Часть 2.
25 сентября 2021 г., 18:53
Она смеялась.
Громко, заливисто и рассыпчато, юбка слегка задралась, руки и губы — Боже — были перепачканы малиной, но ей, похоже, было всё равно.
Впервые за этот год.
Это был последний день перед каникулами, ученики вывалились на лужайку возле озера; 9 и 11 классы — чертовы экзамены— но Козуме— её Козуме— улыбалась, кажется, впервые за эти несколько месяцев.
Экзамены выпили её до капли, но теперь, развалившись вместе с друзьями на зелёном ковре, она, как оказалось, стала распустившимся цветком, за которым ухаживает самый лучший садовник.
Иви вздохнула и улеглась на траву — облака казались пышными, мягкими и напоминали сахарную вату, они плыли по голубому океану небес, и она повернула голову, думая, что снова увидит Кенму.
Ей нравилось наблюдать за ней.
А она не замечала.
Ну, или делала вид, что не замечает.
— 10 класс будет самым лучшим, — рядом с Иви упал Миллфорд, И Отто одобрительно хмыкнул, бросая свою сумку рядом.
— Это уже другой уровень, Миллфорд, — Кенма мягко опустилась возле Иви — достаточно близко, как отметила она про себя, когда увидела под юбкой больше, чем ожидала, — Иви, например, безвылазно сидела в библиотеке.
Заметила всё-таки.
Если быть честной, она искала в старых в книгах помощь в разработке зелий и товаров для её магазина, но говорить об этом не хотелось — как и о том, что она выбирала тот угол, из которого отлично было видно Козуме и — как она предполагала — не видно её.
— Не бойся, Милф, — вальяжно ответила Иви, устроив руки за головой. — Если что, у тебя всегда есть Кенма.
В отличие от меня, конечно.
Козуме, похоже, совершенно не хотелось спорить — она только улыбнулась, пожав плечами, — и хотела было уже ложиться рядом, как Иви, мысленно проклиная свой язык, который всегда говорил то, что хотел, выдала:
— Я буду мягче травы, Кен-кен, — она бросила на неё подозрительный взгляд , и ей до жути захотелось, чтобы она всегда смотрела только на неё, — и я, конечно же, не кусаюсь. Можешь у Миллфорда спросить, он подтвердит.
Её легкий смех колокольчиками подхватил ветер, забирая себе эту музыку, и Кенма опустилась на траву, положив голову ей на грудь.
Она наверняка слышала, как бешено бьётся её сердце.
Отто и Миллфорд спорили о том, кто победит в этих сезонных матчах — Иви видела тяжелый взгляд брата, которым тот скользнул по ним, — но она только блаженно улыбнулась, продолжая наблюдать за облаками.
Волосы Кенмы щекотали её шею и руку, и она подумала, что облака, наверно, такие же мягкие и пушистые, как и её волосы.
От неё сладко пахло, и Иви, увидев сок ягоды на её пальцах, шепнула:
— Не поделишься малиной, Кен-кен?
— Больше не осталось.
— Так ты что, не думала обо мне?
Она знает, что Кенма покраснела. Знает, что краска залила её скулы и глаза странно засияли.
Она знала, поэтому мазнула губами по её макушке, вдыхая запах ванили.
Мёда.
И малины.
