Redemption

Рико

— Дыши, – сказал Жан на простом французском. Рико не осознавал, что он не дышит. — Я в порядке, – на автомате сказал Рико. Жан бросил на него взгляд. — Ты не в порядке, – сказал Жан. — У тебя случился нервный срыв, когда двадцать минут назад Джилз запел «Country Roads». Рико невольно вздрогнул. Country roads, Take me home, To place—I belong... Эвермор вырисовывался перед ними большим и внушительным. Рико и Жан вернулись сюда впервые с декабря. Технически Эвермор считался национальным стадионом страны и принадлежал олимпийской сборной. Рико и Жан пару раз встречались со своими товарищами по команде, но только на тренировочной базе в Колорадо. Но поскольку Эвермор действительно был крупнейшим экси-стадионом в стране, имело смысл провести здесь матч летнего плей-оффа. Но это не значит, что Рико это нравится. — Я должен быть в порядке, – прошептал Рико. Единственным, что утешало Рико, было то, что, по крайней мере, команда решила остановиться в соседнем отеле, а не селиться в общежитии внутри. Он не думал, что сможет спуститься в Гнездо. Когда команда начала выходить из автобуса, та энергия была ощутима. Дикие коты были рады здесь быть. Рико попытался перенять их энтузиазм. — Эй. Рико вздрогнул от внезапной тяжести руки на своем плече. Тренер Нишимура нахмурился, на его лице отразилось беспокойство. Жан остановился рядом с ними, но Нишимура жестом велел ему выйти из автобуса. — Что такое? Я думал, ты будешь рад быть здесь, – рука тренера переместилась ко лбу Рико, а затем к его щеке – он проверял, нет ли лихорадки, понял Рико. — Ты не горячий. — Я не болен, – сказал Рико. Он был удивлен тем, насколько глухо прозвучал его голос, когда он это сказал. Нишимура внимательно посмотрел на него. — Что на самом деле произошло в декабре? Рико застыл. Раньше его никогда не читали так легко, но он знал, что за последние шесть месяцев жизни с Эбби он сильно изменился. Джон Нишимура знал его лучше, чем кто-либо другой. Он был первокурсником в тот год, когда Рико привезли в Гнездо. В течение пяти лет он наблюдал, как Рико растет и меняется. И они встретились вновь, когда Морияма два года назад присоединился к Диким Котам. Он знал Рико, и он знал Тецудзи. Рико закрыл глаза и сделал свой выбор. — Держите его подальше от меня, – мягко сказал Рико. Нишимура снова хлопнул Рико по плечу и успокаивающе сжал его. — Считай, сделано. — Вот так просто? — Вот так просто, – сказал Нишимура. — Послушай, Рико. Ты отличный игрок, я следил за твоим ростом задолго до того, как взял тебя в эту команду. Но последние шесть месяцев? Ты просто был сам не свой, – ты утратил много того огня, который я видел в тебе – но несмотря на это я видел, как ты стал по-настоящему процветать. Я знаю, каково это — быть в Гнезде. Я был там всего пять лет, и это были тяжелые пять лет – впоследствии присоединение к профессиональной команде было очень запутанным для меня. Я даже представить не могу, чтобы я рос там или двадцать лет находился в той обстановке. Я не знаю, что на самом деле произошло, и я не жду, что ты мне расскажешь, но я хочу, чтобы ты знал, что в случае чего я защищу тебя. Рико сначала не знал, что сказать. Это правда, что Нишимура сохранил некоторые нормы Воронов в своих тренировках, но худшие из них – бессонные ночи, безжалостные пихания, оскорбления, физическое насилие – в команде Диких котов не было. Нишимура действительно заботился о своих игроках – об их психическом и физическом здоровье, а также об их навыках и форме. И он никогда не показывал Рико никаких причин бояться или не доверять ему. — Спасибо, тренер, – выдавил Рико. — Ты сможешь играть? – мягко спросил Нишимура. Рико удивился. У него никогда не было варианта «не играть». — Пока я дышу, я смогу играть, – сказал Рико, и его голос, наконец, стал более ровным. Нишимура улыбнулся, но это была печальная улыбка. — Дай мне знать, если это изменится, – сказал он. — А теперь пойдем и надерем Сиренам задницу. – Когда Рико, наконец, вышел из автобуса Диких котов, Жан уже ждал его с сумкой с его снаряжением. — Что сказал тренер? – спросил Жан на тихом французском. — Он сказал, что защитит меня, – сказал Рико. — Ты думаешь… – заколебался Жан, — Мастер попытается что-нибудь сделать? Рико понадобилась минута, чтобы понять, что Жан опасается говорить его имя не из-за того, что они находятся близко к Тецудзи, а потому что их товарищи по команде могут подслушивать. — Он пытался добраться до нас после шоу Кэти. Здесь больше людей. Но он знает Эвермор так же хорошо, как и я, может, даже и лучше, потому что он сам разрабатывал планы этажей. Если он захочет добраться до нас, он найдет способ. — Но попробует ли? – снова спросил Жан. — Думаю, да, – ответил Рико. — Как думаешь, тренер точно сможет его остановить? — Может быть, – сказал Рико. — По крайней мере, попробует. — Думаю, этого должно быть достаточно, – сказал Жан. — Если вы двое закончили, – сказала Джордин со всей властью капитана Диких котов, — мы ещё раз пройдемся по нашей стратегии. — Прости, Джордин, – робко сказал Рико. — Что тут ещё повторять? – огрызнулся Жан. — Держать Гаррисона подальше от первой четверти, и не поддаваться Тее. Джордин протянула руку и ударила Жана по лбу, а затем сузила глаза, когда он засмеялся в ответ. — Только ты можешь быть таким мудаком, – сказала Джордин. — Не похоже, чтобы в прошлом году тебя это волновало, – сказал Жан. — Самое большое сожаление в моей жизни, – драматично сказала Джордин. — Напомни мне когда-нибудь познакомить тебя с моим младшим братом, – сказал Жан. — По сравнению с ним, мы – святые. — Пожалуй, откажусь, – сказала Джордин. — В раздевалку. Сейчас же. Дикие коты послушно последовали за Джордин в Эвермор, и Рико не упустил, что тренер Нишимура отстал, чтобы остановиться и поговорить с охраной. Он смотрел по сторонам, высматривая Тецудзи или Воронов, но они добрались до раздевалки, не встретив никого из них. Рико знал, что раздевалки сверху до низу черные – как он мог забыть? – но он не был готов к ощущению себя снова внутри них. Сейчас он проводил так много времени в окружении оранжево-белых Лис. Черный цвет удушал. — Дыши, – напомнил ему Жан. Рико посмотрел на него. Жан не трещал по швам, как он. — Как у тебя получается быть в порядке? – спросил Рико. — Наверное, потому что у меня есть ты, за кем нужно присматривать, – сказал Жан, нежно взъерошивая волосы Рико. Рико позволил Жану направить его к шкафчику, и они быстро переоделись, прежде чем Джордин смогла снова наехать на них. Тренер Нишимура снова присоединился к ним на командном собрании, и они тщательно продумали свою стратегию. Рико изо всех сил старался внимательно слушать, даже если он помнил все это как свои пять пальцев, но его отвлекли взгляды, которые Жан и Нишимура продолжали бросать на него. — Я полностью доверяю вам, – сказала Джордин в конце их встречи. — Что за команда? – крикнул Джайлз. — Дикие коты! – хором ответила команда. Со звоном Диких котов в ушах, выходя с поля, Рико чувствовал себя намного лучше, так что для него было шоком увидеть там ждущего Тецудзи. Рико даже не осознавал, что остановился, пока Джои не врезался в него. — Эй, Рико, ты чего остановился? – спросил Джои, положив руки ему на плечо. — Прости, – пробормотал Рико. — Рад вернуться, да? – спросил Джои. — Ой, смотри, твой дядя пришел поздороваться. — Д-да, – выдавил Рико. — Тренер Морияма, – приветствовал его Нишимура. Рико наблюдал, как Нишимура перекинул руку через плечо Тецудзи и пошел вместе с ним, решительно уводя его подальше. Для всех, кто знал Тецудзи, было понятно: он в гневе, но позволил себя увести. А потом Жан снова оказался рядом с Рико, стал физическим барьером между ним и Тецудзи. — У тренера все под контролем, – успокаивал его Жан. — Доверься ему и постарайся сконцентрироваться. Ты в первой четверти. — Рико! Жан! Рико не верил тому, кто сейчас шел ему навстречу. Он сходил с ума. Точно. Он 100% поехавший. Ему нужно было найти время, чтобы встретиться с Бетси, когда они несколько недель назад были в Южной Каролине. — Кевин. Нил. Вы не сказали, что собираетесь на игру, – сказал Жан. — Почему с вами Харуки? Рико моргнул. Может, он все-таки не совсем поехавший. Кевин держал на плечах маленького сына Ичиро, а Нил нес рюкзак Айко... — Рико, – поприветствовал его Кевин, подходя к нему. Рико понимал слова, которые он оставил недосказанными. «Ты выглядишь так, будто увидел привидение» — Мы прилетели сегодня утром, – объяснил Кевин. — Это была идея Ичиро. Последние несколько часов мы были с ним и Айко. Когда мы приехали сюда, Харуки захотел пойти с нами, а Айко все равно не очень хочет держать его близко к бизнес-клиентам, так что мы теперь няньки. — Рико-тан! Харуки наклонился вперед, протягивая руки к Рико. Тот рефлекторно потянулся к нему, прежде чем малыш успел свалиться с плеч Кевина. — Маленький Кайдзю, – пожаловался Кевин, хотя его тон был нежным. Харуки тут же прижал свои крошечные руки прямо к черным полосам под глазами Рико. — Макияж, – со знанием сказал Харуки. — Да, это помогает мне лучше видеть другую команду, – сказал Рико. Он не знал, почему объяснял это двухлетнему ребенку. Не похоже, чтобы Харуки понял. — Лучше видеть, – попугаем повторил Харуки. Может, Харуки умнее, чем считал Рико. — Что случилось? – спросил Кевин по-французски. Рико не удивился, Кевин заметил, что с ним что-то не так. Он знал Рико лучше всех. — Тец… о, Мастер, Гнездо, раздевалка… – сказал Рико, закрыв глаза и пытаясь не обращать внимания на недавно знакомое дрожание в груди, пытаясь вспомнить, как дышать. Тогда Кевин сократил расстояние между ними. Руки Кевина нашли руки Рико, лоб Кевина прижался ко лбу Рико. Харуки между ними был чем-то теплым и надёжным, за что Рико мог держаться. — Ты сильный и смелый. У Мастера больше нет власти над тобой. Это тоже твой стадион. Это твоя игра. Это твоя команда. Это твой момент, – выдохнул Кевин в пространство между ними. — Мы лучшие из всех. Не позволяй страху сдерживать тебя. — Сильный, – сказал Харуки. — Лучшие. — Oui, Харуки-чан, – сказал Кевин. Харуки снова прикоснулся к лицу Рико, а затем потянулся и дотронулся до своей щеки. — Харуки-тан видит лучше? — Ты тоже хочешь макияж, да? – спросил Кевин. — Ouiii, – хлопнул в ладоши Харуки. Он определенно умнее, чем считал его Рико. — Как думаешь, он говорит по-французски? – спросил Рико. — Говорит по-французски, – сказал Харуки. — Может быть, – с сомнением сказал Кевин. — Рико! Кевин! – позвал их тренер Нишимура. Рико и Кевин встретили его на скамейке. — Рад тебя видеть, Кевин, – сказал Нишимура, хлопая Кевина по спине. — Это кто? — Наш племянник, – ответил Рико. — Где… — Я сказал тренеру Морияме, что ему здесь не рады, – сказал Нишимура. — К-как он это воспринял? — Не особо хорошо, – с улыбкой признал Нишимура, — но он ничего не смог бы сделать, не устроив шоу, да? Рико уставился на него. — Время разминки, – сказал Нишимура. — Точно, – сказал Рико. — Хару-чан, Рико-тану нужно идти на работу. Ты можешь вернуться к Кевину? Харуки скривился. — Харуки хочет... — Макияж, да? – спросил Кевин. — Как у Рико? Давай. Мы сделаем его, пока будем ждать. Кевин протянул руки к Харуки, и, к счастью, Харуки ушел без дальнейших протестов. — Эй, Рико, – сказал Кевин, расплывшись в редкой улыбке. — Задай Тее жару от меня. — Конечно, – пообещал Рико.

Кевин

— С ним все будет в порядке, – прошептал Кевин, наблюдая, как Рико присоединяется к Диким котам на нескольких кругах вокруг поля. — Ты пытаешься убедить меня или себя? – спросил Нишимура. — Рико провел так много времени, беспокоясь за остальных из нас, что забыл беспокоиться о себе. С ним все будет в порядке, – более твердо сказал Кевин, — но это может занять некоторое время. — Он сказал мне, что пока он дышит, то сможет играть, – сказал Нишимура. — Мы не знаем, как по-другому, – сказал Кевин. — Стандарты Воронов ненормальные, – сказал Нишимура. — Я бы лучше увидел, как он отсидится и будет в безопасности, чем зайдет слишком далеко и выгорит. — За то, что вы его отстраните этой ночью, он вам точно спасибо не скажет, – предупредил его Кевин. — Знаю, – вздохнул Нишимура. — Я знаю. — Макияж? – спросил Харуки. — Я не забыл о тебе, Кайдзю, – сказал Кевин. — Кайдзю, да? – с усмешкой спросил Нишимура. — Мм, да, – сказал Кевин. — Похоже, что у Рико и Ичиро схожие склонности к прозвищам. — Да? — Рико дал нашему младшему брату прозвище «Гаки», когда мы были детьми. — Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь из вас так его называл, – удивился Нишимура. — Ну, обычно мы используем его только при обращении к нему. — Ке–бин, – заныл Харуки. Нишимура рассмеялся. — Тебе лучше пойти и позаботиться об этом человечке. — Хорошо, идём. Кевин отвел Харуки в раздевалку выездной команды. Дикие коты разбросали свое фиолетово-белое снаряжение по всей раздевалке, но этого было недостаточно, чтобы вытеснить черный цвет Воронов. Кевин ожидал этого, но это все равно чувствовалось как удар под дых. Даже Харуки казался немного настороженным. Кевин быстро пересек комнату и открыл шкафчик с номером один. К счастью, он точно знал, где в сумке Рико хранится антибликовый карандаш. — Ты хочешь полосы Диких Котов как у Рико? – спросил Кевин. — Как у Рико-тана, – согласился Харуки. Кевин усадил Харуки на скамейку и открыл колпачок карандаша. — Не двигайся, хорошо? Харуки сидел неподвижно. Кевин мало что знал о детях, но он начинал думать, что, может, Харуки не был похож на других детей. Сидели ли когда-нибудь двухлетние дети добровольно? — Готово, – сказал Кевин. Харуки протянул руку и похлопал Кевина по щеке. — Кебин тоже видит лучше. Кевин открыл рот, чтобы сказать «нет», но передумал. Это было нормально. Черные полосы на спортивных мероприятиях не выглядели слишком глупо, даже если он не играл. Он провел линию под левым глазом. — Нет! – жалобно сказал Харуки, и Кевин замер. Харуки схватился за карандаш. — Харуки-тан накрасит тебя. Кевин взглянул на выражение лица Харуки и неохотно передал ему карандаш. Он пожалеет об этом. — Еще одну здесь, – сказал Кевин, указывая на первую полосу. — Не двигайся, хорошо? – повторил Харуки. Кевин не двигался, насколько это возможно. Харуки прижал карандаш к его лицу, и Кевин понял, что линия, которую он нарисовал, зашла слишком далеко. Что ж, могло быть и хуже. — Теперь на другой стороне. На этот раз Харуки нарисовал на лице Кевина явно что-то зигзагообразное. — Э, Харуки-чан... Следующая линия прошлась по лбу Кевина. Кевин выпрямился, убирая свое лицо от досягаемости Харуки. Тот удивленно моргнул. Затем Кевин с ужасом наблюдал, как его нижняя губа задрожала. Кевин точно видел, как на его глазах наворачиваются слезы. — Хару... Харуки заглушил слова Кевина своим рыданием. — О, боже. Эм, Харуки, все хорошо. Эй. Кевин поднял Харуки и начал подбрасывать его вверх и вниз в слабой попытке утешить его, как Ичиро делал это в Диснейленде. Похоже, это не помогло. Дверь раздевалки с грохотом распахнулась, и Кевин был благодарен увидеть, что это был Нил… даже если он и влетел с недружелюбным взглядом и обнаженным ножом. — Боже! – сказал Кевин. — Убери это! Глаза Нила осматривали каждый дюйм раздевалки на предмет угроз. Когда он ничего не нашел, то опустил нож на несколько сантиметров. — Я слышал плач. — Он ребенок, – сказал Кевин. — Иногда они так делают. Нил оглядел Харуки и в конце концов Кевина. — Кев, что с твоим лицом? – спросил Нил, впервые заметив это. — Харуки, – категорично сказал Кевин. Нил начал смеяться, сначала медленно, а потом громко, почти истерично. — Боже, – прохрипел Нил. — Хару-чан, ты отлично поработал над полосами Кевина. Кевин хмыкнул, но плач Харуки сменился всхлипом. — Харуки накрасит Нила? Смех Нила внезапно оборвался. — Нил был бы рад, если бы ты сделал ему макияж, – сказал Кевин. — Иди сюда, Гаки. Нил наконец-то вложил свой клинок в ножны и спрятал его где-то под одеждой. Он послушно подошел и сел на скамейку рядом с Кевином и Харуки. — Не двигайся, хорошо? – сказал Харуки. — Хорошо, – согласился Нил. Харуки нарисовал что-то вроде буквы V на правой щеке Нила. — Отлично, – сказал Нил, поворачивая голову. — Теперь другая сторона. Слева Харуки провел удивительно прямую линию... от нижней части глаза Нила до его челюсти. — Ого, – сказал Нил. — Отличная работа. Спасибо. — Все готово? – спросил Харуки. — Да, теперь мы должны пойти показать это маме и папе, – сказал Нил. — Нет, не должны! – сказал Кевин по-французски. — Я ни на шаг не выйду из этой раздевалки. Ты видел, сколько там репортеров? К тому же, мы не можем вернуться в Восточную Башню вот так. Там… бизнесмены. — Тот, кто продержится со своими полосами дольше, выбирает меню на оставшуюся часть недели! — Что?! — Что для тебя дороже? Гордость или план питания? — Гордость? – сказал Харуки. — Твой дядя Кевин очень высокого мнения о себе, – сказал Нил. Прошли месяцы с тех пор, как Нил согласился есть все, что предложит Кевин. В январе они с Рико вернулись из той поездки в Райские сумерки, и внезапно Рико захотелось нарушить все их запреты на еду. Как только Рико предположил, что Нилу больше не нужен Кевин, чтобы контролировать его, Нил попробовал почти всё. — ...ты будешь есть все, что я захочу? – спросил Кевин. — Только если ты выиграешь. — Идёт. – Несмотря на то, что он согласился, Кевин был крайне смущен, когда они вышли в толпу. Пожалуйста, только бы не столкнуться с репортерами. Пожалуйста, только бы не столкнуться с репортерами. — Кевин Дэй! Грохочущий голос позади него послал электрический разряд по спине Кевина. Нет. Кевин обернулся почти в трансе, и не удосужился изобразить свою готовую к прессе улыбку. — Тецудзи Морияма, – холодно сказал Нил. — Натаниэль Веснински, – ответил Тецудзи. — Какой неприятный сюрприз, – сказал Нил, и Кевин услышал улыбку в его голосе. — Сюрприз! – сказал Харуки. Тецудзи сосредоточил внимание на Харуки, и Кевин сжал ребенка крепче. Он не думал, что Тецудзи будет пытаться что-нибудь сделать, но не мог быть уверенным. — Кевин, – сказал Нил, становясь между Кевином и Тецудзи. — Отнеси Харуки-чана к его отцу. — Я не оставлю вас двоих, чтобы вы поубивали друг друга, – сказал Кевин на яростном, хоть и шатком, французском. — Расслабься, – спокойно сказал Нил. — Никто не умрет. Кевин не расслабился. Он недостаточно доверял обоим из них, чтобы уйти. Но мог ли он остаться? — Убить? – спросил Харуки, — умереть? — Господи, он говорит по-французски, да? – сказал Кевин. Если Тецудзи не убьет их, это сделают Ичиро и Айко. — Харуки, – задумчиво сказал Тецудзи, и Кевину не понравилось выражение его глаз. Харуки склонил голову набок в явной задумчивости. — Кебин, кто это? – спросил Харуки на совершенно сносном французском. Боже. Кевин замер, наблюдая, как на лице Тецудзи отразилась сначала ненависть, а затем ярость. — Он ничто, Харуки-чан. И никто, – ответил за него Нил. — Тебе не нужно с ним разговаривать. — Ничто, – эхом отозвался Харуки. — Никто. Кевин ожидал, что Тецудзи закричит или нападет на них в открытую, но вместо этого он повернулся и исчез в толпе. Может, стадион, набитый зеваками, остановил его. Кевин сомневался, что это был Нил.

Нил

Нил проследил за силуэтом Тецудзи сквозь толпу, пока тот не исчез из его поля зрения. — Блять, – выдохнул Кевин. Нил повернулся, чтобы посмотреть на него. Кевин был бледен, и у него дрожали ноги. — Блять? – сказал Харуки. Кевин покраснел. — Пожалуйста, не говори это слово, – умолял Кевин. — Почему нет? – спросил Харуки. — Да, Кев, почему нет? – усмехнулся Нил. — Это нехорошее слово, – сказал Кевин, не обращая внимания на насмешку Нила. — Нехорошее слово? – сказал Харуки. — Oui, Харуки-чан, – сказал Кевин. — Давайте вернемся в Восточную башню, пока что-нибудь ещё не случилось. — Я же сказал тебе, Кев, ничего плохого не случится, – настаивал Нил, снова переключаясь на французский для большей приватности. — За нами следят по крайней мере трое охранников. — Что? – резко спросил Кевин. — Да, они стали немного нервными после того, как мы так много времени провели в раздевалке. — Ты говорил с ними? — Когда бы я поговорил с ними? Я все время был с тобой, – сказал Нил. — Ну, – поправил себя Нил. — Я пробежал круги с Дикими котами, пока вы с Рико занимались своими делами. Это должно быть было весело. В сравнении с Нилом Дикие коты такие же медлительные, как и Лисы, он хорошо провел время, бегая вокруг них кругами и выкрикивая веселые оскорбления. — Чт... – оборвал себя Кевин. — Тогда как ты узнал, что они нервничают? — Когда мы вышли, они делали резкие движения руками и шепотом кричали в наушники, – объяснил Нил. — Я никогда никого не вижу. — В этом и проблема. — Тогда как ты их видишь? — Я ищу их, – сказал Нил. Удивительно, но никто не заметил их на обратном пути в Восточную башню. На Кевине была выездная джерси, но, даже когда все фанаты были одеты в фиолетово-белое, даже это не заставляло их приглядываться. Может быть, это как-то связано с запасной джерси Рико на Ниле. Когда они, наконец, добрались до Восточной башни, Нил набрал новый код на панели лифта и они втроем поехали в конференц-зал, где раньше проводились частные уроки у четверых братьев. — Папа! Ичиро шел через комнату и разговаривал с мужчиной в английском костюме, но он ответил им нежным жестом «минуту» правой руки. — Папа! – настаивал Харуки. — Чотто Матте, – сказал Ичиро. — Подождите минуту. Он не повысил голос и не обернулся, чтобы посмотреть на них, но Харуки тут же успокоился. На другом конце комнаты Айко помахала им рукой от дверного проема, ведущего на балкон. Некоторые из деловых гостей Ичиро наблюдали, как Кевин и Нил направляются к ней. Нил обратил свою улыбку на того, кто открыто пялился на них. Рот мужчины удивленно приоткрылся, и он быстро отвернулся. — Что за страшное лицо? – спросила Айко, плотно закрывая за ними дверь. — Один из них пялился, – сказал Нил. Айко засмеялась. — Конечно, он пялился. Ты видел свое лицо? — Что не так с моим лицом? Прежде чем ответить, Айко расстегнула рюкзак, который все еще носил Нил. — Ты разрешил Харуки-чану сделать себе черные полосы? – спросила Айко. — А, – сказал Нил. — Да. Он настоял. Нил уже забыл об этом, отвлеченный стычкой с Тецудзи. Айко снова усмехнулась. — Это было мило с твоей стороны. Она вытащила влажную салфетку из сумки и вопросительно приподняла ее. Нил склонил голову в знак согласия, и она стерла за него макияж. — Так лучше, – решила Айко. — Вы трое хорошо провели время? Она обменяла Кевину пачку детских салфеток на Харуки. — Есть страшный человек, – сказал Харуки. Кевин приостановился в своих попытках оттереть линии со своего лица. — Кто такой страшный человек? – по-видимому невозмутимо спросила Айко. — Никто, – со знанием ответил Харуки. Айко посмотрела на Кевина и Нила в поисках объяснений. — На обратном пути мы столкнулись с Тецудзи, – сказал Нил. — Это… досадно, – решила Айко. — Все было хорошо, – сказал Нил. — Он ничего не смог сделать. — Мне не понравилось, как он посмотрел на Харуки, – сказал Кевин. — Как? – спросила Айко. — С чистым отвращением. — О. Я думал, он посмотрел так на нас, – сказал Нил. — Может и так, – мрачно сказал Кевин, но не выглядел убежденным. — Что ж, позже посмотрим, что думает И-чан, – сказала Айко. — Хару-чан, тебе нужно переодеться? Харуки скривился и отвернулся от Айко. — Нет. — Ты что, говоришь неправду? – спросила Айко. Харуки заныл от явного раздражения, но не ответил. — Это нехорошо, – сообщила ему Айко. Ее тон был мягким, но по рукам Нила по-прежнему пробегали мурашки. Он старался не думать о том, что его родители сделали бы с ним, если бы поймали его на лжи. — Блять, – заявил Харуки. — Прости, что? — Нехорошее слово, – сообщил ей Харуки. Нил замер. Кевин зарыл голову в руки. — Мне очень жаль, – простонал он. Рот Айко приоткрылся, что удивило Нила, но затем она улыбнулась Кевину. — Не волнуйся об этом, Кевин, – сказала Айко. — Он умный мальчик. Он все равно услышал бы это в следующем месяце, когда мы навестим мою семью в Монреале. У моего брата Бена огромный грязный рот. — О... Эм, ну, мы также могли не специально научить его некоторым... нежелательным французским словам, – признался Кевин, глядя на нее сквозь пальцы. — Всё нормально. Я не просила вас сдерживать себя. Хотя, для справки в будущем, мы действительно стараемся говорить и на французском и на японском с ним дома, – сказала Айко. — Нил, ты в порядке? — Я в порядке, – на автомате сказал Нил. Айко была спокойной и доброй, но Нил все еще не мог избавиться от тревожного ощущения, что его вот-вот за что-то накажут. Он думал, что был очень осторожен и это не отразилось на его лице, но, возможно, он терял хватку. — Просто ты выглядишь каким-то отстраненным, – сказала Айко. — Я просто... думал о своем детстве, – тихо сказал Нил. Он не знал, что именно в Айко заставило его сказать ей правду. Обычно он не был уязвим перед людьми, которые могли использовать это против него. Будет ли она использовать это против него? Нил не очень хорошо ее знал. — Нечего бояться, когда ты со мной, – сказала Айко, но Нила это не успокоило. — Хочешь увидеть трюк? Нил ошеломленно кивнул. Что он собирался делать, сказать «нет»? — Харуки-чан, могу я сейчас сменить тебе подгузник, или ты устроишь истерику? – спросила Айко. — Устрою истерику! – возмущенно сказал Харуки. Нил затаил дыхание. — Это очень плохо, – сказала Айко. — Я бы не хотела, чтобы у тебя появилась сыпь. — Не надо сыпь, – заныл Харуки. — Ну, тогда, думаю, нам лучше сменить подгузники, верно? — …хорошо, – неохотно согласился Харуки. Харуки не устроил истерику. — Готово. Молодец! – похвалила его Айко. Она посмотрела на Нила и улыбнулась. — Споры с ребенком не так уж и отличаются от твоего таланта переговоров, разве нет? — Конечно, у вас это выглядит легко, – признал Нил. Айко засмеялась. — Подожди, пока он не устанет или проголодается, – сказала она, — тогда сделкам конец. — Кстати, – сказал Кевин, — я выиграл. Нил застонал. — Я надеялся, что ты забыл об этом. — Ты сам виноват. — Да, но я никогда не говорил, что буду жаловаться. Айко переводила взгляд с одного на другого, но была слишком вежлива, чтобы спросить. Кевин все равно сжалился над ней. — Нил подумал, что я первым сотру макияж, и сказал, что тот, кто продержится с ним дольше, на неделю выбирает меню другого, – объяснил Кевин. — Нет, я сказал меню, что для нас обоих. Мы едим то же самое, – поправил его Нил. — Таким образом, ты не сможешь издеваться надо мной, не нарушив своё сбалансированное питание. — Как то, что я заставлял тебя есть овощи, считается издевательством? — Помнишь, когда мы были детьми, и ты злился на меня? Ты давал мне две порции овощей на обед и отказывал мне даже в кусочке фрукта, – сказал Нил. — Это практически пытка! — Ты драматизируешь, – сказал Кевин. — Просто признай, что ты делал это из злости, а не из-за моей диеты. — Хорошо. Я делал это из злости, – согласился Кевин. — И ты так легко согласился. — Я и не пытался это скрыть. Это была детская злоба, и это был самый простой способ отомстить тебе за что-нибудь. — И это мой собственный брат. — Ты делал мне хуже, – сказал Кевин. — Что я могу сказать? – спросил Нил. — Я в душе провокатор. — К счастью для меня, иначе тебя бы здесь не было, чтобы помочь мне с этой деловой сделкой, – сказал Ичиро, закрывая за собой дверь. — И-чан, – тепло приветствовала его Айко. Харуки изучал лицо Ичиро и больше не звал его как раньше. Ичиро не сменил своего делового лица, но подозвал Харуки. Мальчик сделал несколько шагов, пока Ичиро не подошел достаточно близко, чтобы взъерошить его волосы. — Сегодня ты хорошо поработал, следуя указаниям. Я горжусь тобой, – сказал Ичиро. — Мне все еще нужно работать, но я обещаю, что мы поиграем позже. — Hai, – сказал Харуки. Харуки протянул свою ручку, и слабая улыбка прошлась по губам Ичиро, прежде чем он полез в карман своего пиджака и вытащил крошечную игрушечную машинку. — Я вижу, тебе нужна награда, – сказал Ичиро. — Да, пожалуйста, – вежливо сказал Харуки, хотя теперь, когда рассматриваемая награда была видна, он подпрыгивал на носочках. Ичиро не заставлял его ждать, а положил машинку в ожидающую ладонь Харуки. — Что нужно сказать? – подсказала Айко. — Спасибо, – произнес Харуки, несмотря на свое новое отвлечение. — Ты... подкупил его? – спросил Кевин. — Что-то в этом роде, – сказал Ичиро. — Он еще немного мал, чтобы понимать все, поэтому мы вознаграждаем его, когда он хорошо себя ведет перед... бизнес-клиентами. Ну, в основном, перед моим отцом. Он впервые был на мероприятии такого рода. — А что, если бы он не вел себя хорошо? – спросил Нил, прежде чем передумал. — Тогда Айко отвела бы его в другую комнату, – сказал Ичиро. По коже Нила пробежали мурашки, когда Ичиро изучил выражение его лица. Он толкнул свое беспокойство вниз, вниз, туда, где оно не могло до него дотянуться. Ичиро поднял руку и поправил волосы Нила. — Я убью твоего отца, – мягко сказал Ичиро. Нил выдохнул, задерживая дыхание: — Разве это не будет неудобством? — Думаю, империи нужна свежая кровь, не так ли? – спросил Ичиро. — Думаю, хватит разговоров об убийстве и крови, – сказала Айко, пристально глядя на Харуки. — В любом случае времени для этого хватит, – согласился Ичиро. — Нил, я хотел бы, чтобы ты проводил меня внутрь. Я смогу воспользоваться твоим опытом с Лоуренсом. — Кто он? – спросил Нил. — Не тот, за кого себя выдает. — В дальнем левом углу комнаты, рядом с суровым? — Наблюдательный, – сказал Ичиро. — Он не мог оторвать глаз от нас, когда мы пересекали комнату. Глаза Ичиро сузились. — Хм, у тебя еще больше причин помочь. — Я помогаю или наблюдаю? – спросил Нил. — Возможно и то, и другое, – сказал Ичиро. Нил принял это. — После тебя. В следующей главе~ Хорошо, так что все, что я упустил/а в этой главы, вероятно, это то, что Ичиро и Нил посредничают в сделке, матч экси и семейный ужин после. Также да, они играют против команды Теи, и, надеюсь, после матча она согласится, чтобы Кевин приехал навестить ее.