Он проснулся

Песок так и стремился попасть в глаза и под стильсюит. В пустыне всегда было тяжело дышать и приходилось оборачиваться от малейшего шороха, даже в небольшой пещере, где была новая база. Именно за эту и множество других причин Гурни ненавидел Арракис. Пяти лет жизни на этой проклятой планете не хватило, чтобы Дюна стала домом. Дом Гурни потерял в тот миг, когда Атрейдисы пали. И даже спустя годы эта рана не желала затягиваться. Команда контрабандистов, с которой он работал в этот раз, была не самой худшей, зато одной из самых разговорчивых, а это в пустыне могло дорого стоить. - Говорят, люди Муад’диба пьют кровь своих врагов, а из костей убитых вытачивают ножи. - Харконнен, что с него взять, да ещё и дикарь. Гурни начинает надоедать эта болтовня. - Вам больше нечего обсудить, кроме фременских сказок, - он даже не пытается скрыть своё раздражение. - Зря ты так, Халек, - старший из их группы всё же решил вмешаться в спор, собирая очередную партию спайса. - Муад’диб реален. То, что он внук местной Преподобной, это тоже всем известно. И нож у него обычный фременский. - А про кровь ты решил просто умолчать, Орем? Ведь пью я её только за завтраком, - фигура в плаще появилась в небольшом проходе совершенно незаметно даже для Гурни. Но секунды, чтобы вооружиться Халеку и его команде хватило. - Здравствуй, Муад’диб, - Орем поприветствовал гостя лёгким кивком. – Любишь эффектные появления как всегда. - Считай, что это входит в наш контракт, - голос Муад’диба искажала маска, но всё равно казалось, что эмоций в нём нет ни песчинки. Орем лишь усмехнулся и жестом приказал опустить оружие. - Партия полная? - Как всегда. И ты привёз, что я заказывал. Именно поэтому ты до сих пор жив в этой пустыне и твой бизнес процветает. Мы прекрасно понимаем друг друга. У Гурни было какое-то странное предчувствие, в незнакомце присутствовало что-то неуловимо знакомое. Он осторожно начал перемещать за спину фремену. - Я слышу твои шаги, старик. И не советую пытаться напасть, - Муад’диб снял маску и вытащил из носа дыхательную трубку. На Гурни глазами фремена смотрел Пол. Повзрослевший, загоревший, немного истощённый, но Пол. Его Герцог; мальчик, которого он держал на руках; почти сын, которого он оплакивал годы. - Прости Гурни, Муад’диб, он старый вояка. И не привык доверять незнакомцам, - голос Орема вывел Гурни из состояния шока. - Наверное, поэтому он так долго и прожил, - Пол едва заметно улыбнулся. – Давно работает на тебя? - Я выбираю своих нанимателей сам, - Гурни не дал вмешаться Орему в их с Полом разговор. - А на меня бы ты стал работать? Я пообещал бы тебе на 15% больше чем этот жмот. Гурни хотелось кричать, что он всегда будет верен Полу, но было очевидно, что эмоции и в правду лучше оставить на более приватное место. - Почему я? - Ты напоминаешь мне одного старого друга, он научил меня всегда быть готовым к бою. Гурни был солдатом и умел прекрасно контролировать ненужные эмоции, но здесь, сейчас это было невозможно. И дальше Пол уже договаривался о чем-то с Оремом сам, а пара вошедших фременов начала сгружать в угол пещеры контейнеры со специей, уходя, забирая закрытые ящики, содержание которых было Гурни неизвестно. Когда обмен был закончен Хелек тенью последовал за Полом к выходу из пещеры, он уходил не прощаясь, он возвращался к своей семье. Я рад видеть тебя, старый друг. У Гурни защемило сердце от слов. Мой Герцог, - руки вспомнили жесты, которые Хелек уже не надеялся использовать. - Я Муад’диб Харконнен, наиб сьетчи Амали. Но мои люди называют меня Усул. Я скажу всё позже. - Хорошо, Усул. У выхода из пещеры стоял небольшой топтер, поднималась песчаная буря, и впервые пустыня для Гурни выглядела домом.