходящую для детей помладше, и невозмутимо уставился куда-то в зал, не глядя при этом ни на кого конкретно. Первые несколько секунд шляпа просто молчала, а затем изрекла: — Хммм… Такой неординарный ум, амбиции, готовность помогать близким любой ценой, смелость и сила духа. Куда бы мне вас отправить… Вижу, вы и сами не знаете, где ваше место. Что ж… Пусть это будет… Гриффиндор! Зал отреагировал несмелыми аплодисментами, а сам парень огляделся, и, найдя взглядом нужный стол, направился к нему с нечитаемым выражением лица. Затем уселся на свободное место и уставился в стол, кажется, не собираясь знакомиться со всеми подряд и прыгать от восторга. — Да начнётся пир! — невозмутимо провозгласил Дамблдор, и столы моментально наполнились бесчисленным количеством разнообразных блюд.

***

Питер тщетно одёргивал себя последние полчаса в попытках не разглядывать новенького слишком очевидно. Вся эта загадочность обстоятельств перевода, отстранённость парня и притягательная внешность заставляли Паркера строить всё новые и новые теории попадания Энтони в Хогвартс. Может быть Старк элементарно плохо учился в Ильверморни, и поэтому решил сменить школу? Нет, это звучало как-то глупо, да и шляпа вроде говорила про его неординарный ум. Возможно, не сложились отношения со сверстниками? Нет, слишком уж банально, да и Энтони не выглядел смущённым или зашуганным, скорее аристократично сдержанным и отстранённым, будто весь этот шум был ему попросту не интересен, будто он пребывал в глубинах своего сознания. «Чёрт, Питер, что за патетика», — внутренне отругал сам себя Паркер, и в который раз поймал себя на том, что совершенно бессовестно пялится на новичка. — Эй, Паркер, дыру в нем прожжёшь, — раздался едкий комментарий Флеша за спиной Питера, достаточно громкий, чтобы Старк тоже, неосознанно, поднял голову и обратил внимание на источник шума. Питер резко обернулся, зло зыркнув на слизеринца, и столкнулся с его гаденькой ухмылкой, а в следующую секунду снова посмотрел на Энтони. На мгновение их взгляды пересеклись, и Питер, выставляя себя уж полным идиотом, тут же отвёл глаза, упираясь взглядом в собственную тарелку, и, кажется, начал покрываться красными пятнами от смущения. Ну почему он был таким… — Да не переживай, малыш, — шепнула ему на ухо Наташа. — Подумаешь, посмотрел на новенького парня на факультете. Не обращай внимания на Томпсона, поверь, после моего экспериментального заклинания, его напиток аукнется ему множественными посещениями уборной этой ночью. Все ещё алея щеками, Питер несмело глянул за плечо, наблюдая как Флеш почти залпом осушает стакан тыквенного сока и отмечая, что оттенок напитка несколько изменился. — И как ты вообще попала на Гриффиндор с твоим коварством? — спросил Паркер, не сдерживая несмелой улыбки и поворачиваясь к Наташе, которая сидела с абсолютно довольным и невозмутимым видом. — Всё просто, я ничего не боюсь и порву за своих, — подмигнула ему Романофф и ласково потрепала по волосам. — Я, кстати, на правах старосты, занимаюсь первокурсниками после пира. А Старка определили на твой курс, и в вашей комнате есть свободная кровать. Так что, я подумала, ты мог бы его сопроводить, — с этими словами Наташа элегантно поднялась из-за стола и со шкодливой улыбкой направилась собирать первокурсников. — Наташа! — почти задохнулся от возмущения Питер, округляя глаза и даже не зная, что ответить на такую подставу от подруги. Прекрасно ведь поняла, что Энтони ему понравился и решила взять на себя роль местной свахи. — Вот и мы с Недом подумали, что нам срочно пора идти, — поддержала идею Романофф Мишель, почти за шкирку выдёргивая растерянного Лидса из-за стола. — Да ребята! — возмущённо хлопнул ладонями по столу Паркер, глядя как его друзья пятятся к выходу из зала, и Джонс показывает ему большие пальцы вверх. Питер закатил глаза, крепко зажмурился на секунду, собираясь с силами, и наконец-то развернулся в сторону Старка, замечая, что парень остался почти один за столом, озираясь по сторонам и не зная куда ему идти. Паркер спешно вылез со скамейки и подошёл к Энтони, находясь от него по другую сторону стола. — Эээ, привет, Энтони! Я Питер, Питер Паркер, тоже с Гриффиндора. Мы на одном курсе и, кажется, будем жить в одной комнате. Староста попросила меня проводить тебя в общую гостиную и к спальням, — нервничая и неловко улыбаясь протараторил Питер, глядя как Старк встал из-за стола и обошёл его, так как они находились почти у самого края. — Привет, Питер. Называй меня просто Тони, — и Старк легко улыбнулся ему в ответ, протягивая руку для рукопожатия. Улыбка Паркера стала чуть шире, и он протянул свою руку вперёд, соприкасаясь с ладонью Тони и отмечая про себя, что она была тёплой, с небольшими мозолями и, определенно, приятной на ощупь. — Рад знакомству, — сказал Питер спустя несколько секунд, отпуская руку Тони и делая шаг в сторону выхода из зала. — Что же, пойдём, проведу тебе небольшую экскурсию.

***

К удивлению и удовольствию Питера, их ознакомительная прогулка до общей гостиной не проходила в неловком молчании. Они говорили о чём-то незначительном: об ассортименте тележки со сладостями из Хогвартс-экспресса, задержках писем совиной почтой и сложностях трансгрессии. Паузы в их диалоге не были тяжёлыми и неловкими, наоборот, им было комфортно и помолчать в компании друг друга. Когда Тони и Питер вместе зашли в общую гостиную, которая была заполнена студентами, общающимся после долгих каникул, и направились к спальням, они обсуждали выбранное Наташей иностранное слово-пароль «Dubina» и гадали, что бы это вообще могло значить. Паркер поделился тем, что у Романофф русские корни, и она обожает ставить русские слова в качестве пароля, которые чаще всего оказываются… весьма необычными в переводе. — Что же, это твоя кровать, — сказал Питер, подходя к ранее пустующему спальному месту около окна. Сейчас постель была застелена чистым бельём, полог был откинут, а рядом стоял крупный чемодан и рюкзак. — В шкафу свободна крайняя секция слева. Соседняя кровать моя, а у той стены места Неда и Оливера. Нас в комнате будет четверо. — Спасибо, — поблагодарил Тони, вставая одним коленом на кровать и заглядывая в окно. Затем он поднял чемодан на кровать и начал его открывать. — Я ведь могу лечь спать, как закончу с распаковкой вещей? — Да, конечно! Многие сейчас в общей гостиной, но если ты устал, то мы не будем шуметь в комнате, просто придём позже. Задёрнешь полог, можешь добавить заглушающее заклинание, — затараторил Питер, и вдруг подумал, что слишком много болтает. — Извини, наверно этого всего много для тебя в первый день. Я, пожалуй, пойду. Спокойной ночи, — и Паркер попятился к выходу из спальни. — Спокойной ночи, Питер, — сказал Тони, глядя на Паркера с мягкой улыбкой. Питер в ответ поджал губы, неловко улыбаясь, и скрылся за дверью.

***

Весь вечер Питер старался активно поддерживать разговор с Недом, Мишель и Наташей, он на самом деле соскучился по друзьям за лето, но его мысли то и дело возвращались к Тони. Могли бы они пообщаться снова? Может, Тони рассказал бы ему, почему перевелся в Хогвартс на старшем курсе, рассказал бы про Ильверморни. Знает ли он какие-то особенные виды магии? Чему их учили в американской школе? С другой стороны, с чего бы Старку захотеть становиться друзьями с Питером? Лишь потому, что тот проводил его до спальни? Возможно их сегодняшний разговор «ни о чём» был лишь актом вежливости… На этой мысли Паркер наткнулся взглядом на Стива и Баки, которые тоже сидели в их компании, но не особо участвовали в разговоре. Они расположились на диване вплотную и едва заметно толкали друг друга коленями, совершенно очевидно вкладывая в это какой-то одним им известный смысл. Оба были больно взбодрёнными для лишь дружеского соседства на диване, а после Питер заметил, что рука Баки, закинутая на спинку, находилась прямо под затылком Стива, и Барнс кончиками пальцев поглаживал его по кромке волос. На несколько секунд Питер залип на этом нехитром ласковом движении, а опомнившись, спешно отвёл взгляд в сторону, стараясь снова сосредоточиться на рассказе Наташи о каникулах у своей сестры в России. Нет, было очевидно, что Стив и Баки не просто друзья, не особо-то они и скрывали данный факт, но Питер ещё ни разу не видел таких касаний между ними. Интересно, а если бы он так коснулся Тони…? — Ребят, извините, я буквально отключаюсь. Пойду, пожалуй, уже в спальню, — внезапно сказал Паркер, хлопнув себя по бёдрам для пущей решимости и тут же поднимаясь на ноги. Мыслей о Тони было до смешного неоправданно много за этот вечер, Питер не собирался себе позволять замечтаться, да и что с ним вообще творилось? Паркер отказывался называть это любовью с первого взгляда, но особый интерес однозначно присутствовал. Как его классифицировать и что об этом думать, Питер ещё не решил. С ним явно не происходило раньше ничего подобного, у него толком и отношений не было, не считая нелепых попыток с Лизз из Рейвенкло на прошлых двух курсах. Тогда Паркер безбожно тупил, ходил вокруг да около и не мог ни на что решиться. Но, нужно признать, хоть Лизз и была ему симпатична, это не было любовью. И даже то, что он уже успел почувствовать к Тони, было чем-то более эмоциональным и волнующим. От этого осознания голова шла кругом. — Погнали, Пит, я тоже уже хочу лечь, — Нед поднялся на ноги вслед за Паркером, попутно зевая. — Оливер ещё не приехал в школу, так что можно никого больше в комнате не ждать. А Старк…? — Тони уже лёг, скорее всего. Он устал, — сказал Питер, неосознанно отводя взгляд куда-то в сторону при упоминании Старка, будто ему было неловко. — Тони? — переспросила Наташа. На её лице тут же начала появляться хитренькая улыбка. — Эээ, да. Он сказал называть его Тони. Ну, когда я провожал его до комнаты, — торопливо объяснил Паркер. Улыбка Наташи тем временем стала какой-то более ласковой и понимающей, будто бы она знала абсолютно всё, что творилось в голове Питера, и даже то, чего сам он ещё понять не успел. — Ну всё, нам пора. Увидимся на завтраке, всем спокойной ночи! — Паркер схватил Неда за плечо, утаскивая за собой и желая скрыться от этой смущающей Наташиной проницательности. К счастью, Лидс действительно хотел спать и, когда они вернулись в комнату, только скинул с себя форму да переодел пижамные штаны, прежде чем завалиться в кровать и заснуть буквально спустя пару минут. Питер, в отличие от друга, был не настолько утомлён, как говорил об этом в общей гостиной. Или же был слишком поглощён своими новыми эмоциями, чтобы так быстро погрузиться в спасительный сон. Поэтому Паркер улёгся в свою кровать, задёрнул полог и принялся разглядывать темноту, гуляя в собственном сознании и перескакивая с мысли на мысль. Глаза привыкали к отсутствию света, и спустя какое-то время Питер мог уже достаточно хорошо видеть очертания собственной кровати. И тут в его голову пришла одна совершенно неожиданная мысль. Интересно, он мог бы разглядеть в темноте Тони? Как только эта идея появилась в его сознании, Паркер аж глаза прикрыл ладонями, убеждая себя не делать этого. Но борьба с собственной разумностью и совестью была проиграна всухую, когда Питер, чувствуя щекотное томление в груди, тихонечко отодвинул полог и взглянул на кровать у окна. Полог Тони был закрыт достаточно небрежно, и Питер мог видеть его темные волосы, раскиданные по подушке, лоб, закрытые глаза, и кончик носа. В голове Паркера вдруг сделалось пусто-пусто, а в груди разлилось тепло и трепет. А через пару мгновений Питер быстро замотал головой, и уткнулся лицом в подушку, силясь не застонать от всех эмоций, захвативших его, и собственного бессилия перед ними. И ведь это был только первый день…

***

Питер медленно выплывал из сна, лениво ворочаясь в кровати. Палочка издавала чирикающие звуки, являя собой некое подобие будильника, и раздражая слух. Пора было собираться на завтрак, а затем на занятия. Паркер наконец-то вслепую нащупал прыгающую палочку и взмахом заставил её замолчать. Потянувшись и выдохнув невнятный сдавленный звук, Питер сел на постели. Мозг прогружался достаточно медленно, но одной из первых мыслей было воспоминание о том, что вчера вечером он внезапно и неконтролируемо залип на новичка Тони. На этом моменте Паркер широко распахнул глаза и немного боязливо отодвинул полог, слезая с кровати. Постель у окна была пустой и застеленной. Очевидно, Тони проснулся и ушёл раньше. Чувствуя необъяснимое и нелепое разочарование, Питер поспешил занять себя переодеванием в форму и сборами на завтрак. — Доброе утро, Пит, — раздался хриплый ото сна голос Неда с соседней кровати. — Доброе, — отозвался Паркер, копаясь в чемодане в поисках нужных книг на день. — Вставай, на завтрак опоздаем. — О нет, никаких опозданий на завтрак. Иначе я не переживу этот день, — послышалось с кровати Лидса, а после и он сам появился из-за полога, пошатываясь и сонно оглядывая комнату. — И я, — пробормотал себе под нос Питер, имея в виду совсем другой повод не пережить этот день.

***

На завтраке Тони тоже не было, либо же он приходил на него раньше. К счастью, у Паркера не было особо времени размышлять об этом, так как они с Недом и ЭмДжей активно обсуждали расписание и выбранные предметы. Сегодня их ожидали четыре совместные пары: трансфигурация, травология, защита от тёмных искусств и зельеварение. День обещал быть насыщенным. Первые две пары прошли относительно спокойно. А ещё без Тони. Видимо у него было другое расписание или же его пока что не было вовсе. Трансфигурация как всегда была сложной и мало кому давалась. Какой-то парень со Слизерина превратил сову в яблоко с крыльями, а Нед сделал из парты что-то наподобие древней кувалды. Травология проходила скучно и медленно, Питер в паре с ЭмДжей пересаживали вопящих мандрагор, при том стараясь добыть хоть часть их корней и не получить пощёчину от бешеных растений. Поэтому, когда занятие закончилось, и пришло время идти на защиту от тёмных искусств, Питер был даже рад. Не то чтобы защита была его любимым предметом, но сама идея — быть способным защитить себя и своих близких от тёмных волшебников — определенно заставляла Паркера усердно изучать данную дисциплину. Это непосредственно было связано с его родителями, а точнее с тем, что их больше не было… — Палочки на изготовку! — голос профессора Люпина заставил Питера вынырнуть из своих мыслей. Сегодня они начали с демонстрационных дуэлей, целью которых было обезоружить противника и показать знания, накопленные за предыдущие года обучения. Разумеется, их не ставили в пары с друзьями, а перемешивали со студентами других факультетов. По всем законам драмы, Питеру достался Флеш. — Готовься продуть, Паркер! — усмехнулся Томпсон, показательно разминаясь, будто они собирались сражаться в рукопашном бою, а не на палочках. — Судя по твоей подготовке, ты понятия не имеешь, чем мы тут занимаемся, — без энтузиазма отбил угрозу Питер. Настроения препираться не было, а вот уделать Флеша — вполне. За день Тони ни разу не появился на занятиях, и Паркер уже сам смеялся над собой и раздражался тому факту, что он думал об этом в который раз. Как какой-то нелепый влюблённый персонаж из сказки. Нужно взять себя в руки и сосредоточиться в конце концов. — Начинаем! — этот возглас вполне способствовал возвращению к насущным проблемам, так как палочка Флеша взметнулась в воздух, сопровождаемая заклинанием. Они бились не всерьёз, но достаточно агрессивно. Всё-таки ни один из них не был готов уступить другому. Оба были ограничены определёнными заклинаниями учебного курса, и сражались практически на равных, пока Томпсон не решил применить запрещённое заклинание ослепления. По правилам учебной дуэли нельзя было использовать заклинания, влияющие на зрение и слух, но таким, как Флеш, закон не писан. Разозлившись от такой грязной игры, Питер вспомнил вполне допустимое, но редкое заклинание (спасибо полезным советам Наташи), которое обездвиживало конечности, будто их стягивали верёвки. — Финикулус! — выкрикнул Паркер, наблюдая, как в тот же момент руки и ноги Томпсона замерли в одном положении, и дальше дело было за малым. — Экспелиармус! — палочка Флеша отлетела к ближайшей стене, и тогда его конечности снова стали подвижными. — Очень хорошо, мистер Паркер, очень хорошо! — похвалил профессор Люпин, проходя мимо, и сразу же переключил своё внимание на другую пару. — Ну я тебе это припомню, — прошипел Флеш, проходя мимо Питера и намеренно задевая его плечом. — Ужасно страшно, — закатил глаза Паркер, не придав этому особого значения. Слизеринцы не умели проигрывать — это не было новостью.

***

Зельеварение было последним занятием на сегодня, и Питер лениво раскладывал необходимые принадлежности на столе. ЭмДжей и Нед сидели перед ним, намереваясь работать в паре (Джонс не первый год вытягивала Лидса, который отлично разбирался в рунах и нумерологии, магловской технике, но не имел никакого таланта к зельеварению), а Паркер неплохо справлялся и один. Нет, он не был гениален в зельях, но при должной концентрации внимания мог сварить что-то вполне приличное, сказывались корни Мэй, которая в травах, растениях и зельеварении разбиралась на ура. — Здравствуйте! Извините, можно войти? Я новый студент, весь день разбирался с расписанием, — раздался знакомый голос из конца класса, и Питер резко обернулся, не веря, что это не галлюцинация. В дверном проёме действительно топтался Тони, не решаясь зайти. — Входите, и быстрее. Займите место в паре с мистером Паркером, — холодно бросил профессор Снейп, проскользнув взглядом по Старку и возвращая своё внимание доске, на которой достаточно быстро появлялся рецепт зелья. Питеру показалось, что его облили ледяной водой, а сразу же после — кипятком. Нет, так не бывает. Господи, только бы не вести себя как идиот. Тони торопливо прошёл к парте Питера и приземлился рядом с ним, доставая из сумки тетрадь, учебник и прочие принадлежности. — Привет, — шепнул Старк, когда наконец вынырнул из-под стола, слегка растрёпанный и покрасневший от спешки, поворачиваясь к Питеру, улыбаясь уголком губ. — Привет, — пробормотал в ответ Паркер, а губы сами по себе изогнулись в улыбке. Сам по себе вырвался и последующий вопрос. — Как твой день составления расписания? — Вполне неплохо. Выбрал более интересные предметы, узнал когда проходят обязательные. И понял, что пропустил сегодня уже три пары, — хихикнул Тони, переводя взгляд на доску. — Мы будем готовить зелье в первый же день? — Профессор Снейп любит проверять знания, оставшиеся за лето, а потом говорить о нашей короткой памяти, — ответил Питер, также уделяя внимание написанному рецепту, — но не переживай, я неплохо разбираюсь в этом, так что, что-нибудь накашеварим. — Да я не переживаю, — легко пожал плечами Старк. — Я тоже кое-что смыслю в зельях. И он нисколько не соврал. Работа с Тони шла как по маслу: они быстро находили необходимые ингредиенты, подбирали пропорции и в целом слажено взаимодействовали. Когда очередь дошла до корня асфоделя, Питер сразу взялся за этот ингредиент. Тётя научила его, что лучше не резать корень ножом, а раздавливать плашмя, чтобы получить больше сока. Только он поднёс нож к корню, как услышал сбоку: — Ты уже крут в моих глазах, потому что используешь нестандартный и более эффективный подход, но позволишь показать тебе ещё один способ? — спросил Тони, кивая головой на асфодель. — А, да, конечно, — согласился Паркер, пододвигая ножом корень в сторону Старка. — Тётя научила меня раздавливать, а не резать, — пояснил он, внимательно наблюдая за тем, что же будет делать Тони. — А мы с мамой придумали ещё один способ, — сказал Старк и, взмахнув палочкой, пробормотал себе под нос что-то неясное, после чего корень поднялся в воздух, завис над небольшим котелком, в котором они и варили зелье, а дальше стал сжиматься, будто из него выкачивали сок через все поры, пока не иссох полностью. — Вау, как ты это сделал? — выпучил глаза Питер, хватая сморщенный остаток корня и вертя его в руках, будто это как-то могло объяснить произошедшее. — Любое иссушающее заклинание просто заставило бы раствориться сок внутри корня, а ты извлёк его! Как?! — Всё достаточно легко, — улыбнулся Тони, смущённый такой восторженное реакцией. — Просто заклинания чаще всего воздействуют на предметы, пространство, людей и так далее, а я могу воздействовать на сами молекулы корня. Я люблю совмещать магию с химией, физикой и биологией. Магия откроется тебе совершенно с новой стороны, если ты попробуешь направлять её не только на предметы, а и на их молекулярный состав, на химические реакции. А волшебство, совмещённое с квантовой физикой, может вообще вывести всё волшебное сообщество на совершенно другой уровень. Хотя, это столь же опасно, сколь интересно… — задумчиво закончил Тони. — Офигеть, — это всё, что мог выдавить из себя Паркер, глядя на Старка во все глаза и думая о том, что его симпатия к Тони в симбиозе с восхищением интеллектом просто разрушат его. Это было настолько необычно, интересно и… гениально, что с трудом укладывалось к голове, — я в шоке. Это действительно круто. Ты открыл мне новый мир, — неосознанно вкладывая в последнюю фразу двойной смысл, пролепетал Питер. — О, я рад, — ещё шире улыбнулся Тони, — если хочешь, я могу как-нибудь рассказать тебе больше об этой теме. — Да, да, пожалуйста, я бы очень хотел послушать, — моментально согласился Паркер, уже мечтая о совместном времяпрепровождении и, наверняка, глупо улыбаясь. Они сделали лучшее зелье в классе, что было очевидно. После занятия Тони сказал, что ему снова нужно пойти к Макгонагалл и уточнить некоторые вопросы, так что они могут увидеться уже в гостиной факультета или в спальне. Питер пожелал Старку удачи и, восторженный и окрылённый, направился к Неду и ЭмДжей, которые ждали его на выходе из класса, чтобы пойти на ужин. — Да ты весь светишься, — усмехнулась Мишель, глядя на Паркера, который мечтательным взглядом смотрел куда-то сквозь пространство. — Кто-то по уши влюбился? — Ничего я не влюбился! — поспешил вернуться с небес на землю Питер и возмутиться, опасливо оглядываясь по сторонам. Вдруг Тони где-то поблизости. — Ой, кому ты заливаешь, — продолжила напирать Джонс, — у тебя щеки краснее гриффиндорской формы для квиддича. — Прекрати, — отчаянно простонал Питер, закрывая лицо руками и с трудом удерживая себя от желания захныкать. — Ладно, ладно, бро. Не хочешь — можешь не говорить об этом. Мы в любом случае поддержим и поймём тебя, — поспешил на помощь Нед, закинув руку Паркеру на плечо и ободряюще похлопав по нему. — Спасибо, — выдохнул Питер и убрал ладони от лица. — Я пока не готов ни о чём говорить, сам ещё не разобрался. — Это повод поесть и всё обдумать, — кивнул Лидс. — У тебя что-угодно — повод поесть, — закатила глаза ЭмДжей, и все трое громко рассмеялись.

***

Питер отстал от друзей после ужина, так как решил зайти в библиотеку и посмотреть там книги на тему совмещения науки и магии. Около получаса он бродил между полками, но не нашёл ничего толкового, кажется, эта тема была достаточно слабо изучена. Так что сейчас Паркер медленно плёлся в гостиную, и (он бы никому никогда в этом не признался) мечтал о том, как он вечером поболтает с Тони, снова услышит его приятный голос, смех, а может вечером увидит Старка без футболки, когда он будет переодеваться. Боже! От этой мысли у Питера тут же запылали щёки и потеплело внизу живота. В этом плане он о Тони ещё не думал, и это было чертовски волнующе. Паркер почти погрузился в сладостные горячие фантазии, подумывая уединиться перед сном, как все грёзы разрушил противный голос: — О, кто это тут у нас? Я как раз хотел вернуть тебе должок, — Питер резко развернулся, сталкиваясь взглядом с Флешем. — Какой ещё должок? Иди запретным лесом, Томпсон. Мне не до тебя, — фыркнул Паркер и уже собирался уйти, но Флеш взмахнул палочкой и Питера буквально припечатало к ближайшей стене спиной, сковывая в запястьях и щиколотках. — Ты отлично применил обездвиживающее заклинание на дуэли. Я подумал, что тебе понравится ощутить такое на себе, не с проста же ты знаешь подобную магию, — Томпсон подошёл ближе, скользя взглядом по замершему у стены Питеру. — Совсем сдурел? Отпусти меня! — прошипел Паркер, безуспешно дёргая руками и ногами, ощущая всю неприглядность своего положения и начиная нервничать. Он стал вертеть головой в надежде, что случайно проходящий мимо студент спугнет слизеринца, но никого поблизости не было. — Вряд ли кто-то будет здесь шляться в позднее время, но если и так… Может мне оставить тебя без штанов? Будет забавное зрелище, когда ты явишься в одних труселях в общую гостиную. Да, это будет чертовски смешно, — зло улыбнулся Томпсон. Он уже был готов осуществить свою угрозу, а у Питера сердце ушло в пятки, он весь вжался в стену, как вдруг… — Так себе у тебя с юмором, змеёныш, — раздался холодный голос из-за спины Флеша и, будто в каком-то фильме, в свете факелов появился Тони Старк собственной персоной. Паркер чуть ли не с открытым ртом смотрел на Тони, на чьём лице читалось тщательно скрываемое раздражение и неприязнь. — Экспелиармус, — легко взмахнув палочкой, Старк обезоружил Томпсона, а потом взмахнул снова, и каменный пол будто стал жидким вокруг Флеша, поднимаясь по его ногам, а после застывая и оставляя его замурованным по колено в камне. — Исчезнет минут через двадцать, а пока подумай над своим поведением, — бросил Старк, теряя к слизеринцу всякий интерес, пока тот сыпал ругательствами. Тони обошёл Флеша, взмахом палочки освободил конечности Питера и придержал его за плечо, чтобы Паркер не потерял равновесие. — Эй, ты в порядке? — обеспокоено спросил Старк, заглядывая Питеру в лицо и всё ещё придерживая его. — Да, да, в полном… Спасибо! — Паркер посмотрел на Тони широко распахнутыми глазами, всё ещё загнанно дыша от пережитого шока, и определённо задержал взгляд дольше нужного. Просто калейдоскоп эмоций от злости и испуга до восторга и облегчения захлестнул Питера, несколько выбивая из колеи. Кажется, Старк понял это, потому что мягко улыбнулся и тихо, чтобы не услышал всё ещё ругающийся Флеш, сказал: — Пойдём, ты кажется немного перенервничал, — и Тони, легко приобнимая Питера, повёл его в сторону гриффиндорской гостиной. Паркер только кивнул в ответ, поддаваясь направляющей руке и млея от ощущения тепла и тяжести на собственном плече. И если Питер думал, что этот вечер закончится неудачно, он был чертовски не прав, потому что сейчас он чувствовал себя на седьмом небе от счастья.