Я люблю детей, но...

      — Я пошёл. Не опоздай на работу. Чифую целует Казутору, который безуспешно пытался остаться во сне, в лоб. И взяв рюкзак, лежавший уже в прихожей, уходит, захлопнув за собой дверь с такой силой, что если Ханемия снова задремал, то этот хлопок разбудит его окончательно.       Сегодняшнее утро на удивление достаточно тёплое и безоблачное, но зонт всё равно лежит в рюкзаке так, на всякий случай. Дорога предстоит долгая, поэтому вместе с зонтом Мацуно прихватил новый том манги, до которого руки не доходили в последнее время.       Первую четверть пути парень проводит погрузившись в событиях в манге, но в какой-то момент он понял, что потерял смысл того, о чём рассуждают персонажи. С каждой пройденной станцией, в голове зарождались тревожные мысли. Появлялось желание позвонить Казуторе, поговорить о чём-нибудь ином, отвлечься, слушая родной голос. Но он одёргивает себя, когда уже держит телефон в руках, твердя мысленно: «Казутора на работе! И обеденный перерыв у него не скоро». Мацуно поворачивает голову к окну, но в скоре отворачивается, не найдя ничего интересного в множестве одинаковых высотных домов.       По вагону проходит парень с двумя детьми; маленьким мальчиком на руках и девочкой, идущая позади и держа - скорее всего- старшего брата, для отца он слишком юн, за руку. Чифую задерживает взгляд на сидящем на руках ребёнке. Он сопит, держа в кулачке длинную прядь волос парня. На вид мальчику не больше года, девочке же около семи. Чифую улыбается и девочка, проходящая мимо него, заметив это, тоже улыбается.       Парень с детьми проходит дальше, ища свободное место, а Мацуно остаётся с осознанием того, что уже сегодня вечером и до самого конца, у него и Казуторы дома будет такой же улыбающийся ребёнок, вероятно чуть помладше, которое вызывает непонятное чувство.       Трёхэтажное здание окружено высоким забором, за которым видно, как играют подростки. До обеда есть ещё много времени и, видимо, им разрешили поиграть на улице в хорошую погоду. На внушительной калитке висит табличка с адресом, по которому приехал Чифую.       Казуторе, как выяснилось, скучающему в зоомагазине, парень уже отписался, что добрался до места, но домой вернётся не скоро. Тот поворчал в голосовые сообщения, рассказывая о том, что думал, что Мацуно, после своих дел зайдёт в магазин, составит ему и Эцуко компанию до конца рабочего дня. Но удачи всё же пожелал и добавил, что на ужин желает пасту, а на десерт банановый пирог.       Чифую открывает калитку и заходит. Дети останавливаются, внимательно, с блеском в глазах у некоторых, смотря на нового взрослого. Чифую поднимается на крыльцо по каменным ступенькам, где в открытых дверях его встречает приятно одетая женщина.       — Там сидит Кайоши.— женщина показывает пальцем с аккуратным ноготком в угол комнаты. На красном пуфике сидит мальчик, держа в руках игрушки в виде животных. Он сползает с пуфика, сажая на своё место игрушки и улыбаясь им.— Вы упоминали, что ищете ребёнка дошкольного возраста? — Да. Сколько Кайоши лет?— Мацуно наблюдает за ним и детьми, к которым он присоединился в какой-то игре. — Всего четыре года.— отвечает женщина.— Спокойный мальчик, но иногда может быть чересчур любопытным. — Я могу поговорить с ним? — Конечно!       — Вы будете в одиночку ростить Кайоши?— женщина складывала последние документы в папку. — У меня есть друг, который по возможности будет помогать.— Чифую надел рюкзак на одно плечо. — Бойфренд? — Не совсем.— парень неуверенно улыбается. — На самом деле это не важно, просто не все мамочки, особенно такие молодые, как Вы, справляются в одиночку. Бывало, детей возвращали. Чифую проглатывает с неким усилием ком в горле. Они вдвоём выходят из комнаты. Здесь детям не разрешено бегать, только сотрудникам детского дома. Рабочие же почти не издают звука при ходьбе, от этого коридор кажется до жути тихим. В конце коридора с бордовыми обоями, стоит Кайоши с ещё одной женщиной - работницей, которая помогала ему собрать вещи. Небольшая толпа детей наблюдает со стороны, видимо, друзья Кайоши.       Чифую и Кайоши осторожно спускаются со ступенек. Мацуно останавливается у калитки и оборачивается на сына, идущего следом. Тот несколько раз оборачивается на здание, являющиеся его домом до этого дня. Смотрит по сторонам: на газон, что-то похожее на беседку, кусты, с цветами и ягодами.       Подойдя к Чифую, мальчик тянет руку к ладони старшего, но одёргивает себя и поднимает голову вверх. Хлопая ресницами, он смотрит в глаза, такого же цвета как драгоценный камень, название которого Кайоши не может запомнить.       Мацуно сам берёт маленькую ладонь в свою. Непривычно, что чужая - человеческая - рука такая маленькая, но к этому можно быстро привыкнуть. Опустив взгляд на мальчика, Чифую произносит: — Ты любишь бананы? Пробовал пирог из них? — Люблю.— быстро отвечает Кайоши.— А пирог вкусный? — Уверен, он тебе понравится.— он улыбается.       В поезде и дальше, до самой квартиры, Кайоши держал Чифую то за руку, то за рукав или развязанный пояс пальто.       В квартире парень наконец выдохнул с облегчением. Понятно было, что необходимых вещей для Кайоши будет не мало. И не смотря на усталость, Мацуно искренне рад, смотря на своего мальчика, который осторожно осматривает все комнаты, перед этим спрашивая старшего раз за разом.       — Эта комната твоя.— Чифую ставит сумку с личными вещами Кайоши во вторую спальню.— Хочешь сейчас разобрать вещи или отдохнёшь, смотря мультики? — Я разберу вещи.— мальчик расстегнул «молнию» на сумке. — Давай помогу тебе?— Мацуно сел на корточки. — А ты не устал?— Мацуно покачал головой и улыбнулся, радуясь, что к нему Кайоши обратился на «ты». Значит беседа в поезде не прошла зря (как бы грубо это не звучало).— Тогда помоги, пожалуйста.       За оком горели высокие фонари и мальчик не мог оторваться от них взгляд. «Как мотылёк тянется на свет»— думает Чифую, время от времени заглядывая с кухни в гостиную, в которой стоял мальчик у окна, выключив свет. — Не проголодался? — Неа.— мальчик сразу оборачивается.— Я могу помочь с готовкой? — Конечно, но ты не устал? Или всегда такой бодренький? Кайоши пожал плечами и закатал рукава чёрной кофточки, как его учили. — Поможешь тогда с пирогом, а пасту я сам приготовлю.       Щёлчки в замочной скважине и хлопанье тяжелой дверью отвлекли Кайоши от мультика про животных. Он вышел в прихожую, будучи незамеченным Чифую. У двери, уже без обуви, стоял парень. Куртка из его рук упала на пол, но он быстро поднял её. — Папа? — Что?...— выдавил из себя удивлённый Казутора. — С возвращением.— к ним подошёл Мацуно.— И, Кайоши, это...не «папа», а Казутора, я говорил тебе о нём.— он наклонился к ребёнку.— Я позову тебя, когда ужин будет готов, а пока досмотри мультик, хорошо? Кайоши кивнул. Он ушёл в гостиную, несколько раз обернувшись на парней, стоящих в неловкой тишине.       Повесив куртку, Ханемия прошёл мимо гостиной на кухню, попутно закуривая. Чифую не остаётся ничего, кроме как последовать за ним. Длинноволосый облокачивается поясницей об стол, а младший встаёт у плиты, возвращаясь к готовке. — Кто это?— негромко спрашивает Казутора после долгого молчания. — С сегодняшнего дня Кайоши - мой сын. — Я догадывался, что беременеть ты не собираешься и возьмёшь ребёнка из приюта. Но не так скоро?...— старший кидает окурок в мусорное ведро, метко попадая. — Я давно всё решил. Казутора лишь кивнул в знак понимания. Подходящий слов он не может найти. За стенкой, в гостиной, всё так же играл мультик, что так непривычно для обоих парней. — Кстати, что значит его «папа»? Мацуно поворачивает голову, смотря на старшего через плечо, и поймав его взгляд, отворачивается. — Кайоши маленький и, наверное, решил, что если я его мама, то человек, живущий со мной, - его папа.— Чифую ставит тарелки на стол.— Официально у него один родитель, и это я.       Чифую сделал, как хотел Ханемия: паста, пирог. И было понятно, что он старался, готовя. «Приятный вечер, вкусная еда и...ребёнок.»— сделал заключение Казутора, смотря в карие глаза, которые наблюдают за ним почти весь ужин. Даже после полноценного знакомства, в голове всё складывалось с прежним трудом. Этот маленький ребёнок, который только в садик ходит, чересчур сильно меняет их жизнь.       — Посидите вместе пока я убираюсь?— Чифую внимательно смотрит на старшего парня, будто пытаясь выловить что-то в его глазах. — Окей. Пошли, Кайоши. Они встают из-за стола и уходят в спальню.       Сидя в тишине, мальчик качает ногами, свисающие с кровати. Ханемия следит за ним, теребя пальцами одной руки край длинной рубашки, которую так и не переодел в что-то домашнее. Вглядываясь в лицо мальчика, у старшего в какой-то момент сводит сердце в мимолётной боли. Ни что и ни кто ему так не напоминал Баджи, как этот ребёнок. «Какого чёрта он так похож?...» — Кто Вы маме Чифую? Парень медленно поднимает глаза на потолок. Вопрос заставляет Казутору задуматься. — Не знаю.— честно отвечает старший.— Нас не связывают серьёзные отношения, но без его мне чертовски тяжело.— Казутора бы сказал немного иначе, но матерится при ребёнке Чифую не позволит. Кайоши пробормотал «понятно» и оглянувшись, заметил в углу комнаты комод, а на нём рамки с фотографиями. Он осторожно слез с высокой кровати и подошёл к комоду.       На одной небольшой фотографии стоит Казутора, обнимая одной рукой парня с чёрными, волнистыми волосами. Они широко улыбаются, пока за их спинами проезжают машины. Белые курти, в которые одеты парни, немного отражают вспышку камеры, из-за чего они выглядят так, будто светятся. — Кто это?— Кайоши дотронулся пальчиком до рамки со стороны незнакомца. Ханемия разворачивается лицом к комоду, не вставая с кровати. — Это Баджи. Он был моим другом и парнем Чифую. Казутора встречается взглядом с Кайоши, но тот вскоре отворачивается и "переходит" к другой фотографии.       Так они просмотрели все снимки, стоящие на комоде. Точнее, Кайоши рассматривал моменты, запечатлённые камерой, что-то спрашивал, а старший отвечал на всякие вопросы, рассказывал о людях и истории с ними.       Закончив с посудой, Мацуно зашёл в спальню, в которую ушёл Ханемия с ребёнком. Они молча валялись на кровати. — Вы заснули что ли?— Чифую подходит ближе к кровати и дотрагивается кончиками пальцев до Казуторы. — Кайоши вроде да.— парень открывает глаза и зевает, прикрыв рот. Лежавший рядом мальчик, перевернувшись на спину, потягивается. Он трёт глаза и что-то мямлит, что умиляет старших. — Пойдём я тебя уложу спать.— Чифую помогает Кайоши встать на ноги.       Возвращается Мацуно один, на ходу снимая с себя верхнюю одежду. Остановившись у кровати, он наклоняется к лицу Казуторы. Старший несколько раз моргает и прикладывает руку к чужому лбу, убирая чёрную чёлку. — Я люблю тебя.— шепчет Чифую.