Тишина мне ненавистна

— Итак, — покрутив одно из колец (новое, у которого должно появиться значение, но навряд ли), заговорил я, когда мы вышли из здания, — мы женаты.       Женщина просто кивнула, а после рассмотрела своё колечко, что висело на верёвочке на тонкой шее, так, будто впервые его видела. Будто это не она сказала ювелиру показать что-нибудь попроще, а потом не заплатила за это. Будто выйти замуж за человека, которого брюнетка встретила несколько часов назад (не впервые, у нас ребёнок (по пути Ходячий Мертвец рассказала, как её заставили искать отца, как она взломала мою квартиру и, в итоге, закончила повесть тем, что предложила показать документы; я же сказал, что позже)), нормально, если это то, чего хотел её брат… хотя конкретно этого мужчина не говорил.       Ну, видимо у Леди с этим нет проблем. Я часто живу так, как если бы день был для меня последним (опустим то, что в большинстве случаев это оно и есть), так что ничего против не имею. — И что теперь, красотка?       Она достала из кармана какую-то мелкую книжку с однотонной обложкой и нахмурившись что-то прочитала. Ежедневник? Быстро взглянула на наручные часы со старым кожаным ремешком. Воу, кто-то серьёзно может так быстро определять время по стрелкам? Я поражён… и теперь уважаю особу передо мной ещё сильнее. — Зайдём в мою, нашу, квартиру. Мне нужно переодеться, через два часа назначена встреча, — Помощник в который раз внимательно на меня посмотрела. — Ты же можешь познакомится с ребёнком. — Круто, — согласился я, хоть и сомневался, что у меня была возможность отказаться. — Буду рад встрече с Элли. — Хм, — и снова этот взгляд, — ты кажешься слишком уверенным… Нравятся дети? — В самом невинном смысле, красотка, — легко ответил я. — Всегда любил присматривать за младшими. — Насколько мне известно, родственников у тебя нет, — своим обычным — немного хриплым, ровным и бесцветным — голосом проговорила Инк, — тогда получается… Заботился о младших детях в детском доме? — Так точно, мэм, — усмехнулся я, шутливо отдав честь. — В том ужасном месте это было единственное развлечение, которое мне подходило, — я снова покрутил кольцо, после взглянул на начинающие темнеть небо и состроил улыбку, посмотрев на свою жену (никогда не думал, что такая когда-нибудь появится). — Понимаешь ли, очень не хотел стать похожим на тех безвольных ребят, которые только и делали, что следовали расписанию, — я рассматривал её серую радужку, прошептав. — Ни капли жизни в их пустых глазах.       Брюнетка кивнула головой и оставшийся путь до квартиры прошёл в тишине. Я праздно разглядывал места, которые мы проходили, вспоминая названия улиц и какие именно сделки были заключены в тех или иных… тёмных, мрачных, таких клишированных переулках. Да, мне определённо свойственно драматизировать. Но чего только не сделаешь ради шоу?       Если взглянуть на право, можно увидеть стандартный темный переулок, в котором меня чуть не зарезали (ну, ошибся я с цветом, взял не чёрный, а жёлтый, подумаешь… тем более, клиент такого никогда не уточнял, так зачем было психовать-то?) После того случая пришлось простить долг одному подпольному врачу и на теле остался не самый красивый шрам. Но я остался жив и это прекрасно.       А вот если посмотреть налево можно рассмотреть плохо освещённое место, где была заключена моя первая сделка (и там же я врезал женщине, которая отказывалась платить «никчёмному подростку, что не несёт угрозы»). В принципе, никаких приятных воспоминаний у меня о… работе нет. Разве что моменты, когда деньги оказывались у меня в руках, но тогда нужно было либо их поскорее потратить, либо спрятать в самое известное лишь одному мне защищённое место. Ладно, в целом, мою жизнь можно было бы назвать безрадостной. Но большую часть времени я просто притворяюсь, так что… В большей степени, мне всё равно, пока я жив и у меня есть деньги. Но теперь… появился ребёнок.       Когда мы уже подходили к нужному зданию, которое находилось (очевидно) на территории Кошмара, я спросил: — Ты говорила, что ей два года и… неужели, ты оставила малышку одну в пустой, опасной квартире? — Если бы я хотела, чтобы ребёнок был мёртв, то явно бы сделала это сама, — вздохнула женщина. — Брат приказал, следить, воспитывать и защищать наследницу, так что… у неё есть няня. — Хм, ясно.       Когда мы поднимались на лифте на одиннадцатый этаж, я поинтересовался: — Найтмер — «брат», но Дрим — «мисс Сон», да? Она тебе чем-то не нравится? — слегка раскачиваясь на носках, проговорил я, рассматривая слишком красные кеды. — Ты просто ещё с ней не встречался. — А когда это произойдёт? — Взглянув на свою спутницу, задал я вопрос. — Точно не знаю. Но в этом месяце, — слегка пожав плечами, ответила женщина, смотря прямо перед собой на не самую цензурную надпись из всех возможных. Было видно, что рисунок был сделан недавно, и запах краски это лишь подтверждал. — Ладно, — согласился я, выходя из лифта. Подождав, пока Леди дойдёт до нужной двери, поинтересовался. — Я был бы мёртв, если бы не приказ Кошмара, да? — Скорее всего, — проговорила Инк, нажимая на дверной звонок и… не отпуская. Дверь открылась секунд через пятнадцать. — Привет? — взглянув на меня, поздоровался парень с кудрявыми светлыми волосами. — Знакомьтесь. Блуберри Свап, няня ребёнка, — брюнетка махнула рукой на блондина, когда вошла в квартиру. — Фреш Цельте-Сон, мой муж, отец ребёнка, — и после указала на меня, уходя в какую-то комнату. — Свап? Блуберри? Неужто, младший брат судьи? — Ох, да, — смущённо ответили мне. — Этот парень много о тебе рассказывал, — усмехнулся я, а в следующие мгновение хлопнул в ладоши. — Итак, мне обещали знакомство с дочерью. — Она там, — рассеянно махнул человек рукой на светлую дверь и поправил ворот голубой рубашки. Кого-то явно не предупредили… — Понял, — подходя к двери, ответил я.       После не слишком резко открыл её, на меня сразу посмотрела пара серых глаз. У малышки были светлые кудрявые волосы, маленький нос, маленький рот, малень-       Так, ладно, это ребёнок. Ей два года. Естественно, что она вся маленькая. На крохе была широкая футболка серого цвета и чёрные шорты, с голубыми носками. Её пальцы (и немного правое предплечье) были в краске. Перед девчонкой на низком деревянном столике был лист бумаги, а на краю ещё стопка. На верхнем, как я понял, была рыжая кошка со странными глаза и, кажется, у животного отсутствовал нос. На том, над которым работала малышка до того, как ей помешали, было красное солнце и голубое небо.       Так же как я рассматривал её, она разглядывала меня. Это длилось минуты две. После ребёнок разорвал тишину своим звонким голосом, спросив: — Няня? — и взглянув на Свапа с серьёзным личиком. — Да? — растерялся поначалу парень. Это выглядело несколько комично. — Ох, точно. Элли, знакомься… это… — Фреш, — представился я. — Муж Инк и твой отец, — а после слегка улыбнулся. На лице крохи теперь было замешательство. — Но… Мама говолила, что у неё нет мужа. А у меня оца.       На это заявление лишь пожал плечами. — Все ошибаются. Тем более, что… — я обвёл комнату взглядом, пока подбирал слова. Помещение ни большое, ни маленькое. Стены покрашены в бледно-голубой и завешены кривыми рисунками, на полу жёлтый ковёр. На нём деревянный столик и стул. Есть небольшой книжный шкаф. Решил перевести тему. — Тебе нравится рисовать, да? — Да! — тут же воскликнула Элли. — Няня говолит, что это полезно для моего раз… раз… — Развития, — любезно подсказал Свап. Девчонка активно закивала и продолжила болтать, не держась за одну тему дольше двух минут. Кто знал, что у такого нелюдимого человека, как Ходячий Мертвец, может быть такая болтливая дочь? Наверняка влияние Блуберри. Как бы неловко он не выглядел в моём присутствии, на каждой встрече с судьёй, мужчина рассказывал об общительности младшего брата.       Через минут пятнадцать в комнату входит Инк, разговаривая по телефону. Все замолкают. — Так что тебе было нужно?.. — женщина коротко смотрит сначала на дочь, потом на меня и Свапа, в конце концов, останавливаясь на рисунке с красным солнцем. — Подвезти? Куда?.. — Леди подходит к столику, приседает, берёт лист и… отворачивает голову, после закатывая глаза, видимо на слова собеседника. В итоге, кивает девчонке и убирает рисунок в стопку и встаёт. — А, ты об этом. Да. Подвезти, — и сбрасывает вызов. Осматривает комнату и обращается ко мне. — Через полчаса выходим. У меня встреча. — Ты упоминала что-то такое, — отвечаю я. — Ещё говорила, что нужно переодеться. — Точно, — кивает Помощник. — Познакомился? — Да. Прекрасная маленькая… — секунда на раздумия: говорить или нет? — Леди.       Инк мрачно усмехается, прекрасно понимая мою заминку. Свап слегка вздрагивает, ведь знает, почему у Помощника появилось это прозвище. Ходячий Мертвец выполняет любые приказы Кошмара, какими бы аморальными они не были. Некоторые рассказывали, что она говорила о том, что ей поручили, снимая перчатки, перед тем, как приступить, собственно, к работе. Как убийца, брюнетка была вежлива и безупречна. Назвали бы Джентльмен, да один мафиози уже занял кличку. Итак, Леди. Официальное прозвище у женщины, вообще-то, Помощник. Опять же, за исполнительность и собачью верность. Ходячий Мертвец… ну, как я понял, тут всё начинается и заканчивается внешностью. Бледная кожа, мёртвый взгляд и, в принципе, вид говорящий: «Не подходи, убьёт». Ладно, я не совсем понимаю, за что её так прозвали. В Карле есть и более подходящие для этого имени люди. — Ладно, у тебя ведь есть еда. Погони, знаешь ли, выматывают и пробуждают аппетит.       Инк взглянула на Блуберри. — На кухне есть фрукты. Я собирался скоро пойти в магазин. — Отлично. Где?       Брюнетка развернулась и вышла из комнаты, я последовал за ней. Когда мы оказались в светлом (сером) помещении с печкой, несколькими молочными шкафчиками, металлической раковиной, столом со скатертью и стульями, Сон достала из кармана пачку и вскоре, одним отработанным движением подожгла сигарету, открывая пластиковое окно. Я же взял из стоящей на столе тарелки яблоки и начал есть.       Она курила, смотря в окно, явно не заинтересованная в разговоре и не имеющая с этим никаких проблем. Выстукивал по дереву какую-то мелодию. Наверняка ритм был более бодрым, но… я старался выискать в памяти верный путь. Ещё раз оглядываю кухню. Увы и ах, ничего не изменилось. Скучно. Может, брюнетка и нашла что-то интересное на улице, но я-то нет. — Свап? — поинтересовался всё-таки я, отложив огрызок яблока в сторону и слегка приподняв бровь. — Действительно? Как так? — Я тогда болтала с судьёй и рыжий сказал, что его младший брат нуждается в деньгах, а от него принимать не хочет, — Инк усмехнулась, выдыхая едкий дым. — Самостоятельный. По крайней мере хочет таким быть… И вот он здесь. — И явно не рад моему появлению, — добавил я. — Хм, возможно, — она кинула окурок в пепельницу, стоящую на подоконнике. А после тот внимательный взгляд, из-за которого кажется, что время идёт медленнее. — Ты в этом разбираешься лучше меня. — Возможно, — посмотрев на светлые занавески, отозвался я. — Но всё-таки… — Что ты хочешь услышать? — прямо спросила Леди. — Правду. — Так чего мнёшься? Дерзай, — женщина махнула рукой в сторону. — Это называется такт. Полезная штука, когда за тобой не стоит Король Кошмаров, — вздохнул я, пройдясь рукой по розовым прядям. — Какие у вас отношения? Мне интересно настолько, насколько это вообще возможно в моём состоянии. — Обычные? — предположила Помощник. — Нет, я не знаю определения этому… Хм, — Ходячий Мертвец откинулась на спинку стула, — я ему нравлюсь, если верить словам Блуберри. Мы спали. Теперь не будем, — Инк демонстративно достала кольцо, покрутила и убрала обратно под рубашку. — И Кошмар знает? — Брат знает всё. По крайней мере, обо всём, что касается меня. — И… ничего? — Пока Блуберри Свап, няня наследницы, не является проблемой, брат не имеет ничего против. — Допустим, — медленно кивнул я и продолжил настукивать, вспоминая мелодию. Инк прикурила ещё одну сигарету.