Мальчик из стали

День Х. Совершенно неожиданным было осознание того, что только этого Олли и ждал. Он, нелюдимый, почти социофобный парень, только и представлял сценарии того, как эта встреча будет выглядеть. На уроках, дома, на тренировке, перед сном. Его волновало не столько встреча и знакомство, сколько сам факт того, что собирается настолько мутная, странная компания, дабы просто, по факту, повеселить его. Он искал в интернете информацию как правильно реагировать на шутки в свою сторону, как вести себя в кругу новых людей. Ничего нового или интересного сказано не было, а на одном сайте вообще был противоположный вопрос — «Зачем вы такое гуглите? Если у вас проблемы с обществом — соединитесь с нашим бесплатным оператором…» и бла-бла-бла. Как раз благодаря этому, он решил думать, представлять и визуализировать сам возможные исходы событий. Хотя что там визуализировать? Кучка неуравновешенных подростков возрастом от пятнадцати до семнадцати — тут он поймал себя на мысли, что является самым младшим в этом кругу -, которым просто нечем заняться в будние дни после школы. Однако, зима ведь, зачем вообще куда-то выходить? Он бы, хоть убей, не поверил, что всей той куче может быть настолько же скучно пребывание доме, как и ему, страдальцу в четырёх стенах. Компания — это выгодно, думал он. Как минимум потому, что это люди, с которыми можно выйти и прогуляться в почти любое время, ведь чем больше народу — тем больше вероятность, что кто-то будет свободен. Плюсом еще было то, что и темы для разговора выискивать не придётся. Для этого есть секретная тактика — вопросы о жизни, а позже — о личной жизни. Олли далеко отошёл от понятия болтуна, и ни за что бы не принялся вываливать факты из личной жизни другим людям. Однако его таинственная сила в том, что зачастую, люди сами начинают рассказывать какие-то происшествия из своей жизни, порой слишком уж шокирующие. К примеру, в пятом классе был месяц, как он начал ходить на Атлетику. Там он впервые увидел того самого недоноска — Нейта, которого даже привязанным ко дну кубикового моря удержать было не возможно. Лез ко всем в раздевалках, стягивал шорты, трусы, воровал одежду, полотенца. Делал всё, чтобы быть замеченным, но только Олли он не касался. А почему — не ясно. В детстве, да и сейчас, был очень милым на вид ребёнком, а ещё — дружелюбным, чего не скажешь сейчас. Как-то раз, когда на тренировку пришли лишь они, а все остальные дети остались дома из-за экстремальных погодных условий, что не волновали родителей лишь двух этих детей, тренер разрешил им побаловаться где-нибудь пару часиков в детском зале, где они и были в силу возраста. Родители уже уехали, дабы попросить их забрать Олли, да и на телефоне у него денег не было, потому без вариантов. Там то Нейт и начал свои басни и истории из жизни. Самым шокирующим для Олли был факт, что тот, в возрасте восьми лет, из какого-то совершенно нечеловеческого интереса решил попробовать вымя коровы на вкус. История умалчивает то, каким боком он сумел перепутать коров, чьё вымя лишь слепой не заметит, с быком. И по его словам, которые он выкрикивал, заикаясь от смеха, лишь после третьей пробы он заподозрил что-то неладное, наконец открыв глаза. Он подробно описал, какой именно вкус чувствовал, а после стянул с себя трусы, показывая примерный «цвет» бычьего достоинства, заставив Олли вскрикнуть от неожиданности и упасть с игрового корта на самое дно «Кубианской Впадины». Да, опыт травматический, но всё-таки опыт. Именно после этого он узнал, что такое совокупление, что оно даёт и как оно происходит, конечно, не без помощи нового «Крутейшего друга», коим Нейт сам себя и провозгласил. Конечно, он не рассчитывал, а точнее надеялся, что подобные темы затрагиваться не будут в их «компании», но там целых две бедовых персоны, было бы глупо искренне верить в милостыню господню. Школа уже закончилась. Ребята, встретившись, толком ничего друг друга не говорили, лишь оценивая друг друга косыми взглядами. Время встречи назначили Олли и Макс, сверив расписания уроков, а именно — через два часа после школы, в беседке у школьного стадиона. За это время, Олли пришёл домой, принял душ, чего делать не стоило перед выходом в зимнюю стужу, выбрал одежду и уложил слегка влажные волосы, оценивая собственный внешний вид в зеркале. Анна, кажется, собираться начала ещё до похода в школу, ведь её внешний вид навряд-ли позволил ей собраться всего за два часа, чего не скажешь о Эйвелинн. Она пришла в том же, в чем и была в школе, разве что изменив прическу, завязав волосы в высокий хвост, выпуская две пряди на лицо. Максимилиан, кажется, долго думал, в чём именно он будет выглядеть лучше и более серьёзно, что-ли? Август же в свою очередь надел свой любимый, неизменно подходящий на любое мероприятие вид — голубые джинсы, темно-зелёная футболка с огромной, размазанной надписью «fuck y'all», сумку-бананку и синюю панаму подстать кроссовкам. Первым на место пришли Максимилиан с Эйвелинн, которому нужно было показать новоприбывшей подруге дорогу, и уже через пару минут к ним присоединись Олли, Анна и Август. — Всем привет, ребята. Рад, что все пришли! — Приветствовался первым Максимилиан. — Когда Олли, что зовёт меня гулять со старшаками я подумал, что он просто шутить не умеет! — Ха-ха, умеет он. — Сказал Макс. — Подтверждаю. — Анна. — О, правда? А на меня он только косо смотрит. -Наигранно расстроился Август. — А он на всех так, даже на отражение своё. — Откуда-то сбоку букрнула Эйвелинн. Олли хотелось вспомнить все те тупые советы с сайтов, по типу «что делать, если над вами начала смеяться компания» и прочее, но советы были столь глупы, что он даже не помнит как читал их. — Да, я знаю, что звезда, спасибо. Лучше познакомьтесь друг с другом для начала, а потом шутки травите. — Согласен! — Сказал Август, мигом оказываясь у Эйвелинн перед лицом, — Я — Август, приятно познакомится! — И протягивает руку, оттопыря пальцы. — Культяпку убери, срать мне. — Эйв! Мы ведь договорились. — С упрёком шепнул той друг. — Ох, го-о-осподи. Я Эйвелинн. Всё, давай, кыш. — Она отмахнулась от его руки, как от назойливой мухи, на что Август лишь с вызовом оглянув ту — повернулся к Максу. — С тобой мы уже успели познакомится. Максимилиан, да? — Верно. — Максимилиан протянул руку для рукопожатия, стараясь добросовестно улыбаться и сдерживаться, дабы не сжать руку Августа сильнее нужного. — Вот и познакомились. Кстати, Олли, а ты руки не жмёшь? — Что? — Ну, э…я за неделю ещё ни разу не видел, чтоб ты руку жал кому-то, и сейчас тоже, и я не задумывался как-то. — Само так получается, я и не люблю ничьи руки жать. По ситуации. — Ну понятно, понятно. Так как, ринемся мы куда-то, не в беседке же как бабУшки сидеть? — Да, пойдём. — Анна. Выбрав пункт назначения — парк, соединяющий частный сектор домов Олли и прочих улиц, они начали спрашивать друг у друга достаточно стандартные вещи. Самым старшей в компании оказалась Эйвелинн, всего на пару месяцев старше Максимилиана. Самым младшим, как не удивительно — Олли, после него Анна, а затем уже в золотой середине — Август. Последнему захотелось побольше узнать конкретно Максимилиана. — А сколько ты весишь? — Девяносто семь. — Ого! Вот блин, а я восемьдесят восемь всего, пора на масса набор садиться. А ты, Олли? — Обернулся тот на шаг позади идущему Олли с Анной. — Не знаю, где-то шестьдесят пять наверное. — Малыш ты ещё совсем. — Ну, знаешь. Чем шкаф больше, тем громче он падает, да? — Эйвелинн, идущая спереди, невольно усмехнулась, пнув камень перед собой. — А ростом сколько? — Э-э-э… — Сто девяносто пять, придурок. Даже я помню, как такое лёгкое число забывать вечно можно?! — Я сто восемьдесят пять. Олли? — Сто семьдесят пять. — Ого! Мы все тут как на подбор с ровными числами! Эвелина, а ты? — Эйвелинн, дибил. Сто восемьдесят. — Снова чётное! Анна, прошу тебя, скажи, что ты или сто семьдесят, или сто девяносто! — Эх. Прости, Августёнок. Сто семьдесят семь. — Переростки. — Отрезал Олли. — Не-е-е-е-т! — Провыл Август театрально. — Бывают в жизни разочарования, Август. — Отчего-то непривычно сухо сказал Макс. — Эх. А девушек у тебя сколько было? — А, что? Девушек? — Ну да! Ты же огромный, надежный как стена, красивый донельзя, с редкой внешностью. На тебя же вешаются как на последний спасательный шлюп в кишащем акулами океане, разве нет? — Пхах, да если бы. Рыжим только на костре гореть, да зелья варить. — У-у-у, грубо, Эйвелинн! — На самом деле, нет. Точнее, да, ты прав… — Максимилиан метнул взгляд на Олли, одним ухом слушая их беседу, попутно о чем-то переговариваясь с Анной, — но нет, девушек у меня не было, ноль. — Хм. А парней тогда? — Эй, слышь, кукушка. — Задрала голову Эйвелинн, произнося слова в небо. — Тебя на стендапера не взяли чёль? Помолчи немного хоть, голова болит уже. — Мы же не на похороны идем, разговаривать надо! Макси, так сколько? — Ударил того локтёр Август. — Так же. — Ох, сочувствую. Хочешь, подыщу тебе кого? У меня есть на примете. — А чего ж ему только? — Подключилась к разговору Анна, а Эйвелинн тяжело вздохнула, невидимо для всех закатив глаза. — А что, ты тоже хочешь? — Да, может и хочу. Самца мне подыщешь? — Ой, прям самца? Хм…самец гориллы подойдет? — Подойдет, но если шерсть цвета твоих волос будет. Тогда сразу кинусь на него, туфли в разные стороны разлетятся. — О, думаю, я смогу найти такого! — Вы, блять, придурки? — Олли, а тебе кого? — Никого. — Недотрога ты наша! Ну скажи, кого! — Подлетел к тому Август, слащаво болтая прямо на ухо, — хочешь, меня? Или Макса, вон здоровые мы какие! — Махнул тот рукой на смутившегося Макса. — Спокойствие в облике человека. — Уныло буркнул Олли. — Нет уж, не пойдет. Давай, может, Эйвелинн тогда? — Эй, тупорылый. — Прыснула Эйв, шагнув вплотную к Августу, — Ты не понимаешь, да? — Да в чём проблема? Я ведь просто шучу, развязываю языки всем… — А ты кто, тамада что-ли? Алкоголь какой? Может, просто клоун? — Эйв… — Макс поклал ей руку на плечо, что тут же была скинута. — Давай-ка спокойнее, я иду и уже вижу, как мне голос твой в кошмарах сниться. — Девушка развернулась и пошла вперед, проводимая осуждающим взглядом Августа. — А она мне уже нравится. — Шепнула Олли на ухо Анна. — Прости, она бывает вредной. — — Ничего. Думаю, она права. — При обращении к себе, тот резко изменился в лице, принимая веселый облик. — Просто вы все молчаливые такие, я и думаю, как бы разговор поддержать. — Та нет, не права она. — Укоризненно сказал Олли. — Заткнись там, малявка драчунская. — Сама заткнись, психичка помешанная! — Чё сказал?! — Так, ладно ладно, у вас есть яйца, молодцы! — Август встал между ними в момент, когда Эйвелинн вновь развернулась, дабы «побадаться», как увидел это в своей голове Август. — Мда, два сопага пара. — Скептично произнесла Анна. — Что вы напряженные все такие? Расслабьтесь! Вот взгляните на Макса, ему вообще нипочем всё! Идет себе, наслаждается вашими возгласами. — Вообще-то мне вместе с ними покричать уже хочеться. — Вот блин. Какие вы агрессивные все! — Да чтоб этот ведьмак когда-то агрессивным был? Хах! — Кстати, Эйвелинн. Слова Олли я понять могу, а почему ты его драчуном назвала? Он, типа, мастурбировал или дрался с кем-то? е- Господи. — Та и то и то походу. За первым не застала, а второе пусть сам расскажет, если захочет. Надо мне те страсти потом, «а пачиму расказала!!!» — Олли, расскажешь? — Пыл блондинов поугас, лишь Август продолжал сиять. Эйвелинн, словив на себе себе подавленный взгляд Олли, поумерила пыл, ощутив давным давно зарытую в самую глубокую могилу своей души чувство — стыд. Лёгкий и незначительный, и тем не менее возможно не стоило говорить об этом, когда прошёл всего один месяц с происшествия. Максимилиан значительно напрягся, хотел было открыть рот, сделай он это — синхронно с Анной выразили бы своё недовольство к таким вопросам, однако… — Ань, расскажешь? — Что? Я? Ты уверен? — Да. Сейчас, вот, сядем только, раз пришли уже. Укрытый жёлтым лиственным полотном пол отдавал стужей. Не самый тихий, не самый громкий шелест листьев, вновь и вновь опадающие с некогда густых дубовых и кленовых опушек. Скамейка со столиком, которой было предначертано принять столь незаурядную компанию, приятно поскрипывал местами прогнившим от частых дождей деревом, успокаивая природные рефлексы человека своей приятной текстурой. Август молчал, наконец осознав, что тема не из лёгких, а вечные шутки лишь покажут, насколько ему не важна ситуация. Ему хотелось показать другим, в частности Олли, что ему это важно, однако, было ли это правдой — знала лишь его душа, затаившаяся закулисами сотни масок. — Ох, в общем. Все тут и так знают эту историю, да и вся школа в принципе, поэтому рассказ чисто для тебя. Гордится стоит, лопух. — Анна. — В общем, как-то раз Олли допоздна на тренировке своей задержался, а забрать его уже не могли в тот момент. Ну и он, с мокрой головой, в начале октября, решил пройтись домой пешочком. А до этого заявили, что у них на районе какие-то типы появились, к людям пристают. Ну, в общем, он нарвался на них. Один из них как в хоррор фильмах за деревом выжидал, а все остальные — стадо гиен, — были на единственном пути, куда он мог свернуть от наблюдателя за деревом. Он, вообще-то, неплохо так драться умеет, но то были обколенные наркоманы, зомбированные мыслью о новой дозе. Накинулись они, парочку он вырубил, но в живот его ударили, сознание терять начал. Максимилиан, упершись головой в сцепленные руки, локти которых на столе, шумно сглотнул. — Уже почти отрубился, а сзади какой-то парень подбегает и почти всех шизиков разом вырубает. Олли в охапку и в больницу бегом, а там уже полиция, все дела. Они несовершеннолетние что-ли были, позабыла уже. Нервов столько было, лишь основное запомнила. — Погоди… — тихим голосом сказал Август, — А что за парень то был. Девушка лишь кивнула в сторону понурого Макса, на что глаза Августа почти вылезли с орбит, как у старого мопса. — Ах…вот как… — Почти себе под нос сказал Август. В его взгляде что-то изменилось, когда он принялся по новой осматривать Макса. — Мне очень жаль, Ол. — Тот впервые назвал его неполным именем. — Сейчас всё в порядке. Да и рассказ такой, будто бы меня прям там на органы разобрали. Неделю в больнице полежал и всё, ничего серьёзного. — Прости, что заставил рассказать. — Вновь извинялся Август, имея в голове явно другие мысли. — Всё нормально. Давайте, может, сменим тему? Сказать честно, я представлял эту прогулку чем-то более интересным, чем ругани с первых минут старта, а после это уныние, коим вы прокисли сейчас. — Мне норм вообще-то. — Подметила Эйв. — Да, ты прав, сменим тему. Август, вот ты. — Да, Анна? — У тебя отношения хоть раз были? — Вау, а с чего вдруг такой вопрос в мою сторону? Неужели обдумала предложение? — Придурок ты. Просто ведешь себя как Альфа-самец. Интересно мне, есть ли у тебя опыт вообще, иль по интуиции бредни вкидываешь? Больше ко второму склоняюсь. — Э-э-э, ну…отношениями то сложно назвать, конечно. Но были. — С кем же? Девушка, парень, собственное отражение? — Ах, Анна, дорогая. Прости, но я не скажу. — Да? И почему же? Есть что скрывать? — Не то чтобы… Просто хочу, чтоб у меня хоть какие-то секреты оставались. И я не говорю необязательно потому, что боюсь говорить. Просто хочется, чтоб и у меня секретики были. — Вообще не поняла ничего. — Он говорит, что у него мозгов нет. Перевод с долбаёбского. — Эйви, родная. А откуда ж ты этот язык знаешь, раз переводишь? — Да я таких придурков как ты на завтрак жрала в своей старой школе, волей не волей, а на собачьем тоже загавкала, теперь в любом притоне за свою примут. — Ух-х-х. Ещё немного, и ты станешь моим кумиром. — Ать, пустоголовый… — Махнула на него девушка рукой, запрокидывая ноги на стол, а руками подперла голову. — Понятно…о, кстати, ещё вспомнил. А что за девушка пришла к нам на урок тогда, Анастасия вроде? Милая такая, и звучная-я-я… — Август обратился к Олли, витая в облаках, пока по рукам Максимилиана прошла волна мурашек, а волосы встали дыбом. Эйвелинн, кажется, и мускулом не пошевелила, однако, довольно заметная, только что выскочившая вена на лбу помогала прочесть её мысли. — Ам…вообще-то, мы и сами её особо не знаем, с ними это двое дружили. — О, правда? А Макси не особо рад был, когда он в класс пришла. — Август. — Подозвал того Макс. — Да? — Давай-ка не об этом сейчас. — Но почему? — Махнув головой в сторону, Макс переключил внимание всей компании на прикрывшую глаза Эйвелинн, с уже двумя разбухшими на лбу венами. — Кхм. Понял, ну ладно, в следующий раз спрошу. Кстати, сколько раз в неделю вы мас… — Нет! — Выкрикнул Олли, — Заткнись! Не смей! — Но почему?! Я же просто… — Нет сказал! — Тц, вот блин. Ладно. — Спасибо. — Но я примерно десять, если что. — Господи. — Фу, блять. — О чем он?.. — Максимилиан. — Ну всё, придурок облезлый, иди сюда — Вскочила Эйвелинн, двигая с собой всю столешницу, перелезая через стол в попытке схватить Августа, но тот успел выскочить из-за стола на безопасное расстояние, но этого было недостаточно, дабы укрыться от удара Империон. Пока они гонялись по всему парку, произнося самые разные проклятия, коих сам бог не слышал, ребята продолжили разговор. — Знаешь, ты мне вроде как не нравился вначале. — Сказала Анна, обращаясь к Максу. — Правда? — С некой грустью переспросил тот. — Да. Сильно надменным мне казался, и с ярмаркой непонятно зачем наплёл. Но потом мнение изменилось, после случая того, хотя на самом деле мне кажется, что и ты изменился как-то. — Хах. Мне приятно, что ты изменила своё мнение. Изменилось ли?.. — Он перевёл взгляд на Олли, что с ухмылкой смотрел на погоню за Августом, сцена которой напоминала эпизоды Том и Джерри. — Да. Думаю, изменилось… — Ну вот и славно. Будем друзьями, значит. Я видела, ты с какими-то девочками обычно был, когда Эйв еще не было. Они твои подруги? — Да, мы общались немного. Они не часто ходят почему-то, вдвоём причем. Эйвелинн же недавно пришла, я их так и не познакомил. — Может, к нам пригласишь их? — К нам? Куда к нам? — Ну, сюда. В компанию. — А мы…уже в ней? — Ну, похоже на то. — Гордо произнесла Анна, пока Эйв пыталась выбить всю дурь с Августа, а Олли начал хихикать. Искренне смеяться, наблюдая за ними, передав свой смех и им с Максом. «Смеялся бы ты чаще, Олли.» — Слова, эхом пролетевшие в голове так, будто бы то было сказано в слух.