Ветра против Звезды

*Спок*

      Спок проснулся в некотором замешательстве после особенно яркого сна о своей ассистентке, но в остальном его утро прошло гладко. Приближался конец семестра, и у Спока оставалось все меньше времени на посторонние проекты — преподавание и студенты требовали почти полного его внимания. Таким образом, во время запланированного визита на верфь он должен будет выполнить бóльший объем работы, чем обычно. В дополнение к своим обязанностям он также согласился провести еще одну инспекцию — на этот раз уже официальную — от имени капитана Пайка, который все еще находился за пределами планеты.       Когда он прибыл к воротам Академии, кадет Ухура уже ждала его в своей эстетически превосходной защитной одежде, но он был настолько поглощен мыслями о предстоящей работе, что визуальный эффект был почти для него потерян. За время 2,5-часовой поездки, она несколько раз заводила с ним разговор, начиная от наблюдений за сельской местностью, по которой они проезжали, комментариев о нескольких студентах из ее репетиторской группы, которые испытывали трудности, и проблем личного характера, касающихся кадета У’Айдат. Очевидно, кадет вела себя, как выразилась Ухура: «странно даже для нее». Спок обратил внимание, что она перестала подходить к нему вне занятий, но в остальном он не заметил никаких изменений в ее поведении.       Они прибыли вовремя, и Спок обвел взглядом зону у главного входа в поисках руководителей, которые ожидают его прибытия. Он быстро обнаружил их у ворот службы безопасности. Один был в форме лейтенанта Звездного Флота, а двое других были в стандартной парадной форме инженеров Звездного Флота.       Поскольку, чтобы добраться до шкафчиков и убрать свою куртку и шлем, нужно было сначала пройти мимо них, он счел необходимым поприветствовать их как есть.       Ухура послушно последовала за ним к трем фигурам с именными бирками на груди. Все они были человеческими мужчинами. Спок не был удивлен.       Они замолчали при его приближении, двое мужчин в инженерной спецодежде стояли чуть по стойке смирно позади офицера. Он подождал немного, но когда лейтенант никак не отреагировал на него, взял инициативу в свои руки.       — Лейтенант Спаркс и главные инженеры Бейтс и Хардлинг, я полагаю?       Трое мужчин взирали на него снизу вверх. Главные инженеры Бейтс и Хардлинг отдали честь, в то время как лейтенант, только скользнув по нему взглядом, уставился на кадета Ухуру. Спок продолжил сверлить взглядом лейтенанта в ожидании ответа.       В конце концов, лейтенант оторвался от разглядывания кадета.       — Да, я могу вам помочь? — пренебрежительно спросил он. Его глаза вызывающе скользнули по костюму Спока для езды на ховербайке, прежде чем метнуться между ним и кадетом. Инженеры позади него обменялись взглядами, которые даже Спок мог охарактеризовать, как обеспокоенные.       Позади себя Спок услышал, как Ухура издала тихое возмущенное фырканье. Прежде чем он смог правильно сформулировать содержательный ответ для человека перед собой, она многозначительно спросила:       — Вы хотите, чтобы я убрала вашу куртку и шлем, лейтенант-коммандер Спок, сэр?       Он сдержал желание ухмыльнуться в ответ на ее словесную колкость. Или, по крайней мере, он предположил, что это было то выражение, которое пытался изобразить его рот. Вместо этого он кивнул с типичной вулканской безмятежностью. Она любезно взяла его шлем и повесила его на руку рядом со своим, затем подождала, пока он расстегнет и передаст ей свою куртку. Под ней он надел свою синюю форму офицера по науке, поскольку официальная инспекция от имени капитана Пайка требовала большей формальности, чем его черная футболка с эмблемой Звездного Флота. Лейтенант увидел нашивки на его манжетах и вытянулся по стойке смирно. Спок проигнорировал его и вместо этого уделил все свое внимание Ухуре:       — Благодарю, кадет.       Она кивнула и добавила:       — Я пройду на мостик и поговорю с техниками о размещении катушек матрицы, пока вы заняты, сэр.       Спок был доволен этим предложением. Он знал, что она хотела бы насладиться экскурсией по кораблю, которую он собирался получить, но ставила их работу выше собственного удовольствия.       — Очень хорошо, кадет, — она бросила на него последний взгляд и развернулась.       Только после того, как она остановилась, чтобы предъявить удостоверение личности сотрудникам службы безопасности, он соизволил обернуться и поприветствовать вытянувшегося перед ним лейтенанта. На лбу мужчины выступили капельки пота. Однако Спок не давал ему команду «вольно». Он только равнодушно смотрел на него в течение долгого времени, пользуясь тем, как абсолютное внимание вулканца может нервировать человека. Капитан Пайк однажды сказал, что это сравнимо с ощущением «букашки под микроскопом».       Наконец, он заговорил, его голос ничего не выражал.       — Я полагаю, вам сообщили, что я буду проводить инспекцию от имени капитана Пайка, лейтенант?       Капелька пота медленно скатилась по лбу мужчины и исчезла в его левой брови. Спок проследил за ее движением.       — Да, сэр! Извините, сэр! Не понял, что это вы, сэр!       — Вы были смотрителем верфей Риверсайд в течение 3,7 стандартных лет, не так ли, лейтенант?       — Да, сэр! Три с половиной… 3,7 года, сэр! — ладонь у его головы в «воинском приветствии» стала понемногу опускаться.       — И ваши обязанности требуют вашего ежедневного присутствия на верфи, я прав?       — Да, сэр!       — Это будет мой 16-й визит на верфь за время строительства «Энтерпрайз», — продолжил Спок почти непринужденно. — Я наблюдал главного инженера Хардлинга в 8 случаях и главного инженера Бейтса — в 11. Отмечу, что, хотя ни один из них не разговаривал со мной до этого момента — оба узнали меня, — ему не нужно было озвучивать очевидные недостатки, на которые указывало это наблюдение. Если первый офицер корабля — при этом новейшего флагмана всего Флота — в строительстве которого он принимал участие, совершил 16 посещений верфи, смотритель должен был об этом знать. Вдобавок ко всему вулканец на ховербайке вряд ли так уж незаметен.       Лейтенант, похоже, не нашелся, что ответить на заявление Спока. Спок махнул рукой, показывая, что тот может стоять вольно.       — Мне не терпится приступить к инспекции, лейтенант.       Инспекция заняла 4,2 часа. Спок обнаружил, что на большинство его вопросов отвечали инженеры, а не смотритель. Строительство не укладывалось в сроки на гораздо большем количестве участков, чем он предполагал. Похоже, несостоятельность лейтенанта выходила за рамки его наблюдательных навыков. Споку придется отметить отсутствие у него управленческих навыков в своем отчете капитану Пайку.       Они посетили мостик в последнюю очередь.       Когда они вошли, Спок был удивлен, увидев, что мостик пуст. Было всего 12:43, а кадет обычно обедала в 13:00. Лейтенант начал объяснять, какие работы в настоящее время ведутся на мостике:       — Как вы можете видеть, в то время как системы жизнеобеспечения и базовая конструкция мостика близятся к завершению, остальные системы и панели управления являются одними из последних, которые планируется установить, — как конструктор некоторых из этих систем, Спок, конечно же, об этом знал. — Многие системы в настоящее время модернизируются за пределами строительной площадки, — один из инженеров — Бейтс вздохнул. Спок подумал, что это, скорее всего, указывает на осведомленность хотя бы инженера, если не смотрителя, об участии Спока в этой самой задаче.       Лейтенант продолжил:       — Здесь будет капитанское кресло.       Он сделал это заявление с позиции, которую будет занимать пульт рулевого.       Спок повернулся к двум инженерам, стоявшим возле турболифта, и вопросительно приподнял бровь. Бейтс пожал плечами, а Хардлинг сморщил половину лица в выражении, которое, по мнению Спока, примерно переводилось как «без понятия», или, возможно, «это не я сказал!» — и то, и другое было бы разумной реакцией на неоднократные проявления некомпетентности лейтенанта.       Когда он повернулся к смотрителю, то услышал какой-то шум. Он шагнул вперед, туда, где была снята часть потолка. Лейтенант взволнованно воскликнул:       — Да, вот здесь будет кресло первого офицера, сэр! (Его еще не было).       Спок проигнорировал его и поднял глаза наверх. Он слышал кадета Ухуру и голос, который, как он полагал, принадлежал технику Лене Нильссон, разговаривающих наверху.       Он вгляделся в темное пространство над собой.       — Кадет?       Послышалось бормотание и шум, как будто кто-то двигался к отверстию, затем в поле зрения появилась голова кадета. В одной руке она держала рычаг ответвления, а в другой — падд.       — Добрый день, сэр! — она лучезарно улыбнулась ему. Ее лицо слегка раскраснелось, а несколько прядей волос выбились из косы, обрамляя ее лицо. На ее шее болталась сенсорная катушка — решение проблемы нехватки рук. Он услышал приглушенное: «Добрый день, лейтенант-коммандер Спок!» — от Лены позади нее.       Он приподнял бровь.       — Могу я спросить, почему вы и техник Нильссон находитесь в потолке, кадет? — и импульсивно добавил по-вулкански: — Вы с Леной участвуете в еще одном загадочном Древнем Земном Ритуале, о котором я не знаю? Может быть, «Пятничный обед на чердаке»?       Она весело рассмеялась, и Спок почувствовал, как на его лице появилась слабая ответная улыбка.       — Нет, Osavensu Спок. Но мы решили вашу проблему с размещением катушек.       Голова Спока заинтересованно склонилась набок.       — Пожалуйста, просветите меня, Orensu Ухура.       Смотритель переводил взгляд со Спока на Ухуру, пока они разговаривали, как зритель на теннисном матче.       — Изоляция мостика несколько раз менялась во время строительства и в настоящее время на 76 мм тоньше, чем было первоначально запланировано, поэтому здесь есть дополнительное пространство. Мы с Леной пришли к выводу, что если уложить катушки горизонтально в одной плоскости, то их можно разместить вдоль потолочных панелей, не мешая воздуховодам или туннелям технического обслуживания.       Спок наклонил голову, обдумывая то, что она только что сказала. Это звучало вполне осуществимо.       — Оригинальное решение, кадет, я думаю, это сработает наиболее удовлетворительным образом.       Она усмехнулась, глядя на него сверху вниз. Спок почувствовал прилив тепла в ответ на ее довольное выражение лица. Было трудно не улыбнуться ей в ответ.       — Спасибо, сэр!       Голова Лены появилась рядом с Ухурой.       — Она сообщила вам хорошие новости, сэр?       — Да, Лена, спасибо за вашу за помощь.       Блондинка улыбнулась ему почти по-матерински, как работница кафетерия Сара.       — Не стоит благодарности. Не могли бы вы помочь нам спуститься?       — Конечно.       Техник повернулась и свесила ноги вниз. Спок поддержал ее, когда она соскользнула вниз на пол. Лена повернулась и рассеянно похлопала его по руке.       — Спасибо, Спок, — в другой руке она держала падд и зачитала с него спецификации: — Я думаю, что есть много систем, для которых можно использовать этот 76-миллиметровый дополнительный зазор, который у нас там получился.       Спок заметил, что смотритель стоял прямо рядом с ним, глядя вверх на Ухуру.       — Могу я предложить вам помощь, мисс?       Ухура взглянула на Спока. Он мог сказать, что ей не нравился лейтенант, и она предпочла бы его помощь, если бы она ей вообще потребовалась, что скорее всего не так, поскольку она почти на двадцать лет младше Лены Нильссон. Он подумал, не следует ли ему вмешаться, но не был уверен, как это сформулировать. Прежде чем он успел что-то сделать, она ответила:       — Э-э, конечно. Спасибо, лейтенант.       Ее лицо исчезло, его сменили высокие сапоги и длинные ноги, обтянутые чрезвычайно узкими брюками.       Лейтенант обратил пристальное внимание на изящные округлости бедер кадета, подчеркнутые ее брюками, как отметил про себя Спок. Он также без необходимости поддерживал Ухуру, положив руки на ее зад. Спок стиснул челюсти и поймал себя на том, что размышляет о множестве различных способов, которыми он мог бы использовать Suus Mahna, чтобы лейтенант никогда больше не смог прикоснуться к кадету. Он решил, что в своем коммюнике капитану Пайку не только упомянет о некомпетентности лейтенанта, но и подчеркнет ее.       Кадет Ухура оставила свою куртку в раздевалке вместе с его. Как обычно, на ней была черная футболка Звездного Флота с высоким воротником, похожая на ту, которую она обычно носила под своей кадетской формой. Пока он пытался успокоить свое раздражение на лейтенанта Спаркса, перед его мысленным взором всплыло воспоминание о тех годах, когда он был кадетом. Он вспомнил, что многие кадеты часто даже спали в своих стандартных футболках, подобных той, что была на Ухуре. Он поймал себя на том, что лениво размышляет, была ли Ухура одной из тех, кто тоже так делал. Если это так, то под футболкой на ней вряд ли было что-то, кроме нижнего белья. Спок боролся с этим конкретным мысленным образом, когда заговорил смотритель:       — Вы говорили на вулканическом, мисс?       Полностью проигнорировав отвратительный словесный каламбур, который представляло из себя слово «вулканический», Спок вместо этого удивился использованию лейтенантом обращения «мисс». Он несколько раз в его присутствии обращался к Ухуре «кадет». Было нелогично пренебрежительно использовать терранское обращение к гражданскому лицу, когда он знал ее звание.       Ухура вежливо кивнула и, к удовлетворению Спока, встала рядом с ним и Леной, которая без слов, только языком своего тела выражала полное отсутствие интереса.       — Да, сэр.       — Я не думал, что люди могут говорить на вулканическом. Рот неправильной формы. Вы ведь человек, не так ли, мисс? — ударение, которое он сделал на слове «человек», было слегка оскорбительным.       Ухура нахмурилась.       — Фонетически современный вулканский язык лишь незначительно сложнее для носителей английского языка, как японский или корейский.       — Интересно. Я этого не знал. Вы переводчик в Академии, мисс?       Ухура теперь открыто хмурилась. Она была явно оскорблена пренебрежительной манерой, с которой этот мужчина обращался к ней. Спок решил вмешаться.       — Мой ассистент — кадет Ухура изучает ксенолингвистику и продвинутую фонологию. В настоящее время она свободно владеет 78% языков, на которых говорят в Федерации.       Лейтенант не смотрел на Спока, когда тот говорил, его глаза оставались прикованными к Ухуре.       — Ого, 78%. Это потрясающе! — он взглянул на часы. — Я бы с удовольствием послушал о вашей учебе за обедом, мисс Ухура.       Спок понял, что мышцы на его висках начали болеть от стиснутой челюсти. 4,5 часа в присутствии лейтенанта Спаркса сказывались на его расположении духа.       Ухура мило улыбнулась.       — Боюсь, у меня уже есть планы с лейтенант-коммандером и несколькими техниками.       — Действительно. Спасибо за экскурсию, лейтенант Спаркс. Ваши комментарии были очень познавательными, — отрезал Спок, отпуская лейтенанта и поворачиваясь к Лене и Ухуре позади себя. — Мы можем идти?       Лена улыбнулась и повела Ухуру к турболифту. Когда он приблизился к двум инженерам, Спок позволил своей человеческой стороне проявиться.       — Не хотите присоединиться к нам за обедом, господа инженеры? — он демонстративно не передал приглашение лейтенанту.       Еда оказалась приятной. К ним присоединились несколько техников, которых Спок знал по своим предыдущим визитам с кадетом Ухурой, и беседа, которую он поддерживал с ними и парой инженеров, была на гораздо более содержательном уровне, чем он обычно мог разделить в кафетерии Академии.       Вторая половина дня была потрачена на изучение планов и чертежей, предоставленных Леной, а также ползаньем в потолочной полости, избегая взглядов на восхитительный зад кадета. Споку удалось убедить Лену Нильссон и Стивена Ли держать пока их открытие при себе, до тех пор, пока он не завершит новую конфигурацию панели управления матрицы. Он хотел занять как можно больше свободного пространства для своих собственных систем.       На ужин они собрались той же группой, что и на обед. После этого Спок сыграл несколько партий в бильярд со Стивеном, на этот раз предлагая советы, которые заставили Ухуру и остальных их спутников смеяться. По какой-то причине они сочли его использование тригонометрии при расчете ударов забавным. Когда он велел Стивену прицелиться на 2,7 градуса левее, Лена так сильно расхохоталась, что пролила свой напиток. Что, по мнению Спока, возможно, было к лучшему, так как тот был голубым и как будто горел.       В баре ему уделяли гораздо больше внимания в униформе, чем в штатском. Казалось, то, что он — лейтенант-коммандер, сделало его гораздо более интересным для посетителей бара. Несколько сотрудников Звездного Флота представились и предложили угостить его выпивкой. Когда закусочная закрывалась, подошла их постоянная официантка и сказала ему, как «привлекательно он выглядит в своей униформе». Когда он неловко ответил: «Спасибо, Джейн», она улыбнулась ему так, что он почувствовал себя немного неудобно, хотя это, похоже, очень позабавило Стивена и Ухуру.       Когда они поддерживали общение уже на протяжении двух стандартных часов, он сообщил кадету, что им пора ехать. В ее волосах было всего три зонтика, и она не забыла убрать их, прежде чем они вышли из бара.       Поездка домой была такой же приятной, как и утром. Он и Ухура продолжили обсуждать все возможные варианты использования пустого пространства на мостике, и она подробно расспросила об общем состоянии строительства «Энтерпрайз». Она также потратила 12,8 стандартных минут, отмечая все то, что она находила неприятным в лейтенанте Спарксе, как в личном, так и в профессиональном плане. Хотя многие из ее высказываний были лишены логики, как то, что его руки слишком длинные, а волосы «слишком желтые», Спок нашел ее тираду вполне удовлетворительной.       Он вернулся в свои апартаменты в 22:17, довольный тем, как прошел его день. Несмотря на его постоянные опасения по поводу его помощницы, он смог избежать почти всех случаев физиологических реакций, связанных с близостью кадета Ухуры, за исключением небольших промахов, в которых, по его мнению, как минимум частично виновата ее одежда. Он также принимал участие в человеческом социальном взаимодействии вместе с ней и техническими специалистами без неловкости или неуместных фраз или действий, и она сыграла важную роль в следующем этапе проектирования матрицы сенсоров.       Если его рабочие взаимоотношения с кадетом будут и дальше продолжаться так же гладко, он не предвидит дальнейших помех для своих задач на Звездном Флоте.