Биотехнарь

Я провела в полном одиночестве в том подлеске почти месяц. Месяц разнообразных экспериментов, над живой и не очень живой природой. Моё место обитания с каждым днём становилось все комфортнее, а билет в птичью клетку все неизбежнее, если конечно кто-либо обнаружил бы результаты моих экспериментов. Для начала, я сплела между двух деревьев гамак из их же ветвей. Немного поэкспериментировав над мягкостью и упругости живой кушетки, я комфортно провела первую ночь, до первых утренних капель дождя. Потому, мой гамак обзавёлся шатром из зелёной беседки, надёжно защищающей от осадков. Но пройдясь с утра по размокшей грязи застревающими в ней кроссовками, я посчитала, что этих мер недостаточно. Под шатром, и вокруг шатра, стали сплетаться между собой растущие в близи деревья. Где их не было, я выращивала молодые зелёные побеги, что вскоре слились между собой образовав весьма немаленький вместительный домик. Со стороны это скорее походило на раздувшееся от неведомой болезни, гигантское яблочное дерево, которое вдобавок ко всему то ли захватили пришельцы, то-ли проклял Ктулху. Что, признаться, выглядело довольно жутковато. После, я потратила немало усилий, чтобы косметическими манипуляциями привести свой новый дом к более приличному виду. Придав ему форму если не сказочного домика феи, то огромного деревянного торта так точно. Огромного деревянного торта, полностью скрытого шапкой огромных мясистых листьев, что были модернизированы мной для большей эффективности фотосинтеза. Ибо все мои творения, без повышенного количества питательных веществ, почему-то так и норовили подло загнутся, исчерпав все внутренние ресурсы. А этого мне было определённо не нужно. По этой причине, корневая система подверглась ещё большему количеству модернизаций, став гибче, разветвлений, подвижней. Это позволило корням углубится куда глубже, чем это делали все остальные растения. Думаю на этой планете так уж точно, что позволило с куда большей эффективностью поглощать воду и минералы. Особенно после того как я слегка изменила микрофлору внутри корневой системы, внедрив в неё бактерии, позволяющие расщеплять даже камни. Попутно, но, я продолжала экспериментировать с едой, мебелью, ландшафтным дизайном. И особенно одеждой. За последние месяцы, я носила только самостоятельно выращенную одежду, что отличалась от обычной невероятной прочностью, мягкостью, шелковистостью и постоянно поддерживала комфортную для тела температуру. А ещё она убирала любые потовые выделения с кожи. В общем, мечта, а не одежда. Думаю, наладь я производство таких костюмов для общего пользования - против меня бы ополчились не только все медики страны, но и все дома моды и бренды дорогой одежды, у которых я бы напрочь отобрала их хлеб. Невероятно осознавать, сколько врагов можно нажить на ровном месте, просто начав всерьёз заниматься любимым делом. Увлёкшись, я создала даже с десяток разных костюмов сказочных принцесс и супергероинь, каждый из которых имел характерные только для него особенности, и мог выдержать минимум автоматную очередь в упор. Правда, я так толком ни один и не поносила, ибо даже в одиночестве чувствовала себя в них крайне глупо. Всё-таки это Вики, как экстраверт в последней стадии, любила все эти бесконечные переодевашки и прихорашивания, у меня же был совершенно другой склад характера. Я могла вполне комфортно себя чувствовать и в полном одиночестве. А так, я в основном ходила в «обычном» банном халате. Особенно после того как вырастила отдельную пристройку к своему торту, в виде спа бассейна, совмещённого с парилкой и джакузи. И да, разобраться с тем как с помощью моих сил нагреть большое количество воды, было весьма непросто. Правда, вволю наплававшись, я немного видоизменила свой живой банный халат. Придав ему вид этакого эльфийского плаща с функцией адаптивного камуфляжа, вроде тех специальных спецназовских костюмов, что позволяли какой-нибудь снайперской паре замаскироваться на любой местности. Кстати, они ещё как-то смешно назывались, вроде Гимли или Гиви, как того гнома из Властелина колец, как-то так в общем. Думаю, лишь за один факт обладание оным, СКП, к моему немалому рейтингу опасности, легко бы добавило мне ещё единичку-другую в категорию скрытника. А ещё я работала над шпаргалками. Я помнила о самой большой проблеме той чокнутой Эмми из книжки, из-за которой она чудовищно покалечила сестрёнку Вики. А именно: невозможность удерживать в голове достаточно долго картину состояния органов и тканей, с которыми долго не работала. Действительно, самостоятельно запомнить все нюансы, внесённых изменений в нуклеиновые цепочки и прочую цитоплазму, а после этого ещё и правильно откатить все клеточные изменения для мириад и мириад клеток тела обратно, практически невозможно. Если конечно, у тебя нет возможности тут же подсмотреть по образцу подобную информацию в находящихся рядом клетках того же организма. Ту же отрезанную руку или барахлящую печень, можно легко восстановить, взяв за шаблон клетки здоровой руки, или ещё пока неповреждённые ткани внутри больного органа. Поверьте, даже при самом запущенном некрозе, они там присутствуют в пострадавшем органе, в довольно приличных количествах. Так что есть где посмотреть. Как в шпаргалку на невыученном экзамене. Именно такими вот шпаргалками, для меня были модифицированные семена-флешки. Каждое семечко несло в себе несколько тысяч клеток самых, на мой взгляд, удачных образцов, выращенных мной за последние месяц организмов. В одних случаях это были моменты гениальных озарений. В других, важные пусть и скупые внеземные откровения шарда, внесённые им в те моменты, в которые я просто не знала, что делать дальше. А в-третьих, были результатами долго и кропотливой работы над генокодом полные проб и ошибок. А ещё осознания полного своего идиотизма и тотальной безграмотности в плане элементарных знаний биологии, которые нормальные ученные и врачи получали за десятилетия учебной и практической работы. И тем не менее, даже такие знания о собственных недочётах и ошибках были крайне важны, хотя бы для того, чтобы не допускать подобного в дальнейшем. Все клеточные структуры внутри семян-шпаргалок получали надёжную защиту, большой запас питательных веществ, а ещё механизмы и структуры, позволяющие максимально замедлить все проходящие внутри ценных клеточных образцов, процессы распада и жизнидеятельности. Насколько это вообще позволяла моя сила. Что скажу. Это все было конечно весело. Однако, с каждым днём становилось всё скучнее и скучнее. Правду говорят, что человек - существо социальное, и в какой-то день я не выдержала. Подойдя к очередному дереву, кажется, это была опять дикая яблоня, положила руку на его молодую кору. В голове почему-то всплывали воспоминания о старой книжке профессора Толкиена. Вернее, об одном из видов существ, обитающих на страницах его книг. А именно о деревьях, ходящих сами по себе. Это было крайне занимательно предавать, по сути, не животному организму черты и механизмы высшего млекопитающего. Сначала я привычно изменила корневую систему, сделав её на порядок эффективней. Буквально высасывая из верхних слоёв почвы все соки и химические соединения, необходимые в дальнейшей работе. Потом начала видоизменять клеточную биомассу. Усложняя ядерную структуру, модифицируя клеточные мембраны, внося дополнительные элементы, подсмотренные у людей, грибов и насекомых в строение клетки. Создавая более эффективные источники химической энергии. Увеличивая качество и количество митохондрий, оптимизируя хлоропласты. За пару часов практически вся биомасса дерева видоизменилась в более адекватную для моей силы массу. Чем-то похожий на зеленоватый студень. После чего я вырастила из студня прочный плацентарный кокон, втрое выше меня. Уже внутри оного агрегата, я стала формировать из получившейся биомассы новое существо. Модифицированный клеточный кисель, несущих в себе признаки практически всех царств живой природы нашей планеты, а возможно не только нашей. Клеточная масса стала постепенно густеть, сплетаясь в первые, ещё робкие подобия нервно костно-мышечной системы. Формируя внутри импровизированной плаценты быстро созревающее новое существо. Ещё пока очень отдалённо похожее на человека. За все те месяцы, что я лечила, я досконально изучила человеческий организм. Как ни странно, моя сила посчитала это очень занятным действием и откликалась заметно лучше обычного. Придание практически растительному существу, с автотрофным способом питания, свойств подвижных гетеротрофных животных. Я почти ощущала, как подключенный к моему мозгу осколок неведомой космической фигни, буквально попискивает от восторга. На полное вызревание получившегося гибрида ушла практически неделя. За которую я неоднократно вносила изменения в рост плода и стимулировала рост тканей. По завершению, из кокона вышло гуманоидное двухметровое существо, Оно имело грубоватые черты лица, зелёную кожу и большую ветвистую копну из длинных игольчатых листьев, подобно волосам или шерсти, растущей из головы, спины, а так же плеч новоявленного Энта. При этом, коэффициент впитывания солнечного света у этих иголок, был на порядок выше, чем у его растительного аналога до этого. К сожалению, существо было тупое как пробка. Для его работы, выходящей за пределы элементарной жизнедеятельности, мне приходилось отдавать ему команды через специально протянутую в земле по всей занимаемой мною территории нити грибницы. В структуру которого добавила нервные волокна, воздействовать на которые, я могла просто босыми ступнями, или по погоде обувшись в специальные в пушистые тапки, в виде кроликов созданных из того же электропроводящего мицелия. Тем самым, я сохраняла подобие тактильного контакта, практически со всеми своими творениями постоянно. Через эти сетевые кабели из мицелия, я могла передавать ряд команд прямо в нервную систему новосозданного древочеловека. Что позволило ему сходу начать осваивать навыки вертикального прямохождения, к концу второго дня, оно смогло уже самостоятельно есть, вернее насыщаться из внешних источников. Нет, для продолжения своей элементарной жизнедеятельности мой Энт мог впадать в вегетативное состояние, продолжая существование в качестве неподвижного автотрофа, просто зачёт света солнца, и всасывания воды с простейшими микроэлементами выходящими из ног корнями. А ещё, мы постепенно научились относительно быстро ходить, пусть пока только по прямой, и с большими перерывами. Ибо как оказалось, двигаться как млекопитающие, это само по себе чертовски энергозатратно, и вряд ли у моего первого творения, когда-либо вообще получится двигаться настолько же быстро, как это делал обычный человек. Но Энт мог совершать практически все функциональные действия, за счёт развитых конечностей и подвижного мышечного каркаса. Проведя несколько недель со своим выращенным питомцем, я очень много размышляла над его нервной системой. Попутно вносила в неё ряд простейших команд и рефлексов. Питаться на первых порах ему приходилось всецело за счёт моего прямого вмешательства. Я просто добавляла нужное количество биомассы, путём прямого включения оной в его в организм. Кстати, над наладкой самостоятельной эффективной пищеварительной системы я вожусь до сих пор. И скорее всего, провожусь ещё долго. Моя сила упорно не желала давать моему творению возможность обходиться без хищнического образа питания, желательно на что-то разумное и прямоходящее. Ох, уж мне эти возбудители конфликтов. Раздражают. Из ситуации пришлось выходить путём внесения в пищевую цепочку дополнительного элемента, в виде ещё одного организма, фактически живого неподвижного биореактора, что перерабатывал в высококалорийный питательный бульон, любую попавшую в него почву и растительность. Именно им, теперь придётся питаться всем моим Энтам. Кстати о них. Через месяц я сформировала ещё несколько плацентарных коконов, заранее подключённых к одному большому биореактору, который кормил и обслуживал Энта-01. Внутри родильных плацентарных яиц, я уже начала формировать более продвинутые образцы Энтов, заранее внося в них все выясненные за эти недели изменения и улучшения, апробированные на первоначальном образце. Так что уже на выходе из плацентарных коконов, Энт-2 и Энт-3, могли самостоятельно передвигаться и выполнять ряд несложных команд. И да, они были полностью подвластны моей воле. Благодаря творчески мной переработанным трём законам робототехники Азимова. Удивительно, насколько хорошо моя сила могла программировать сложные нейронные сети. Теперь я имела трёх абсолютно преданных гигантов, за два метра каждый. Правда, немного лоботомированных гигантов. С IQ близким к сорока, и то из-за вшитых в подкорку команд, но это было только начало.