Мир в твоих ладонях

      — Тарталья, — правительница, смакуя имя Предвественника, обернулась к собеседнику. Разговор и так длится слишком долго. Крио элемент, плавно кружась над ладонью, приобрёл форму слезы. Такой же острой, как её мысли. — Подумай о семье.       Длинный подол платья заструился, плавно оседая на ступени с каждым отчётливым шагом. Прикрыв глаза, парень вздрогнул. В помещении было слишком холодно, а стоило Архонту приблизиться, мурашки бегут по телу. Это же не страх? Элемент в ладонях Царицы изменил форму на куб. Идеальный со всех сторон, как не посмотри.       — Это честь для меня, госпожа. — Пар заструился изо рта замерзающего Предвестника. Ещё немного и начнёт остывать кровь в венах. Как только женщине удается выживать в подобных условиях? Причина, как всегда, перед носом. Она ведь никогда и не была человеком?       — Молодец. — Довольный от внезапной похвалы, Чайльд поднял взгляд на свою Царицу. Озноб мурашками окутывал спину, поднимаясь к шее. Кадык дернулся в немом страхе. — Они будут гордиться тобой.       Нежный голос обволакивал, успокаивал. Кристальный куб, повиснув в воздухе, вновь изменил обличье. Острая снежинка, покачиваясь в воздухе, легла на ладонь хрупкой женщины. Вопреки всему, она не собиралась таять.       Тарталья знал — сейчас лучше промолчать.       — Мы заполучили два сердца. — Мягко продолжила правительница, встретившись взглядом с, как она думала, бесстрашным человеком. Мало кто мог выдержать её взгляд так долго, прежде чем испуганно смотреть себе в ноги. Он продержался три секунды — хороший результат. — Ты, Тарталья, добудешь третье.       Рыжеволосый мужчина опустил голову в покорности ниже. Возможно, если задержать дыхание, не будет настолько холодно? Колено занемело от холодного пола. Кончики пальцев горели от озноба и скованности.       В зеркальной поверхности, прямо под ногами, отражался стенд с сердцем Электро Архонта — находясь в сосуде, оно билось электрическими потоками. Молнии, неподвластные контролю. По правую сторону, испуская пар — пылало сердце Пиро Архонта. Но, даже оно не могло растопить сердце Царицы.       Её Величество Царица — нежная натура. Но она была слишком добра, а потому ей пришлось измениться и стать холоднее. Она объявила войну всему свету лишь потому, что хочет добиться мира. И Чайльд сделает всё, лишь бы вновь заслужить поощрение.       Если он не добудет сердце Гео Архонта — эфемерного существа из жаркой страны Ли Юэ… Тарталья честно старался не думать о последствиях. Если с его семьей что-то случится — он не простит себя.       Спокойно вдохнув, сильнее опираясь на замерзшее колено, Предвестник медленно поднялся с места. Снежинка, покачиваясь в ладони Царицы, вытянулась в размерах — почти кинжал. Одно неверное движение — и ты покойник. Подняв взгляд, встречаясь с таким колючим, когда-то безгранично добрым, Чайльд подавил ужас, прежде чем облачиться в маску бесстрашия.       Океан его глаз покрывался льдом.       — Я Вас не подведу.

***

      Бережно сжимая в руке бумажный билет, светловолосый юноша поднимался по ступеням. Его волновала долгожданная встреча. С каждым шагом вверх мысли спутывались нитями воедино. Лишь при большом желании можно отделить верные — не окутанные мраком древних тайн и догадок.       Он ведь готов к этой встрече, верно?       Остановившись у широкого дверного проёма, с болтающейся вверху надписью «Зал Властелина Камня», парень замялся. Взгляд карих глаз цеплялся за каждого посетителя, в надежде определить именно его — будущего наставника. Судя по описанию преподавательницы, это высокий мужчина с понимающим взглядом и поставленной речью. Но вот незадача — как найти свою цель, если лица людей всецело прикованы к древностям, коих здесь в избытке. В такой ситуации любой мог сойти за того самого.       Поправив лямку портфеля, Итэр ступил внутрь большого зала. Недавнее чувство неуверенности терялось в избытке ощущений. Осматриваясь по сторонам, он ловил себя на том, что большинство экспонатов ему знакомо, в той или иной мере. Из вырезок журналов, рассказов преподавателей и статей в интернете.       Он с детства вдыхал историю с кислородом, проникался её горечью, оседающей глубоким уважением в сердце.       Остановившись у полотна, совершенно ему незнакомом, юноша чуть не взвизгнул от восторга. Но правила посещения музея не жаловали подобное поведение. Подавив нахлынувшее возбуждение, но не удержавшись от тяжелого вздоха, Итэр отступил на шаг в восхищении. Полотно, превосходящее его дважды в рост, вспыхнуло золотом, ожило под взглядом увлечённого студента.       Могущественный дракон оседал на горах, сотворённых им же. Позолоченная чешуя, нанесённая мастерскими штрихами умельцев, пришла в движение под размеренным дыханием Повелителя. Тяжелая лапа, опираясь на осыпающуюся скалу, скользила вниз, но змей словно не замечал этого. Думами он был далеко, цепляя когтями горы, обнимая сильным хвостом скалу. Пар выступил из его носа, растворяясь в тумане. Взгляд янтарных глаз направлен к горящему солнечному шару. Хватило бы всего одного рокочущего рыка — и скалы падут.       Но если ты создатель — детище бесценно. Неприкосновенно.       Итэр, задержав дыхание, часто заморгал. Глаза его слезились от столь сильного, внезапного откровения. Мгновением ранее ему явился сам Архонт? Сжав в ладони билет, парень нервно огляделся по сторонам, питая надежды, что не был замечен в слабости. Если же по правую сторону бродили редкие посетители музея — слева стоял человек. Его понимающий взгляд так и твердил: «Я видел всё, и даже больше».       От неожиданности Итэр отступил назад, часто моргая. Дрожь, от восхищения полотном, перебивалась появлением этого загадочного человека. Но что это? Неужели его взгляд такой же — янтарь, пылающий древним знанием. Пониманием простой истины.       А вдруг?       Стыдливо отводя взгляд на ноги, парень замялся. Полотно перед ним было лишь изображением древнего Бога. Дракон не рокотал, сравнивая скалы с полями, чешуя его была лишь мазками кисти. Былое могущество Повелителя терялось в неловкости современности.       Наваждение?       Итэр, поправив висевший на одном плече портфель, тихо кашлянул. Момент упущен. Мужчина рядом, понимающе хмыкнул, смотря на парня. Взгляд его выдавал искреннюю заинтересованность.       — Могу я спросить, какие чувства вызвало это полотно? — Студент взглянул на собеседника, оценивая.       Высокий мужчина держал в руках тонкий шарф. Облачённый в грубое тёмное пальто, он не был схож с другими посетителями музея. Начищенные туфли отблёскивали в лучах тёплого света бра. Взгляд, схожий с драгоценным кор ляписом, выжидающе замер на Итэре. Мысль, что его сейчас точно так же оценивают, интриговала. Мужчина однозначно не вызывал неприязни. Лишь интерес, плохо скрываемый студентом.       Почему бы не поделиться мыслями с доброжелательным незнакомцем?       — Я подумал, — начал было Итэр, вновь взглянув на полотно. — Что мы забыли об истоках.       Конечно, под «мы», мальчик имел ввиду людей. Как давно Богам перестали поклоняться? Гонимые прогрессом, теряясь в проводах технологий, ведомые наукой более, чем необходимо. Люди забыли о создателях, о могучих существах, населявших мир веками ранее. Сейчас они были лишь древними легендами — забытыми пыльными манускриптами, хранящимися в музеях. Но были ли они лишь легендами?       Возможно, Боги всё ещё среди нас?       — Продолжай. — Мужчина, соглашаясь с ответом студента, утвердительно кивнул. Взгляд его потеплел, стоило лишь оценить собеседника чуть внимательнее. Однозначно, в сердце юноши скрыто нечто большее, чем желание произвести впечатление.       — Я почувствовал эту власть, — Итер опустил ладонь на сердце, неуверенно дёрнув плечами. Стоит ли говорить о личном? — Знаете, словно пропустил через себя. Видел, как Властелин воздвигает горы, меняет направление рек.       Итэр замялся, прикусил кончик языка. Ему было несколько неловко открываться перед незнакомцем, делиться эмоциями. Но, если подумать, на то и нужны незнакомцы — вы встречаетесь лишь однажды, чтобы всю жизнь возвращаться к моменту откровенного разговора.       Мужчина вновь кивнул головой. Отросшие тёмные волосы обрамляли слегка женственное лицо. Тёплый свет, освещающий картину, застыл на его ровной коже. Несколько прядей, на кончиках намного светлее основного цвета волос, выбились из причёски.       — Это полотно принадлежит к эпохе упада, времена правления Нефритового Равновесия. Времени, когда люди ещё не потеряли веру в Богов. — Мужчина расправил плечи, всего на мгновение взгляд его поник, теряясь в воспоминаниях. Итэру хватило пару слов, чтобы понять — это тот, кого он искал. — Если быть точнее, эпоха передачи власти человечеству. Властелин Камня верил, что они смогут добиться всего сами, стоит лишь дать свободу. Ведь он подарил им землю, обучил строительству и создал валюту, используемую и по сей день.       Кажется, Итэр всё это время не дышал. Слова, так легко сказанные этим мужчиной приятно согревали сердце. Значит это правда — Властелин Камня действительно существовал. Порываясь достать блокнот с записями, парень расстегнул змейку портфеля. Нащупав свою цель, студент замялся. Возможно, стоит спросить разрешение на запись этой информации.       — Вы не против, если… — Итэр вытянул блокнот наполовину, спрашивая. Лёгкая полуулыбка на лице историка была красноречивее всех слов. Нащупав ручку, парень приготовился записывать. — Спасибо.       — В чём смысл знаний, если ими нельзя поделиться? — Мужчина, вновь окинув взглядом древнее полотно, задумался. Правда, думал он вслух. — Так же думал и древний гео Архонт, обучая человечество таинствам. Если власть будет принадлежать одному — неизбежно жди неприязни. Назначая правителя — жди бунт народа.       Итэр, записывая желанную информацию, замер. Недавняя мысль, о правдивости существовании Властелина Камня имела и обратную сторону. Горькую, отрезвляющую действительность. Если он подарил своему народу знания, то куда исчез сам? Наблюдает ли за нами из тени?       Не мог же он просто… исчезнуть.       — Отторжении истории началось спустя века после передачи правления Равновесию. — Продолжал делиться знаниями историк. Длинные пальцы поправили воротник водолазки, очертили изгибы воротника пальто. — Люди стремились переписать историю под себя, избавиться от единого правителя. Пусть он и был создателем сущего. Так, древний Ли Юэ, был поделён между покорителями.       — Я бы назвал их захватчиками. — Тихо добавил увлечённый Итэр, оторвавшись от записей. Историк вновь легко улыбнулся, поддавшись воспоминаниям. Подумав, что это звучало опрометчиво, студент тут же решил оправдаться, проклиная себя за забывчивость. Этот человек знал намного больше него, бесспорно. — То есть…        — В твоих словах есть истина. — Пресекая попытки оправдаться, сказал историк. Всего пара слов вынудили юношу прервать внутреннюю борьбу. Постучав ручкой по недавним записям, ещё раз окидывая их взглядом, Итэр осмотрелся по сторонам. Его отвлёк шум.       Посетители, столпившиеся возле древней вазы, о чём-то горячо спорили. Каждый был прав лишь в своей точке зрения. Консультант исторического музея, отойдя на пару шагов, нажал на красную кнопку вызова охраны. Ожидая услышать неприятный звук, Итэр поёжился. Вопреки всему, отсутствие звуков было громче всего. А после, двое охранников подошли к толпе, пытаясь узнать причину спора. И снова назойливые голоса заполнили помещение.       Хотелось уйти от конфликтов поскорее. Но ведь он пришёл сюда с определённой целью. Стоило хотя бы попытаться.       — Наверное, я должен признаться, — начал парень, как только историк вновь вернулся на прежнее место. Тот окинул его заинтересованным взглядом, попутно залезая пальцами во внутренний карман пальто. Блондин на ощупь спрятал исписанный блокнот в портфель. — Меня зовут Итэр, я пишу дипломную работу на историческую тему. И хотел бы попросить Вашей консультации в вопросе о правлении гео Архонта.       Казалось бы, историк ждал этого признания. Вытянул из кармана свёрнутую бумагу, схожую с теми дорогими пригласительными, что видел Итэр на сайте музея. Пару раз перевернул её в руках — с какой стороны будет смотреться лучше? Совсем скоро состоится презентация древнейшего исторического объекта. Билетов больше нет.       Шансы равны нулю.       — Итэр, — мужчина потянулся к нему за ручкой, которую тот всё ещё неловко сжимал в ладони. — Почему тебя интересует эта тема? Только честно.       Совсем легко прикоснувшись к его пальцам, мужчина забрал ручку. Развязал ленту пригласительного, очертил большим пальцем выступающий рисунок сакуры на бумаге. И замер, ожидая ответ. О, он был предельно сосредоточен, чтобы случайно не очернить столь ценный пергамент.       Студент, в задумчивости почесав светлый затылок, просиял. Ответ был всё время на поверхности — нет нужды копаться глубоко в себе. Каждый раз, когда дело касается истории, он не колеблется. Будь то долгий поиск информации по старым сайтам, или вычитывании пыльных книг в библиотеке. Всегда, найдя ответ на вопрос, он дрожит от восторга и вновь задаётся вопросами.       Бесконечный цикл поиска истины.       — Я живу историей, мистер… — он ведь так и не спросил имени консультанта. Как неловко.       — Чжун Ли, — пальцы историка двинулись, чернильными иероглифами отпечатываясь на бумаге. Хотя взгляд его, то и дело, замирал на мальчишке, изучая.       — Знаете, с самого детства мне казалось, что вера в божество — это не просто метафора жизни. — Итэр многозначительно провёл рукой по воздуху. Взглянул на полотно древнего Архонта, улыбаясь своей правде. Неужели Властелин Камня был драконом? — Все эмоции при взгляде на это полотно — настоящие. Я словно жил в те времена, видел, как растут горы силой воли Архонта.       Консультант щёлкнул ручкой. Всего на секунду взгляд его вспыхнул кор ляписом, но парень этого не заметил. Он поглощён собственными теориями, хоть и думает о Властелине. Это грело воспоминания Архонта о человечестве.       — Я выбрал тему дипломной работы, отталкиваясь от своих предпочтений, а не от желаний преподавателя. — Итэр замялся. Возможно, ему стоит поумерить пыл в присутствии ведущего специалиста древностей? — И очень хотел бы узнать больше от настоящего профи.       На этаже повисла тишина. Охрана давно увела бранящихся.       Волнение комком подступало к горлу, пока парень говорил. Он уже смирился с мыслью, что ему ничего не светит. С чего бы историку уделять ему личное время, всего лишь для дипломной работы? Но всё же — он пытался. Отказ, своего рода, тоже ответ.       Чжун Ли, ощупывая пальцами пористую бумагу, встретился с взглядом студента. Жадный к знаниям, питаемый надеждами и стремлением познать правду. Итэр был именно тем, кто яро нуждался в ответах. Чжун Ли мог и, честно сказать, — хотел, слегка приоткрыть тайны мироздания.       Но, не на все вопросы есть однозначный ответ.       — Ты знал, что это полотно долгое время считалось утерянным? — Парень отрицательно качнул головой. Он уже смирился с отказом. — Шесть лет назад, играя в прятки, маленький мальчик нашел его на чердаке. Месяцами позже, жадные родители ребёнка, выгодно продали его музею. Пыльное, поникшее и утерявшее истинный блеск — вот каким было это полотно.       Итэр сглотнул. В неверии перевёл взгляд на могущественного дракона. Чешуя вновь пришла в движение, сияя золотом. Он и представить не мог, что подобная ценность таилась у кого-то на чердаке, как ненужная вещь. Брошенная, забытая человечеством.       — Два кропотливых месяца реставрации и вот — уже который год оно радует глаз посетителей. — Мистер Чжун Ли протянул студенту пригласительное вместе с ручкой. — Даже с древностей иногда нужно убирать пыль. Только так можно сохранить ценность реликвий по сей день. Донести их истинную историю, правду, хранимую годами.       Слегка дрожащей рукой Итэр принял дар. Эмоций было слишком много, чтобы сказать хотя бы слово. Если бы не воспитание — он бы визжал от радости, как минимум.       — То, что ты почувствовал, глядя на такую древность — большая редкость. Итэр, не загуби такой талант фальшивыми суждениями на форумах.       — Мистер Чжун Ли, я… — студент улыбнулся, прижимая пригласительное к груди. — Спасибо.       — На выставке будет кое-что интересное. — Историк слегка наклонил голову набок. Как мало нужно жаждущему для счастья. Кому-то — глоток воды, кому-то — крышу над головой. А Итэру — признание ведомого. — Один человек передал музею поистине бесценную вещь.       Чжун Ли улыбнулся, запоминая образ юного студента. От чего так приятно делиться истиной с человеком? Возможно, они виделись в прошлой жизни? Такой далёкой и забытой. Утерянной в современности. Словно стоило окунуться в воспоминания, всего на пару веков назад.       — Неужели это…       — Не думай слишком много, — мужчина накинул шарф на шею, спрятал свисающие края под длинным пальто. Мельком взглянул на наручные часы. Что есть время для создателя? — Просто приходи.       Попрощавшись, консультант направился к выходу, оставляя студента наедине со своими мыслями. В то время, как собственные давно выстроились в монолиты, созданные им веками ранее.       Чуть позже, покидая столь приятный музей, Итэр не верил собственной удаче. Госпожа Фортуна доставала козыря из рукавов. Прохладный осенний воздух щекотал покрасневшие щеки от предвкушения. Вскинув кулак вверх, он наконец-то дал волю эмоциям. Столь желаемое приглашение хранилось в записной книжке, как и новые факты о гео Архонте.       И лишь один человек, спрятав рыжие волосы за кепкой, не спешил покидать стены, оберегающие древности. Его синие глаза с неверием впились в полотно, недавно обсуждаемое двумя людьми. И если студент был всецело поглощён полученными знаниями, то Предвестник выстраивал план вокруг личности таинственного консультанта.       Если кто и знал историю — то только он. Словно Чжун Ли и был историей. Осталось лишь его заинтересовать. А значит, Тарталья достанет самую обаятельную маску из своего гардероба.       Кто же знал, что Царица будет настолько близка к истине.